Серебряные нити

психологический и психоаналитический форум
Новый цикл вебинаров «Тела сновидения» Прямой эфир в 21:00
Текущее время: 07 дек 2016, 19:17

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 67 ]  Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
Автор Сообщение
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 27 дек 2014, 20:48 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 22:03
Сообщения: 3296
Откуда: Мурманск
Самое ПРАВДИВОЕ 0 ИМХО - кино об Анне Ахматовой. В главной роли - СВЕТЛАНА КРЮЧКОВА . ЛУНА в ЗЕНИТЕ.

http://seasonvar.ru/serial-5770-Luna_v_zenite.html


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 17 янв 2015, 09:29 
Не в сети
народный корреспондент
народный корреспондент

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 13:48
Сообщения: 4110
Откуда: Нижний Новгород
ОГРОМНОЕ СПАСИБО за "Луну в зените")))
Посмотрела в каникулы, получила большое наслаждение, рекомендую всем подругам, заново влюбилась в А.А.Ахматову.
Слушала записи её голоса в инете, как она читает свои стихи):
http://anna.ahmatova.com/audio.htm
Как удивительно всё же! У вас, Людмила, с А.А.А. и голоса похожи)
***
Нашла драгоценную киносъёмку А.А.А.

Крючкову в образе А.А.А. в начале фильма не приняла, потом втянулась и почти поверила..
Но всё же Ахматову представляю ближе к образу, созданному Светланой Свирко, даже когда Поэт была уже в солидном возрасте.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 17 янв 2015, 09:37 
Не в сети
народный корреспондент
народный корреспондент

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 13:48
Сообщения: 4110
Откуда: Нижний Новгород
А вот И.Бродский говорит о четырёх наших великих Поэтах (об А.А.А. в том числе. Начинает рассказ с неё!) и, конечно, читает стихи:
http://www.youtube.com/watch?v=plbqEmUXGb4#t=177
Говорит о встречах двух наших поэтов - Цветаевой и Пастернака - на "воздушных путях", о том, что
от революции у мужчин закружилась голова, п.ч. мужчины способны принимать желаемое за сущее.
Не закружились головы только у Ахматовой и Цветаевой, потому что для женщин трагедия это трагедия, кровь-кровь..
Конечно, Бродский рассказывает о своём личном знакомстве с Ахматовой и говорит: от общения с Ахматовой становилось понятно - КАК надо жить, об умении прощать, о потрясающем чувстве юмора А.А.А.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 17 янв 2015, 12:02 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 22:03
Сообщения: 3296
Откуда: Мурманск
Эльмира, Как удивительно всё же! У вас, Людмила, с А.А.А. и голоса похожи)

Спасибо за наблюдение, Эльмира. ГОЛОС создает СЛОВО. Это единство формы и содержания. Ну, и момент "вхождения в МИФ". Все-таки чисто профессиональное общение с поэзией накладывет свою печать. Мне на днях подумалось ( говорила, кстати, очередным культурологам в очередной раз об А. А. А. ) , что в СОВЕТСКОЕ ВРЕМЯ для нас религию во многом заменила ПОЭЗИЯ ( искусство - если шире ). И авторитетами были АРТИСТИЧЕСКИЕ НАТУРЫ ( скоморохи , по существу). Тут и подмена ЦЕННОСТЕЙ и временное спасение. Хотя бы потому, что сами "скоморохи" ( и поэты) в итоге приходили к истинной вере. Так к христианству пришла и Ахматова . НО ЭТО СЛОЖНЫЕ ВОПРОСЫ.

А ЛУНА в ЗЕНИТЕ - очень сильный фильм. Рада, что он "пошел в народ" ! )))


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 17 янв 2015, 13:26 
Не в сети
народный корреспондент
народный корреспондент

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 13:48
Сообщения: 4110
Откуда: Нижний Новгород
Людмила писал(а):
Мне на днях подумалось ( говорила, кстати, очередным культурологам в очередной раз об А. А. А. ) , что в СОВЕТСКОЕ ВРЕМЯ для нас религию во многом заменила ПОЭЗИЯ ( искусство - если шире ). И авторитетами были АРТИСТИЧЕСКИЕ НАТУРЫ ( скоморохи , по существу). Тут и подмена ЦЕННОСТЕЙ и временное спасение. Хотя бы потому, что сами "скоморохи" ( и поэты) в итоге приходили к истинной вере.

Cхожие мысли высказывает в телеинтервью и Иосиф Бродский.

Интересно, что фамилия актрисы, играющей молодую Ахматову (а также Ахматову нутряную, из снов и поэтической реальности - "с воздушных путей") - Свирко..
Вот об этой фамилии в инете:
Цитата:
Фамилия Свирко ведет свое начало от прозвища Свирка, которое восходит к аналогичному украинскому слову. Нарицательное «свiрка» имеет несколько значений: «веревка или ремешок, которым прикрепляют кнут к древку кнута; «ель, пихта»; «сверчок». В таком случае, можно предположить, что прозвище Свирка мог получить мастер по изготовлению кнутов, лесник или человек, который постоянно напевал или насвистывал какие-то мелодии.Позже прозвище Свирка, для фамилии Свирко.

А вот из ахматовского стихотворения "Муза" известные строки:
Цитата:
Когда я ночью жду ее прихода,
Жизнь, кажется, висит на волоске.
Что почести, что юность, что свобода
Пред милой гостьей с дудочкой в руке.

Как всё неслучайно в этом мире...


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 19 янв 2015, 09:08 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 25 июн 2010, 09:25
Сообщения: 328
Откуда: Благовещенск
Да, Эльмира, вы правы вся земля и воздух опутаны нитями неслучайностей)))
"Королева" - пишете вы, друзья-форумчане... А в чем королева? Мне Анна Андреевна таковой не чувствуется. И стихи ее совсем не хочется протяжно декламировать, как это делала она сама. Вовсе нет, ее рифмами хочется заиграть воображение, возмутить и встряхнуть чувства или вывернуть воспоминаниями, глубинным призывом к состраданию наизнанку чью-то душу и ... породниться с ней! Музыка стиха Анны Андреевны - это мотив родства от которого всегда теплеет в спине. Безусловно жизнь ее - это миф, но что из воспоминаний (даже самых обыденных) не миф? Или кто из творцов - не миф? Да все кажется. История - это вообще нескончаемая череда танцевальных мифических фигур: воплощаются магическим обазом из ничего, приближаются, отдаляются и уходят, уступая место другим.
Мифотворчество же применительно к каждой конкретной фигуре только тогда живо, когда за завесой его, непрерывно ощущается неровное дыхание вполне себе земного человека со всеми его страхами, заблуждениями, стыдом, неудачами... За именем Ахматовой мне это дыхание слышится всегда. Именно за это я люблю ее стихи и безмерно восхищаюсь самой женщиной Анной Андреевной. Благодаря этому чувствую ее своей.
Во мне самой, видимо тоже есть это качество - казаться "своей" людям. Ведь среди стоящего под кабинетом врача скопища людей какая-нибудь старушка обязательно избирает меня для того, чтобы излить душу; незнакомые дети часто и звонко здороваются на улице: "Привет!", как будто знакомы со мной сто лет; недавно в сауне незнакомая женщина запросто подошла и попросила потереть ей спину (я чуть в обморок не упала!). А приезжая в один с детства знакомый город всегда, едва выйдя из поезда обязательно услышу вслед окрик: "Одуванчик кудрявый!", словно тайный опознавательный знак родства с этим местом...
Вы знаете, порой многое из происходящего кажется мне игрой чьего-то воображения, и не самой честной и доброй игрой, среди которой к счастью есть место таким драгоценностям как Анна Андреевна - живым, ироничным, насмешливым людям, не слишком доверявшим действительности и не слишком живших в ней, а иначе... А как иначе могли они вынести царящий вокруг ужас. Глядя в безумные глаза Блока с последнеего фотографического снимка, понимаю, что он кажется неудачно споткнулся и всецело упал в реальность. Потому и не смог дальше. А Ахматова смогла удержаться на краю реальности и нереальности - и слава Богу!

_________________
Легкий огонь над кудрями пляшущий: дуновение, вдохновение!


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 10 фев 2015, 10:53 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 25 июн 2010, 09:25
Сообщения: 328
Откуда: Благовещенск
Вот еще одна неслучайность на которую "...наткнулась случайно//И теперь все как-будто больна" - дружба Анны Андреевны Ахматовой с Фаиной Георгиевной Раневской. Вот уж не ожидала! Тонкая отстраненая Ахматова и великоллепная нескадёха-матерщинница Раневская. А между тем, ведь связывала этих женщин нежнейшая дружба.

Вот фрагмент из книги Ф.Г. Раневской "Судьба-шлюха":


Из главы: "Боже мой, как я стара - я еще помню порядочных людей..."

Благодарю судьбу за Ахматову. За Макса Волошина, который не дал мне умереть с голоду. За дивного старика - композитора Спендиарова. Старик этот был такой восхитительный, трогательный.
________________________________________

...Однажды попала в больницу по поводу диабета. В коридоре увидела Шостаковича и завопила: "Какая радость вас видеть". Страшно смутилась, и мы оба рассмеялись. Он мне тоже обрадовался.
...Спросил, люблю ли я музыку. Я ответила: если что-то люблю по-настоящему в жизни, то это природа и музыка. Он стал спрашивать:
- Кого вы любите больше всего?
- Я люблю такую далекую музыку. Бах, Глюк, Гендель...
Он с интересом стал меня рассматривать.
- А оперу любите?
- Нет, кроме Вагнера.
Он опять посмотрел. С интересом.
- Вот Чайковский, - продолжала я. - написал бы музыку к "Евгению Онегину", и жила бы она. А Пушкина не имел права трогать. Пушкин - сам музыка... Не надо играть Пушкина... Пожалуй, и читать в концертах не надо. А тем более танцевать... И самого Пушкина ни в коем случае изображать не надо. Вот у Булгакова хватило такта написать пьесу о Пушкине без самого Пушкина.
Опять посмотрел с интересом. Но ничего не сказал.
А на обложке его квартетов я прочла: "С восхищением Ф.Г.Раневской".
...Я рассказала ему, как мы с Ахматовой слушали знаменитую "ленинградку" в Ташкенте, в эвакуации, как дрожали обе, слушая его гениальную музыку. В ней было все: было время наше, время войны, бед, горя. Мы плакали. Она редко плакала.
Рассказывала, с каким волнением слушаю 8-й квартет, как потрясла меня его музыка.
Был он таким тихим, кротким. Однажды понял рукав пижамы, показал тонкую руку ребенка, сказал: "Посмотрите, что стало с моими руками". Жаловался, что к нему не пускают внуков, что смотрит на них в окно, а хочется с ними побеседовать, слушать их. "Ведь они так быстро растут", - говорил он печально.
И теперь, когда смотрю на его фото с доброй, ласковой надписью, хочется плакать.
Я не имею права жаловаться - мне везло на людей.
________________________________________

Любила, восхищалась Ахматовой. Стихи ее смолоду вошли в состав моей крови.
Есть еще и посмертная казнь, это воспоминание о ней ее "лучших" друзей.
Одно время я записывала все, то она говорила. Она это заметила, попросила меня показать ей мои записи.
- Анна Андреевна, я растапливала дома печку и по ошибке вместе с другими бумагами сожгла все, что записала, а сколько там было замечательного, вы себе представить не можете, Анна Андреевна!
- Вам 11 лет и никогда не будет 12, - сказала она и долго смеялась.
________________________________________

Ф.Г.РАНЕВСКАЯ - А.А.АХМАТОВОЙ
(написано под диктовку)

Спасибо, дорогая, за вашу заботу и внимание и за поздравление, которое пришло на третий день после операции, точно в день моего рождения в понедельник.
Несмотря на то, что я нахожусь в лучшей больнице союза, я все же побывала в дантовом аду, подробности которого давно известны.
Вот что значит операция в мои годы со слабым сердцем. На вторые сутки было совсем плохо и, вероятнее всего, что если бы я была в другой больнице, то уже не могла бы диктовать это письмо.
Опухоль мне удалили, профессор Очкин предполагает, что она была незлокачественной, но сейчас она находится на исследовании.
В ночь перед операцией у меня долго сидел Качалов В.И. и мы говорили о Вас.
Я очень терзаюсь кашлем, вызванным наркозом. Глубоко кашлять с разрезанным животом непередаваемая пытка. Передайте привет моим подругам. У меня больше нет сил диктовать, дайте им прочитать мое письмо. Сестра, которая пишет под мою диктовку, очень хорошо за мной ухаживает, помогает мне. Я просила Таню Тэсс вам дать знать результат операции. Обнимаю Вас крепко и благодарю.
Мой адрес: улица Грановского, кремлевская больница, хирургическое отделение, палата 52.
Ваша Фаина (рукой Раневской).
28.8.45 г.
________________________________________

Я понакомилась с Ахматовой очень давно. Я тогда жила в Таганроге. Прочла ее стихи и поехала в Петербург. Открыла мне сама Анна Андреевна. Я, кажется, сазала: "Вы мой поэт", - извинилась за нахальство. Она пригласила меня в комнаты - дарила меня дружбой до конца своих дней.
...Я никогда не обращалась к ней на "ты". Мы много лет дружили, но я просто не могла обратиться к ней так фамильярно.
Она была великой во всем. Я видела ее кроткой, нежной, заботливой. И это в то время, когда ее терзали.
...Во время войны Ахматова дала мне на хранение папку. Такую толстую. Я была менее "культурной", чем молодежь сейчас, и не догадалась заглянуть в нее. Потом, когда арестовали сына второй раз, Ахматова сожгла эту папку. Это были, как теперь принято называть, "сожженные стихи". Видимо, надо было заглянуть и переписать все, но я была, по теперешним понятиям, необразованной.
...Проклинаю себя за то, что не записывала за ней все, что от нее услышала, что узнала! А какая она была труженица: и корейцев переводила, и Пушкиным занималась...
...В Ташкенте А.А. писала пьесу, в которой предвосхитила все, что с ней сделали в 46 году. Потом пьесу сожгла. Через много лет восстанавливала по памяти.
В Комарове читала мне вновь отрывки из этой пьесы, в которой я многого не понимала, не постигала ее философии, но ощущала, что это нечто гениальное. Она спросила - могла бы такая пьеса быть поставлена в театре?
В пьесе был человек, с которым героиня вела долгий диалог, которого я не поняла, отвлеченный, философский и, по словам Анны Андреевны, этот человек из пьесы к ней пришел однажды, и они говорили до рассвета. Об этом визите она часто вспоминала, восхищаясь ночным собеседником, а в Комарове показала мне его фотографию.
...Анна Андреевна была бездомной, как собака.
...В первый раз, придя к ней в Ташкенте, я застала ее сидящей на кровати. В комнате было холодно, на стене следы сырости. Была глубокая осень, от меня пахло вином.
- Я буду вашей madame de Lambaille, пока мне не отрубили голову - истоплю вам печку.
- У меня нет дров, - сказала она весело.
- Я их украду.
- Если вам это удастся - будет мило.
Большой каменный саксаул не влезал в печку, я стала просить на улице незнакомых людей разрубить эту глыбу. Нашелся добрый человек, столяр или плотник, у него за спиной висел ящик с топором и молотком. Пришлось сознаться, что за работу мне нечем платить. "А мне и не надо денег, вам будет тепло, и я рад за вас буду, а деньги что? Деньги это еще не все".
Я скинула пальто, положила в него краденое добро и вбежала к Анне Андреевне.
- А я сейчас встретила Платона Каратаева.
- Расскажите...
"Спасибо, спасибо", - повторяла она. Это относилось к нарубившему дрова. У нее оказалась картошка, мы ее сварили и съели.
Никогда не встречала более кроткого, непритязательного человека, чем она...
...Однажды в Ташкенте Анна Андреевна написала стихи о том, что когда она умрет, ее пойдут провожать: "соседки из жалости - два квартала, старухи, как водится, - до ворот", прочитала их мне, а я говорю: "Анна Андреевна, из этого могла бы получиться чудесная песня для швейки. Вот сидит она, крутит ручку машинки и напевает". Анна Андреевна хохотала до слез, а потом просила: "Фаина, исполните "швейкину песню"!"
Вот ведь какой человек: будь на ее месте не великий поэт, а средненький - обиделся бы на всю жизнь. А она была в восторге... Была вторая песня, мотив восточный: "не любишь, не хочешь смотреть? О как ты красив, проклятый!!!" - и опять она смеялась.
Там, куда приехала Анна Андреевна в Ташкенте, где я жила с семьей во время войны (семья П.Л.Вульф - Д.Щ.), во дворе была громадная злая собака. Анна Андреевна боялась собак. Собаку загоняли в будку. Потом при виде А.А. собака пряталась по собственной инициативе. Анну Андреевну это очень забавляло. "Обратите внимание, собака при виде меня сама уходит в будку".
...Маленький Алеша, сын И.С.Вульф, в то время, когда она (А.А.Ахматова) у нас обедала, долго смотрел на нее, а потом сказал, что она "мировая тетя". А.А. запомнила это настолько, что, когда мальчик подрос, с огорчением сказала мне: "Алеша будет знать обо мне теперь из учебника по литературе..."
...В Ташкенте она звала меня часто гулять. Мы бродили по рынку, по старому городу. Ей нравился Ташкент, а за мной бежали дети и хором кричали: "Муля, не нервируй меня". Это очень надоедало, мешало мне слушать ее. К тому же, я остро ненавидела роль, которая дала мне популярность. Я сказала об этом Анне Андреевне.
"Сжала руки под темной вуалью" - это тоже мои Мули", - ответила она.
Я закричала: "Не кощунствуйте!"
...У нее был талант верности. Мне известно, что в Ташкенте она просила Л.К.Чуковскую у нее не бывать, потому что Лидия Корнеевна говорила недоброжелательно обо мне.
...Часто замечала в ней что-то наивное, это у Гения, очевидно, такое свойство. Она видела что-то в человеке обычном - необычное или наоборот.
Часто умилялась и доверяла тому, что во мне не вызывало доверия и умиления. Пример первый: Надька Мандельштам. Анна Андреевна любила это чудовище, верила ей, жалела, говорила о ней с нежностью.
...Анна Андреевна очень чтила Мандельштама и была дружна с крокодилицей его женой, потом вдовой, ненавидевшей Ахматову и писавшей оскорбительно для А.А.
Ахматова чудо. Оценят ли ее потомки? Поймут ли? Узнают ли в ней Гения? Нет, наверно.
...Как-то А.А. за что-то на меня рассердилась. Я, обидевшись, сказала ей что-то очень дерзкое. "О, наша фирма - два петуха!" - засмеялась она.
...В Ташкенте мы обе были приглашены к местной жительнице, сидели в комнате комфортабельной городской квартиры. В комнату вошел большой баран с видом человека, идущего по делу. Не глядя на нас, он прошел в сад. Это было неожиданно и странно. И потом, через много лет, она говорила: "А вы помните, как в комнату пришел баран и как это было удивительно. Почему-то я не могу забыть этого барана". Я пыталась объяснить это неизгладимое впечатление с помощью психоанализа. "Оставьте, вы же знаете, что я ненавижу Фрейда", - рассердилась она.
________________________________________

Однажды я спросила ее: "Стадо овец... кто муж овцы?" Она сказала: "Баран, так что завидовать ему нечего". Сердито ответила, была чем-то расстроена.
________________________________________

"Фаина, вы можете представить меня в мехах и бриллиантах?" И мы обе расхохотались.
________________________________________

Есть такие, до которых я не смею дотронуться, отказалась писать о Качалове, а уж об А.А. подавно. В ней было все. Было и земное, но через божественное... Однажды я рассказала ей, как в Крыму, где я играла в то лето в Ялте - было это при белых, - в парике, в киоске сидела толстая пожилая поэтесса. Перед ней лежала стопка тонких книжек ее стихов. "Пьяные вишни" назывались стихи, и посвящались стихи "прекрасному юноше", который стоял тут же, в киоске. Герой, которому посвящались стихи, был косой, с редкими прядями белесых волос. Стихи не покупали. Я рассказала Ахматовой, смеясь, о даме со стихами. Она стала мне выговаривать: "Как вам не совестно! Неужели вы ничего не предпринимали, чтобы книжки покупали ваши знакомые? Неужели вы только смеялись? Ведь вы добрая! Как вы могли не помочь!" Она долго сердилась на меня за мое равнодушие к тому, что книги не покупали. И что дама с ее косым героем книги относила домой.
________________________________________

Однажды я застала ее плачущей, она рыдала. Я до этого никогда не видела ее в слезах и очень обеспокоилась. Внезапно она перестала плакать, помолчала: "Знаете, умерла первая жена моего бывшего мужа. Вам не кажется ли смешным то, что я ее так оплакиваю?"
В Ташкенте она получила открытку от сына из отдаленных мест. Это было при мне. У нее посинели губы, она стала задыхаться. Он писал, что любит ее, спрашивал о своей бабушке - жива ли она?
Бабушка - мать Гумилева.
Незадолго до смерти она говорила с тоской невыразимой, что сын не хочет ее знать, не хочет видеть. Она говорила мне об этом и в Комарове. И всегда, когда мы виделись.
...Она была удивительно доброй. Такой она была с людьми скромными, неустроенными. К ней прорывались все, жаждующие ее видеть, слышать. Ее просили читать, она охотно исполняла просьбы. Но если в ней появлялась отчужденность, она замолкала. Лицо сказочно прекрасное делалось внезапно суровым. Я боялась, что среди слушателей окажется невежественный нахал.
________________________________________

Про известного писателя, которого, наверное, хотела видеть в числе друзей, сказала: "Знаете, о моей смерти он расскажет в придаточном предложении, извинится, что куда-то опоздал, потому что трамвай задавил Ахматову, он не мог продраться через толпу, пошел другой стороной".
________________________________________

...Однажды сказала: "Что за мерзость антисемитизм, это для негодяев - вкусная конфета, я не понимаю, что это, бейте меня , как собаку, все равно не пойму".
________________________________________

Она была женщиной больших страстей. Вечно увлекалась и была влюблена. Мы как-то гуляли с нею по Петрограду. Анна Андреевна шла мимо домов и, показывая на окна, говорила: "Вот там я была влюблена... А за тем окном я целовалась".
...Я знала объект последней любви Ахматовой. Это был внучатый племянник Всеволода Гаршина. Химик, профессор Военно-Медицинской Академии. Он предложил Ахматовой брак. Она отказалась.
________________________________________

Она (Ахматова) называла это "моя катастрофа". Рассказала, что к ней пришел циркач - канатоходец. Силач, полуграмотный, вскоре после своей "катастрофы", и стал просить ее или усыновить его, или выйти за него замуж...
________________________________________

...Читала однажды Ахматовой Бабеля, она восхищалась им, потом сказала: "Гений он, а вы заодно".
После ее слов о том, что Гаршин сделал ей предложение стать его женой, как она смеялась, когда я ей сказала:
Давно, давно пора...
Сменить вам нимб на флердоранж.
Ахматова не любила двух женщин. Когда о них заходил разговор, она негодовала. Это Наталья Николаевна Пушкина и Любовь Дмитриевна Блок. Про Пушкину она даже говорила, что та - агент Дантеса.
Когда мы начинали с Анной Андреевной говорить о Пушкине, я от волнения начинала заикаться. А она вся делалась другая: воздушная, неземная. Я у нее все расспрашивала о Пушкине... Анна Андреевна говорила про Пушкинский памятник: "Пушкин так не стоял".
...Мне думается, что так, как А.А. любила Пушкина, она не любила никого. Я об этом подумала, когда она, показав мне в каком-то старом журнале изображение Дантеса, сказала: "Нет, вы только посмотрите на это!" Журнал с Дантесом она держала, отстранив от себя, точно от журнала исходило зловоние. Таким гневным было ее лицо, такие злые глаза... Мне подумалось, что так она никого в жизни не могла ненавидеть.
Ненавидела она и Наталью Гончарову. Часто мне говорила это. И с такой интонацией, точно преступление было совершено только сейчас, сию минуту.
________________________________________

Сегодня у меня обедала Ахматова, величавая, величественная, ироничная, трагическая, веселая и вдруг такая печальная, что при ней неловко улыбнуться и говорить о пустяках. Как удалось ей удержаться от безумия - для меня непостижимо.
Говорит, что не хочет жить, и я ей абсолютно верю. Торопится уехать в Ленинград. Я спросила: "Зачем?" Она ответила: "Чтобы нести свой крест". Я сказала: "Несите его здесь". Вышло грубо и неловко. Но она на меня не обижается никогда.
Странно, что у меня, такой сентиментальной, нет к ней чувства жалости или участия. Не шевелятся во мне к ней эти чувства, обычно мучающие меня по отношению ко всем людям с их маленькими несчастьями.
________________________________________

...Вспомнила, как примчалась к ней после "постановления". Она открыла мне дверь, потом легла, тяжело дышала... В доме было пусто. Пунинская родня сбежала. Она молчала, я тоже не знала, что ей сказать. Она лежала с закрытыми глазами. Я видела, как менялся цвет ее лица. Губы то синели, то белели. Внезапно лицо становилось багрово-красным и тут же белело. Я подумала о том, что ее "подготовили" к инфаркту. Их потом было три, в разное время.
Молчали мы обе. Хотелось напоить ее чаем - отказалась. В доме не было ничего съестного. Я помчалась в лавку, купила что-то нужное, хотела ее кормить. Она лежала, ее знобило. Есть отказалась. Это день ее муки и моей муки за нее. Об "этом" не говорили.
Через какое-то время она стала выходить на улицу. И, подведя меня к газете, прикрепленной к доске, сказала: "Сегодня хорошая газета, меня не ругают".
...И только через много дней вдруг сказала: "скажите, зачем великой моей стране, изгнавшей Гитлера со всей его техникой, понадобилось пройти всеми танками по грудной клетке одной больной старухи?"
И опять молчала...
Я пригласила ее пообедать. "Хорошо, но только у вас в номере". Очевидно, боялась встретить знающих ее в лицо. В один из этих страшных ее дней спросила: "Скажите, вам жаль меня?" "Нет", - ответила я, боясь заплакать. "Умница, меня нельзя жалеть".
________________________________________

Именины А. Она говорит, что Бор. Пастернак относится к ней, как я к П.Л. (к Павле Леонтьевне Вульф - Д.Щ.).
...Не встречала никого пленительней, ослепительней Пастернака. Это какое-то чудо. Гудит, а не говорит, и все время гудит, что-то читая...
Я знала блистательных - Михоэлс, Эйзенштейн, - но Пастернак потрясает так, что его слушаю с открытым ртом. Когда они вместе - А.и П., - то кажется, будто в одно и то же время в небе солнце, и луна, и звезды, и громы, и молнии. Я была счастлива видеть их вместе, слушать их, любоваться ими.
________________________________________

Борис Пастернак слушал, как я читаю "Беззащитное существо", и хохотал по-жеребячьи. Анна Андреевна говорила: "Фаина, вам 11 лет и никогда не будет 12. А ему всего 4 годика".
________________________________________

...Вот что вспоминается. А.А. лежала в боткинской больнице (в тот период моей жизни я еще могла входить в больницу). Часто ее навещала. Она попросила меня приехать после похорон Пастернака и рассказать ей все, что я видела. Смерть Б.Л. ее очень угнетала. Я делилась с ней моими впечатлениями и сказала, что была нестерпимая духота, что над нами, над огромной толпой, висели свинцовые тучи, а дождя не было, что гроб несли на руках до самой могилы, что Б.Л. в гробу был величавый, торжественный.
А.А. слушала внимательно, а потом сказала: "Я написала Борису стихи". Запомнилось не все, но вот что потрясло меня:
Здесь все принадлежит тебе по праву.
Висят кругом дремучие дожди.
Отдай другим игрушку мира - Славу,
Иди домой и ничего не жди.
Да, висели дремучие дожди, и мысли у всех нас были о славе, которая ему больше не нужна, обо всем, что было в этих строках.
________________________________________

Арсения Тарковского очень любила и ценила и как человека, и как поэта. Арс. Тарк. прислал мне свою последнюю книжку стихов. Я позвонила, благодарила. Он мне сказал: "Нет Анны Андреевны, мне некому теперь читать мои стихи".
________________________________________

Была у Т. (Арсений Тарковский - Д.Щ.) Сидел там мальчик, приехавший из Ташкента. Поэт 16 лет. Ахматова считает, что этот юноша одарен очень, но дарование его какое-то пожилое. Валя Берестов. Я всмотрелась в глаза. Глаза умные, стариковские. Улыбка детская. Ужасно симпатичен. Влюблен в Пастернака, в Ахматову.
________________________________________

Если будет ваша милость - сверните мне козью ножку.
"Целый день думаю о стихах Леонида Первомайского, вспоминаю их. Как это верно про письма жены на фронт: невозможно бросить их и нельзя с собой таскать.
Стихи запомнила, говорила наизусть.
В Ташкенте о том, что А.А. весь день говорила о стихах Леонида Первомайского с такой любовью, знала из наизусть, я сказала Маргарите Алигер и просила об этом написать Первомайскому, он был бы рад. Спросила Алигер: "Вы писали, как я просила вас?" Ответила: "Ах, забыла". А вскоре он умер, так и не узнав о том, что Ахматова его так похвалила.
________________________________________

Я отдыхала с Анной Андреевной в доме писателей в "Голицыно". Мы сидели в лесу на пнях. К ней подошла седая женщина, она назвала себя поэтом, добавила, что пишет на еврейском языке и что ее зовут еврейской Ахматовой.
- Тогда приходите ко мне сегодня же к вечеру, дайте мне ваши стихи, и я их переведу.
Они условились о встрече. (Это была поэтесса Рахиль Баунвиль, - ее Ахматова переводила).
________________________________________

Ленинград без Ахматовой для меня поблек, не могу себя заставить съездить на ее холмик взглянуть. Зачем? У меня в ушах ее голос, смех...
...Смерть Анны Андреевны - непривычное мое горе. В гробу ее не видела, вижу перед собой ее живую. В Комарове она вышла проводить меня за ограду дачи, которую звала "моя будка". Я спешила к себе в дом отдыха, опаздывала к ужину... Она стояла у дерева, долго смотрела мне вслед. Я все оборачивалась, она помахала рукой, позвала вернуться. Я подбежала. Она просила меня не исчезать надолго, приходить чаще. Но только во вторую половину дня, так как по утрам она работает, переводит.
Когда я пришла к ней на следующий день, она лежала. Окно было занавешено... Я подумала, что она спит: "Нет, нет, входите, я слушаю музыку, в темноте лучше слышится...."
Она любила толчею вокруг, называла скопище гостей "станция Ахматовка". Когда я заставала ее на даче в одиночестве, она говорила: "Человека забыли" (реплика Фирса, оставленного в заколоченном доме (из "Вишневого сада", А.П. Чехов)).
________________________________________

Когда тяжело заболела Н.Ольшевская, ее близкий друг, она сказала: "Болезнь Нины - большое мое горе". Она любила семью Ардовых и однажды в Ленинграде сказала, что собирается в Москву, домой, к своим, к Ардовым. В Москве позвонила, пообещав, если я приду, рассказать мне "турусы на колесах". Я просила ее объяснить, то означает это выражение. "А вот придете - скажу". Но я позабыла спросить про эти "турусы".
Умирая, А.Ахматова кричала: "Воздуха, воздуха..."
Доктор сказал, что, когда ей в вену ввели иглу с лекарством, она была уже мертва.
________________________________________

Из дневника Анны Андреевны: "Теперь, когда все позади - даже старость, и остались только дряхлость и смерть, оказывается, все как-то, почти мучительно, проясняется: люди, события, собственные поступки, целые периоды жизни.
И сколько горьких и даже страшных чувств".
Я написала бы все то же самое. Гений и смертный чувствуют одинаково в конце, перед неизбежным.
Все время думаю о ней, вспоминаю. Скучно без нее.
Она любила говорить о матери. С нежностью говорила, умилялась деликатности матери. О сестрах, рано умерших, не вспоминала. Говорила о младшем брате, о его недоброте.
Будучи в Ленинграде, я часто ездила к ней за город, в ее будку, как звала она свою хибарку. Помнится, она сидела у окна, смотрела на деревья и, увидев меня, закричала: "Дайте, дайте мне Раневскую..." Очевидно, было одиноко, тоскливо.
Стала она катастрофически полнеть, перестала выходить на воздух. Я повела ее гулять, сели на скамью, молчали. Лева был далеко...
________________________________________

Почему я так не люблю пушкинистов? Наверное, потому что неистово люблю Пушкина. Он мне осмыслил мою жизнь. Что бы я делала без него?
Есть еще посмертная казнь поэта - "Воспоминания".
Читаю этих сволочных вспоминательниц об Ахматовой и бешусь. Этим стервам охота рассказать о себе. Лучше бы читали ее, а ведь не знают, не читают.
Она украсила время.
Однажды сказала мне: "Моя жизнь - это не Шекспир, не Софокл. Я родила сына для каторги". ...Я примчалась в Ленинград после постановления.
...Прошло немало лет с того времени, как появилось это постановление. А.А. нет уже 12 лет.
Я ничего не прощаю.
78 год
________________________________________

А.А. с ужасом сказала, что была в Риме в том месте, где первых христиан выталкивали к диким зверям. Передаю неточно - эо было первое, что она мне сказала. Говорила о том, что в Европе стихи не нужны, что Париж изгажен тем, что его отмыли. Отмыли от средневековья.
________________________________________

По ночам в трубах стонет и плачет вода.
Она в гробу, я читаю ее стихи и вспоминаю живую, стихи непостижимые, такое чудо Анну Андреевну...
5 марта 10 лет нет ее, - к десятилетию со дня смерти не было ни строчки.
Сволочи.
________________________________________

Меня спрашивают, почему я не пишу об Ахматовой, ведь мы дружили...
Отвечаю: не пишу, потому что очень люблю ее.
78 год
________________________________________

из главы "Трупы дней устилали мой путь, и я плачу над ними"

Узнала сейчас в газете о смерти Ольги Берггольц.
Я ее очень любила.
Анна Андреевна считала ее необыкновенно талантливой.
Так мало в мире нас осталось,
Что можно шепотом произнести
Забытое, людское слово "жалость",
Чтобы опять друг друга обрести.
О.Берггольц
________________________________________

Ахматова говорила: "Беднягушка Оля". Она ее очень любила. Все мы виноваты и в смерти Марины (Цветаевой - Д.Щ.). Почему, когда погибает поэт, всегда чувство мучительной боли и своей вины? Нет моей Анны Андреевны, - все мне объяснила бы, как всегда.
________________________________________

Грустно, нестерпимая тоска, смертное одиночество. Сейчас позвонила сестра, просила прийти на вечер ее (Ольги Берггольц - Д.Щ.) памяти. Мне нездоровится, я отказала, а теперь это мучает.
С любовью думаю об Ольге Берггольц. Вспоминаю, как вскоре после войны приехала в Ленинград. Меня встретили на вокзале - Ольга, Ахматова, которую я предупредила телеграммой о дне и часе прихода поезда. Выйдя из вагона, я встала на колени и заплакала. Ольга сказала мне: "Так надо теперь приезжать в наш город". Ольга была еще блокадная, худющая, бледно - серая. А.А., как всегда, - величественная. Была она эвакуирована в Ташкент, все рвалась домой, в Ленинград. В Ташкенте мы не расставались. Помню, что Ташкент ей нравился. Мы с ней гуляли по рынку, любовались фруктами, не имея возможности купить. А.А. мне говорила, что считает Ольгу Берггольц поэтом прекрасным... Я тоже любила Ольгу Федоровну, узнав ее ближе, узнав ее превосходные стихи. Страшно жалела ее. Больна она была непоправимо.
80 г.
________________________________________

Прислали мне стихи Марии Сергеевны Петровых. Вспомнила я ее с невыразимой нежностью. Уже не помню, с кем она пришла, кто привел ее, такую на редкость милую, застенчивую, тихую. Читала мне свои дивные стихи и смущалась. Ее нежно любила Анна Андреевна, называла ее "Марусенька хорошая", любила ее стихи, считала прекрасным поэтом. У Анны Андреевны светлело лицо, когда она говорила о М.Петровых.
________________________________________

А.А. часто повторяла о Бальмонте: он стоял дверях, слушал, слушал чужие речи и говорил: "Зачем я, такой нежный, должен на это смотреть?"
________________________________________

"...дорогой Раббик, узнала, что Вы нездоровы. Мечтаю о Вашем приезде в Москву, хочется быть с Вами... Пожалуйста, не хворайте. Хотела написать большое письмо, хотела рассказать о себе, о том, как мне теперь одиноко, как обессмыслилась моя жизнь...
...Раббинька, я уже не курю, а без папиросы не могу связать двух слов. Крепко обнимаю".
(из письма Ф.Раневской А.Ахматовой после смерти П.Вульф)
________________________________________

...Сначала бессонница, потом приходит сон, когда просыпается дом и дети сбегают с лестницы, торопятся в школу.
Боюсь сна... боюсь снов...
Вот вошла в черном Ахматова, худая - я не удивилась, не испугалась.
Спрашивает меня: "Что было после моей смерти?" я подумала, а стоит ли ей говорить о стихах Евтушенко "Памяти Ахматовой"... решила не говорить.
66 год, декабрь
________________________________________

Я попросила его (Рихтера) показать мне руки. Он ответил что-то вроде: "Руки здесь ни при чем". Обожает Вагнера. Холоден к Рахманинову.
Всю ночь у Булгаковой. Была Ахматова, еще кто-то. Рихтер играл всю ночь до утра, не отходя от рояля. Я плакала. Это нельзя забыть до конца жизни.
________________________________________

Выдержка из записи о Твардовском:
В конце долго смотрел на портрет Ахматовой. Его слова: "Вот - наследница Пушкина!.."
________________________________________

"Была у меня с ночевкой Анна Ахматова. С упоением говорила о Риме, который, по ее словам, создал одновременно и Бог и сатана. Она пресытилась славой, ее там очень возносили и за статью о Модильяни денег не заплатили, как обещали. Премию в миллион лир она истратила на подарки друзьям, и хоть я числюсь другом - ни хрена не получила: она считает, что мне уже ничего не надо, и, возможно, права. Скоро поедет за шапочкой с кисточкой и пальтишком средневековым, - я запамятовала, как зовется этот наряд. У нее теперь будет звание. Это единственная женщина из писательского мира будет в таком звании. Рада за нее. Попрошу у нее напрокат шапочку и приду к Вам в гости".
(из письма Ф.Раневской Х. и Э. Гариным, 13.3.65 г.)
________________________________________

из главы "Тоска просто и чудовищная тоска - это разное..."

Ахматова рассказывала мне, что в Пушкинский дом пришел бедно одетый старик и просил ему помочь. Жаловался на нужду, а между тем он имеет отношение к Пушкину.
Сотрудники Пушкинского дома в экстазе кинулись к старику с вопросами, каким образом он сввязан с А.С.
Старик гордо заявил: "Я являюсь правнуком Булгарина".
________________________________________

Помню, однажды позвонила Ахматовой и сказала, что мне приснился Пушкин.
"Немедленно еду", - сказала Анна Андреевна.
Приехала. Мы долго говорили. Она сказала:
"Какая Вы счастливая! Мне он никогда не снился..."
________________________________________

из главы: "Старость - это просто свинство"

Тоска, тоска, я в отчаянии, такое одиночество. Где, в чем искать спасения?
Тоска, тоска, - "час тоски невыразимой, все во мне, и я во всем". Это сказал Тютчев - мой поэт. А как хорошо было около Ахматовой. Как легко было. А как хорошо было с моей Павлой Леонтьевной. Тогда не знала смертной тоски. Ушли все мои...
________________________________________

Мне не хватает трех моих: Павлы Леонтьевны, Анны Ахматовой, Качалова. Но больше всех П.Л...
...Зимой, когда могилы их покрыты снегом, еще больнее, еще нестерпимее все там. Сейчас ночь, ветер и такое одиночество, такое одиночество. Скорей бы и мне... Изорвала все, что писала три года, книгу о моей жизни, ни к чему это. И то, что сейчас записала, - тоже ни к чему.
________________________________________

Влюблялась в Шоу. Больше всего в жизни я любила влюбляться: Качалов, Павла Леонтьевна, Бабель, Ахматова, Блок (его лично не знала), Михоэлс - прелесть человек. Екатерина Павловна Пешкова, М.Ф.Андреевна мне были симпатичны. Бывала у обеих. Макс Волошин, Марина Цветаева, чудо - Марина. Обожала Е.В.Гельцер. Мне везло на людей.


С недавних пор живет во мне ощущение, что и общность людей создает некое отдельное существо - новый миф, новое существо. Лица в действии. Очень хочется поразмыслить над этим.

_________________
Легкий огонь над кудрями пляшущий: дуновение, вдохновение!


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 10 фев 2015, 20:18 
Не в сети
народный корреспондент
народный корреспондент

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 13:48
Сообщения: 4110
Откуда: Нижний Новгород
ОГРОМНОЕ СПАСИБО, Tama, за публикацию)))
Да-да, общность людей что-то создаёт: что-то происходит в общем поле мыслеформ, чувств...
Не зря люди давно отмечают такое свойство - проведение времени в кругу талантливых друзей может помочь раскрыть и свои таланты, успешные в бизнесе люди помогают притягивать удачу и доселе неудачливому бизнесмену..
а вот про эту встречу
Цитата:
Помню, однажды позвонила Ахматовой и сказала, что мне приснился Пушкин.
"Немедленно еду", - сказала Анна Андреевна.
Приехала. Мы долго говорили. Она сказала:
"Какая Вы счастливая! Мне он никогда не снился..."
читала несколько по-другому. Там Раневская шутила, что Пушкин, встретив её во сне, бегущую к нему навстречу, якобы сказал:
"А! Опять это ты, старая дура!"
Всегда думала, когда читала это место, что Пушкин так бы ни за что не сказал Ф.Г. И было горько, что Ф.Г. так сама с собой разговаривала...


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 11 фев 2015, 00:31 
Не в сети
Почётный участник форума
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 08:39
Сообщения: 17790
Откуда: Москва
Tama писал(а):
Вот еще одна неслучайность на которую "...наткнулась случайно//И теперь все как-будто больна" - дружба Анны Андреевны Ахматовой с Фаиной Георгиевной Раневской. Вот уж не ожидала! Тонкая отстраненая Ахматова и великоллепная нескадёха-матерщинница Раневская. А между тем, ведь связывала этих женщин нежнейшая дружба.

Вот фрагмент из книги Ф.Г. Раневской "Судьба-шлюха":
+
Из главы: "Боже мой, как я стара - я еще помню порядочных людей..."

Благодарю судьбу за Ахматову. За Макса Волошина, который не дал мне умереть с голоду. За дивного старика - композитора Спендиарова. Старик этот был такой восхитительный, трогательный.
________________________________________

...Однажды попала в больницу по поводу диабета. В коридоре увидела Шостаковича и завопила: "Какая радость вас видеть". Страшно смутилась, и мы оба рассмеялись. Он мне тоже обрадовался.
...Спросил, люблю ли я музыку. Я ответила: если что-то люблю по-настоящему в жизни, то это природа и музыка. Он стал спрашивать:
- Кого вы любите больше всего?
- Я люблю такую далекую музыку. Бах, Глюк, Гендель...
Он с интересом стал меня рассматривать.
- А оперу любите?
- Нет, кроме Вагнера.
Он опять посмотрел. С интересом.
- Вот Чайковский, - продолжала я. - написал бы музыку к "Евгению Онегину", и жила бы она. А Пушкина не имел права трогать. Пушкин - сам музыка... Не надо играть Пушкина... Пожалуй, и читать в концертах не надо. А тем более танцевать... И самого Пушкина ни в коем случае изображать не надо. Вот у Булгакова хватило такта написать пьесу о Пушкине без самого Пушкина.
Опять посмотрел с интересом. Но ничего не сказал.
А на обложке его квартетов я прочла: "С восхищением Ф.Г.Раневской".
...Я рассказала ему, как мы с Ахматовой слушали знаменитую "ленинградку" в Ташкенте, в эвакуации, как дрожали обе, слушая его гениальную музыку. В ней было все: было время наше, время войны, бед, горя. Мы плакали. Она редко плакала.
Рассказывала, с каким волнением слушаю 8-й квартет, как потрясла меня его музыка.
Был он таким тихим, кротким. Однажды понял рукав пижамы, показал тонкую руку ребенка, сказал: "Посмотрите, что стало с моими руками". Жаловался, что к нему не пускают внуков, что смотрит на них в окно, а хочется с ними побеседовать, слушать их. "Ведь они так быстро растут", - говорил он печально.
И теперь, когда смотрю на его фото с доброй, ласковой надписью, хочется плакать.
Я не имею права жаловаться - мне везло на людей.
________________________________________

Любила, восхищалась Ахматовой. Стихи ее смолоду вошли в состав моей крови.
Есть еще и посмертная казнь, это воспоминание о ней ее "лучших" друзей.
Одно время я записывала все, то она говорила. Она это заметила, попросила меня показать ей мои записи.
- Анна Андреевна, я растапливала дома печку и по ошибке вместе с другими бумагами сожгла все, что записала, а сколько там было замечательного, вы себе представить не можете, Анна Андреевна!
- Вам 11 лет и никогда не будет 12, - сказала она и долго смеялась.
________________________________________

Ф.Г.РАНЕВСКАЯ - А.А.АХМАТОВОЙ
(написано под диктовку)

Спасибо, дорогая, за вашу заботу и внимание и за поздравление, которое пришло на третий день после операции, точно в день моего рождения в понедельник.
Несмотря на то, что я нахожусь в лучшей больнице союза, я все же побывала в дантовом аду, подробности которого давно известны.
Вот что значит операция в мои годы со слабым сердцем. На вторые сутки было совсем плохо и, вероятнее всего, что если бы я была в другой больнице, то уже не могла бы диктовать это письмо.
Опухоль мне удалили, профессор Очкин предполагает, что она была незлокачественной, но сейчас она находится на исследовании.
В ночь перед операцией у меня долго сидел Качалов В.И. и мы говорили о Вас.
Я очень терзаюсь кашлем, вызванным наркозом. Глубоко кашлять с разрезанным животом непередаваемая пытка. Передайте привет моим подругам. У меня больше нет сил диктовать, дайте им прочитать мое письмо. Сестра, которая пишет под мою диктовку, очень хорошо за мной ухаживает, помогает мне. Я просила Таню Тэсс вам дать знать результат операции. Обнимаю Вас крепко и благодарю.
Мой адрес: улица Грановского, кремлевская больница, хирургическое отделение, палата 52.
Ваша Фаина (рукой Раневской).
28.8.45 г.
________________________________________

Я понакомилась с Ахматовой очень давно. Я тогда жила в Таганроге. Прочла ее стихи и поехала в Петербург. Открыла мне сама Анна Андреевна. Я, кажется, сазала: "Вы мой поэт", - извинилась за нахальство. Она пригласила меня в комнаты - дарила меня дружбой до конца своих дней.
...Я никогда не обращалась к ней на "ты". Мы много лет дружили, но я просто не могла обратиться к ней так фамильярно.
Она была великой во всем. Я видела ее кроткой, нежной, заботливой. И это в то время, когда ее терзали.
...Во время войны Ахматова дала мне на хранение папку. Такую толстую. Я была менее "культурной", чем молодежь сейчас, и не догадалась заглянуть в нее. Потом, когда арестовали сына второй раз, Ахматова сожгла эту папку. Это были, как теперь принято называть, "сожженные стихи". Видимо, надо было заглянуть и переписать все, но я была, по теперешним понятиям, необразованной.
...Проклинаю себя за то, что не записывала за ней все, что от нее услышала, что узнала! А какая она была труженица: и корейцев переводила, и Пушкиным занималась...
...В Ташкенте А.А. писала пьесу, в которой предвосхитила все, что с ней сделали в 46 году. Потом пьесу сожгла. Через много лет восстанавливала по памяти.
В Комарове читала мне вновь отрывки из этой пьесы, в которой я многого не понимала, не постигала ее философии, но ощущала, что это нечто гениальное. Она спросила - могла бы такая пьеса быть поставлена в театре?
В пьесе был человек, с которым героиня вела долгий диалог, которого я не поняла, отвлеченный, философский и, по словам Анны Андреевны, этот человек из пьесы к ней пришел однажды, и они говорили до рассвета. Об этом визите она часто вспоминала, восхищаясь ночным собеседником, а в Комарове показала мне его фотографию.
...Анна Андреевна была бездомной, как собака.
...В первый раз, придя к ней в Ташкенте, я застала ее сидящей на кровати. В комнате было холодно, на стене следы сырости. Была глубокая осень, от меня пахло вином.
- Я буду вашей madame de Lambaille, пока мне не отрубили голову - истоплю вам печку.
- У меня нет дров, - сказала она весело.
- Я их украду.
- Если вам это удастся - будет мило.
Большой каменный саксаул не влезал в печку, я стала просить на улице незнакомых людей разрубить эту глыбу. Нашелся добрый человек, столяр или плотник, у него за спиной висел ящик с топором и молотком. Пришлось сознаться, что за работу мне нечем платить. "А мне и не надо денег, вам будет тепло, и я рад за вас буду, а деньги что? Деньги это еще не все".
Я скинула пальто, положила в него краденое добро и вбежала к Анне Андреевне.
- А я сейчас встретила Платона Каратаева.
- Расскажите...
"Спасибо, спасибо", - повторяла она. Это относилось к нарубившему дрова. У нее оказалась картошка, мы ее сварили и съели.
Никогда не встречала более кроткого, непритязательного человека, чем она...
...Однажды в Ташкенте Анна Андреевна написала стихи о том, что когда она умрет, ее пойдут провожать: "соседки из жалости - два квартала, старухи, как водится, - до ворот", прочитала их мне, а я говорю: "Анна Андреевна, из этого могла бы получиться чудесная песня для швейки. Вот сидит она, крутит ручку машинки и напевает". Анна Андреевна хохотала до слез, а потом просила: "Фаина, исполните "швейкину песню"!"
Вот ведь какой человек: будь на ее месте не великий поэт, а средненький - обиделся бы на всю жизнь. А она была в восторге... Была вторая песня, мотив восточный: "не любишь, не хочешь смотреть? О как ты красив, проклятый!!!" - и опять она смеялась.
Там, куда приехала Анна Андреевна в Ташкенте, где я жила с семьей во время войны (семья П.Л.Вульф - Д.Щ.), во дворе была громадная злая собака. Анна Андреевна боялась собак. Собаку загоняли в будку. Потом при виде А.А. собака пряталась по собственной инициативе. Анну Андреевну это очень забавляло. "Обратите внимание, собака при виде меня сама уходит в будку".
...Маленький Алеша, сын И.С.Вульф, в то время, когда она (А.А.Ахматова) у нас обедала, долго смотрел на нее, а потом сказал, что она "мировая тетя". А.А. запомнила это настолько, что, когда мальчик подрос, с огорчением сказала мне: "Алеша будет знать обо мне теперь из учебника по литературе..."
...В Ташкенте она звала меня часто гулять. Мы бродили по рынку, по старому городу. Ей нравился Ташкент, а за мной бежали дети и хором кричали: "Муля, не нервируй меня". Это очень надоедало, мешало мне слушать ее. К тому же, я остро ненавидела роль, которая дала мне популярность. Я сказала об этом Анне Андреевне.
"Сжала руки под темной вуалью" - это тоже мои Мули", - ответила она.
Я закричала: "Не кощунствуйте!"
...У нее был талант верности. Мне известно, что в Ташкенте она просила Л.К.Чуковскую у нее не бывать, потому что Лидия Корнеевна говорила недоброжелательно обо мне.
...Часто замечала в ней что-то наивное, это у Гения, очевидно, такое свойство. Она видела что-то в человеке обычном - необычное или наоборот.
Часто умилялась и доверяла тому, что во мне не вызывало доверия и умиления. Пример первый: Надька Мандельштам. Анна Андреевна любила это чудовище, верила ей, жалела, говорила о ней с нежностью.
...Анна Андреевна очень чтила Мандельштама и была дружна с крокодилицей его женой, потом вдовой, ненавидевшей Ахматову и писавшей оскорбительно для А.А.
Ахматова чудо. Оценят ли ее потомки? Поймут ли? Узнают ли в ней Гения? Нет, наверно.
...Как-то А.А. за что-то на меня рассердилась. Я, обидевшись, сказала ей что-то очень дерзкое. "О, наша фирма - два петуха!" - засмеялась она.
...В Ташкенте мы обе были приглашены к местной жительнице, сидели в комнате комфортабельной городской квартиры. В комнату вошел большой баран с видом человека, идущего по делу. Не глядя на нас, он прошел в сад. Это было неожиданно и странно. И потом, через много лет, она говорила: "А вы помните, как в комнату пришел баран и как это было удивительно. Почему-то я не могу забыть этого барана". Я пыталась объяснить это неизгладимое впечатление с помощью психоанализа. "Оставьте, вы же знаете, что я ненавижу Фрейда", - рассердилась она.
________________________________________

Однажды я спросила ее: "Стадо овец... кто муж овцы?" Она сказала: "Баран, так что завидовать ему нечего". Сердито ответила, была чем-то расстроена.
________________________________________

"Фаина, вы можете представить меня в мехах и бриллиантах?" И мы обе расхохотались.
________________________________________

Есть такие, до которых я не смею дотронуться, отказалась писать о Качалове, а уж об А.А. подавно. В ней было все. Было и земное, но через божественное... Однажды я рассказала ей, как в Крыму, где я играла в то лето в Ялте - было это при белых, - в парике, в киоске сидела толстая пожилая поэтесса. Перед ней лежала стопка тонких книжек ее стихов. "Пьяные вишни" назывались стихи, и посвящались стихи "прекрасному юноше", который стоял тут же, в киоске. Герой, которому посвящались стихи, был косой, с редкими прядями белесых волос. Стихи не покупали. Я рассказала Ахматовой, смеясь, о даме со стихами. Она стала мне выговаривать: "Как вам не совестно! Неужели вы ничего не предпринимали, чтобы книжки покупали ваши знакомые? Неужели вы только смеялись? Ведь вы добрая! Как вы могли не помочь!" Она долго сердилась на меня за мое равнодушие к тому, что книги не покупали. И что дама с ее косым героем книги относила домой.
________________________________________

Однажды я застала ее плачущей, она рыдала. Я до этого никогда не видела ее в слезах и очень обеспокоилась. Внезапно она перестала плакать, помолчала: "Знаете, умерла первая жена моего бывшего мужа. Вам не кажется ли смешным то, что я ее так оплакиваю?"
В Ташкенте она получила открытку от сына из отдаленных мест. Это было при мне. У нее посинели губы, она стала задыхаться. Он писал, что любит ее, спрашивал о своей бабушке - жива ли она?
Бабушка - мать Гумилева.
Незадолго до смерти она говорила с тоской невыразимой, что сын не хочет ее знать, не хочет видеть. Она говорила мне об этом и в Комарове. И всегда, когда мы виделись.
...Она была удивительно доброй. Такой она была с людьми скромными, неустроенными. К ней прорывались все, жаждующие ее видеть, слышать. Ее просили читать, она охотно исполняла просьбы. Но если в ней появлялась отчужденность, она замолкала. Лицо сказочно прекрасное делалось внезапно суровым. Я боялась, что среди слушателей окажется невежественный нахал.
________________________________________

Про известного писателя, которого, наверное, хотела видеть в числе друзей, сказала: "Знаете, о моей смерти он расскажет в придаточном предложении, извинится, что куда-то опоздал, потому что трамвай задавил Ахматову, он не мог продраться через толпу, пошел другой стороной".
________________________________________

...Однажды сказала: "Что за мерзость антисемитизм, это для негодяев - вкусная конфета, я не понимаю, что это, бейте меня , как собаку, все равно не пойму".
________________________________________

Она была женщиной больших страстей. Вечно увлекалась и была влюблена. Мы как-то гуляли с нею по Петрограду. Анна Андреевна шла мимо домов и, показывая на окна, говорила: "Вот там я была влюблена... А за тем окном я целовалась".
...Я знала объект последней любви Ахматовой. Это был внучатый племянник Всеволода Гаршина. Химик, профессор Военно-Медицинской Академии. Он предложил Ахматовой брак. Она отказалась.
________________________________________

Она (Ахматова) называла это "моя катастрофа". Рассказала, что к ней пришел циркач - канатоходец. Силач, полуграмотный, вскоре после своей "катастрофы", и стал просить ее или усыновить его, или выйти за него замуж...
________________________________________

...Читала однажды Ахматовой Бабеля, она восхищалась им, потом сказала: "Гений он, а вы заодно".
После ее слов о том, что Гаршин сделал ей предложение стать его женой, как она смеялась, когда я ей сказала:
Давно, давно пора...
Сменить вам нимб на флердоранж.
Ахматова не любила двух женщин. Когда о них заходил разговор, она негодовала. Это Наталья Николаевна Пушкина и Любовь Дмитриевна Блок. Про Пушкину она даже говорила, что та - агент Дантеса.
Когда мы начинали с Анной Андреевной говорить о Пушкине, я от волнения начинала заикаться. А она вся делалась другая: воздушная, неземная. Я у нее все расспрашивала о Пушкине... Анна Андреевна говорила про Пушкинский памятник: "Пушкин так не стоял".
...Мне думается, что так, как А.А. любила Пушкина, она не любила никого. Я об этом подумала, когда она, показав мне в каком-то старом журнале изображение Дантеса, сказала: "Нет, вы только посмотрите на это!" Журнал с Дантесом она держала, отстранив от себя, точно от журнала исходило зловоние. Таким гневным было ее лицо, такие злые глаза... Мне подумалось, что так она никого в жизни не могла ненавидеть.
Ненавидела она и Наталью Гончарову. Часто мне говорила это. И с такой интонацией, точно преступление было совершено только сейчас, сию минуту.
________________________________________

Сегодня у меня обедала Ахматова, величавая, величественная, ироничная, трагическая, веселая и вдруг такая печальная, что при ней неловко улыбнуться и говорить о пустяках. Как удалось ей удержаться от безумия - для меня непостижимо.
Говорит, что не хочет жить, и я ей абсолютно верю. Торопится уехать в Ленинград. Я спросила: "Зачем?" Она ответила: "Чтобы нести свой крест". Я сказала: "Несите его здесь". Вышло грубо и неловко. Но она на меня не обижается никогда.
Странно, что у меня, такой сентиментальной, нет к ней чувства жалости или участия. Не шевелятся во мне к ней эти чувства, обычно мучающие меня по отношению ко всем людям с их маленькими несчастьями.
________________________________________

...Вспомнила, как примчалась к ней после "постановления". Она открыла мне дверь, потом легла, тяжело дышала... В доме было пусто. Пунинская родня сбежала. Она молчала, я тоже не знала, что ей сказать. Она лежала с закрытыми глазами. Я видела, как менялся цвет ее лица. Губы то синели, то белели. Внезапно лицо становилось багрово-красным и тут же белело. Я подумала о том, что ее "подготовили" к инфаркту. Их потом было три, в разное время.
Молчали мы обе. Хотелось напоить ее чаем - отказалась. В доме не было ничего съестного. Я помчалась в лавку, купила что-то нужное, хотела ее кормить. Она лежала, ее знобило. Есть отказалась. Это день ее муки и моей муки за нее. Об "этом" не говорили.
Через какое-то время она стала выходить на улицу. И, подведя меня к газете, прикрепленной к доске, сказала: "Сегодня хорошая газета, меня не ругают".
...И только через много дней вдруг сказала: "скажите, зачем великой моей стране, изгнавшей Гитлера со всей его техникой, понадобилось пройти всеми танками по грудной клетке одной больной старухи?"
И опять молчала...
Я пригласила ее пообедать. "Хорошо, но только у вас в номере". Очевидно, боялась встретить знающих ее в лицо. В один из этих страшных ее дней спросила: "Скажите, вам жаль меня?" "Нет", - ответила я, боясь заплакать. "Умница, меня нельзя жалеть".
________________________________________

Именины А. Она говорит, что Бор. Пастернак относится к ней, как я к П.Л. (к Павле Леонтьевне Вульф - Д.Щ.).
...Не встречала никого пленительней, ослепительней Пастернака. Это какое-то чудо. Гудит, а не говорит, и все время гудит, что-то читая...
Я знала блистательных - Михоэлс, Эйзенштейн, - но Пастернак потрясает так, что его слушаю с открытым ртом. Когда они вместе - А.и П., - то кажется, будто в одно и то же время в небе солнце, и луна, и звезды, и громы, и молнии. Я была счастлива видеть их вместе, слушать их, любоваться ими.
________________________________________

Борис Пастернак слушал, как я читаю "Беззащитное существо", и хохотал по-жеребячьи. Анна Андреевна говорила: "Фаина, вам 11 лет и никогда не будет 12. А ему всего 4 годика".
________________________________________

...Вот что вспоминается. А.А. лежала в боткинской больнице (в тот период моей жизни я еще могла входить в больницу). Часто ее навещала. Она попросила меня приехать после похорон Пастернака и рассказать ей все, что я видела. Смерть Б.Л. ее очень угнетала. Я делилась с ней моими впечатлениями и сказала, что была нестерпимая духота, что над нами, над огромной толпой, висели свинцовые тучи, а дождя не было, что гроб несли на руках до самой могилы, что Б.Л. в гробу был величавый, торжественный.
А.А. слушала внимательно, а потом сказала: "Я написала Борису стихи". Запомнилось не все, но вот что потрясло меня:
Здесь все принадлежит тебе по праву.
Висят кругом дремучие дожди.
Отдай другим игрушку мира - Славу,
Иди домой и ничего не жди.
Да, висели дремучие дожди, и мысли у всех нас были о славе, которая ему больше не нужна, обо всем, что было в этих строках.
________________________________________

Арсения Тарковского очень любила и ценила и как человека, и как поэта. Арс. Тарк. прислал мне свою последнюю книжку стихов. Я позвонила, благодарила. Он мне сказал: "Нет Анны Андреевны, мне некому теперь читать мои стихи".
________________________________________

Была у Т. (Арсений Тарковский - Д.Щ.) Сидел там мальчик, приехавший из Ташкента. Поэт 16 лет. Ахматова считает, что этот юноша одарен очень, но дарование его какое-то пожилое. Валя Берестов. Я всмотрелась в глаза. Глаза умные, стариковские. Улыбка детская. Ужасно симпатичен. Влюблен в Пастернака, в Ахматову.
________________________________________

Если будет ваша милость - сверните мне козью ножку.
"Целый день думаю о стихах Леонида Первомайского, вспоминаю их. Как это верно про письма жены на фронт: невозможно бросить их и нельзя с собой таскать.
Стихи запомнила, говорила наизусть.
В Ташкенте о том, что А.А. весь день говорила о стихах Леонида Первомайского с такой любовью, знала из наизусть, я сказала Маргарите Алигер и просила об этом написать Первомайскому, он был бы рад. Спросила Алигер: "Вы писали, как я просила вас?" Ответила: "Ах, забыла". А вскоре он умер, так и не узнав о том, что Ахматова его так похвалила.
________________________________________

Я отдыхала с Анной Андреевной в доме писателей в "Голицыно". Мы сидели в лесу на пнях. К ней подошла седая женщина, она назвала себя поэтом, добавила, что пишет на еврейском языке и что ее зовут еврейской Ахматовой.
- Тогда приходите ко мне сегодня же к вечеру, дайте мне ваши стихи, и я их переведу.
Они условились о встрече. (Это была поэтесса Рахиль Баунвиль, - ее Ахматова переводила).
________________________________________

Ленинград без Ахматовой для меня поблек, не могу себя заставить съездить на ее холмик взглянуть. Зачем? У меня в ушах ее голос, смех...
...Смерть Анны Андреевны - непривычное мое горе. В гробу ее не видела, вижу перед собой ее живую. В Комарове она вышла проводить меня за ограду дачи, которую звала "моя будка". Я спешила к себе в дом отдыха, опаздывала к ужину... Она стояла у дерева, долго смотрела мне вслед. Я все оборачивалась, она помахала рукой, позвала вернуться. Я подбежала. Она просила меня не исчезать надолго, приходить чаще. Но только во вторую половину дня, так как по утрам она работает, переводит.
Когда я пришла к ней на следующий день, она лежала. Окно было занавешено... Я подумала, что она спит: "Нет, нет, входите, я слушаю музыку, в темноте лучше слышится...."
Она любила толчею вокруг, называла скопище гостей "станция Ахматовка". Когда я заставала ее на даче в одиночестве, она говорила: "Человека забыли" (реплика Фирса, оставленного в заколоченном доме (из "Вишневого сада", А.П. Чехов)).
________________________________________

Когда тяжело заболела Н.Ольшевская, ее близкий друг, она сказала: "Болезнь Нины - большое мое горе". Она любила семью Ардовых и однажды в Ленинграде сказала, что собирается в Москву, домой, к своим, к Ардовым. В Москве позвонила, пообещав, если я приду, рассказать мне "турусы на колесах". Я просила ее объяснить, то означает это выражение. "А вот придете - скажу". Но я позабыла спросить про эти "турусы".
Умирая, А.Ахматова кричала: "Воздуха, воздуха..."
Доктор сказал, что, когда ей в вену ввели иглу с лекарством, она была уже мертва.
________________________________________

Из дневника Анны Андреевны: "Теперь, когда все позади - даже старость, и остались только дряхлость и смерть, оказывается, все как-то, почти мучительно, проясняется: люди, события, собственные поступки, целые периоды жизни.
И сколько горьких и даже страшных чувств".
Я написала бы все то же самое. Гений и смертный чувствуют одинаково в конце, перед неизбежным.
Все время думаю о ней, вспоминаю. Скучно без нее.
Она любила говорить о матери. С нежностью говорила, умилялась деликатности матери. О сестрах, рано умерших, не вспоминала. Говорила о младшем брате, о его недоброте.
Будучи в Ленинграде, я часто ездила к ней за город, в ее будку, как звала она свою хибарку. Помнится, она сидела у окна, смотрела на деревья и, увидев меня, закричала: "Дайте, дайте мне Раневскую..." Очевидно, было одиноко, тоскливо.
Стала она катастрофически полнеть, перестала выходить на воздух. Я повела ее гулять, сели на скамью, молчали. Лева был далеко...
________________________________________

Почему я так не люблю пушкинистов? Наверное, потому что неистово люблю Пушкина. Он мне осмыслил мою жизнь. Что бы я делала без него?
Есть еще посмертная казнь поэта - "Воспоминания".
Читаю этих сволочных вспоминательниц об Ахматовой и бешусь. Этим стервам охота рассказать о себе. Лучше бы читали ее, а ведь не знают, не читают.
Она украсила время.
Однажды сказала мне: "Моя жизнь - это не Шекспир, не Софокл. Я родила сына для каторги". ...Я примчалась в Ленинград после постановления.
...Прошло немало лет с того времени, как появилось это постановление. А.А. нет уже 12 лет.
Я ничего не прощаю.
78 год
________________________________________

А.А. с ужасом сказала, что была в Риме в том месте, где первых христиан выталкивали к диким зверям. Передаю неточно - эо было первое, что она мне сказала. Говорила о том, что в Европе стихи не нужны, что Париж изгажен тем, что его отмыли. Отмыли от средневековья.
________________________________________

По ночам в трубах стонет и плачет вода.
Она в гробу, я читаю ее стихи и вспоминаю живую, стихи непостижимые, такое чудо Анну Андреевну...
5 марта 10 лет нет ее, - к десятилетию со дня смерти не было ни строчки.
Сволочи.
________________________________________

Меня спрашивают, почему я не пишу об Ахматовой, ведь мы дружили...
Отвечаю: не пишу, потому что очень люблю ее.
78 год
________________________________________

из главы "Трупы дней устилали мой путь, и я плачу над ними"

Узнала сейчас в газете о смерти Ольги Берггольц.
Я ее очень любила.
Анна Андреевна считала ее необыкновенно талантливой.
Так мало в мире нас осталось,
Что можно шепотом произнести
Забытое, людское слово "жалость",
Чтобы опять друг друга обрести.
О.Берггольц
________________________________________

Ахматова говорила: "Беднягушка Оля". Она ее очень любила. Все мы виноваты и в смерти Марины (Цветаевой - Д.Щ.). Почему, когда погибает поэт, всегда чувство мучительной боли и своей вины? Нет моей Анны Андреевны, - все мне объяснила бы, как всегда.
________________________________________

Грустно, нестерпимая тоска, смертное одиночество. Сейчас позвонила сестра, просила прийти на вечер ее (Ольги Берггольц - Д.Щ.) памяти. Мне нездоровится, я отказала, а теперь это мучает.
С любовью думаю об Ольге Берггольц. Вспоминаю, как вскоре после войны приехала в Ленинград. Меня встретили на вокзале - Ольга, Ахматова, которую я предупредила телеграммой о дне и часе прихода поезда. Выйдя из вагона, я встала на колени и заплакала. Ольга сказала мне: "Так надо теперь приезжать в наш город". Ольга была еще блокадная, худющая, бледно - серая. А.А., как всегда, - величественная. Была она эвакуирована в Ташкент, все рвалась домой, в Ленинград. В Ташкенте мы не расставались. Помню, что Ташкент ей нравился. Мы с ней гуляли по рынку, любовались фруктами, не имея возможности купить. А.А. мне говорила, что считает Ольгу Берггольц поэтом прекрасным... Я тоже любила Ольгу Федоровну, узнав ее ближе, узнав ее превосходные стихи. Страшно жалела ее. Больна она была непоправимо.
80 г.
________________________________________

Прислали мне стихи Марии Сергеевны Петровых. Вспомнила я ее с невыразимой нежностью. Уже не помню, с кем она пришла, кто привел ее, такую на редкость милую, застенчивую, тихую. Читала мне свои дивные стихи и смущалась. Ее нежно любила Анна Андреевна, называла ее "Марусенька хорошая", любила ее стихи, считала прекрасным поэтом. У Анны Андреевны светлело лицо, когда она говорила о М.Петровых.
________________________________________

А.А. часто повторяла о Бальмонте: он стоял дверях, слушал, слушал чужие речи и говорил: "Зачем я, такой нежный, должен на это смотреть?"
________________________________________

"...дорогой Раббик, узнала, что Вы нездоровы. Мечтаю о Вашем приезде в Москву, хочется быть с Вами... Пожалуйста, не хворайте. Хотела написать большое письмо, хотела рассказать о себе, о том, как мне теперь одиноко, как обессмыслилась моя жизнь...
...Раббинька, я уже не курю, а без папиросы не могу связать двух слов. Крепко обнимаю".
(из письма Ф.Раневской А.Ахматовой после смерти П.Вульф)
________________________________________

...Сначала бессонница, потом приходит сон, когда просыпается дом и дети сбегают с лестницы, торопятся в школу.
Боюсь сна... боюсь снов...
Вот вошла в черном Ахматова, худая - я не удивилась, не испугалась.
Спрашивает меня: "Что было после моей смерти?" я подумала, а стоит ли ей говорить о стихах Евтушенко "Памяти Ахматовой"... решила не говорить.
66 год, декабрь
________________________________________

Я попросила его (Рихтера) показать мне руки. Он ответил что-то вроде: "Руки здесь ни при чем". Обожает Вагнера. Холоден к Рахманинову.
Всю ночь у Булгаковой. Была Ахматова, еще кто-то. Рихтер играл всю ночь до утра, не отходя от рояля. Я плакала. Это нельзя забыть до конца жизни.
________________________________________

Выдержка из записи о Твардовском:
В конце долго смотрел на портрет Ахматовой. Его слова: "Вот - наследница Пушкина!.."
________________________________________

"Была у меня с ночевкой Анна Ахматова. С упоением говорила о Риме, который, по ее словам, создал одновременно и Бог и сатана. Она пресытилась славой, ее там очень возносили и за статью о Модильяни денег не заплатили, как обещали. Премию в миллион лир она истратила на подарки друзьям, и хоть я числюсь другом - ни хрена не получила: она считает, что мне уже ничего не надо, и, возможно, права. Скоро поедет за шапочкой с кисточкой и пальтишком средневековым, - я запамятовала, как зовется этот наряд. У нее теперь будет звание. Это единственная женщина из писательского мира будет в таком звании. Рада за нее. Попрошу у нее напрокат шапочку и приду к Вам в гости".
(из письма Ф.Раневской Х. и Э. Гариным, 13.3.65 г.)
________________________________________

из главы "Тоска просто и чудовищная тоска - это разное..."

Ахматова рассказывала мне, что в Пушкинский дом пришел бедно одетый старик и просил ему помочь. Жаловался на нужду, а между тем он имеет отношение к Пушкину.
Сотрудники Пушкинского дома в экстазе кинулись к старику с вопросами, каким образом он сввязан с А.С.
Старик гордо заявил: "Я являюсь правнуком Булгарина".
________________________________________

Помню, однажды позвонила Ахматовой и сказала, что мне приснился Пушкин.
"Немедленно еду", - сказала Анна Андреевна.
Приехала. Мы долго говорили. Она сказала:
"Какая Вы счастливая! Мне он никогда не снился..."
________________________________________

из главы: "Старость - это просто свинство"

Тоска, тоска, я в отчаянии, такое одиночество. Где, в чем искать спасения?
Тоска, тоска, - "час тоски невыразимой, все во мне, и я во всем". Это сказал Тютчев - мой поэт. А как хорошо было около Ахматовой. Как легко было. А как хорошо было с моей Павлой Леонтьевной. Тогда не знала смертной тоски. Ушли все мои...
________________________________________

Мне не хватает трех моих: Павлы Леонтьевны, Анны Ахматовой, Качалова. Но больше всех П.Л...
...Зимой, когда могилы их покрыты снегом, еще больнее, еще нестерпимее все там. Сейчас ночь, ветер и такое одиночество, такое одиночество. Скорей бы и мне... Изорвала все, что писала три года, книгу о моей жизни, ни к чему это. И то, что сейчас записала, - тоже ни к чему.
________________________________________

Влюблялась в Шоу. Больше всего в жизни я любила влюбляться: Качалов, Павла Леонтьевна, Бабель, Ахматова, Блок (его лично не знала), Михоэлс - прелесть человек. Екатерина Павловна Пешкова, М.Ф.Андреевна мне были симпатичны. Бывала у обеих. Макс Волошин, Марина Цветаева, чудо - Марина. Обожала Е.В.Гельцер. Мне везло на людей.


С недавних пор живет во мне ощущение, что и общность людей создает некое отдельное существо - новый миф, новое существо. Лица в действии. Очень хочется поразмыслить над этим.
Свернуть

Спасибо, Tama!

_________________
Право, приятно,
Когда развернёшь наугад
Древнюю книгу
И в сочетаниях слов
Душу родную найдёшь.

Сегэн Госабуро /Татибана Акэми/


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 11 фев 2015, 03:20 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 25 июн 2010, 09:25
Сообщения: 328
Откуда: Благовещенск
Эльмира, Бегущая, завсегда пожалуйста, только не мне - ИМ @->--

Вот еще одна интереснейшая статья в журнале "Театральный мир"

О дружбе Ф. Раневской и А. Ахматовой следует рассказать особо. Они были не просто друзьями, а «соучастницами». Обе, окруженные как будто множеством поклонников и друзей, они все же были убийственно одиноки. Их одиночество было вне этих людей, над ними. Обе были во многом похожи и во многом полярны. Обе достаточно резки в своих суждениях и импульсивны в поступках. Обе безумно талантливы, восторженны и влюбчивы. Однако же мужчины в жизни поэтессы занимали совершенно определенное место, а Раневская, однажды обжегшись, влюбленности свои оставляла в платонической стадии. На людях обе они надевали на себя совершенно разные маски: поэтесса выступала царственной особой, актриса — «шутихой», клоунессой, этакой «городской сумасшедшей». Но одиночество было предначертано им обеим уже при рождении.
Будучи совсем юной, Раневская приехала в Санкт-Петербург и отыскала дом, где жила поэтесса, стихи которой так поразили воображение начинающей актрисы. Когда Ахматова открыла дверь, на пороге она увидела худющую, плохо одетую девушку с горящими глазами. Восторженное выражение лица, немыслимо угловатые движения и полная экзальтация делали ее похожей на одержимую. Нелепая девица при виде Ахматовой тут же выпалила: «Вы мой поэт!» Бог знает, о чем они проговорили тогда, и почему Ахматова впустила эту безумную девицу в дом. Но в результате они стали друзьями на много лет, заслоняя друг друга от их общей напасти — одиночества.
Дороги жизни то сводили их, то разводили. Раневская обосновалась в Москве, Ахматова — в Санкт-Петербурге. Но когда Ахматова приезжала в Москву, «соучастницы» обязательно виделись. Во время Отечественной войны и Ахматова, и Раневская жили в эвакуации в Ташкенте. Царственная Ахматова позволяла Раневской заботиться о себе, что та с радостью и делала; ведь в дружбе, как и в любви, часто кто-то любит, а кто-то позволяет себя любить. Они прожили в Ташкенте почти два года и все это время встречались каждый день. Их ташкентский круг общения был чрезвычайно обширен. Там, в Ташкенте, Раневская познакомила Ахматову с Еленой Сергеевной Булгаковой, которой всячески старалась помочь с изданием произведение М.С. Булгакова. С этой целью Фаина Георгиевна привлекла к процессу Арама Хачатуряна, Святослава Рихтера, Романа Кармена, Галину Уланову, Алексея Толстого и др. Когда Ахматова с Раневской оставались одни, актриса читала поэтессе ее стихи и стихи ее коллег. Ахматовой особенно нравилось, когда Раневская читала ей И. Бабеля: «Гений он, а вы заодно!» — восклицала Анна Андреевна. Отношения их стали настолько доверительными, что Ахматова отдала Раневской на хранение толстую папку со своими записями и стихами. Когда у Ахматовой вторично арестовали сына, Фаина Георгиевна по просьбе поэтессы сожгла эту папку. Позже она жалела, что не открыла ее и не переписала стихотворения, в глубине души прекрасно понимая, что ни за что не обманула бы доверие Анны Андреевны. В 1946 г., когда вышло печально известное постановление, Раневская ежедневно через всю Москву носила Ахматовой горячие обеды. Пытаясь развеселить ее, она за обедом рассказывала Анне Андреевне театральные новости, жестами, уморительной мимикой и голосом изображая действующих лиц. Смеющаяся Ахматова восклицала: «Вам одиннадцать лет и никогда не будет двенадцать!»
Фаина Георгиевна, как и Анна Андреевна, безумно любила А.С. Пушкина, знала наизусть почти все его стихи и поэмы. Привязанность ее к Пушкину граничила с патологией. Поэт ей часто снился. Есть даже известный рассказ Раневской об одном из таких снов, где Пушкин обернувшись к ней, бросает: «Как ты мне надоела со своей любовью, старая б…!» Рассказы Раневской об этой своей привязанности часто вызывали улыбку у слушателей, но только не у Ахматовой. Стоило ей услышать от актрисы: «Сегодня мне снился Пушкин», — она восклицала: «Еду!» — и, бросив все, тут же мчалась к Раневской.
Позже, когда к Ахматовой вернулась слава, Фаина Георгиевна искренне радовалась за нее. «Была у меня с ночевкой Анна Ахматова. С упоением говорила о Риме, который, по ее словам, создали одновременно и Бог, и сатана. Она пресытилась славой, ее там очень возносили и за статью о Модильяни денег не заплатили, как обещали. Премию в миллион лир она истратила на подарки друзьям, и хоть я числюсь другом, ни хрена не получила: она считает, что мне уже ничего не надо, и, возможно, права. Скоро поедет за шапочкой с кисточкой и пальтишком средневековым — я запамятовала, как зовется этот наряд. У нее теперь будет звание. Рада за нее. Попрошу у нее на прокат шапочку и приду к Вам в гости», — писала Раневская в 1965 г. Эрасту Гарину. Затем в течение года, попадая в Ленинград, Раневская часто ездила к Ахматовой за город, в ее так называемую будку. Каждый раз, увидев из окошка актрису, Ахматова кричала: «Дайте, дайте мне Раневскую!»
После смерти Ахматовой, Фаина Георгиевна долгое время задыхалась, ей физически не хватало воздуха. Понятно, что это была чисто психологическая реакция актрисы на смерть родного и самого близкого ей по духу человека. Но Бог знает, может, это и была та необъяснимая трансляция состояния последних секунд жизни поэтессы, ведь, как известно, умирая, Ахматова кричала: «Воздуха, воздуха!» «Почему, когда погибает поэт, всегда чувство мучительной боли и вины? Нет моей Анны Андреевны — она все мне объяснила бы, как всегда…» — напишет после смерти Ахматовой Фаина Георгиевна.
Ее царственной подруги уже не было, а она еще пыталась жить без нее. Это едва ли получалось. Одинокая старость вообще страшна, но внутреннее, глубинное одиночество в двойне страшнее — оно просто убийственно. И только трансформируясь в других людей, роли которых она проживала на сцене, Раневская еще как-то держалась.
В 1970-х гг., когда мне случилось увидеть Фаину Георгиевна на Б. Палашевском, это уже была женщина почтеннейших лет. Знаю, что где-то тогда же в ее доме появились молодые Елена Камбурова, Марина Неелова и Катя Толстая. Хочется думать, что их молодой творческий задор хоть на какое-то время прогонял одиночество из ее безотрадного дома. Екатерина Никитична Толстая (внучка А.Н. Толстого) практически ежедневно приходила к Раневской, помогала ей по хозяйству, бегала в аптеку, приводила врачей, подолгу беседовала с актрисой, показывая ей свои картины и советуясь. Я, к сожалению, до последнего времени не знала, насколько частыми и тесными были их отношения, хотя с большим удовольствием слушала рассказы Кати о Фаине Георгиевне, о ее гротескных афоризмах и театральных байках.
Многие, читавшие афоризмы Ф. Раневской, слышавшие порой весьма неоднозначные воспоминания о ней, составили для себя портрет этакой успешной актрисы, умевшей дать резкую, жесткую отповедь любому режиссеру, дружившей со многими известными людьми, купавшейся в славе и деньгах. Однако, по словам Е. Толстой, Раневской иногда не на что было есть, и уходила из жизни она почти нищей. Так что о деньгах здесь говорить вообще не приходится. А вот на язык Раневская была остра и могла, невзирая на чины, кого угодно поставить на место. Могла обидеть, порой несправедливо, а потом долго переживать. Но вся эта обыденность меркнет перед ее игрой на сцене, перед ее мертвенной бледностью в драматические моменты роли, перед «факельными» глазами и ее «новогодним экстазом». Не зря сама же Раневская настаивала на замене слова «играть» на «жить».
Если бы у нас была такая возможность, и мы могли бы спросить у А.А. Ахматовой о ее друге Фаине Георгиевне Раневской, я почти уверена, что Анна Андреевна ответила бы, что это великая, невероятная, гениальная, неземного таланта актриса всю жизнь оставалась маленькой одинокой девочкой. Помните: «Вам одиннадцать лет и никогда не будет двенадцать»?! Для меня же, пишущей эти строки, Фаина Георгиевна Раневская навсегда останется ярким воспоминанием и переживанием моей юности, той самой «ночной» женщиной — плачущим в окне Одиночеством.


Соучастницы чего? Какое невидимое существо рождалось ими? Что материализовала из воздуха их дружба? Вопрос не дающий покоя...

_________________
Легкий огонь над кудрями пляшущий: дуновение, вдохновение!


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 11 фев 2015, 20:06 
Не в сети
Почётный участник форума
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 08:39
Сообщения: 17790
Откуда: Москва
Tama, с вашей подачи заинтересовалась книгой Ф.Раневской.

_________________
Право, приятно,
Когда развернёшь наугад
Древнюю книгу
И в сочетаниях слов
Душу родную найдёшь.

Сегэн Госабуро /Татибана Акэми/


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 12 фев 2015, 07:35 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 25 июн 2010, 09:25
Сообщения: 328
Откуда: Благовещенск
Бегущая, полагаю, чтение этой книги и знакомство через нее с Ф.Г. Раневской подарит вам радость. По-крайней мере, моя душа была счастлива, когда она читалась. Удачи! :-):

_________________
Легкий огонь над кудрями пляшущий: дуновение, вдохновение!


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 12 фев 2015, 07:40 
Не в сети
народный корреспондент
народный корреспондент

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 13:48
Сообщения: 4110
Откуда: Нижний Новгород
Бегущая по волнам, когда вы всё успеваете читать, смотреть, на что отзываетесь? И успеваете ли? :-):
Tama цитировала:
Цитата:
Однако же мужчины в жизни поэтессы занимали совершенно определенное место, а Раневская, однажды обжегшись, влюбленности свои оставляла в платонической стадии. На людях обе они надевали на себя совершенно разные маски: поэтесса выступала царственной особой, актриса — «шутихой», клоунессой, этакой «городской сумасшедшей». Но одиночество было предначертано им обеим уже при рождении.

Ахматова вроде всегда жила с кем-то. Раневская тоже много лет жила с подругой и её семьёй (женское окружение)
Конечно, можно говорить о внутреннем, ментальном одиночестве, но в этом случае мы все одиноки, но не все это осознают. Ещё думаю, что талантливые люди защищают одиночеством свой талант. Потому что каждый человек в нашем окружении требует внимания, подстройки, душевной работы. А талантливому человеку не всегда хочется на это расходовать свои силы..


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 12 фев 2015, 07:57 
Не в сети
Почётный участник форума
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 фев 2010, 08:39
Сообщения: 17790
Откуда: Москва
Эльмира писал(а):
... каждый человек в нашем окружении требует внимания, подстройки, душевной работы. А талантливому человеку не всегда хочется на это расходовать свои силы..

Это замечание справедливо не только для талантливых :a_g_a:

Эльмира писал(а):
Бегущая по волнам, когда вы всё успеваете читать, смотреть, на что отзываетесь? И успеваете ли? :-):

Всё, что мне интересно, я успеваю).
Что-то читаю или смотрю полностью, что-то отрывками. А к чему-то после поверхностного знакомства теряю интерес. :ne_vi_del:

Фаина Раневская мне всегда нравилась, в том числе и искренностью. Так что её книгу обязательно прочту, уже скачала).

_________________
Право, приятно,
Когда развернёшь наугад
Древнюю книгу
И в сочетаниях слов
Душу родную найдёшь.

Сегэн Госабуро /Татибана Акэми/


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 12 фев 2015, 08:11 
Не в сети
народный корреспондент
народный корреспондент

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 13:48
Сообщения: 4110
Откуда: Нижний Новгород
Конечно, замечание справедливо не только для талантливых. Просто люди, талант чей воссиял, больше его берегут, развивают, холят и нежат, чем мы, которые отвлекаемся на всё подряд...


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 67 ]  Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Bing [Bot], Google [Bot], Yahoo [Bot], Yandex [Bot] и гости: 8


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
POWERED_BY
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.059s | 19 Queries | GZIP : On ]