Серебряные нити

психологический и психоаналитический форум
Новый цикл вебинаров «Тела сновидения» Прямой эфир в 21:00
Текущее время: 08 дек 2016, 01:12

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 41 ]  1, 2, 3  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 24 ноя 2012, 09:46 
Не в сети
Стенографист!)
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 окт 2010, 20:11
Сообщения: 713
Откуда: Челябинская область
Для начала - биография С.Я. Маршака
Цитата:
Самуил Маршак родился 22 октября (3 ноября) 1887 года в Воронеже, в еврейской семье, отец его, Яков Миронович (1855—1924), работал мастером на мыловаренном заводе. Мать — Евгения Борисовна Гительсон — была домохозяйкой. Фамилия «Маршак» является сокращением, означающим «Наш учитель рабби Аарон Шмуэль Кайдановер» и принадлежит потомкам этого известного раввина и талмудиста (1624—1676).
Раннее детство и школьные годы Самуил провёл в городке Острогожске под Воронежем. Учился в 1898—1906 годах в Острогожской, 3-й Петербургской и Ялтинской гимназиях. В гимназии учитель словесности привил любовь к классической поэзии, поощрял первые литературные опыты будущего поэта, и считал его вундеркиндом.
Одна из поэтических тетрадей Маршака попала в руки В. В. Стасова, известного русского критика и искусствоведа, который принял горячее участие в судьбе юноши. С помощью Стасова Самуил переезжает в Петербург и учится в одной из лучших гимназий. Целые дни проводил он в публичной библиотеке, где работал Стасов.
В 1904 году в доме Стасова Маршак познакомился с Максимом Горьким, который отнёсся к нему с большим интересом и пригласил его на свою дачу в Ялте, где Маршак жил в 1904—1906 годах. Печататься начал в 1907 году, опубликовав сборник «Сиониды», посвященный еврейской тематике; одно из стихотворений было написано на смерть Теодора Герцля. Тогда же он перевёл несколько стихотворений Хаима Бялика с идиша и иврита.
Когда семья Горького вынуждена была покинуть Крым из-за репрессий царского правительства после революции 1905, Маршак вернулся в Петербург, куда к тому времени перебрался его отец, работавший на заводе за Невской заставой.
В 1911 году Самуил Маршак вместе со своим другом, поэтом Яковом Годиным, и группой еврейской молодежи совершил длительное путешествие по Ближнему Востоку: из Одессы они отплыли на корабле, направляясь в страны Восточного Средиземноморья — Турцию, Грецию, Сирию и Палестину. Маршак поехал туда корреспондентом петербургской «Всеобщей газеты» и «Синего журнала». Лирические стихотворения, навеянные этой поездкой, принадлежат к числу наиболее удачных в творчестве молодого Маршака («Мы жили лагерем в палатке…» и другие).
В этой поездке Маршак познакомился со своей будущей женой, Софьей Михайловной Мильвидской (1889—1953), и вскоре по возвращении они поженились. В конце сентября 1912 года молодожены отправились в Англию. Там Маршак учился сначала в политехникуме, затем в Лондонском университете (1912—1914). Во время каникул он много путешествовал пешком по Англии, слушал английские народные песни. Уже тогда начал работать над переводами английских баллад, впоследствии прославившими его.
В 1914 году Маршак вернулся на родину, работал в провинции, публиковал свои переводы в журналах «Северные записки» и «Русская мысль». В военные годы занимался помощью детям беженцев.
В 1915 году вместе с семьей жил в Финляндии в природном санатории док. Любека.
В 1920 году, живя в Екатеринодаре, Маршак организует там комплекс культурных учреждений для детей, в частности создает один из первых в России детских театров и пишет для него пьесы. В 1923 году он выпускает свои первые стихотворные детские книги («Дом, который построил Джек», «Детки в клетке», «Сказка о глупом мышонке»). Является основателем и первым заведующим кафедрой английского языка Кубанского политехнического института (ныне Кубанский государственный технологический университет).
В 1922 году Маршак переезжает в Петроград, вместе с учёным-фольклористом Ольгой Капицей руководил студией детских писателей в Институте дошкольного образования Наркомпроса, организовал (1923) детский журнал «Воробей» (в 1924—1925 годах — «Новый Робинзон»), где в числе прочих печатались такие мастера литературы, как Б. С. Житков, В. В. Бианки, Е. Л. Шварц. На протяжении нескольких лет Маршак также руководил Ленинградской редакцией Детгиза, Ленгосиздата, издательства «Молодая гвардия». Имел отношение к журналу «Чиж». Вёл «Литературный кружок» (при ленинградском Дворце пионеров). В 1934 году на Первом съезде советских писателей С. Я. Маршак сделал доклад о детской литературе и был избран членом правления СП СССР. В 1939—1947 годах он был депутатом Московского городского Совета депутатов трудящихся.
В 1937 году созданное Маршаком детское издательство в Ленинграде было закрыто, лучшие его воспитанники репрессированы — А. И. Введенский, Н. М. Олейников, Н. А. Заболоцкий, Т. Г. Габбе, (позже Хармс) и др., многие уволены. В 1938 году Маршак переселился в Москву.
В годы Великой Отечественной войны писатель активно работал в жанре сатиры, публикуя стихи в «Правде» и создавая плакаты в содружестве с Кукрыниксами. Активно содействовал сбору средств в Фонд обороны.
Маршак передавал крупные суммы денег для созданных в Литве интернатов и детского сада для еврейских детей-сирот, родители которых погибли во время Холокоста. В конце 1945 и в начале 1946 года, когда началась тайная переправка этих детей через Кёнигсберг в Польшу, а оттуда — в Палестину, Маршак прислал для этих целей большую сумму денег.
В 1960 году Маршак публикует автобиографическую повесть «В начале жизни», в 1961 году — «Воспитание словом» (сборник статей и заметок о поэтическом мастерстве).
Практически во всё время своей литературной деятельности (более 50 лет) Маршак продолжает писать и стихотворные фельетоны, и серьёзную, «взрослую» лирику. В 1962 году у него вышел сборник «Избранная лирика»; ему принадлежит также отдельно избранный цикл «Лирические эпиграммы».
Кроме того, Маршак — автор ставших классическими переводов сонетов Вильяма Шекспира, песен и баллад Роберта Бёрнса, стихов Уильяма Блейка, У. Вордсворта, Дж. Китса, Р. Киплинга, Э. Лира, А. А. Милна, Дж. Остин, а также произведений украинских, белорусских, литовских, армянских и других поэтов. Переводил также стихи Мао Цзэдуна.
Книги Маршака переведены на многие языки мира. За переводы из Роберта Бёрнса Маршак был удостоен звания почётного гражданина Шотландии.

Маршак несколько раз заступался за Бродского и Солженицына. Его последним литературным секретарём был Владимир Познер.
Самуил Яковлевич Маршак скончался 4 июля 1964 года в Москве.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 24 ноя 2012, 09:53 
Не в сети
Стенографист!)
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 окт 2010, 20:11
Сообщения: 713
Откуда: Челябинская область
Если говорить пока ещё не о переводах, а о стихах самого Маршака, то можно вспомнить стихотворение «Вот какой Рассеянный». Когда-то о нём была передача – вот здесь можно скачать расшифровку:
viewtopic.php?p=42920#p42920


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 24 ноя 2012, 15:45 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 11:50
Сообщения: 1071
Откуда: Великий Новгород
В детстве я смотрела на собрание сочинений Самуила Яковлевича, и была уверена, что есть такой детский писатель Смаршак. И разубедить меня в этом было сложно.
Тем более, что английские песенки можно было цитировать часами, помните:
Потеряли котятки
На дороге перчатки
И в слезах прибежали домой.
- Мама, мама, прости,
Мы не можем найти,
Мы не можем найти
Перчатки!

- Потеряли перчатки?
Вот дурные котятки!
Я вам нынче не дам пирога.
Мяу-мяу, не дам,
Мяу-мяу, не дам,
Я вам нынче не дам пирога!

Побежали котятки,
Отыскали перчатки
И, смеясь, прибежали домой.
- Мама, мама, не злись,
Потому что нашлись,
Потому что нашлись
Перчатки!

- Отыскали перчатки?
Вот спасибо, котятки!
Я за это вам дам пирога.
Мур-мур-мур, пирога,
Мур-мур-мур, пирога,
Я за это вам дам пирога!


Робин-красношейка сел на старый клен.
Вверх полезла кошка, вниз спустился он.
Вниз полезла кошка - он взлетел опять.
Сел на клен и говорит: - Можешь ли поймать?

Робин сел на крышу, с крыши на карниз.
Вверх полезла кошка, да слетела вниз.
Робин по карнизу скачет - скок да скок.
Кошка смотрит снизу, лижет правый бок.


Три мудреца в одном тазу
Пустились по морю в грозу.
Будь попрочнее
Старый таз,
Длинее был бы мой рассказ.

Какой же чудесный был перевод, например:


There was a young lady of Niger.
She went for a ride on a tiger.
They came from the ride
With the lady inside,
And a smile on the face of the tiger.

Тигр стал медведем. И одна леди - "рассТРОИлась",
Улыбаясь, три смелые леди
Разъезжали верхом на медведе.
Вернулись все три
У медведя внутри,
А улыбка — на морде медведя.

_________________
с утра не с той ноги встала… не на ту метлу села… еще и полетела не в ту сторону…


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 24 ноя 2012, 20:31 
Не в сети
Стенографист!)
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 окт 2010, 20:11
Сообщения: 713
Откуда: Челябинская область
Думаю, что среди известных людей вряд ли кто-то мог написать о творчестве Маршака и о нём самом точнее и лучше, чем близко знавший его Корней Чуковский. Вот статья о Маршаке из книги «Высокое искусство» - книги, целиком посвящённой искусству художественного перевода.
Цитата:
Когда в начале двадцатых годов молодой Самуил Маршак приходил ко мне и стучал в мою дверь, я всегда узнавал его по этому стуку, отрывистому, нетерпеливому, четкому, беспощадно-воинственному, словно он выстукивал два слога: «Маршак». И в самом звуке этой фамилии, коротком и резком, как выстрел, я чувствовал что-то завоевательное, боевое:
- Мар-шак!
Был он тогда худощавый и нельзя сказать, чтобы слишком здоровый, но когда мы проходили по улицам, у меня было странное чувство, что, если бы сию минуту на него наскочил грузовик, грузовик разлетелся бы вдребезги, а Маршак как ни в чем не бывало продолжал бы свой стремительный путь - прямо, грудью вперед, напролом.
Куда вел его этот путь, мы в ту пору не сразу узнали, но чувствовали, что, какие бы трудности ни встретились на этом пути, Маршак преодолеет их все до одной, потому что уже тогда, в те далекие годы, в нем ощущался силач. Его темпераменту была совершенно чужда добродетель долготерпения и кротости. Во всем его облике ощущалась готовность дать отпор любому супостату.
Повелительное, требовательное, волевое начало ценилось им превыше всего - даже в детских народных стишках.
- Замечательно, - говорил он тогда, - что в русском фольклоре маленький ребенок ощущает себя властелином природы и гордо повелевает стихиями:

Радуга-дуга,
Не давай дождя!

Солнышко-ведрышко,
Выглянь в окошечко.

Дождик, дождик, перестань!

Горн, гори ясно,
Чтобы не погасло!


Все эти «не давай», «перестань», «выглянь», «гори» Маршак произносил таким повелительным голосом, что ребенок, обращающийся с этими стихами к природе, показался мне и вправду властителем радуг, ураганов, дождей.
И еще одно драгоценное качество поразило меня в Маршаке, едва только я познакомился с ним: меня сразу словно магнитом притянула к нему его увлеченность, я бы даже сказал, одержимость великой народной поэзией - русской, немецкой, ирландской, шотландской, еврейской, английской. Поэзию - особенно народную, песенную - он любил самозабвенно и жадно. А так как его хваткая память хранила великое множество песен, лирических стихотворений, баллад, он часто читал их, а порою и пел, властно приобщая к своему энтузиазму и нас, и было заметно, что его больше всего привлекают к себе героические, боевые сюжеты, славящие в человеке его гениальную волю к победе над природой, над болью, над страстью, над стихией, над смертью. Мудрено ли, что я после первых же встреч всей душой прилепился к Маршаку, и в ленинградские белые ночи - это было в самом начале двадцатых годов - мы стали часто бродить по пустынному городу, не замечая пути, и зачитывали друг друга стихами Шевченко, Некрасова, Роберта Браунинга, Киплинга, Китса и жалели остальное человечество, что оно спит и не знает, какая в мире существует красота.
Мне и сейчас вспоминается тот угол Манежного переулка и бывшей Надеждинской, где на каменных ступенях, спускавшихся в полуподвальную заколоченную мелочную лавчонку, Самуил Яковлевич впервые прочитал мне своим взволнованным и настойчивым голосом, сжимая кулаки при каждой строчке, экстатическое стихотворение Блейка «Tiger! Tiger! burning bright!» вместе с юношеским своим переводом, и мне стало ясно, что его перевод есть, в сущности, схватка с Блейком, единоборство, боевой поединок и что, как бы Блейк ни ускользал от него, он, Маршак, рано или поздно приарканит его к русской поэзии и заставит его петь свои песни по-русски.
И маршаковские переводы из Бернса, в сущности, такой же завоевательный акт. Бернс, огражденный от переводчиков очень крепкой броней, больше ста лет не давался им в руки, словно дразня их своей мнимой доступностью - «вот он я! берите меня!», - и тут же отшвыривал их всех от себя. Но у Маршака мертвая хватка, и он победил-таки этого непобедимого гения и заставил его петь свои песни на языке Державина и Блока.
Вообще как-то странно называть Маршака переводчиком. Он скорее конквистадор, покоритель чужеземных поэтов, властью своего дарования обращающий в русское подданство. Он так и говорит о своих переводах Шекспира:

Пускай поэт, покинув старый дом,
Заговорит на языке другом,
В другие дни, в другом краю планеты.


Превыше всего в Шекспире, как и в Блейке и в Бернсе, он ценит то, что они все трое - воители, что они пришли в этот мир угнетения и зла для того, чтобы сопротивляться ему:

Недаром имя славное Шекспира
По-русски значит: потрясай копьем.


Потому-то и удалось Маршаку перевести творения этих «потрясателей копьями», что он всей душой сочувствовал их негодованиям и ненавистям и, полюбив их с юношеских лет, не мог не захотеть, чтобы их полюбили мы все - в наши советские дни в нашем краю планеты.
Отсюда, как мне кажется, непреложная заповедь для мастеров перевода: перелагай не всякого иноземного автора, какой случайно попадется тебе на глаза или будет навязан тебе торопливым редактором, а только того, в которого ты жарко влюблен, который близок тебе по биению сердца, в которого ты хотел бы влюбить соотечественников. Об этом часто твердит сам Маршак. «...Если, - говорит он, - вы внимательно отберете лучшие из наших стихотворных переводов, вы обнаружите, что все они - дети любви, а не брака по расчету».
Но для совершения этих чудес одного энтузиазма очень мало.
Здесь нужна железная дисциплина стиха, которая не допустит небрежных, неряшливых, путаных, туманных, неуклюжих, пустых или натянутых строк.
Всмотритесь хотя бы в такой очень типичный перевод Маршака:

Вскормил кукушку воробей -
Бездомного птенца, -
А та возьми да и убей
Приёмного отца.


Здесь нет ни единой строки, которая была бы расхлябанной, мягкотелой и вялой: всюду крепкие сухожилия и мускулы. Всюду четкий рисунок стиха, геометрически точный и строгий. И как будто ни малейшей натуги. И внутренние рифмы (бездомного - приёмного) и крайние (воробей - убей, птенца - отца) так непринужденны и просты, что кажется, пришли сюда сами собой, всецело подчиненные смыслу. Иначе как будто и сказать невозможно, чем сказано в этих простых - с таким естественным дыханием - стихах.
«Мастерство такое, что не видать мастерства». Оттого-то в маршаковских переводах такая добротность фактуры, такая богатая звукопись, такая легкая свободная дикция, какая свойственна лишь подлинным оригинальным стихам. У читателя возникает иллюзия, будто Бернс писал эти стихотворения по-русски:

Я воспитан был в строю, // а испытан я в бою;
Украшает грудь мою // много ран.
Этот шрам получен в драке, // а другой в лихой атаке
В ночь, когда гремел во мраке // барабан.
Я учиться начал рано //- у Абрамова Кургана.
В этой битве пал мой капитан.
И учился я не в школе, // а в широком ратном поле,
Где кололи // мы врагов под барабан.


По всему своему ладу и складу стихотворение кажется подлинником - к этому-то и стремится в своих переводах Маршак. Оттого-то я и мог сказать - и это совсем не юбилейная фраза, - что вся его забота о том, чтобы принудить иноязычных писателей петь свои песни по-русски. Для этого, например, в переводе многих творений Бернса нужно было помимо всего передать их песенность, их живую лиричность, заливчатость их искусно-безыскусственной речи:

Что делать девчонке? Как быть мне, девчонке?
Как жить мне, девчонке, с моим муженьком?
За шиллинги, пенни загублена Дженни,
Обвенчана Дженни с глухим стариком.


Когда я говорю, что в лучших своих переводах он достигает того, чтобы в них не было ничего переводческого, чтобы они звучали для русского уха так, словно Бернс, или Петёфи, или Ованес Туманян писали свои стихотворения по-русски, у меня в памяти звучат, например, такие стихи:

Ты свистни, - тебя не заставлю я ждать,
Ты свистни, - тебя не заставлю я ждать.
Пусть будут браниться отец мой и мать,
Ты свистни, - тебя не заставлю я ждать!..

А если мы встретимся в церкви, смотри:
С подругой моей, не со мной говори,
Украдкой мне ласковый взгляд подари,
А больше - смотри! - на меня не смотри,
А больше - смотри! - на меня не смотри!

И такие замечательные по своей классически строгой конструкции и по всей своей юношеской, проказливой и победной тональности:

- Кто там стучится в поздний час?
«Конечно, я - Финдлей!»
- Ступай домой. Все спят у нас!
«Не все!» - сказал Финдлей.

- Как ты прийти ко мне посмел?
«Посмел», - сказал Финдлей.
- Небось наделаешь ты дел.
«Могу!» - сказал Финдлей.

- Тебе калитку отвори...
«А ну!» - сказал Финдлей.
- Ты спать не дашь мне до зари!

«Не дам!» - сказал Финдлей.

Нужно ли говорить, что такое точное воспроизведение не только смысла, но и формы иноязычного подлинника - его ритмов, его звукописи, его эмоциональной окраски - и есть советский стиль переводческой техники, до которого наша литература дострадалась не сразу. Маршак один из создателей этого труднейшего стиля.
Кроме лирических песен у Бернса есть множество экспромтов, эпиграмм, эпитафий, при переводе которых Маршаку понадобился не песенный стих, а противоположный ему - лапидарный, лаконический, хлесткий:

Лепить свинью задумал черт.
Но вдруг в последнее мгновенье
Он изменил свое решенье
И вас он вылепил, милорд!

Достичь того, чтобы стихи величайших поэтов, сохраняя свой национальный характер, прозвучали в переводе как русские, с такой же непринужденной, живой интонацией, - задача, конечно, нелегкая, и я помню, что уже в те далекие годы часто восхищало меня в Маршаке его неистовое, выпивавшее всю его кровь трудолюбие.
Исписать своим круглым, нетерпеливым, энергическим почерком целую кипу страниц для того, чтобы на какой-нибудь тридцать пятой странице выкристаллизовались четыре строки, отличающиеся абсолютной законченностью, по-маршаковски мускулистые, тугие, упругие, - таков уже в те времена был обычный, повседневный режим его властной работы над словом.
Помню, когда он впервые прочитал мне ранний вариант своего «Мистера Твистера» - в ту пору тот был еще «Мистером Блистером», - я считал стихотворение совершенно законченным, но оказалось: для автора это был всего лишь набросок, первый черновик черновика, и понадобилось не меньше десяти вариантов, пока Маршак наконец достиг того звукового узора, который ныне определяет собой весь стиль этих звонких и нарядных стихов:

Мистер
Твистер,
Бывший министр,
Мистер
Твистер,
Миллионер...


И даже после того как стихи напечатаны, он снова и снова возвращался к ним, добиваясь наиболее метких эпитетов, наиболее действенных созвучий и ритмов.
Одной из ранних литературных побед Маршака было завоевание замечательной книги, которая упрямо не давалась ни одному переводчику. Эту книгу создал британский народ в пору высшего цветения своей духовной культуры: книга песен и стихов для детей, которая в Англии называется «Nursery Rhymes», в Америке «Мать-Гусыня» и в основной своей части существует уже много столетий. Многостильная, несокрушимо здоровая, бессмертно веселая книга с тысячами причуд и затей, она в русских переводах оказывалась такой хилой, косноязычной и тусклой, что было конфузно читать. Поэтому можно себе представить ту радость, которую я испытал, когда Маршак впервые прочел мне свои переводы этих, казалось бы, непереводимых шедевров. Переводы чудесно сохранили всю их динамичность и мощь:

Эй, кузнец,
Молодец,
Захромал мой жеребец.


«Три смелых зверолова», «Шалтай-Болтай», «Потеряли котятки на дороге перчатки» - все это благодаря Маршаку стало достоянием русской поэзии, ибо и здесь, как и в прочих его переводах, нет ничего переводческого. Стих сохраняет свою упругость и звонкость, словно это первозданная русская народная песня.
И я понял, что Маршак потому-то и одержал такую блистательную победу над английским фольклором, что верным оружием в этой, казалось бы, неравной борьбе послужил ему, как это ни странно звучит, наш русский - тульский, рязанский, московский - фольклор. Сохраняя в неприкосновенности английские краски, Маршак, так сказать, проецировал в своих переводах наши русские считалки, загадки, перевертыши, потешки, дразнилки. Оттого-то переведенные им «Nursery Rhymes» так легко и свободно вошли в, обиход наших советских детей и стали бытовать в их среде наряду с их родными «ладушками». Советские Наташи и Вовы полюбили их той же любовью, какой спокон веку их любят заморские Дженни и Джоны. Много нужно было такта и вкуса и тончайшей словесной культуры, чтобы с таким артистизмом, сочетая эти оба фольклора, соблюсти самую строгую грань между ними.
Вообще русский фольклор уже в те времена служил ему и опорой, и компасом, и регулятором всего его творчества и всех его переводов. Если бы Маршак не был с самого раннего детства приверженцем, знатоком, почитателем русского народного устного творчества, он, при всей своей природной талантливости, не мог бы создать те замечательные детские стихи, которые стяжали ему прочную славу среди десятков миллионов советских детей, а также их будущих внуков и правнуков.
Такие его театральные пьесы, как «Терем-теремок», «Кошкин дом», дороги мне именно тем, что это не мертвая стилизация под детский фольклор, не механическое использование готовых моделей, - это самобытное свободное творчество в том подлинно народном стиле, в котором Маршак чувствует себя как рыба в воде и который остается фольклорным даже тогда, когда поэт вводит в него такие слова, как «километры», «пианино», «бригада». Можно было бы легко доказать, что и другие маршаковские стихи для детей, такие, как «Сказка о глупом мышонке», «Дама сдавала в багаж», «Вот какой рассеянный», «Мастер-ломастер», словарь которых совершенно лишен так называемой простонародной окраски, тоже имеют в своем основании фольклор: об этом говорит и симметрия их отдельных частей, и многие другие особенности их кумулятивной структуры.
Я и сейчас помню все эти детские стихи Маршака наизусть, потому что Маршак создавал их буквально у меня на глазах, и каждую новую вещь, написанную им для детей, я воспринимал как событие. Ведь за двумя или тремя исключениями отвратительно пошлой и жалкой была детская литература предыдущей эпохи. Делали ее главным образом либо бездарности, либо оголтелые циники, и было похоже, что она специально стремится развратить и опоганить детей. В дореволюционное время я уже лет десять кричал об этом в газетных статьях, и все мои крики, как я понимаю теперь, означали: нам нужен Маршак.
Как же было мне не радоваться молодому поэту, осуществлявшему мою давнишнюю мечту. Я до сих пор помню то праздничное, триумфально-веселое чувство, с которым я встречал его первые рукописи - и «Почту», и «Цирк», и «Деток в клетке», и «Вчера и сегодня». Стихи были разные - разных сюжетов и стилей, - но вскоре в них выявилась главнейшая тема всего его творчества - о дьявольски трудной, но такой увлекательной борьбе человека с природой:

Человек сказал Днепру:
- Я стеной тебя запру,
Ты
С вершины
Будешь прыгать,
Ты
Машины
Будешь
Двигать!


То неукротимое, боевое и властное, что всегда составляло самую суть его психики, нашло свое выражение в этих гордых стихах. Вообще всякий процесс созидания вещей: «Как рубанок сделал рубанок», «Как печатали вашу книгу», как работает столяр, часовщик, типограф, как сажают леса, как создают Днепрострой, как пустыни превращают в сады - все это родственно близко неутомимо творческой, динамической душе Маршака. Самое слово «строить» - наиболее заметное слово в его лексиконе.
Но обо всем этом гораздо лучше меня напишут другие, я же, вспоминая те далекие годы, когда мы оба плечом к плечу, каждый в меру своих сил и способностей боролись за честь и достоинство нарождающейся литературы для советских детей, не мог не сказать Маршаку на его юбилее словами его любимого Бернса:

И вот с тобой сошлись мы вновь.
Твоя рука - в моей.
Я пью за старую любовь,
За дружбу прежних дней -
За дружбу старую -
До дна!
За счастье юных дней!
С тобой мы выпьем, старина,
За счастье юных дней.


В конце 1963 года я получил от С. Я. Маршака из Крыма большое письмо, посвященное искусству перевода. Привожу оттуда отрывок.
«Я то и дело, - писал Самуил Яковлевич, - получаю письма с просьбой разъяснить всякого рода невеждам, что [перевод] - это искусство, и очень трудное и сложное искусство. Сколько стихотворцев, праздных и ленивых, едва владеющих стихом и словом, носят звание поэта, а мастеров и подвижников перевода считают недостойными даже состоять в Союзе писателей. А я на своем личном опыте вижу, что из всех жанров, в которых я работаю, перевод стихов, пожалуй, самый трудный... Слова Верлена «музыка прежде всего» должны относиться и к переводам. Мне лично всегда было важно - прежде всего - почувствовать музыкальный строй Бернса, Шекспира, Вордсворта, Китса, Киплинга, Блейка, детских английских песенок...»


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 24 ноя 2012, 20:48 
Не в сети
Стенографист!)
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 окт 2010, 20:11
Сообщения: 713
Откуда: Челябинская область
Ещё одна большая (уж извините!) цитата. Из той же книги Чуковского о переводе. Здесь даётся разбор двух конкретных примеров переводов Маршака – разбор, вполне понятный любому, даже далёкому от переводческой работы, читателю.
Цитата:
Вспомним переводы Маршака, которые тем и сильны, что воспроизводят не букву — буквой, но юмор — юмором, красоту — красотой.
Всмотримся в переведенное им стихотворение Бернса «For A'That and A'That» («Честная бедность»). Подстрочный перевод был такой:

Вы видите вон того спесивого щеголя, которого зовут лордом,
Который шествует так важно и пялит глаза?
Хоть сотни благоговеют перед его словом,
Все же он болван, несмотря ни на что.


У Маршака эта строфа звучит так:

Вот этот шут — природный лорд,
Ему должны мы кланяться.
Но пусть он чопорен и горд,
Бревно бревном останется!


Педанты-буквалисты могут сколько угодно кричать, что в подлиннике нет ни «бревна», ни «шута», ни «природного лорда»; что переводчик не воспроизвел ни «щегольства», ни «важной походки», ни взоров обличаемого автором вельможи, ни благоговения «сотен» перед каждым словом этого глупого щеголя.
Но всякому, кто любит поэзию, ясно, что этот перевод наиточнейший: в нем передана саркастическая интонация Бернса, злоба, которую он питал к меднолобым насильникам. И главное: в переводе воссоздана крылатая афористичность этого издевательского стихотворения Бернса.

Мы хлеб едим и воду пьем,
Мы укрываемся тряпьем
И все такое прочее,
А между тем дурак и плут
Одеты в шелк и вина пьют
И все такое прочее.


И опять-таки: хотя в оригинале нет ни «воды», ни «тряпья», хотя в переводе повелительное наклонение заменено изъявительным, мысли и эмоции подлинника раскрыты здесь с максимальной точностью — равно как и вся система поэтических образов. Подстрочный перевод таков:

Что из того, что у нас на обед скудная пища,
Что наша одежда из серой дерюги,
Отдайте дуракам их шелка и подлецам — их вино,
Человек есть человек несмотря ни на что.


Одним из высших достижений Маршака представляется мне его перевод песни Бернса «Ночлег в пути». В подлиннике песня называется «The Lass that Made the Bed to Me» («Девушка, что постлала мне постель»).
Сюжет рискованный, словно на то и рассчитанный, чтобы привести в бешенство ханжей-моралистов. Это откровенный, без всяких умолчаний, рассказ о ночном сближении молодого прохожего с незнакомой девушкой, которая приютила его. В каждом слове — ничем не стесненная, юная страсть. Но в этой страсти столько чистой человечности и нежной любви, столько благоговейного восхищения девушкой, что нужно быть пошляком, чтобы увидеть здесь хотя бы тень непристойности.
Вначале отношения пешехода и девушки очень церемонны и чинны:

Я низко поклонился ей —
Той, что спасла меня в метель,
Учтиво поклонился ей
И попросил постлать постель.


Здесь ни одного отступления от подлинника. Даже повторная строка о поклоне воспроизводится почти слово в слово. Дальше подлинник читается так:

Она постлала мне большую и широкую постель.
Белыми руками она разгладила ее,
Она приложила чашу (с вином) к своим алым губам
И отпила. «А теперь, молодой человек, спокойной ночи».


Маршак выбросил слова «молодой человек». По-русски это словосочетание имеет иронический, вульгарный характер («Эй ты, молодой человек!»), и, хотя в подлиннике сказано, что кровать была широкая (очевидно, двуспальная), придал ей от себя эпитет «скромная», чтобы выдержать тон целомудрия, который окрашивает собой всю песню.

Она тончайшим полотном
Застлала скромную кровать
И, угостив меня вином,
Мне пожелала сладко спать.


В подлиннике нет «тончайшего полотна» (оно появляется лишь в предпоследней строфе), зато поступки девушки в переводе переданы в строгой последовательности — пусть другими словами, чем в подлиннике.
Далее — знаменитое место, воспроизведенное с большой поэтической смелостью:

А грудь ее была кругла, —
Казалось, ранняя зима
Своим дыханьем намела
Два этих маленьких холма.


У Бернса нет «ранней зимы», но этот эпитет так гармонирует с юностью девушки, что воспринимается как бернсовский. И можно ли придираться к тому, что у Бернса четырнадцать строф, а у Маршака их пятнадцать, и что строки:

И вся она была чиста,
Как эта горная метель, —


принадлежат Маршаку, а не Бернсу, равно как и другое двустишие:

Мелькают дни, идут года,
Цветы цветут, метет метель.


Общий тон подлинника, благородный, кристаллически прозрачный и ясный, передан вполне. Русский читатель маршаковского «Ночлега в пути» получает от этих дерзновенных и светлых стихов то же впечатление, что и шотландец или англичанин от подлинника. Иному буквалисту покажется недопустимой вольностью дважды введенное переводчиком сравнение локонов девушки с хмелем, в то время как у Бернса сказано, что «кудри ее вились золотыми кольцами»; Маршак ничего не говорит в переводе о том, что «зубы девушки были словно из слоновой кости», а тело как будто «из мрамора», что у нее были алые губы и белые руки, — по-русски это звучало бы стертым шаблоном. Маршак устранил изысканную метафору: «Ее щеки были как лилия, погруженная в (красное) вино». По-русски эта метафора прозвучала бы вычурно и нарушила бы драгоценную простоту всей поэмы.
Такое своеволие в обращении с подлинником может показаться чрезмерным.
Но Маршак — поэт, и ради того, чтобы стихотворение в его переводе звучало той же музыкой, какой звучит оно в подлиннике, он имел право пожертвовать десятками второстепенных деталей.
В стихотворении Бернса замечателен шестикратный рефрен:

Девушка, что постлала мне постель.

У Маршака этих рефренов четыре. И все же я считаю перевод идеальным. Достоинство его именно в том, что он воссоздает не отдельные строки Бернса, но его самого, его стиль, его пафос и юмор, самую суть его личности, его душевного склада.
Другие переводчики не видели многоликости Бернса, не замечали, что этот «поэт-земледелец» владеет самыми разнообразными жанрами, разнообразными стилями. Это впервые увидел Маршак. Бернс воссоздан им именно как всеобъемлющий гений, с богатейшей клавиатурой души. Его Бернс не только идиллический пахарь, не только сладостный песнопевец влюбленности, не только апостол свободы, всемирного братства и мира, но и то, и другое, и третье, и вдобавок ко всему юморист, хохот которого — то озорной, то благодушный, то гневный — слышится и в «Веселых нищих», и в «Тэме О'Шентере», и в поэме «Святая ярмарка», где дано столько звонких затрещин ханжам и церковникам. Только благодаря Маршаку мы увидели, как легко этот здоровый, воистину шекспировский хохот сменяется у Бернса героическим пафосом, величавыми и гордыми гимнами во славу прекрасной Шотландии.
И оказалось: какой это вздор, будто Бернс был серый мужичок-простачок, сочинитель самоделковых, топорных стихов, каким представляли его переводчики старого времени. Напротив, он предстал перед нами как один из самых изощренных стилистов, человек тонкого безупречного вкуса, замечательный виртуоз поэтической формы.
Все это удалось Маршаку оттого, что он и сам многостильный художник, блистательно работавший в нескольких жанрах, казалось бы, несовместимых друг с другом, — и притом искуснейший шлифовальщик стиха, замечательный словесных дел мастер, повелитель самых неподатливых ритмов и рифм. Конечно, никакое мастерство не помогло бы ему создать столько чудесных переводов, если бы он не был поэт.
«Такая гибкость и счастливая находчивость, — говорит Александр Твардовский, — при воспроизведении средствами русского языка поэтической ткани, принадлежащей иной языковой природе, объясняется, конечно, не тем, что С. Маршак искусный переводчик-виртуоз — в поэзии нельзя быть специалистом-виртуозом, — а тем, что он настоящий поэт, обладающий полной мерой живого творческого отношения к родному слову»
И все же к этому нельзя не прибавить, что литературная техника тоже играет здесь немалую роль.
Маршак — поэт. Оттого-то в лучших маршаковских переводах из Бернса не чувствуется ничего переводческого.
Этого никогда не могло бы случиться, если бы, отказавшись от своих творческих методов, Маршак погнался за буквальной точностью.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 24 ноя 2012, 21:08 
Не в сети
Почётный участник форума
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 08:39
Сообщения: 17791
Откуда: Москва
Мне нравятся стихи для детей Маршака, с моего детства.. и потом в детстве моего сына
многое ему наизусть рассказывала.И помню до сих пор прекрасные радиопередачи для детей по его стихам.
Например, - Мистер Твтстер).
/Очень нравятся переводы Маршака, возможно, это лучшие переводы...
Вот, когда я ещё школьницей услышала по радио балладу Стивенсона "Вересковый мёд",
в переводе С.Маршака, я была совершенно потрясена. И до сих пор помню этот момент.
И до сих пор - мороз по коже, от этого стихотворения.

Роберт Льюис Стивенсон

Вересковый мёд
(перевод С.Маршака)

Из вереска напиток
Забыт давным-давно.
А был он слаще мёда,
Пьянее, чем вино.
В котлах его варили
И пили всей семьей
Малютки-медовары
В пещерах под землёй.

Пришел король шотландский,
Безжалостный к врагам,
Погнал он бедных пиктов
К скалистым берегам.
На вересковом поле
На поле боевом
Лежал живой на мёртвом
И мёртвый - на живом.


Лето в стране настало,
Вереск опять цветёт,
Но некому готовить
Вересковый мёд.
В своих могилках тесных,
В горах родной земли
Малютки-медовары
Приют себе нашли.

Король по склону едет
Над морем на коне,
А рядом реют чайки
С дорогой наравне.
Король глядит угрюмо:
"Опять в краю моём
Цветёт медвяный вереск,
А мёда мы не пьём!"

Но вот его вассалы
Приметили двоих
Последних медоваров,
Оставшихся в живых.
Вышли они из-под камня,
Щурясь на белый свет, -
Старый горбатый карлик
И мальчик пятнадцати лет.

К берегу моря крутому
Их привели на допрос,
Но ни один из пленных
Слова не произнес.
Сидел король шотландский,
Не шевелясь, в седле.
А маленькие люди
Стояли на земле.

Гневно король промолвил:
- Пытка обоих ждёт,
Если не скажете, черти,
Как вы готовили мёд!
Сын и отец молчали,
Стоя у края скалы.
Вереск звенел над ними,
В море - катились валы.

И вдруг голосок раздался:
- Слушай, шотландский король,
Поговорить с тобою
С глазу на глаз позволь!
Старость боится смерти.
Жизнь я изменой куплю,
Выдам заветную тайну! -
Карлик сказал королю.

Голос его воробьиный
Резко и четко звучал:
- Тайну давно бы я выдал,
Если бы сын не мешал!
Мальчику жизни не жалко,
Гибель ему нипочем.
Мне продавать свою совесть
Совестно будет при нем.
Пускай его крепко свяжут
И бросят в пучину вод,
А я научу шотландцев
Готовить старинный мёд!

Сильный шотландский воин
Мальчика крепко связал
И бросил в открытое море
С прибрежных отвесных скал.
Волны над ним сомкнулись.
Замер последний крик...
И эхом ему ответил
С обрыва отец-старик.

- Правду сказал я, шотландцы,
От сына я ждал беды.
Не верил я в стойкость юных,
Не бреющих бороды.
А мне костёр не страшен.
Пускай со мной умрёт
Моя святая тайна -
Мой вересковый мёд!

* * * * *
Eugenia, большое спасибо за очень
интересные отрывки о творчестве С.Я.Маршака. @->--

_________________
Право, приятно,
Когда развернёшь наугад
Древнюю книгу
И в сочетаниях слов
Душу родную найдёшь.

Сегэн Госабуро /Татибана Акэми/


Последний раз редактировалось Бегущая по волнам 24 ноя 2012, 21:29, всего редактировалось 2 раз(а).

Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 24 ноя 2012, 21:23 
Не в сети
Стенографист!)
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 окт 2010, 20:11
Сообщения: 713
Откуда: Челябинская область
Если кому интересно, для сравнения с работой Маршака – о других, на этот раз плохих переводах того же Бёрнса:
Есть над чем посмеяться :hi_hi_hi:
Подробнее
Как бы для того, чтобы читателю стали ясны высокие качества переводов Маршака, в издательстве «Советская Россия» вышла в 1963 году хорошенькая, нарядная книжка: Роберт Бернс «Песни и стихи в переводе Виктора Федотова».
Раскрываю книжку, где пришлось. Поэма «Святочная ночь»... Но позвольте, неужели она написана Бернсом? Читаю и не верю глазам: шотландские крестьяне, которых Бернс всегда воспевал с такой нежностью, представлены здесь чуть не олухами: в самую суровую зимнюю пору, когда трещат морозы и свирепствуют вьюги, эти чудаки всей оравой отправляются в засыпанные снегом поля и как ни в чем не бывало собирают там свой урожай. С изумлением читаю о них в этой «Святочной ночи»:

Под святки сноп последний ржи
Связали и гуляли
Потом всю ночь.

Но ведь святки - конец декабря, а зимы в Шотландии не такие уж мягкие. Нужно быть лунатиком, чтобы в декабрьскую жестокую стужу выйти с серпами в обледенелое поле и жать колосистую рожь.
Но этого мало. В ту же зимнюю ночь безумцы отправляются в огород за капустой:

...Собирается в полях
Народ селений ближних
Калить орехи на углях
И дергать кочерыжки
Под святки в ночь.


К счастью, я помню это стихотворение в подлиннике. Нужно ли говорить, что оно не имеет никакого отношения к святкам? Озаглавлено оно «Хэллоуин» («Halloween») - так называется в Шотландии один из народных праздников, который празднуют отнюдь не зимой, но осенью - в конце октября.
От этого и произошел весь конфуз. Оказывается, переводчик напрасно обидел шотландских крестьян: они совсем не такие глупцы, какими он изобразил их в своем переводе.
Впрочем, можно ли назвать их шотландцами? Судя по этому переводу - едва ли. Раньше всего потому, что они верноподданные русского царя-самодержца и распевают в своей родной Каледонии русский ура-патриотический гимн: «Боже, царя храни!»
Переводчик так и пишет в своей книжке:

Кто не поет: храни царя! -
Того карают строго.


И на следующей странице - опять дважды фигурирует царь. Мало того: когда в стихотворении Бернса появляется кальвинистский священник, переводчик зовет его «батюшка»:

Из ближней церкви батюшка.

И перед нами мигом возникает образ деревенского попа, «долгогривого».
Но и этого мало. Свергнув с престола британского короля Георга III и утвердив в протестантской Шотландии православную церковь, переводчик в соответствии с этим заставляет шотландцев выражаться на таком диалекте:
«доля-долюшка» (159), «судьбинушка» (159), «ноченька» (159), «парнишка» (142), «тятенька» (103), «девчата» (172) и даже вводит в Шотландию российские наши дензнаки: здесь у него есть и «пятак» (157), и «копейка» (116), и «копеечка» (116), и даже «целковый» (62), так что с удивлением встречаешь (тут же в его переводе) мельника, который берет за помол не русский двугривенный, но английский шиллинг (45).
Шотландские дороги измеряет он русскими «верстами».
И добро бы он преобразил всю Шотландию в Рязанскую или Псковскую губернию. Здесь был бы общий принцип, была бы система. Но в том-то и дело, что, подобно тому как он смешивает шиллинги с пятаками и гривенниками, он на пространстве всей книги смешивает реалии русского народного быта с реалиями быта шотландского. Наряду с «парнишками» и «тятеньками» у него есть и «волынки», и «пледы», и «феи», и «Стюарты».
Вообще самый аляповатый стилистический разнобой нисколько не коробит его, и от него всегда можно ждать вот такого сочетания высокого стиля с вульгарным:

И в комнату вошла девчонка,
Сверкнув очами.


Поэма «Хэллоуин» в оригинале оснащена точными, четкими рифмами: денс - прэнс, бимз - стримз и т. д. У этих рифм такой же строгий чекан, как, скажем, в «Медном всаднике» или «Евгении Онегине».
А переводчик считает возможным в первых же строках «Хэллоуина» рифмовать слово «Касилз» со словом «прекрасным»:

Когда со всей округи фей
Ночь манит в горы Касилз,
И каждый склон там озарен
Свеченьем их прекрасным...


В первую минуту вам кажется, что это опечатка, но нет, во второй строфе он рифмует «кочерыжки» и «ближних»! Дальше: «растолковать нам» и «некстати» (208), «устремленья» и «деньги» (73), «колосья» и «крадется» (174) и т. д. и т. д. Если глянуть на соседние страницы, там найдете вы рифмы и почище: «зачатья» и - «зардясь вся» (189), «бард мой» и - «благодарный» (195), «вот он» и - «голоден» (188), «смела б» и - «серой» (190).
Смелость его в этом отношении не имеет границ. Отважно рифмует он слово «Нэнни» со словом «сердцебиение» (151) и слово «ручья» со словом «любимая» (149).
Конечно, такие приемы сильно облегчают ему переводческий труд. Но Бернсу от этого не легче, так как из-за них он предстает перед русским читателем как разнузданный словесный неряха, кропающий свои кривобокие вирши спустя рукава, кое-как, на ура, на фуфу.
Для дальнейшего облегчения своей работы над Бернсом Виктор Федотов прибегает и к другому столь же хитроумному способу: если какое-нибудь слово выходит за пределы правильной ритмической схемы, он коверкает его нелепым ударением. Отсюда у него: взапУски (205), голОден (188), Ахти (175), сломленЫ (126), прилИла (192) и (честное слово!) постнЫ:

Черты их лиц постны (?), остры...

Из-за этой бесшабашной разнузданности многие кристаллически ясные мысли и образы Бернса оказываются в переводе до того замутненными, что до смысла их никак невозможно добраться. Сколько ни думай, никак не смекнешь, что же может значить такое двустишие:

По мере силы избегай
Критических разъятий (?)


Или:

Разменивая (?) с глупой
Достоинство мужское...


Иногда такое замутнение смысла принимает очень большие размеры.
В подлинном тексте знаменитого стихотворения «Добровольцы Дамфриза» (которое на самом деле называется «Does haughty Gaul...») Роберт Бернс призывает своих соотечественников к братскому единению с Англией перед лицом грозной национальной опасности, а в переводе он призывает шотландцев объединиться с шотландцами, хотя Бернс четырежды повторяет слова «британский», «Британия». Это то самое стихотворение, где к довершению нелепости фигурирует русский царь.
И «при всем при том» - какая-то гигантская безвкусица, которая на каждой странице буквально кричит о себе. Например, в стихотворении «Парни из Гэла Вотэ» (которое на самом деле называется «У нее такие белокурые волосы», «Sae fair her hair») он заставляет Бернса писать:

Среди ракит, среди ракит,
Среди ракит в тени крушины
Шнурок девчонкой позабыт.
Ах, как она о том крушилась.


«Крушилась» и «крушина» - игра слов, которой устыдился бы даже Лебядкин. То же самое в поэме «Видение»:

А платье из шотландки серой
Приоткрывало ножку смело.
Но что за ножка! Джин лишь смела б…


«Смело» и «смела б» - такой же плохой каламбур. И кроме того: попробуйте произнести или спеть это корявое сочетание слов: «Джин лишь смела б» - косноязычное скопление согласных, не дающее стиху той текучести, которая свойственна поэзии Бернса. Сюда же относятся: «зардясь вся», «нерв натянут» и «бард мой» и т. д.
Я пишу эти строки с большой грустью, потому что мне искренне жаль переводчика. Нельзя сказать, чтобы он был оголтелой бездарностью: в его переводах нет-нет проскользнет какое-то подобие живой интонации, какой-то не совсем раздребезженный эпитет. Я уверен, что сил и способностей у него гораздо больше, чем можно подумать, читая его бедную книжку. Еще не все потеряно, он еще может спастись.
После стоеросовых, шершавых стихов вдруг послышится чистый мелодический голос - правда, немного банальный:

Постой, о нежный соловей,
Побудь со мной в тени ветвей.
Овей печаль души моей
Волною нежных жалоб.


Вообще нельзя сказать, чтобы в переведенных Федотовым песнях начисто отсутствовала песенность. Есть проблески подлинной лирики в переводе эротических, фривольных стихов - таких, как «Не там ты, девушка, легла», «Что мамочка наделала», «У мамы я росла одна» и т. д., хотя то, что у Бернса выходит улыбчиво, грациозно, игриво, у переводчика звучит почему-то скабрезно и грубо. Как бы то ни было, здесь (а не в переводе поэм) он мог бы добиться удачи. Порой среди расхлябанных и вялых стихов вдруг встретятся крепко сколоченные, ладные, прочные строки:

Голод с матушкой нуждою
Днюют в хижине моей,
Как ни бьюсь, все нет отбою
От непрошеных гостей.


И в «Дереве свободы» есть несколько мест, которые звучат хоть и не поэтически, но вполне вразумительно.
Однако все эти немногие блестки захламлены грудами словесного шлака, которые не отгребешь никакими лопатами.
Неужели возле переводчика не нашлось человека, который удержал бы его от такого разгула неряшливости? Неужели переводчик до того изолирован от образованных, знающих, подлинно культурных людей? Можно ли так необдуманно губить и свой труд, и свое доброе имя? Если бы он обратился к кому-нибудь из просвещенных друзей за советом и помощью, эти люди, я твердо уверен, убедили бы его без труда, что такие переводы не принесут ему лавров, и дружески посоветовали бы воздержаться от их напечатания.
- Нельзя же переводить наобум, даже не понимая тех слов, которые вы переводите, - сказал бы ему доброжелательный друг. - Ведь это значит сделаться общим посмешищем - особенно в нашей стране, где искусство художественного перевода достигло высокого совершенства.
Здесь этот авторитетный и доброжелательный друг взял бы листы его рукописи, воспроизведенные в его книжке на страницах 170 и 171, и стал бы перечислять те ошибки, которые густо теснятся в его переводе на пространстве двадцати с чем-то строчек.
- Вот, - сказал бы он, - судите сами о своих литературных ресурсах... Бернс в прозаическом предисловии к поэме употребляет этнографический термин charms and spells, который здесь означает «ворожба и гаданья», а вы поняли этот термин как эмоциональное выражение восторга и перевели его такими словами:

- прелесть (!) и очарованье (!) этой ночи, -

то есть увидели метафору там, где ее нет и в помине, и тем исказили идейную позицию Бернса. Не «прелесть и очарованье» видел Бернс в этих суеверных обрядах, но свидетельство темноты и отсталости шотландских крестьян. Он так и сказал в предисловии: они находятся на низкой ступени развития (in a rude state). Вы же, не поняв этой горестной мысли, заменили «отсталость» каким-то расплывчатым, дымчатым, абстрактным словцом первозданность, которое, в сущности, не значит ничего. Этак кто-нибудь из англичан или французов переведет толстовскую «Власть тьмы» как «Власть первозданности».
И тут же рядом новая ошибка. У Бернса сказано, что осенней ночью под праздник волшебницы феи во всем своем великолепии гарцуют по горам и долам на резвых боевых скакунах (sprightly coursers). В переводе от этих лошадей ничего не осталось, зато о феях почему-то написано:

И каждый склон там озарен
Свеченьем их прекрасным.


В подлиннике: лошади, а в переводе: свеченье, которое словно автомобильными фарами озаряет всю местность. Очевидно, вас сбила с толку строка, где поэт говорит, что наездницы скакали «во всем своем блеске». Но ведь блеск здесь метафора и принимать ее буквально не следует.
Есть и еще с полдесятка ошибок на крохотном пространстве двадцати с чем-то строк. Но мне кажется, и этих достаточно, чтобы вы убедились, что печатать ваши переводы рановато.
Так сказал бы Федотову всякий доброжелательный друг.
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 25 ноя 2012, 16:43 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 22:03
Сообщения: 3296
Откуда: Мурманск
О чем, собственно, в передаче пойдет речь ?
О таланте Маршака - поэта ? О тайнах перевода ? Интересно,можно ли говорить о философском содержании этого лингвистического и интеллектуального акта ?
Конечно,перечитать СОНЕТЫ Шекспира в переводах С. Маршака никогда не бывает лишним.
Мой любимый - 23. Это и число моего рождения.
23.
Как тот актер, который, оробев,
Теряет нить давно знакомой роли,
Как тот безумец, что, впадая в гнев,
В избытке сил теряет силу воли, -

Так я молчу, не зная, что сказать,
Не оттого, что сердце охладело.
Нет, на мои уста кладет печать
Моя любовь, которой нет предела.

Так пусть же книга говорит с тобой.
Пускай она, безмолвный мой ходатай,
Идет к тебе с признаньем и мольбой
И справедливой требует расплаты.

Прочтешь ли ты слова любви немой?
Услышишь ли глазами голос мой?

Чуть-чуть похоже и на то,как СН влияют на сердца и умы своих слушателей. Правда ? )


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 25 ноя 2012, 18:35 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 23 мар 2011, 09:56
Сообщения: 1735
Откуда: Курган
По каким сказочным законам из маленького ребенка вырастает большой детский писатель? Мне кажется, один из этих законов я могу назвать точно- большие детские писатели никогда не взрослеют "окончательно и бесповоротно". Стихи С.Я. Маршака делают из детей- взрослых, а взрослых возвращают в детство, чтобы не забыли, как мечтали повзрослеть, будучи детьми, и как хотели обязательно стать "хорошими".
Маленький Самуил Яковлевич:
Вложение:
-5536521_122373148.jpg


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.

_________________
То, что сейчас происходит во мне,
Тоже является частью Вселенной!


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 25 ноя 2012, 19:09 
Не в сети
Почётный участник форума
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 08:39
Сообщения: 17791
Откуда: Москва
quagga писал(а):
По каким сказочным законам из маленького ребенка вырастает большой детский писатель? Мне кажется, один из этих законов я могу назвать точно- большие детские писатели никогда не взрослеют "окончательно и бесповоротно". Стихи С.Я. Маршака делают из детей- взрослых, а взрослых возвращают в детство, чтобы не забыли, как мечтали повзрослеть, будучи детьми, и как хотели обязательно стать "хорошими".

Отлично сказано @->--

_________________
Право, приятно,
Когда развернёшь наугад
Древнюю книгу
И в сочетаниях слов
Душу родную найдёшь.

Сегэн Госабуро /Татибана Акэми/


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 26 ноя 2012, 07:19 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 23 мар 2011, 09:56
Сообщения: 1735
Откуда: Курган
Спасибо, Бегущая по волнам!
Людмила писал(а):
О чем, собственно, в передаче пойдет речь ?
О таланте Маршака - поэта ? О тайнах перевода ? Интересно,можно ли говорить о философском содержании этого лингвистического и интеллектуального акта ?

Интересно, а как в человеке вырастает большой переводчик- с евангельской (или детской :hi_hi_hi: ?) способностью понимать и говорить на разных языках?

_________________
То, что сейчас происходит во мне,
Тоже является частью Вселенной!


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 26 ноя 2012, 09:55 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 22:03
Сообщения: 3296
Откуда: Мурманск
Думаю, это дар. А потом - миссия. Все просто. В принципе.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 26 ноя 2012, 12:56 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 04 мар 2010, 18:20
Сообщения: 1782
Откуда: Воронеж
quagga писал(а):
Спасибо, Бегущая по волнам!
Людмила писал(а):
О чем, собственно, в передаче пойдет речь ?
О таланте Маршака - поэта ? О тайнах перевода ? Интересно,можно ли говорить о философском содержании этого лингвистического и интеллектуального акта ?

Интересно, а как в человеке вырастает большой переводчик- с евангельской (или детской :hi_hi_hi: ?) способностью понимать и говорить на разных языках?


а и правда!
и не только на языках...

Людмила, если дар, то тогда все люди не равны между собой. Или... Дар всем, который одни взяли, а другие не заметили.
Стастен Самуил Яковлевич был, очень страстен (Женя, спасибо за статьи!).
А вот он пишет о себе самом http://s-marshak.ru/works/prose/o_sebe.htm

_________________
Я знаю все.
Ну, кроме одного.
Как смог Он вереск вырастить и маки
На пепелище сердца моего?


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 26 ноя 2012, 18:00 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 22:03
Сообщения: 3296
Откуда: Мурманск
А люди НЕ равны между собой. Есть одаренные.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: С.Я. Маршак и его переводы
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 26 ноя 2012, 19:20 
Не в сети
народный корреспондент
народный корреспондент

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 13:48
Сообщения: 4110
Откуда: Нижний Новгород
Все люди одарённые, только дар у всех - в разном.
***
У Маршака из переводов, как и Julia_Xexbr, очень люблю английские песенки..
Например:
Цитата:
В гостях у королевы
Английская песенка
- Где ты была сегодня, киска?
- У королевы, у английской.
- Что ты видала при дворе?
- Видала мышку на ковре!

Какое чудо, правда?
Всё великолепие королевских покоев киска свела к тому, что нравится ей, то есть - к мышке на ковре!
Мышка затмила даже коронованных особ и придворных с их государственными делами! :-)
Это ли не иллюстрация к закону психологического зеркала?
***
Когда-то очень нравилась восточная баллада о мельнике, мальчике и осле.Наверняка, все её знают.. Ну.. если кто забыл - вот она в переводе Самуила Яковлевича:
http://www.teremok.in/Pisateli/Rus_Pisa ... alchik.htm
Наверное, и здесь можно вывести некую психологическую закономерность: что бы ты ни делал, как бы ты себя ни вёл, всегда найдётся тот, кто тебя осудит, поднимет на смех... или, говоря проще: всем нравиться невозможно!
Кстати, у Маршака баллада обрывается на том, как "старый осёл молодого везёт"... а недавно читала эту же сказку у одного их китайских мудрецов... Там старик сказал в конце мальчику примерно следующее: "У каждого человека, мой мальчик, свой обычай,поэтому люди не понимают и не одобряют нас, давай поступим так, как принято у нас, а они пусть поступают так, как принято у них."
Маршак в своём переводе оставил старика в смешном положении... и, наверное, баллада от этого выиграла не только стилистически и комически. Читатель перевода С.Я. может без подсказки автора вывести свою "мораль".. а она и здесь тоже может быть разной: например, можно говорить не только о вреде черзмерного конформизма, но и о широком спектре взглядов на одну и ту же ситуацию, о пользе уверенности в себе etc...
В переводах Маршака нравится то, что замечательно сформулировано в литературоведческих статьях, процитированных Евгенией.
Женя... а автор cтатьи, которую Вы цитировали - Чуковский?
Есть ещё статья П.Карпа, Б.Томашевского. "Высокое мастерство"
http://www.litlikbez.com/nauchno-populj ... rstvo.html
Помню, что Томашевский писал, что переводы Маршака выполнены в лучших традициях Пушкина, Лермонтова, Жуковского etc, то есть.. когда переводчик своими текстами бросает вызов и вступает в соревнование с оригиналом, не идёт на поводу у подстрочника, сближая таким образом разные культуры и делая произведения гениев других стран русскими шедеврами (сорри за неточность цитаты... поищу.. потом отредактирую)


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 41 ]  1, 2, 3  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Bing [Bot] и гости: 7


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
POWERED_BY
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.079s | 19 Queries | GZIP : On ]