Серебряные нити

психологический и психоаналитический форум
Новый цикл вебинаров «Тела сновидения» Прямой эфир в 21:00
Текущее время: 06 дек 2016, 15:07

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 8 ] 
Автор Сообщение
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 08 янв 2012, 01:02 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 мар 2010, 01:12
Сообщения: 4435
Откуда: г. Котлас. Архангельской области
Материал взят с одного из психологических сайтов, где люди занимаются конкретной работой с самим(ой) собой.

К. Хорни ЛИЧНОСТНЫЙ РОСТ БОРЬБА ЗА САМООСУЩЕСТВЛЕНИЕ (конспект для самоанализа)
Порой бывают моменты, когда хочется попытаться хоть что-то понять в себе, разложить по полочкам пережитое,прочувствованное, но не обозначенное словом, понятием, определением и по неразумию и по невежеству, да мало ли еще почему...
И здесь могут прийти на помощь вот эти выжимки из текстов авторов, которые со знанием дела описывали наши проблемы.
Для меня здесь, не смотря на то,что я полагал,что я то уж знаю себя, открылось не то чтобы новое, но старательно вычеркиваемое...
Понять, осознать, простить, забыть
Каждая строка в конспектах повод для размышлений и наверное и для принятия решений в отношении себя.

В погоне за славой
По словам Хорни, "Человек ощущает одновременно императивное влечение властвовать над всеми и быть всеми любимым, его влечет уступать каждому и каждому навязывать свою волю, уйти прочь от людей и умолять их о дружбе". В результате "его раздирают неразрешимые конфликты, которые часто и являются динамическим центром невроза". Такой конфликт также называется базальным.
"Многие неблагоприятные влияния могут помешать ребенку расти в соответствии с его индивидуальными потребностями и возможностями. Окружающие ребенка люди слишком глубоко погружены в свои собственные неврозы, чтобы любить ребенка или хотя бы думать о нем, как об отдельной самобытной личности; их установка по отношению к ребенку определяется их собственными невротическими потребностями и реакциями. Проще говоря, они могут быть подавляющими, гиперопекающими, запугивающими, раздражительными, сверхпедантичными, потакающими, неустойчивыми, придирчивыми, равнодушными, могут иметь любимчиков в ущерб другим детям и т.д. Обычно дело не в какой-то одной их черте, - налицо целый букет неблагоприятных факторов, препятствующих росту ребенка... В результате у ребенка развивается не чувство принадлежности, не чувство "мы", а острое ощущение незащищенности и мрачные предчувствия, для определения которых я использую термин базальная тревога. Это чувство изоляции и беспомощности в мире, представляющемся ребенку потенциально враждебным. Мощное давление базальной тревоги не дает ему относиться к другим людям непосредственно, в соответствии с его подлинными чувствами, и вынуждает искать иные пути обращения с ними."

"В погоне за славой"

•Мы раскрывали заложенные в НАС человеческие задатки
• развивали уникальные живые силы НАШЕЙ реальной сущности: чистоту и глубину НАШИХ собственных чувств, мыслей, надежд и увлечений;
• учились рассчитывать НАШИ силы: силу воли; особый дар или талант; способность к самовыражению и способность строить отношения с людьми или какие-либо другие силы
• росли в сторону самоосуществления
• нуждались в благоприятных условиях; "теплой атмосфере", которая давала бы НАМ ощущение внутренней безопасности и свободы, позволяющее иметь свои собственные мысли и чувства и выражать именно себя.
• МЫ нуждались в доброй воле других людей потому, что НАМ во многом необходима помощь и они должны вести НАС по жизни и побуждать стать взрослой и состоявшейся личностью.
• МЫ нуждались в каких-либо столкновениях с желаниями и волей других людей.
• Были к кому-либо подавляющими, гиперопекающими, запугивающими, раздражительными, сверхпедантичными, потакающими, неустойчивыми, придирчивыми, равнодушными, имели любимчиков в ущерб другим детям и т.д.
• Кто-либо к НАМ или к кому-либо другому был подавляющим, гиперопекающим, запугивающим, раздражительным, сверхпедантичным, потакающим, неустойчивым, придирчивым, равнодушным, имел любимчиков в ущерб другим детям и т.д.
• Пытались разрешить или устранить НАШИ конфликты с другими людьми
• Считали, что МЫ еще "не собрали" свою личность в одно целое и нуждаемся в более устойчивой и всеобъемлющей интеграции.
• НАС влекло идти не в одном из каких-либо указанных НАМ направлений, а во всех сразу.
• У НАС развивалось острое ощущение незащищенности и мрачные предчувствия (базальная тревога)
• Ощущение базальной тревоги не давало НАМ относиться к другим людям непосредственно, в соответствии с НАШИМИ подлинными чувствами, и вынуждало искать иные пути обращения с ними.
• МЫ были вынуждены бессознательно вести себя с людьми так, чтобы это не возбуждало или не повышало, а смягчало НАШУ базальную тревогу.
• Чувство изоляции и беспомощности в мире, представлялось НАМ потенциально враждебным.
• МЫ принимали решение, выбирая в качестве основной одну из установок (на соглашательство, на агрессивность или на уход).
• МЫ испытывали мощное давление со стороны кого-либо в чем-либо
• Мы считали и/или думали, что у НАС не было шансов развить настоящую уверенность в себе
• МЫ отчаянно нуждались в уверенности в себе или в каком-то ее суррогате
• МЫ развивали в себе способность принимать и дарить привязанность (раскрываться для нее или уступать своим чувствам)
• МЫ развивали в себе способность бороться и способность оставаться в одиночестве
• МЫ живем не в пустоте и чувствует себя не просто слабыми, а некоторым образом менее основательными и менее вооруженным/подготовленным для жизни, чем другие.
• Из-за НАШЕЙ потребности вырабатывать искусственные, военно-стратегические способы взаимодействия с другими людьми, МЫ вынуждены были изгнать свои искренние, истинные чувства, желания и мысли
• МЫ ставили/сделали НАШЕ желание безопасности главнее НАШИХ самых сокровенных чувств и мыслей, делая их менее важными для НАС
• НАШИ чувства и желания, перестали быть определяющими факторами для НАС
• МЫ считали, что из-за НАШЕЙ внутренней раздробленности МЫ становимся слабее и усиливаем НАШЕ самоотчуждение, становясь растерянными и не знаем, где МЫ находимся и кто МЫ есть.
• МЫ нуждались в чем-то, что давало бы НАМ опору, давало ощущение самотождественности, ощущение себя собой
• МЫ в воображении или каким-либо другим способом наделяли себя безграничной силой и необычайными способностями
• МЫ прославляли себя каким-либо образом, тем самым давая себе необходимое НАМ ощущение значительности и превосходства над кем-либо
• МЫ создавали НАШ собственный идеальный образ из личных переживаний, ранних фантазий, особых потребностей и присущих НАШЕЙ личности дарований
• Все противоречащие друг другу тенденции, которые у НАС есть, МЫ изолировали друг от друга в сознании, что они не вступали в тяжелый конфликт между собой
• МЫ затемняли или затушевывали каким-либо образом то, что по НАШЕМУ решению/мнению кажется ущербностью или пороком
• МЫ превозносили противоречащие тенденции как позитивные способности, как дополняющие друг друга грани богатой личности.
• МЫ обращали/перенаправляли энергию, питающую движение к самоосуществлению, на воплощение в действительность идеального себя
• МЫ испытывали потребность в совершенстве, невротическом честолюбии и потребности в мстительном торжестве
• Добиваясь/достигая каких-либо выдающихся результатов (больших денег, знаков отличия, власти и т.п.), МЫ приходили к ощущению полной тщетности НАШЕЙ погони, не достигали мира в душе, внутреннего спокойствия, довольства жизнью и т.п.
• Оказывались перед фактом, что окружающие НАС люди слишком глубоко погружены в свои собственные неврозы, чтобы любить НАС или хотя бы думать о НАС, как об отдельной самобытной личности;
• Приняли решение, поняли, сделали вывод, что внутреннее напряжение не ослабевает, ради ослабления которого МЫ гнались за призраком славы и пытались достичь успеха,
• Стремясь к реальным достижениям и успеху, главной целью для НАС являлось поражение или посрамление всех других самим НАШИМ успехом, достижение власти через свой подъем на недосягаемую высоту, или причинение другим страданий или какой-либо еще способ унижения других людей
• Движущая сила НАШЕГО стремления к превосходству исходила из побуждения взять реванш за унижения и обиды, испытанные в детстве
• МЫ фрустрировали, высмеивали или унижали каким-либо образом других в личных отношениях.
• МЫ сознательно считали НАШИ амбиции или НАШИ каноны совершенства тем, чего МЫ ХОТИМ достичь, на самом деле МЫ ВЫНУЖДЕНЫ их достигать.
• МЫ не осознавали разницы между желанием и вынуждением
• НАШИ реальные интересы, не имели для НАС значения
• МЫ испытывали прилив восторга от благосклонного отношения к проделанной НАМИ работе, от одержанной победы, от любого знака расположения или восхищения НАМИ и т.п.
• МЫ испытывали любого-рода реакцию паники, депрессии, отчаяния, ярости и т.п. по отношению к себе и другим за то, что они считают "неудачей"
• МЫ превращали возможные достижения в действительные.
• Сосредотачивая НАШИ мысли и чувства на бесконечности и созерцании возможностей, МЫ теряли чувство конкретного, ощущения "здесь и сейчас".
• МЫ каким-либо образом теряли способность жить в данную минуту.
• МЫ подчинялись внутренней необходимости, "тому, что можно назвать пределом человека".
• МЫ теряли из виду то, что действительно необходимо сделать, чтобы чего-либо достичь
• НАШЕ мышление становилось слишком абстрактным.
• МЫ закрывали свое сознание для всего, что казалось НАМ фантастичным, питали отвращение к абстрактному мышлению и сверхтревожно цеплялись за все видимое, осязаемое, конкретное или приносящее сию секундную пользу.
• МЫ очень неохотно признавали ограничения в том, чего МЫ от себя ожидает и считает возможным достичь.
• НАША потребность в актуализации НАШЕГО идеального образа была столь императивна, что МЫ были вынуждены отмахнуться от всех задержек, как от не относящихся к делу или несуществующих.
• МЫ ненавидели время, потому что это нечто определенное; деньги, потому что они конкретны; смерть, потому что она окончательна.
• МЫ боялись всего реального, определенного, конкретного или конечного
• МЫ ненавидели определенность желаний или выбора, и, избегали определенности в обязательствах или решениях
• МЫ ненавидели сверяться с очевидным, когда она касалась НАШИХ особых иллюзий о НАС самих, т.к. из-за этого могли лопнуть/исчезнуть НАШИ иллюзии
• МЫ отрицали законы, действующие внутри НАС самих, отказывались видеть причинно-следственные связи в физическом мире или то, что один фактор следует из другого или усиливает его.
• МЫ хотели развить заложенные в НАС способности
• МЫ считали/думали, что к самоосуществлению НАС подталкивают живые силы НАШЕГО подлинного я.
• МЫ были вынуждены держаться за НАШИ иллюзии о НАС, не в состоянии признать своих ограничений
• МЫ презирали и/или НАС не интересовал процесс обучения, дела или продвижения шаг за шагом;
• МЫ хотели достигнуть, получить какой-либо результат сразу, не желая обучаться и продвигаться шаг за шагом к НАШИМ целям
• МЫ искажали правду о себе, для сотворения, воплощения в действительность своего идеального Я
• МЫ теряли интерес к истине и умение отличать правду от неправды
• МЫ считали, что эта утрата, среди прочих, тоже ответственна за НАШИ трудности в различении между искренними чувствами, верованиями, стремлениями и их искусственными эквивалентами (бессознательными претензиями) в НАМ самим и в других
• МЫ теряли представление о том, что означает эволюция или рост, даже пускаясь в рассуждения о них.

• НАША основная цель – это достижение славы
• МЫ не хотим взбираться на гору, МЫ хотим сразу оказаться на вершине
• Честолюбец мечтает о своем необычайном величии
• Мечтатель хочет реального превосходства, пусть даже последнее можно заметить только по тому, как его самолюбие задевают чужие успехи
• Нужда в славе взяла НАС в свои клещи
• НАС словно кто-то тащит по дороге славы, не принимая во внимание ни НАС самих, ни НАШИ главнейшие интересы
• МЫ жертвуем собой ради того, что мы (и большинство здоровых людей) считаем стоящим жертвы, с точки зрения общечеловеческих ценностей, это, конечно, трагично, но осмысленно
• Если МЫ размениваем свою жизнь по мелочам ради того, чтобы рабски служить призраку славы, по причинам НАМ самим совершенно неизвестным, это принимает характер ничем не оправданного трагического расточительства, тем худшего, чем более потенциально ценна НАША жизнь.
• "Самая маленькая возможность требует времени на то, чтобы стать действительностью"
• НАШИ знания "родом бесчеловечного знания, ради которого НАШЕ человеческое я расточается точно так же, как расточались человеческие жизни при строительстве пирамид".
• НАШИ чувства к другим высохли до "абстрактного сочувствия человечеству".
• Самоидеализация – невротическое решение
• Сила подлинного я человека и есть глубинный источник его роста
• Если МЫ растем вместе с другими, в любви и столкновениях, МЫ вырастем в соответствии со НАШИМ подлинным я.
• МЫ может попытаться либо вцепиться в наиболее могущественное лицо из своего окружения, либо возмутиться и вступить в борьбу с окружением, либо захлопнуть перед другими двери своей внутренней жизни и уйти от них эмоционально.
• МЫ может идти к людям, против людей или прочь от них.
• Три направления движения (к людям, против людей и прочь от них) образуют конфликт – его базальный конфликт с другими
• Т.к. все НАШИ внутренние силы уходили на защиту, поглощались вследствие разделенности НАШЕЙ личности, рассеивались в пустоте на том пути, на котором НАШЕ раннее "решение" положило начало одностороннему развитию, делая тем самым огромные области НАШЕЙ личности недоступными для конструктивного использования.
• Это могло бы возвысить НАС в собственных глазах и, несмотря на всю слабость основания НАШЕЙ личности, давало бы НАМ ощущение силы и значительности
• Но для ребенка, у которого базальная тревога выбивает твердую почву из-под ног, все эти три пути доходят до крайности и становятся жесткими, ригидными.
• Привязанность, становится цеплянием
• Уступчивость – угодливостью, соглашательством.
• МЫ рвемся в бой (или порывается уйти прочь) без всякой связи с тем, что МЫ на самом деле испытываем и безотносительно тому, уместна ли НАША установка в данной ситуации.
• Если бы у НАС было чувство принадлежности, НАШЕ чувство неполноценности в сравнении с остальными не было бы столь серьезным препятствием развитию.
• Поскольку МЫ живем в соревновательном обществе, то из чувства, что МЫ находимся в самом его низу, изолированы и окружен врагами, у НАС может появиться только настоятельная потребность поставить себя над другими.
• отчуждение от себя.
• Подлинной сущности НАШЕЙ личности не дано расти и взрослеть;
• Неважно, что ты чувствуешь, лишь бы только находиться в безопасности
• Он больше не идет по жизни, – его куда-то тащит.
• Если я буду идеализировать себя, тогда у меня будет ощущения значимости и превосходства над кем-либо
• Подвергается идеализации принятое им особое "решение" своего базального конфликта: уступчивость становится добротой, любовью, святостью; агрессивность становится силой, лидерством, героизмом, всемогуществом; уход от людей становится мудростью, самодостаточностью, независимостью.
• Человек превратил свою тенденцию к угодливости в Христово смирение, агрессивную тенденцию – в уникальную способность к политическому лидерству, а отчужденность от людей – в мудрость философа.
• Несмотря на то, что это влечение к превосходству действительно всепроникающее и требует превосходства во всем и везде, обычно оно сильнее всего связывается с предметами, где превосходство наиболее достижимо для данного человека в данное время.
• Очень мало людей привязывают свою деятельность к ее содержанию.
• Людям нужно только превосходство как таковое.
• Общая картина зависит от природы желанного успеха
• И поскольку это не несчастный случай, а неизбежный результат, мы будем правы, заключив, что нереалистичность всей этой погони за успехом – ее неотъемлемое свойство.
• Внутренний рост важнее, чем соревновательное превосходство над другими.
• Стремление к превосходству может быть сослано в область фантазии, и потребность в мстительном торжестве тогда проявляется в основном в виде порыва (часто неудержимого и по большей части – бессознательного)
• МЫ должны быть в центре внимания, должны быть самым привлекательным, самым умным, самым оригинальным – независимо о того, требует того ситуация или нет
• Успех едва ли переживается НАМИ как успех, по крайней мере, МЫ оставляем место для идущих вслед за ним уныния или страха.
• Неустанная охота за большим престижем, большими деньгами, большим числом женщин, побед и завоеваний продолжается и продолжается, вряд ли принося хоть какое-то удовлетворение или обещая отдых.
• Чем больше субъективная важность влечения, чем настоятельнее потребность достичь цели, следовательно, тем более интенсивна реакция на фрустрацию.
• Фобия высоты – частое внешнее проявление страха упасть с высоты иллюзорного величия.
• Воображение– инструмент процесса самоидеализации.
• МЫ гордимся своей реалистичностью
• Неважно, насколько на самом деле реалистичен НАШ подход к успеху, торжеству, совершенству – НАШЕ воображение сопутствует НАМ везде и заставляет НАС принимать миражи за реальность.
• Знание "истинных" норм морали делает НАС нравственным человеком, часто даже образцом нравственности. И НАШЕМУ воображению приходится работать "сверхурочно", чтобы уничтожить все неприятные доказательства противоположного.
• МЫ должны превратить свои потребности в добродетели или в более чем справедливые ожидания.
• МЫ должны превратить свои намерения быть честным или внимательным в факт – да, МЫ честны и внимательны.
• Неплохие мысли, пришедшие НАМ в голову для статьи, делают НАС великим ученым.
• Нельзя быть нереалистичным по отношению к себе и оставаться вполне реалистичным в других отношениях.
• Структуры мечты, имеют содержанием позорное или благородное страдание в качестве жертвы жестокости и унижения.
• Часто мечты являются не нарочно сочиняемыми историями, а, скорее, фантастическим сопровождением повседневной рутины.
• Работа воображения состоит в тонких и всеобъемлющих искажениях действительности, которые человек осуществляет, сам того не осознавая.
• Идеальный образ себя не создается раз и навсегда единым актом творения: однажды созданный, он нуждается в постоянном внимании.
• Для воплощения идеального я в действительность человек должен прилагать непрестанный труд по фальсификации этой действительности.
• Его сила воли должна совершать чудеса, его разум должен быть непогрешимым, его предвидение – безошибочным, знание – всеобъемлющим
Свернуть

Невротические требования
МЫ понимали или не понимали, что МЫ живем в двух мирах – в мире своей тайной частной жизни и в мире жизни официальной.
• Мы испытывали, чувствовали отвращение к сопоставлению своей реальности с очевидным.
• МЫ понимали, что МЫ похожи на каждого из людей – с общими человеческими ограничениями и значительными индивидуальными затруднениями.
• МЫ считали, понимали, были уверенны, что реальность вне НАС тоже не обходится с НАМИ, как с божеством.
• МЫ вместо того чтобы разбираться со своими иллюзиями, предъявляли требования к внешнему миру
• МЫ считали, думали, что другие люди и судьба обязаны обходиться с НАМИ в соответствии с НАШИМ представлением о собственной значимости.
• Все и каждый обязаны подстраиваться под НАШИ иллюзии, иначе МЫ считали это несправедливым.
• МЫ считали, что заслуживаем лучшей доли.
• МЫ считали, что мир обязан измениться.
• МЫ думали, считали, что имеем право на особое внимание, деликатность, почтение других людей.
• МЫ считали, что все НАШИ нужды, вытекающие из НАШИХ запретов, страхов, конфликтов и решений, обязаны быть удовлетворены или должным образом уважены
• Когда НАШЕ наличное бытие расходилось с НАШИМ богоподобным образом самих себя.
• МЫ считали, думали, что это не НАШЕ дело – заниматься своими проблемами; это дело других – следить за тем, чтобы НАС не беспокоили НАШИ проблемы.
• МЫ превращали НАШЕ желание или потребность в требование.
• МЫ обижались на кого-либо включая НАС самих, когда кто-либо не выполнял НАШИ требования и это ощущалось как несправедливая фрустрация или оскорбление.
• МЫ чувствовали, что имеем право на многие вещи
• МЫ чувствовали, что имеем право на все значимое для НАС: на удовлетворение всех НАШИХ невротических потребностей.
• Когда МЫ в глубине души боялись усомниться в себе
• Когда МЫ считали, что любое неисполнение НАШИХ желаний было бы немыслимым поражением
• МЫ запрещали себе хотеть что-либо во избежание "неудачи".
• МЫ желали быть всегда правыми, и поэтому МЫ считали, что МЫ вправе всегда быть вне критики, сомнений или вопросов.
• НАС охватывала жажда власти, и МЫ требовали слепой покорности других людей перед этой властью.
• Когда жизнь для НАС стала игрой, в которой все прочие должны стать объектами искусной манипуляции, считали себя вправе дурачить каждого, и, претендовали на то, чтобы никогда не быть одураченными.
• МЫ боялись повернуться лицом к своим конфликтам, и были уверены в том, что все для НАС "образуется", что МЫ сумеем "обойти" НАШИ проблемы.
• МЫ агрессивно эксплуатировали и запугивали других, чтобы взвалить на них какие-либо НАШИ требования и желания, и негодовали, как на нечестность, если другие настаивали на справедливые условия совместной деятельности.
• МЫ норовили, старались оскорбить окружающих, но нуждались в их признании
• МЫ считали себя "неприкосновенным".
• МЫ превращали свою потребность в любви в требование исключительного и безусловного обожания.
• МЫ считали себя обособленным, отъединенным от людей
• МЫ настаивали на требовании, чтобы НАС не беспокоили и оставили в покое
• МЫ считали, что НАМ ничего не нужно от других, а потому МЫ вправе требовать, чтобы от НАС отстали
• МЫ принимали за данность, выгоды, которые можно извлечь при действующих законах и правилах, а когда они оборачивались невыгодной стороной, это воспринималось НАМИ как несправедливость.
• МЫ считали, что какие-либо правила не должны НАС касаться
• МЫ испытывали сильнейшее сознательное и/или бессознательное нежелание осознавать то, что МЫ должны стать субъектами какой бы то ни было необходимости.
• НАС приводили в содрогание слова "правила", "необходимость", "ограничения"
• МЫ осознавали какую-либо необходимость по отношению к НАМ самим, и это низвергло НАС с высот НАШЕГО мира в действительность, где НАМ пришлось, как и всем прочим, подчиняться тем же законам природы.
• МЫ исключали из своей жизни необходимость – превращая ее в требование.
• МЫ считали себя вправе быть выше необходимости изменений
• МЫ бессознательно отказывались видеть, что НАМ нужно изменить собственные установки, чтобы стать независимым, или менее уязвимым, или поверить в любовь к НАМ и т.п.
• МЫ были неспособны встать лицом к хрупкости НАШЕЙ человеческой жизни, и взращивали требование своей неприкосновенности, неуязвимости, требование быть помазанником Божиим.
• МЫ считали, что НАМ всегда должна сопутствовать удача, а жизнь должна быть легкой и без страданий.
• МЫ любым образом отрицали, что с НАМИ может что-то случиться.
• МЫ были склоны к безрассудным поступкам
• МЫ жили так, словно МЫ никогда не состаримся и не умрем
• Когда с НАМИ случалась какая-либо неприятность, она становилась для НАС бедствием, приводила НАС в панику.
• Когда МЫ из-за неудовлетворенности НАШИМИ требованиями к жизни становились сверхосторожными и/или отрицали, что с НАМИ может вообще что-нибудь случиться и были убеждены в собственной неприкосновенности
• МЫ прямо или косвенно выражали свое ощущение несправедливости по отношению к НАШИМ личным трудностям.
• У НАС было жесткое требование не иметь проблем вовсе.
• МЫ считали, что имеем право быть одаренными и богаче любого, и имеем право не только на жизнь, свободную от личных проблем, но и на букет из достоинств, которыми обладают все, кого МЫ знали лично или видели в кино и/или в любых других источниках информации.
• МЫ завидовали и обижались ко всякому богаче одаренному или более удачливому в жизни, подражали таким людям или восхищались ими,
• МЫ желали, чтобы НАС снабдили всеми желаемыми и часто несовместимыми друг с другом совершенствами.
• МЫ считали несправедливым то, что у НАС имелись хоть какие-то невротические нарушения, и то, что НАМ надо работать над своими проблемами.
• МЫ считали, что претендуем на освобождение от НАШИХ проблем без прохождения через болезненно трудный процесс изменений.
• МЫ заявляли о НАШИХ правах, которые существовали только у НАС в голове, и обращали мало внимания на выполнимость своих требований.
• МЫ требовали быть освобожденными от болезней, старости и смерти
• МЫ считали, что никто не имеет права отказываться от НАШЕГО приглашения, считали оскорблением, если кто-то от него уклонялся или отказывался, неважно, насколько были основательны причины отказа.
• МЫ настаивали на том, что все должно приходить к НАМ легко и просто и без всяких усилий с НАШЕЙ стороны
• МЫ были уверенны в том, что каждый обязан помогать НАМ в НАШИХ денежных затруднениях, считали несправедливым, если НАМ не помогали тут же и с охотой, неважно, хотели окружающие помогать НАМ или нет.
• МЫ были поглощены собой, потому что НАС влекли за собой внутрипсихические потребности, раздирающие НАС внутренние конфликты, и МЫ были вынуждены цепляться за НАШИ особые решения.
• МЫ рассказывали и говорили кому-либо о том, как сильно МЫ хотим стать счастливыми.
• МЫ почти ничего не извлекали из НАШЕГО опыта и не проявляли ни к чему особого интереса
• МЫ считали, что в НАС слишком много лени и потакания НАШИМ слабостям
• МЫ были неспособны применить собственные силы считая, что все лучшее в жизни, включая ликование души, должно свалиться к НАМ с неба.
• МЫ считали, что в НАС есть что-то, не позволяющее НАМ делать усилия в желательном для НАС направлении.
• МЫ считали, что НАМ причинен какой-либо ущерб и настаивали на его возмещении.
• МЫ испытывали потребность во мстительном торжестве к кому-либо
• когда исполнение НАШИХ требований МЫ ощущали как победное торжество, а их фрустрация как поражение.
• Когда МЫ выставляли НАШИ требования со ссылками на прошлые фрустрации или страдания, и предъявляли их в приказной манере
• Когда МЫ отдавали или неотдавали себе отчет в своих требованиях
• МЫ агрессивно выставляли свои требования
• МЫ считали, что с НАМИ не должно случиться ничего плохого и все должно быть по-НАШЕМУ, и это будет справедливо.
• Когда МЫ ответственность за любую неприятность, с кем-либо приключившуюся, возлагали на самого пострадавшего.
• МЫ переживали каждую свою неприятность как несправедливость
• Считали себя вправе получать столько же, сколько было дано НАМИ кому-либо
• МЫ пытались заставить других согласиться с НАШИМИ требованиями
• МЫ пытались поразить других своей необычайной важностью;
• МЫ угождали, очаровывали, обещали что-либо кому-либо;
• МЫ навязывали другим обязательства и пытались нажиться, взывая к их чувству справедливости или вины;
• МЫ подчеркивая свои страдания, взывали к состраданию и жалости;
• МЫ подчеркивая свою любовь к другим, взывали к их тоске по любви или к их тщеславию;
• МЫ стращали своей раздражительностью или угрюмостью.
• Пытались хорошо рассчитанными обвинениями усилить уступчивость кого-либо
• МЫ чувствовали не просто гнев, а право гневаться, праведного негодования
• МЫ реагировали враждебностью на любую фрустрацию; и НАША враждебность по своей сути являлась реакцией на фрустрацию
• МЫ подавляли свою ярость и/или любую другую враждебность, и она проявлялась в психосоматических симптомах: усталости, мигрени, желудочных расстройствах и т.д.
• МЫ свободно выражали и/или полностью прочувствовали свою ярость и/или любую другую враждебность
• Когда НАШ гнев был менее фактически оправдан, МЫ были вынуждены преувеличивать важность произошедшего с НАМИ
• МЫ с невольной небрежностью к фактам выстраивали обвинительное заключение против оскорбителя, которое выглядело строго логичным.
• МЫ были сильно разгневаны (по каким угодно причинам), и тем больше МЫ были склоны к мести.
• Из-за НАШЕГО высокомерия, МЫ были уверенны в том, что НАША месть находится в строгих рамках справедливости.
• Из-за НАШЕЙ ярости и/или любой другой враждебности, МЫ погружались в страдание и жалость к себе
• МЫ чувствовали себя убитыми или до крайности униженными и впадали в полное уныние
• НАШИ мучения становились средством выражения упреков.
• Когда из-за убежденности в НАШЕЙ правоте каким-либо образом затруднялось исследование в глубинах собственной души.
• МЫ испытывали чувство, что с нами скверно поступили, или когда МЫ начинали размышлять о чьих-то ненавистных НАМ качествах, или когда МЫ рвались отплатить другим.
• МЫ отказывались от наших требований только в той степени, в которой мы преодолели погоню за славой в целом и все, что из нее вытекает.
• Из-за неудовлетворенности МЫ фокусировали свое внимание в любой жизненной ситуации на недостатках, на трудностях, и тем самым чувствовали недовольство ситуацией в целом.
• МЫ были неспособны выносить какие-либо неприятности
• МЫ фокусировались на светлых сторонах чужой жизни:
• МЫ испытывали чувство, что МЫ единственные отовсюду изгнаны, приговорены к мучениям, одиночеству, панике, тоске.
• МЫ испытывали чувство общей неуверенности относительно своих прав
• МЫ испытывали чувство, что у НАС нет никаких прав
• МЫ заменяли своими требованиями активную работу над своими проблемами и, из-за этого затормаживали НАШ рост.
• МЫ явно и открыто требовали для себя особых привилегий
• МЫ считали, что должны получать помощь, не прилагая к тому никаких усилий

Мы недоумевали:
• Почему другие, которым лучше, чем НАМ, должны чего-то ждать от НАС
• Почему МЫ, находящиеся в худшем положении, чем кто-либо вокруг, МЫ, на которого не обращают внимания или плюют, не имеем права ни на что лично для себя
• МЫ имеем право получить все это без всяких затрат энергии.
• Чем мстительнее обсуждаемые требования, тем более сильной представляется инерция личности.
• "Это другие виноваты в моих бедах – они и должны все исправить. А то что же это будет за исправление, если я сам буду все делать?"
• Это не НАШЕ дело – менять что-то в своей жизни; это дело "их" или судьбы.
• постоянно давя на других, можно иногда заставить их уступить своим высказанным или невысказанным требованиям.
• Если МЫ будем хотеть достаточно сильно, НАШИ желания сбудутся.
• Если МЫ будем достаточно твердо настаивать, чтобы все шло, как МЫ хотим, все так и пойдет.
• Если Я еще не оказался прав, то это не потому, что Я хочу невозможного, а потому, что Я хочу недостаточно сильно.
• Он доказать должен, что стоит выше законов психики и природы.
• Эти требования – гарантия его грядущей славы.
• вместо конструктивных усилий по устройству своей жизни он вкладывает всю энергию в то, чтобы отстаивать свои права
• Между тем реальная жизнь теряет для него интерес;
• он впадает в нищету, он пренебрегает всем, что могло бы сделать его жизнь стоящей.
• Надежда на будущие возможности все более и более становится единственным светом в окошке, которым он живет.
• проявив интерес к себе и своему развитию, МЫ лишимся прав на будущие достижения.
• Пока я одержим своей целью, альтернативный путь меня просто страшит.
• НАМ предстоит взять на себя ответственность за НАШИ проблемы и признать, что только МЫ сами и никто другой может перерасти НАС и развить именно свои способности и таланты.
• Поднимая свои потребности на высоту требований, МЫ отрицаем свои расстройства и возлагаем ответственность за себя на других людей, на обстоятельства, на судьбу
• Несправедливо, что у НАС вообще есть проблемы.
• МЫ имеем право хотя бы на жизнь устроенную так, чтобы эти проблемы НАС ни в коем случае не беспокоили.
• НАМ жизненно важно сбросить с себя ответственность.
• НАШИ требования, не дают НАМ возможности расстаться со своими проблемами и тем самым увековечивают НАШ невроз.
• И для него час имеет только шестьдесят минут, ему приходится стоять в очереди, как всем прочим, таксист или начальник на работе обращаются с ним, как с простым смертным.
• "Жизнь ужасна – в ней столько реальности".
• Реальность неизбежно навязывает себя двояким образом.
• МЫ имеем право на удовлетворение всех своих потребностей
• "Все, о чем я молюсь, мне дается"
• Что бы он ни вытворял с другими, никто не должен иметь возражений против такого обращения.
• Неважно, насколько я мрачен или раздражителен. Меня нужно понять.
• "Оставьте меня в покое"
• "не ждите от меня ничего"
• "Эти правила не должны касаться меня"
• "Мне обязаны предоставлять только первоклассные развлечения"
• Требование составлять исключение прилагается также к законам природы, к физическому и психическому миру.
• Пока мы держимся высокомерно, мы уязвимы.
• Пока мы не любим себя, мы не можем поверить, что нас любит кто-то другой, и неизбежно будем подозрительно относиться к проявлениям любви.
• невротические потребности, невольно превращенные в требования
• Происшествие может быть тривиальным, но оно колеблет его надменную убежденность в собственной неприкосновенности.
• Если уж нельзя положиться на то, что его требование неприкосновенности будет уважено, то может случиться что угодно и нельзя положиться ни на что.
• Это не значит, что он отказывается от своего требования. Это, скорее, значит, что он не хочет лишний раз осознавать его тщетность.
• Если НАМ нужно, время должно найтись
• Чем меньше связан невротик с миром вокруг него, тем меньше он думает о других людях и их чувствах
• "Я – свободная комета, летящая сквозь миры. Реально то, чего хочу я, а другие с их желаниями нереальны".
• позиция отказа от всего или получения всего.
• при всем его стремлении к счастью, остается несчастным.
• Если НАШИМ добрым намерениям не сопутствуют немалые усилия в нужном направлении, то ничего особенного не произойдет.
• Чем больше взгляд человека на себя и окружающий мир определен его воображением, тем больше он и его жизнь в целом для него таковы, какими ему требуется их видеть.
• Люди не заставляют НАС ждать. С НАМИ просто не бывает несчастных случаев и стать старше НАМ тоже не предстоит. Погода правда прекрасная, когда МЫ отправляемся за город. Все происходит так, как МЫ хотим, и МЫ действительно справляемся со всем на свете.
• то, что видит наблюдатель, и то, что чувствует наблюдаемый – далеко не одно и то же.
• Однако даже если человек отдает себе отчет в том, что у него есть определенные требования, он никогда не осознает их незаконности или иррациональности
• Я должен чувствовать полную убежденность в своей правоте и справедливости.
• поскольку я такой выдающийся, я имею право.
• "любовь" дает ответ на все вопросы и право на что угодно,
• МЫ чувствуем себя слишком неуверенными, чтобы наводить справки по телефону.
• самая интересная для нас опора требований – это опора на "справедливость"
• Я же верю в Бога; я же всю жизнь работал; я всегда был настоящим гражданином
• Из доброты и благочестия обязаны воспоследовать земные блага.
• добродетель не обязательно вознаграждается
• Подчеркивание идеи справедливости может быть (хотя и не обязательно) камуфляжем для мстительности.
• Чем мстительнее требования, тем больше подчеркивается понесенный урон
• жизнь и судьба смеются над любыми "исковыми заявлениями".
• "Как они могли сделать со мной такое!"
• "Я не должен быть собой"
• Любая трудность становится в десять раз труднее, если относиться к ней, как к несправедливости.
• Любая работа, к которой мы приступаем с разрушительным чувством свершающейся несправедливости или с тайным требованием, чтобы она была легкой, неизбежно станет напряженной и изматывающей.
• Через невротические требования мы теряем часть искусства жить, состоящую в том, чтобы легко переносить естественный порядок вещей.
• нельзя сравнивать свою жизнь и счастливые моменты чужой, можно сравнивать разве что одну жизнь с другой в целом
Свернуть

Тирания НАДО
МЫ
испытывали чувство, что МЫ имеем право быть выше необходимости и законов, и это чувство позволяло НАМ жить в вымышленном мире, как если бы МЫ и в самом деле были выше их.
• НАШИ требования позволяли НАМ возложить ответственность за любую "неудачу" на внешние факторы.
• МЫ брались за работу по переплавке и переделыванию в высшее существо самих себя.
• МЫ считали, что МЫ должны быть в состоянии вытерпеть все, понять все, нравиться всем, быть всегда продуктивными и лучшими в чем-либо.
• Все НАШИ внутренние предписания включающие в себя, что НАМ Надо делать, чувствовать, знать; кем НАМ Надо быть, а также все НАШИ табу: как и что НАМ Нельзя делать и т.п.
• МЫ думали, что НАМ Надо быть пределом честности, щедрости, внимательности, справедливости, достоинства, храбрости, заботливости и т.п., НАМ Надо быть совершенным любовником, мужем, учителем, МЫ должны вынести все, угодить всем, любить своих родителей, жену и страну и т.п.; и/или НАМ Нельзя привязываться ни к чему и ни к кому, ничто Не Должно иметь для НАС значения, МЫ Не Должны чувствовать обиду, а Должны быть всегда спокойными и умиротворенными и т.п.
• МЫ думали, что МЫ Должны всегда получать наслаждение от жизни, и/или МЫ Должны быть выше забав и развлечений и т.п., МЫ должны быть непосредственными, МЫ Должны всегда сдерживать свои чувства и т.п.
• Все НАШИ внутренние предписания проистекавшие из необходимости превратиться в идеального себя, которую МЫ ощущали, и из убеждения, что МЫ это можем.
• МЫ пренебрегали выполнимостью чего-либо, которое пронизывало все НАШЕ стремление к воплощению идеального «я» в действительность.
• МЫ считали, что должны иметь некое шестое чувство, которое позволяет преодолеть все трудности.
• МЫ пренебрегали условиями выполнения каких-либо НАШИХ требований к себе.
• Многие из НАШИХ требований к себе таковы, что их не мог бы выполнить ни один человек.
• МЫ считали, что НАМ Надо знать, понимать и предвидеть все, МЫ Обязаны не сходя с места разрешить любую проблему, свою или чужую, МЫ Должны преодолеть любые трудности, как только они появятся и т.п., НАМ Нельзя уставать или болеть, МЫ всегда Должны суметь устроится на работу, все, что можно сделать не меньше, чем за два-три часа, МЫ Должны делать за час и т.п.
• МЫ только еще увидев у себя некоторые из НАШИХ невротических требований, считали, что полностью их переросли.
• МЫ верили, что НАШ ум должен быть главной движущей силой
• НАШИ внутренние предписания действовали с совершенным пренебрежением к внутрипсихическому НАШЕМУ состоянию – к тому, что МЫ в данный момент способны чувствовать и делать.
• МЫ отдавали себе какой-либо безусловный приказ, отрицая или отвергая факт своей реальной уязвимости.
• МЫ считали, что НАМ Надо быть сострадательными, но не испытывали сострадания.
• НАШИ невротические требования получали конкретное выражение, направленное вовне – МЫ везде и всячески пытались отстоять свое право на исключение в силу своей исключительности.
• МЫ боялись, как бы кто-нибудь не извлек из НАС какую-либо выгоду.
• Когда МЫ не могли найти свою вещь, МЫ думали, что ее украли.
• МЫ не отдавали себе отчета в том, что невроз сделал НАС эгоцентричными, сосредоточенными на собственной выгоде, что МЫ прикрывались компульсивными смирением и добротой.
• НАМ сильнее всего хотелось светиться любовью и теплом, и поэтому МЫ окутывали годы своего детства золотой дымкой.
• НАМ хотелось держать НАШИ чувства в смирительной рубашке.
• МЫ считали, что любим НАШИХ родителей, потому что их положено любить.
• МЫ отказывались принимать на себя ответственность за свою жизнь, и обвиняли родителей и/или кого-либо еще, во всех НАШИХ трудностях.
• Когда в ход шли слепые приказы, которые могли привести НАС только к самообману или к несправедливой самокритике.
• МЫ принимали на себя абсурдное и/или нереальное количество ответственности.
• МЫ осознавали всю меру воздействия запугивающих и стесняющих ранних влияний.
• НАША сознательная установка довольно объективна и правдоподобна.
• МЫ считали, что НАШИ родители не могли вести себя иначе, чем они себя вели.
• МЫ осознавали, думали, считали, что совершенного с НАМИ в прошлом было бы вполне достаточно, чтобы раздавить любого, и МЫ Должны были выйти из этого невредимыми.
• МЫ считали, что у НАС должно было хватить внутренних сил и стойкости, чтобы не позволить каким-либо факторам влиять на НАС, а раз они на НАС повлияли, это доказывало, что МЫ с самого начала были ни на что не годны.
• Каковы бы ни были трудности, с ними Надо покончить немедленно.
• МЫ признавали, что ранние влияния не могли не сформировать НАС неблагоприятно.
• МЫ видели, что НАШИ трудности (неважно, каков их источник) осложняли НАШУ текущую жизнь и будущее, и поэтому считали, что НАМ надо лучше распоряжаться своими силами, чтобы перерасти свою проблему.
• МЫ оставляли свои проблемы на полностью фантастичном и несерьезном уровне НАШЕГО требования, считая, что на НАС это не должно было повлиять
• МЫ хвалили себя за то, что обстановка НАШЕГО детства не раздавила НАС полностью.
• Мы жалели о неудаче.
• Для НАС было недостаточно сделать все, что можно, МЫ считали, что Надо было сделать что-то еще.
• МЫ вообразили освобождение от своих трудностей.
• Мы считали, что МЫ не охвачены никаким влечением
• Мы считали, что МЫ охвачены каким-либо влечением
• МЫ стремились иметь реальный контроль и влияние
• В НАШЕМ воображении МЫ обладали магической властью.
• МЫ пытались убрать трудности, которые МЫ начинали осознавать, чистым усилием воли.
• МЫ включали механизм "силы воли", когда МЫ начинали осознавать какие-либо свои слабые стороны.
• МЫ решали и пытались придерживаться бюджета, общаться с людьми, быть уверенными в себе или более терпимыми и т.п.
• МЫ считали, что не должны ничего бояться.
• Страх перед кем-либо и/или чем-либо был явным, открытым проявлением НАШИХ всеобъемлющих, но скрытых мрачных предчувствий
• МЫ старались увидеть весь объем какого-либо НАШЕГО нарушения.
• МЫ испытывали яростное стремление заставить какое-либо НАШЕ нарушение исчезнуть.
• МЫ считали, что НАМ Надо быть достаточно сильными, чтобы сознательно побороть какое-либо НАШЕ нарушение
• Осторожное, тщательное высвобождение из какого-либо затруднения было для НАС – признание слабости и поражения
• МЫ еще больше страдали от депрессии и т.п., поскольку вдобавок к ее болезненности она становится очевидным проявлением отсутствия у НАС всемогущества.
• МЫ проецировали на других то, чего ожидали от себя.
• У НАС появлялись реакции уныния, раздражения или страха, из-за чувства, что МЫ не в силах разделаться с проблемой немедленно.
• НАШИ внутренние предписания имели целью не реальные перемены, а немедленное и абсолютное совершенство. Их цель – заставить исчезнуть несовершенства или сделать так, чтобы совершенство показалось достигнутым.
• НАШИ внутренние требования выносились вовне, и НАША подлинная суть и НАШИ страдания становились НАМ неважны.
• Когда у НАС возникал страх перед улицами или функциональное расстройство сердечной деятельности.
• У НАС возникала ситуация, с которой МЫ не могли справиться своим обычным способом, а другого способа МЫ не знали, и из-за этого НАШЕ душевное равновесие нарушалось.
• МЫ верили в то, что нужно нести взятую на себя ответственность, мы старались так и делать, даже если это было трудно.
• МЫ считали, что следовать идеалу – это то, чего мы, в конечном счете, хотим, или то, что считаем правильным.
• МЫ не могли что-либо выполнить и это вызывало у НАС эмоциональную реакцию несостоятельности, содержащая полный набор тревоги, отчаяния, презрения к себе и саморазрушительных импульсов.
• МЫ гордились тем, что МЫ считали своим даром предвидения, помогающим НАМ спасать кого-либо от опасностей, своей предусмотрительностью и осторожностью
• У НАС возникало чувство нереальности происходящего, даже если происшествие было незначительным.
• МЫ ощущали какую-либо тревогу, и реагировали усилением потребности в чем-либо, чтобы сдержать эту тревогу.
• МЫ испытывали острую потребность переспать с какой-нибудь женщиной.
• Для НАС средством почувствовать себя нужным и восстановить пошатнувшееся самоуважение стала сексуальность.
• Когда отчаяние вызывало у НАС конфликт внутренних предписаний
• НАШИ противоречия между Надо затрудняли или делали невозможным принятие рационального решения, так как НАШИ противоположные требования были равно настоятельны.
• МЫ не отдавали себе отчета ни в силе гнета внутренней тирании, ни в ее природе.
• МЫ отождествляли себя со своими внутренними предписаниями и (сознательно или бессознательно) гордились своими нормами.
• МЫ не сомневались в правильности НАШИХ внутренних предписаний и пытались, каким-либо образом, воплотить их в жизнь.
• МЫ пытались соизмерять с внутренними предписаниями свое поведение.
• МЫ считали, что НАМ Надо быть всем для всех, МЫ Должны знать обо всем лучше всех, НАМ Нельзя ошибаться, НАМ все Должно удаваться с первой попытки, Надо выполнить все, что приказывают НАШЕ Надо.
• МЫ думали, что мы действительно соответствуем своим высочайшим нормам.
• НАША самонадеянность была столь велика, что МЫ даже не рассматривали возможность неудачи и отбрасывали ее в сторону, если она случалась.
• НАША правота столь же жесткая, сколь и деспотичная, поэтому в своих глазах МЫ никогда не ошибаемся.
• Чем больше МЫ были погружены в свое воображение, тем меньше НАМ необходимо было предпринимать реальные усилия.
• МЫ считали, что не может случиться ничего такого, что не должно случаться.
• МЫ считали, что НАШЕ Надо – закон, не подлежащий обсуждению.
• МЫ пытались жить как Надо, и всегда чувствовали, что у НАС это не получается.
• Главный элемент НАШИХ сознательных переживаний – самокритика, чувство вины за то, что МЫ – не высшее существо.
• Абсолютная уверенность в своей правоте не давала НАМ видеть свои недостатки.
• НАША слишком большая готовность чувствовать себя виноватым – была опасна тем, что осознание своих недостатков раздавливало НАС, а не освобождало.
• МЫ были склоны восстать против внутренней тирании, поскольку свобода – или то, что МЫ принимали за нее, – много для НАС значила, и МЫ были сверхчувствительны ко всякому принуждению.
• НАШ бунт против Надо был пассивным.
• НАШ бунт против Надо был активным.
• То, что МЫ считали Нужным сделать – выполнить работу, прочесть книжку, совокупиться с женой и т.п. – превращалось в НАШЕМ сознании в принуждение и вызывало сознательное или бессознательное возмущение и отказ участвовать "в этом".
• Если то, что НАМ надлежит сделать, все-таки делалось, оно делалось со страшным напряжением, порожденным внутренним сопротивлением.
• МЫ пытались избавиться от всех наших внутренних предписаний
• Настаивали на том, чтобы делать только то, что НАМ приятно и когда НАМ это приятно.
• НАШ бунт принимал крайние формы, и становился бунтом отчаяния.
• Если МЫ не можем быть венцом благочестия, целомудрия, искренности, тогда МЫ будем "отпетым" – склочником, потаскухой, лжецом.
• Покорные своим Надо МЫ входили в полосу бунта против них и этот бунт был направлен против внешних ограничений.
• МЫ считали, что сдерживающие внешние нормы имели могущественного союзника во внутренних предписаниях. И после всего пережитого МЫ оставались со своей скукой и неприкаянностью.
• МЫ проходили через перемежающиеся фазы самоистязающей "доброты" и дикого протеста против любых норм.
• МЫ казались своим друзьям неразрешимой загадкой.
• МЫ были оскорбительно безответственны в сексуальных или денежных вопросах, а порой – проявляли необычайную щепетильность.
• МЫ постоянно колебались между "Надо" и "Не буду".
• МЫ создавали у окружающих ощущение непосредственности и сами принимали свою противоречивую установку по отношению к Надо за "свободу".
• МЫ навязывали свои нормы другим и неумолимо требовали совершенства от них.
• Чем более МЫ считали себя мерой всех вещей, тем сильнее МЫ настаивали– не на совершенстве вообще, а на своих, особых нормах совершенства.
• Когда другие не подходили для НАС, они вызывали НАШЕ презрение или гнев.
• МЫ злились на себя за то, что МЫ не являемся (в любой момент и при любых обстоятельствах) тем, кем НАМ Надо быть.
• Когда НАМ что-либо не удавалось, МЫ всю злость оборачивали на того, кто НАС "подвел" и возводили на него обвинения.
• МЫ переживали НАШИ ожидания от себя, как ожидания других от НАС, и эти ожидания превращались в требования, которые необходимо выполнять
• МЫ считали, что всегда Должны быть продуктивными, Должны видеть сны, чтобы о них докладывать, Должны всегда говорить о том, что, по НАШЕМУ мнению, с НАМИ хотят обсудить, Должны всегда ценить помощь.
• МЫ верили, что другие ждут или требуют от НАС чего-либо, и МЫ отвечали на это двояко.
• МЫ пытались предвосхитить или угадать ожидания кого-либо и кинуться их выполнять.
• МЫ чувствовали, что НАС будут презирать или бросят, как только МЫ не угодим.
• МЫ считали, что на НАС давят, вмешиваются в НАШИ дела, толкают на что-то, заставляют, и МЫ с горечью думали об этом или даже открыто протестовали.
• МЫ возражали против подарков – ведь их от НАС ждут.
• МЫ приезжали на работу или на встречу чуть позже, чем НАС ждали.
• МЫ забывали поздравить с праздником, написать письмо, сделать любое доброе дело, о котором НАС просили.
• У НАС выпадал из памяти визит к родственникам, потому что об этом попросила мать, хотя НАМ нравятся НАШИ родные и навестить их хотелось.
• НАШ ответ на любое требование выходил из всех рамок.
• Критика других НАМ была не так страшна, как возмутительна.
• НАША пылкая и несправедливая самокритика сильнейшим образом выносилась вовне.
• МЫ начинали думать, что другие несправедливы в своем суждении о НАС или что они руководствуются скрытыми мотивами.
• Если НАШ протест более агрессивен, МЫ будем показывать свое неповиновение и верить, что ни во что не ставим чужое мнение.
• МЫ были уверены в своем уважении.
• МЫ были дружелюбным и готовым прийти на помощь человеком, которым считали себя
• НАС выводило из себя то, что НАС ставят в затруднительное положение просьбой доказать НАШЕ дружелюбие и готовность прийти на помощь
• МЫ считали, что когда МЫ предлагали кому-либо помощь, это была НАША инициатива, а когда НАС попросили помочь, МЫ считали это недопустимым вмешательством.
• МЫ считали явным вмешательством или принуждением многие вещи, которые на самом деле были лишь предположением или вопросом о НАШИХ возможностях.
• МЫ испытывали повышенную чувствительность к принуждению и критике.
• МЫ не могли вынести принуждения потому, что и так чувствовали себя в смирительной рубашке.
• МЫ не выносили критики потому, что сами были своим худшим критиком.
• МЫ подвергали сомнению свое дружелюбие.
• В большей степени МЫ помогали другим, потому что НАМ Надо им помогать, а не по причине НАШЕЙ довольно абстрактной любви к человечеству
• Какая-либо просьба ввергала НАС во внутренний конфликт Надо соглашаться на нее и быть щедрым и Нельзя никому позволять помыкать собой.
• НАШЕ раздражение по какому-либо поводу, было выражением ощущения, что МЫ попали в тиски неразрешимой дилеммы.
• В большем или меньшем объеме НАШИ Надо всегда вызывали ощущение напряжения тем большего чем сильнее МЫ старались воплотить Надо в своем поведении.
• МЫ испытывали ощущение, что МЫ стиснуты, сдавлены, зажаты в кольцо.
• МЫ слышали в критике со стороны (реальной или только возможной, дружеской или недружественной и/или какой-либо еще) презрительно-высокомерный тон НАШЕЙ собственной критики.
• Что-либо делало НАС слишком критичными и грубыми или тревожными, слишком дерзкими или уступчивыми и т.п.
• МЫ считали, что Надо все больше снижают непосредственность чувств, желаний, мыслей и верований – то есть способность ощущать НАШИ собственные желания и т.п. и выражать их.
• МЫ становились "непосредственно вынужденными" и "свободно" выражали то, что Надо чувствовать, желать, думать, во что верить.
• Мы приучены думать, что можем управлять только своим поведением, но не своими чувствами.
• Мы можем заставить другого трудиться прилежнее, но не можем заставить его любить свою работу.
• МЫ думали, что можно принудить самого себя вести себя так, будто ничего не подозреваем, но не могли принудить себя к чувству доверия.
• Мы осознанно верили в то, во что Надо было верить, осознанно чувствовали то, что Надо было чувствовать.
• МЫ выплескивали, вытаскивали наружу все НАШИ страхи, подозрения и неприязнь, которые всегда мешали свободному излиянию позитивных чувств, но были скрыты под слоем Надо.
• НАШИ непосредственные чувства были задавлены внутренними предписаниями.
• МЫ видели, что были неспособны чего-то хотеть
• МЫ думали, что все НАШИ беды в том, что МЫ неспособны что-либо делать, неспособны прекратить мечтать, неспособны собрать собственные вещи, неспособны принять свою раздражительность или сдерживать ее, неспособны проявлять человечность – усилием воли, с помощью терпения или раскаяния и т.п.
• МЫ были неспособны что-либо почувствовать, несмотря на всю НАШУ сверхчувствительность
• МЫ были переполнены внутренней яростью, жалостью к себе, презрением к себе и отчаянием.
• НАМ Надо быть внимательными, благодарными, жалостливыми, щедрыми, любящими, а потому в НАШИХ представлении о себе у НАС есть все эти качества.
• МЫ разговаривали и испытывали порывы чувств, словно МЫ и были такие добрые и хорошие.
• НАМ удавалось ввести в заблуждение себя, и на время ввести в заблуждение и других.
• МЫ задумывались над искренностью НАШИХ чувств только когда у НАС начинались неприятности и проблемы
• МЫ считали, что это другие обманули НАШУ веру в человечество или же что МЫ никогда ему и не верили "по-настоящему".
• МЫ считали, что НАМ Надо уметь жить без всяких близких отношений, и верили, что МЫ не нуждаемся в них.
• МЫ считали, что НАМ Нельзя ничему радоваться, и поэтому МЫ верили, что НАМ все безразлично.
• НАША эмоциональная жизнь искажена и обеднена.
• МЫ считали, что Надо быть таким сострадательным, чтобы идти на любые жертвы, но Надо быть еще и таким хладнокровным, чтобы пойти на любую месть.
• МЫ временами считали себя свиньей, а временами – ангелом.
• МЫ сдерживали так много чувств и желаний, что у НАС наступило общее эмоциональное омертвление.
• МЫ запрещали себе желать что-либо для себя, что клало конец всем живым желаниям и замораживало любые попытки что-либо для себя сделать.
• МЫ считали, что все в жизни должно быть преподнесено НАМ на серебряном блюде.
• Мы меньше осознавали вред, который наносят всеобъемлющие Надо нашим чувствам, чем прочий приносимый НАМИ ущерб.
• Чем сильнее в НАС влечение воплотить в действительность НАШЕ идеальное я, тем более Надо становились для НАС единственной движущей силой, толкающей, подхлестывающей НАС к действию.
• МЫ осознавали некоторые удушающие свойства своих Надо, и МЫ были не способны отказаться от них, потому что без Надо (как МЫ считали) МЫ не сделаем или не сможем сделать ничего.
• МЫ считали, что нельзя заставить людей делать "правильные" вещи, иначе как силой.
• НАШИ Надо приобретали для НАС субъективную ценность, с которой МЫ сможем расстаться, только когда почувствуем, что в НАС существуют другие, непосредственные силы.
• МЫ осознавали невозможность жить как Надо, и МЫ начинали ненавидеть и презирать себя.

• За Надо всегда прячется ненависть к себе, и это ее угрозы превращают Надо в режим террора.
• Чувства – самая живая наша часть, и если они вынуждены подчиняться диктатуре, в глубине нашего существа возникает глубокая неуверенность, которая неизбежно уродует наше отношение ко всему внутри и вне нас.
• Забудь о том никудышном существе, которым ты являешься; вот каким тебе Надо быть, и быть таким идеальным – вот все, что имеет значение.
• Лучше ожидать от себя слишком многого, чем слишком малого.
• "Для меня не должно существовать ограничений по времени и силам"
• "надо никогда не обижаться"
• Мне всегда Надо быть понимающим, сочувствующим и готовым помочь.
• Я обязан суметь смягчить сердце преступника
• Надо – результат погони за славой, а их функция – переделать человека в его идеал
• Для меня нет и не должно быть ничего невозможного.
• Нынешние установки по отношению к неблагоприятным воздействиям прошлого.
• "Да уж, это была помойная яма, полная лицемерия и жестокости".
• "Хотя я не мог не дышать всей этой гадостью, я должен был вырасти чистым, как лилия вырастает из болота"
• Понимание любого текущего ограничения нестерпимо для того, кого угнетает диктатура Надо.
• "Надо с этим справиться".
• Различным Надо недостает нравственной серьезности искренних идеалов
• МЫ всегда правильно поступаем, чувствуем и думаем.
• Ведь МЫ всегда в совершенстве управляли своей жизнью, были первыми учениками, организаторами, идеальными супругами и примерными родителями.
• "Мне Надо суметь выбраться из воскресной автодорожной пробки",
• "Мне Надо уметь рисовать без мучительного труда и учения".
• Надо уметь выпутаться из чего угодно",
• "Мне Надо получать все лучшее",
• "Мне Надо отыграться".
• Только охватив картину в цепом, мы сможем в должной перспективе увидеть требование нравственного совершенства.
• МЫ в конечном счете можем переориентироваться – от мира притворства к развитию искренних идеалов.
• Идеалы тоже властны нас заставлять.
• Желание, суждение, решение принадлежат нам.
• В покорности Надо ровно столько же свободы, сколько в "добровольном" сотрудничестве с диктаторским режимом или в его восхвалении.
• внутренние предписания– это ужасная эмоциональная реакция
• "Надо предвидеть всякие непредвиденные обстоятельства"
• Надо быть святым в дружбе
• Человек неплохо функционирует, пока живет в согласии со своими внутренними предписаниями. Но механизм отказывает, когда сталкиваются два противоречащих друг другу Надо.
• Надо быть милой и приятной
• Установки по отношению к внутренним предписаниям и то, как человек с ними уживается, определяются тем, какой зов жизни в нем сильнее – к власти, любви или свободе.
• Надо оправдать ожидания жены или предполагаемые ожидания шефа
• Вопрос, чего МЫ сами хочтим, даже не приходил НАМ в голову. А одних только Надо явно недоставало для решения проблемы.
• Надо ехать с женой в короткий отпуск, или Надо остаться в конторе и работать
• Для НАС нет четкой границы между "я Должен быть таким" и "я такой".
• Захватнический тип, для которого решающей является власть.
• "Надо заплатить этот долг. Нет, не буду"
• "Надо сесть на диету. Нет, с какой стати?"
• Всех любим, потому что так Надо
• "А люблю ли я мужа, учеников, пациентов? А вообще кого-нибудь?"
• Любовь с готовностью уступает место равнодушию или обиде и осуждению, когда затрагивается гордость или тщеславие.
• "Как это мои чувства и мое мнение так легко изменились?"
• Преувеличение грубости и бессердечия. Табу, наложенное у некоторых на нежность, жалость и доверие, может быть столь же сильным, как и табу других на враждебность и мстительность.
• "Надо примириться с жизнью".
• "МЫ не позволяли НАМ быть несовершенными
Свернуть

_________________
"Незнание о незнании неизменно сопутствует познанию" С.Лем


Последний раз редактировалось Иван Журавский 08 фев 2012, 17:14, всего редактировалось 14 раз(а).

Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 08 янв 2012, 01:23 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 мар 2010, 01:12
Сообщения: 4435
Откуда: г. Котлас. Архангельской области
К. Хорни ЛИЧНОСТНЫЙ РОСТ БОРЬБА ЗА САМООСУЩЕСТВЛЕНИЕ

Невротическая гордость
Невротическая гордость
При всех НАШИХ бешеных усилиях достичь совершенства и при всей НАШЕЙ вере, что совершенство достигнуто, МЫ не достигали того, в чем отчаянно нуждались – самоуважения и уверенности в себе.
• Высокое положение, до которого МЫ могли подняться, слава, которую МЫ могли обрести, делали НАС самонадеянными, не принося НАМ внутренней безопасности.
• МЫ по-прежнему чувствуем себя ненужными в глубине души, легко обижаемся и нуждаемся в нескончаемых подтверждениях своей ценности.
• МЫ можем чувствовать себя сильными и значительными, пока у НАС в руках власть и влияние, пока НАС поддерживают хвалой и почитанием.
• Все НАШИ чувства избранности легко пропадают, когда, среди чужих людей, эта поддержка отсутствует, когда МЫ терпим неудачу, когда МЫ предоставлены сами себе.
• НАМ нужны тепло, забота, защита, атмосфера доверия, поощрение НАШЕЙ деятельности, конструктивная дисциплина.
• НАШЕ слепое восхищение чем-либо может раздуть НАШЕ чувство собственной значимости.
• МЫ чувствовали, что нужны родителям, нравимся им, и они одобряют НАС не за то, какие МЫ есть, а за то, что МЫ удовлетворяем их потребность в восхищении, престиже или власти.
• Жесткие требования удовлетворять нормам совершенства возбуждали, порождали в НАС чувство неполноценности из-за того, что МЫ не можем выполнить таких требований.
• За проступки или плохие оценки в школе НАС сурово упрекали, а хорошее поведение и хорошие отметки принимались как должное.
• НАШИ порывы к независимости и самостоятельности высмеивались.
• Недостаток искреннего тепла и интереса к НАМ, создавали у НАС ощущение своей никчемности и ненужности и/или ощущение, что МЫ ничего не стоим, пока МЫ такие, какие есть, а не стали кем-то другим
• МЫ отчуждались от себя и раздваивались.
• НАША самоидеализация – попытка возместить причиненный ущерб, подняв себя в воображении над другими и над грубой реальностью самого себя.
• МЫ вместо твердой уверенности в себе, получали невротическую гордость.
• Гордость – это самоуважение, основанное на реальных или воображаемых заслугах
• МЫ относились к уверенности в себе как к загадочному качеству, возникающему из ничего, но очень желанному.
• МЫ ждали, что кто-либо и/или что-либо вселит в НАС уверенность в себе.
• МЫ не понимали и/или на самом деле страстно не желали понять прямой причинно-следственной связи между существующими качествами личности и чувством уверенности в себе.
• МЫ имели убеждения и умение действовать в соответствии с ними:
1. способность полагаться на себя, основанная на оценке собственных ресурсов;
2. умение брать на себя ответственность;
3. реалистичный подход к собственным качествам, возможностям и ограничениям,
4. сила и прямота чувств,
5. способность устанавливать и поддерживать хорошие отношения с людьми.
6. Хороший уровень этих параметров субъективно ощущался НАМИ, как уверенность в себе. Чем ниже их уровень, тем более шаткой была НАША уверенность в себе.
• Гордость престижными ценностями
• МЫ гордились тем, что у НАС красивая девушка, тем, что МЫ из хорошей семьи, своей политической или профессиональной принадлежностью, почитаемой и престижной, или тем, что МЫ встречаемся с важными людьми, популярны, имеем хорошую машину или живем в престижном районе и т.п..
• Все, что увеличивает престиж, может поднять настроение; любая неудача группы в увеличении престижа такой личности или любое уменьшение престижа самой группы провоцирует все реакции оскорбленной гордости
• Мы считали себя, что являемся в первую очередь – частью группы.
• Гордость простирается не на нечто личное, а на институты и деятельность групп.
• МЫ в глубине души не чувствовали себя заодно с группой.
• МЫ не считали себя частью группы, у НАС не было чувства принадлежности к ней – МЫ использовали ее для повышения личного престижа.
• МЫ были так глубоко отчуждены от себя, что даже НАША гордость во многом лежала вне НАС самих..
• МЫ гордились не собой и не тем, кто МЫ есть.
• НАША гордость вычеркивала трудности и ограничения.
• МЫ страстно желали сохранить иллюзии своей святости, выдающегося ума, абсолютного самообладания и т.д.;
• МЫ считали, что потеряли бы свою "индивидуальность", если бы сдвинулись бы хоть на дюйм в сторону от каких-либо оценок, которые МЫ давали своим качествам.
• НАША гордость была привязана не к воображению, а ко всем сознательным процессам – интеллекту, рассудку, силе воли.
• Непрерывная работа интеллекта и воображения, в основном бессознательная, идет ради поддержания личностью вымышленного мира, осуществляясь через рационализацию, оправдания, вынесения вовне, совмещение несовместимого – теми путями, которыми можно заставить вещи казаться не такими, какие они есть.
• Чем более человек отчуждается от себя, тем более его рассудок становится высшей реальностью
• "Люди не существуют вне моих мыслей. Я сам вне их не существую"
• МЫ глядим в зеркало только своих мыслей о мире и себе.
• МЫ связывали НАШУ гордость с возможностями и привилегиями, на которые МЫ, по НАШЕМУ мнению, имеем право.
• МЫ гордились иллюзорной неуязвимостью, которая, в физическом плане означает претензию никогда не болеть и всегда оставаться невредимым, а в психическом – никогда не чувствовать себя задетым.
• МЫ считали НАШУ гордость удачливостью для "любимца богов" и ставили вопросом чести: не подхватить заразу в охваченном малярией районе, выиграть в азартной игре или не попасть под дождь во время экскурсии и т.п.
• Предмет НАШЕЙ особой гордости был – умение провести свои требования в жизнь.
• Те, кто претендует получить нечто ни за что, гордятся, если им удалось вынудить других дать им денег, быть у них на побегушках, бесплатно лечить их и т.п.
• МЫ считали, что "имеем право" распоряжаться чужой жизнью, переживали как удар по своей гордости, если кто-либо не следует немедленно НАШЕМУ совету или делает что-то по собственному усмотрению, не спросив сперва НАШЕГО мнения.
• МЫ претендовали на полное оправдание, ссылаясь, что МЫ были чем-то расстроены, и гордились тем, что добились сочувствия и прощения, и чувствовали себя оскорбленными, если другой человек остался недовольным
• Мать, которая гордится тем, что она идеальная мать, обычно идеальна лишь в своем воображении.
• Человек, гордящийся своей уникальной честностью, не говорит, может быть, очевидной лжи, но пропитан бессознательной и полусознательной нечестностью.
• Те, кто гордится отсутствием эгоизма, могут не предъявлять открытых требований, но мучить других своей беспомощностью и страданиями, принимая свои Нельзя на здоровое самоутверждение за добродетель смирения.
• НАШИ Надо сами по себе не имеют объективной ценности, а могут иметь только субъективную, служа невротическим целям.
• МЫ гордились тем, что не просили и не принимали никакой помощи, даже если разумнее было бы поступать.
• Одни гордятся тем, что провели трудную сделку, другие – тем, что никогда не торгуются, все зависит от того, Надо ли им всегда выигрывать или Надо никогда не стремиться к собственной выгоде.
• Очень высокие нормы невротической личности позволяют человеку чувствовать себя чудом нравственности, которой стоит гордиться, неважно, каков он на самом деле и как себя ведет.
• НАША гордость не в том, чтобы быть нравственным, а в том, что бы знать, каким НАМ Надо быть.
• Несмотря на то, что МЫ признавали тщетность своих самоупреков, и даже иногда ужасались, насколько они ошибочны, МЫ так и не смягчились в своих требованиях к себе.
• Ну и что, если он страдает? Разве его страдания не доказывают лишний раз его возвышенную нравственную чуткость?
• Нет ничего, чем нельзя было бы гордиться. То, что кажется восхитительным достоинством одному, позорная помеха для другого. Кто-то гордится своей грубостью, другой стыдится всего, что могут принять за грубость, и гордится своей чувствительностью. Кто-то гордится своей пробивной способностью, другой стыдится и намека на нее. Этот гордится тем, что верит людям, а тот столь же горд своей недоверчивостью и т.д. и т.п.
• НАША потребность гордиться собой столь настоятельна, что МЫ не может вынести мысли о себе как о существе, находящемся в тисках потребностей; поэтому МЫ использует свое воображение, чтобы превратить эти потребности в добродетели, трансформировать их в качества, которыми можно гордиться. Но проходят эту трансформацию только те компульсивные потребности, которые служат НАШЕМУ влечению воплотить свое идеальное я в действительность. Напротив, те, которые мешают этому влечению, МЫ склоны подавлять, отрицать, презирать.
• НАША непоследовательность превращалась в безграничную свободу, слепой бунт против существующих норм морали – в намерение "быть выше предрассудков", табу на то, чтобы сделать что-нибудь для себя, – в святое отсутствие эгоизма, потребность кого-то ублажать – в чистую доброту, зависимость – в любовь, использование других – в силу, мстительность – в справедливость, техника фрустрации – в разумную самозащиту, отвращение к труду – в успешное сопротивление "ужасной привычке работать" и т.д.
• И если ты не верен себе, а живешь эгоцентричной жизнью воображаемого величия, то проматываешь и свои истинные ценности. Твоя шкала ценностей становится такой же перевернутой
• Как только мы пускаемся в погоню за славой, мы перестаем заботиться о верности себе. Невротическая гордость, во всех ее формах, – это ложная гордость
• МЫ не рассматриваем влечение, установку или реакцию в качестве проблемы, которую надлежит устранить, до тех пор, пока МЫ бессознательно или сознательно гордимся ею.
• МЫ сознавали свою потребность перехитрить других, но МЫ как раз считали, сами того не сознавая, что именно эта способность (всех перехитрить) делает НАС высшим существом; и МЫ тайно гордились ею.
• Две типичные реакции уязвленной гордости – стыд и унижение.
• Нам стыдно, если мы делаем, думаем или чувствуем что-либо, насилующее нашу гордость.
• Мы унижены, если другие делают что-то, задевающее нашу гордость, или не делают того, чего требует от них наша гордость.
• Многие незамужние женщины глубоко стыдятся того, что у них есть любовник, хотя на сознательном уровне лихо пренебрегают условностями.
• Мастурбация вызывает сильнейший стыд у человека, который, в общем, придерживается рационального, благоразумного взгляда на проблему и не стал бы осуждать за это других.
• Часто одна и та же ситуация вызывает разную реакцию основным оказывается или стыд, или унижение.
• Девушка отвергла молодого человека один вариант – он чувствует, что она унизила его, и реагирует по типу "Да что она о себе думает?", а второй вариант – ему стыдно, что его чары или его мужественность не оказались абсолютно неотразимы.
• Замечание сделанное НАМ во время дискуссии, пришлось некстати – либо НАС унизили "эти проклятые дураки, которые меня не понимают", либо НАМ стыдно за свою неловкость.
• Кто-то извлек выгоду из НАС, МЫ чувствуем, что эксплуататор НАС унизил, либо НАМ стыдно, что МЫ не умеем постоять за свои интересы.
• НАШИ дети не принесли блестящих оценок или не очень популярны – этот факт унижает НАС, и МЫ сердимся на детей; либо МЫ стыдимся, считая, что так или иначе подвели своих детей.
• Мы склонны придавать слишком большое значение ситуации как таковой и считаем, что именно она определяет наши реакции.
• У агрессивного, захватнического типа лиц реакция стыда может потрясающим образом отсутствовать. Это люди, которые или настолько живут воображением, что предстают перед собой чистыми, без единого пятнышка, или же завернулись в такой толстый защитный слои воинствующей правоты, что все, что делают они, уже тем самым правильно.
• Их гордость может быть ранена только извне. Любой вопрос об их мотивах, любое открывающееся перед ними препятствие воспринимается как оскорбление. Они не могут не подозревать в злонамеренности любого человека, который ставит такие вопросы или указывает на препятствия.
• У людей смиренных реакция унижения полностью затмевается чувством стыда. На поверхности они полностью охвачены тревожной заботой угодить своим Надо. Но по каким-либо причинам, они сосредоточены, скорее, на своих неудачах в том, чтобы быть верхом совершенства, и, следовательно, легко чувствуют себя пристыженными.
• Гордость данного лица может быть очень уязвимой, но он не выражает сознательно никаких чувств обиды.
• Чувство собственной правоты, перекрывает путь чувству стыда.
• Гордость неуязвимостью запрещает признавать у себя чувство обиды.
• Божество может в принципе разгневаться на несовершенства смертных, но НАС просто не задевают ни шеф, ни таксист; МЫ Должны быть достаточно велики, чтобы быть выше этого, и достаточно сильны, чтобы перешагнуть через это.
• "Оскорбления", бьют по НАМ дважды: МЫ чувствуем себя униженными, и НАМ стыдно, что НАМ обидно.
• МЫ до абсурда уязвимы, но НАША гордость не позволяет НАМ быть уязвимыми вообще. Это внутреннее состояние во многом отвечает за НАШУ раздражительность.
• Непосредственная реакция на удар по гордости может быть автоматически трансформирована в иные чувства, чем стыд или унижение.
• Мы чувствуем на сознательном уровне – это грусть за нашу безответную любовь.
• Вместо унизительного ощущения, что нами пренебрегают, мы можем ощущать только разочарование.
• Стыд кажется нашему сознанию легкой неловкостью, замешательством или, что более специфично, виноватостью.
• МЫ, по причине всевозможных бессознательных претензий, ужасно расстроены своей сравнительно безобидной и безвредной ложью, мы можем спокойно предположить, что НАМ больше хочется казаться, а не быть честным и что НАША гордость пострадала от невозможности сохранить фикцию предельной, абсолютной правдивости.
• МЫ чувствуем себя виноватым за некоторую невнимательность, МЫ испытываем не стыд за потускневший нимб доброты вместо честного сожаления о том, что не был таким чутким к людям, каким ему хотелось бы быть.
• Удар по гордости может вызвать мстительную враждебность. Она проходит весь путь от неприязни до ненависти, от раздражения до гнева и слепой убийственной ярости.
• НАШ гнев – законный гнев на подлость или глупость другого.
• Не вся иррациональная враждебность исходит от задетой гордости,
• Связь с задетой гордостью легче всего прослеживается, если во враждебности есть оттенок неуважения, презрения, намерения унизить. Тут в чистом виде действует закон возмездия. МЫ, сами того не зная, чувствуем себя униженными и платим тем же.
• Та же самая враждебность, ненависть или презрение могут быть направлены против себя, если мы чувствуем, что сами задели свою гордость.
• Жестокие самоупреки – не единственная форма, которую может принимать этот гнев на себя.
• Страх, тревога, паника могут быть реакциями на унижение или в предвидении его.
• Страшные предчувствия могут касаться экзаменов, публичных выступлений, появлений в обществе, свиданий и т.п.; в таких случаях его обычно называют "страхом перед сценой".
• Мы или хотим произвести хорошее впечатление (например, на новых родственников, на важное лицо, на официанта в ресторане и т.п.), или начинаем что-то новое, беремся за новую работу, принимаемся рисовать, отправляемся учиться на оратора и т.п. Те, кого мучает этот страх, часто говорят о нем, как о страхе перед неудачей, позором, насмешками.
• Неудача – вещь очень субъективная. "Неудачей" может быть любая неполнота славы или совершенства, и предчувствие такой возможности – самая суть мягких форм "страха перед сценой". Человек боится выступить менее великолепно, чем требуют его Надо, а потому боится, что пострадает его гордость.
• Страх перед сценой – это страх человека, что из-за своих саморазрушительных тенденций он будет смешон и неловок, забудет текст, "захлебнется" и покроет себя позором вместо победной славы.
• Придется делать нечто, задевающее гордость, – просить повышения или снисхождения, подавать прошение, подойти к женщине с предложением и т.п. – потому что это включает в себя возможность отказа. Страшные предчувствия могут наступать перед половым актом, если он означает возможность быть униженным.
• Страх может наступать вслед за "оскорблениями". Многие люди дрожат, их трясет, у них перехватывает дыхание, или они испытывают прочие реакции страха в ответ на недостаток почтения или высокомерное поведение по отношению к ним. Это реакции смешанной ярости и страха, причем страх – это отчасти страх перед собственным неистовством.
• Сходные реакции страха могут следовать за чувством стыда без переживания стыда как такового. Человек внезапно чувствует, что его переполняет неуверенность или даже паника, если он повел себя неловко, робко или оскорбительно.
• МЫ стыдились своей "неудачи"
• "Было бы действительно неразумно лезть во что бы то ни стало". "Но Надо было справиться"
• Урон нашей гордости представляет собой для нас ужасную опасность.
• МЫ живем в метаниях между уверенностью в себе и презрением к себе, так что урон НАШЕЙ гордости ввергает НАС в пропасть презрения к себе.
• Потребность держать на привязи эмоции гнева и страха может вообще "расплющить" наши эмоции. Не только гнев и страх, но все чувства притупляются и оскудевают.
• Автоматически пытались залечить гордость от полученной раны или избегая того, что НАМ угрожает.
• Потребность сохранить лицо не терпит отлагательств
• Самый эффективный и, самый частый путь связан с порывом отомстить за то, что воспринимается как унижение.
• Мщение может быть вдобавок средством самоутверждения. Оно включает веру в то, что, вернув оскорбление обидчику, мы восстановим нашу гордость. Эта вера основана на чувстве, что обидчик, в силу своей способности задевать нашу гордость, поставил себя выше нас и нас унизил.
• Отомстив и обидев его больше, чем он нас, мы перевернем ситуацию.
• Мы будем торжествовать, а он будет побежден и унижен.
• Цель невротической мести не "сквитаться", а "вернуть с лихвой".
• Ничто меньшее, чем полное торжество, не может восстановить воображаемого величия, замешанного на гордости. Именно способность залечивать гордость придает невротической мстительности невероятное упорство и отвечает за ее компульсивный характер.
• В сознании определенного невротического типа возможность отомстить равняется силе, и часто – это единственная известная ему сила. И наоборот, неспособность "дать сдачи" обычно отмечается как слабость, неважно, внутренние или внешние факторы запрещают мстительные действия.
• Когда человек считает себя униженным, а внешняя или внутренняя ситуация не позволяет ему отомстить, он страдает вдвойне от первоначального "оскорбления" и от "поражения", противоположного мстительному торжеству.
• Желание подняться над другими любым возможным путем так огромно, что укрепляет всю потребность в славе, а с нею – невротическую гордость.
• Воспаленная гордость в свою очередь усиливает мстительность и тем самым – потребность в торжестве.
• Путь восстановления гордости – это потеря интереса к ситуации в целом или к людям, как-то ранившим эту гордость.
• Многие люди утрачивают интерес к спорту, политике, интеллектуальным занятиям и т.д., потому, что их нетерпеливое желание превзойти всех, сделать нечто совершенное не находит удовлетворения.
• Ситуация может стать настолько нестерпимой для них, что они все бросают. Они не знают, что случилось: им просто становится неинтересно, и вместо прежнего дела они могут заняться тем, что гораздо ниже их возможностей.
• НАМ становилось ясно, что МЫ – не единственное дарование в НАШЕМ классе. НАШИ первые шаги, естественно, неловки.
• МЫ "понимали", что драматическое искусство или живопись "не НАШЕ" и т.п., и "на самом деле" МЫ никогда не интересовались этим.
• Мы теряем интерес к нашему подлинному я, потому что не гордимся им, сказать что-то, что потом кажется нам глупостью – неуместным, бестактным, высокомерным, заискивающим, – и можем забыть сказанное, отрицать его или утверждать, что имели в виду совсем не это.
• Такое отрицание сродни искажению происшедшего – уменьшению нашей доли участия, опусканию определенных обстоятельств, преувеличению других, истолкованию в свою пользу – и в конце концов мы отмыты добела, и наша гордость невредима.
• Неприятное происшествие можно оставить в памяти, но отряхнуть с него грязь извинениями и оправданиями.
• Да, я устроил безобразную сцену, но я три ночи не спал, и не я ее начал.
• Я его обидел, был нескромен, невнимателен, но с добрыми намерениями.
• Я подвел друга, который на меня понадеялся, но у меня не было времени.
• Сходным образом, многие люди считают, что выразить сожаления по поводу сделанного означает исправить ошибку.
• МЫ отказывались принять на себя ответственность.
• МЫ забывали, приукрашивали и/или обвиняли кого-либо другого в том, в чем НАМ нечем было гордиться, пытаясь, сохранить лицо, не признаваясь в этом откровенно.
• Отказ от ответственности можно спрятать за псевдообъективностью.
• МЫ не заботились об объективности к себе или даже о правде.
• Последнее средство сохранить лицо – это юмор.
• Признак внутреннего освобождения, когда МЫ прямо признавали свои трудности и принимали их с долей юмора.
• МЫ использовали юмор, чтобы вытащить жало нестерпимого иначе стыда.
• МЫ создавали искусную систему избеганий в надежде обойти будущие угрозы для НАШЕЙ гордости.
• МЫ не отдавали себе отчета, что хотим избежать чего-либо, потому что это может ранить НАШУ гордость. МЫ просто избегали этого, часто не осознавая.
• Процесс избегания касается и деятельности, и отношении с людьми, и может стать препятствием для реалистических стремлений и усилий. Если он захватывает большие области, то фактически калечит человеку жизнь.
• МЫ не начинали никакого серьезного дела, отвечающего НАШИМ дарованиям, из страха, что НАМ не удастся дойти до самой сияющей вершины успеха.
• МЫ хотели стать писателем или художником, но не осмеливались начать.
• МЫ бы хотели поухаживать за девушками, но вдруг они отвергнут НАС?
• МЫ не осмеливались путешествовать, чтобы не попадать в неловкие ситуации с администраторами гостиниц и носильщиками.
• МЫ осмеливались ходить только туда, где НАС хорошо знают, чтобы не почувствовать себя пустым местом рядом с незнакомыми.
• МЫ бежим от общества, чтобы не быть там неловким.
• В итоге, в соответствии со своим экономическим положением, МЫ или ничем не занимаемся, или выполняем посредственную работу, жестко ограничивая свои расходы.
• Во многих смыслах МЫ живем ниже своих возможностей. Со временем НАМ уже становится необходимо отходить от других все дальше и дальше, потому что МЫ не можем взглянуть в лицо факту, что плетемся в хвосте своей возрастной группы и, следовательно, избегаем сравнений и вопросов о своей работе.
• Чтобы как-то выносить свою жизнь, НАМ необходимо тверже окопаться в своем вымышленном мире, в мире фантазии. Но поскольку все эти меры только прикрытие, а не лекарство для НАШЕЙ гордости, МЫ начинали взращивать свой невроз, потому что Невроз становился НАШИМ алиби, оправданием отсутствия достижений.
• Человек может быть активен и результативен в тех областях, на которые у него наложено меньше запретов и которые служат его славе.
• МЫ много и успешно трудились, но избегали общества.
• МЫ чувствовали себя спокойно в общественной жизни или в роли Дон Жуана, но не отваживались на серьезную работу, которая послужит проверкой НАШИХ способностей.
• НАМ хорошо в роли организатора, но МЫ избегаем любых личных отношений, потому что чувствует себя при этом уязвимым.
• Среди множества страхов сопряженных с эмоциональной вовлеченностью (невротическая замкнутость), страх перед оскорблением гордости часто играет главную роль.
• Человека может особенно пугать перспектива отсутствия успеха у противоположного пола.
• Он (если это мужчина) бессознательно предчувствует, что стоит ему подойти к женщине или вступить в половые отношения с ней, его гордость пострадает. Женщина представляет собой угрозу, угрозу его гордости.
• Этот страх может быть достаточно силен, чтобы женщины перестали быть желанными для него, и он стал избегать гетеросексуальных отношений. Запрет такого происхождения – не единственный, отвечающий за поворот к гомосексуальности, но он вносит свой вклад в предпочтение людей своего пола.
• Гордость – враг любви.
• Кто-то избегает публичных выступлений, кто-то – спорта, кто-то разговоров по телефону.
• Если рядом есть другой, чтобы позвонил, принял решение или поговорил с квартирной хозяйкой, пусть он это и сделает.
• В таких конкретных вещах МЫ осознаем свое увиливание, но в более широких областях оно часто затуманено установкой "Я не могу" или "Мне все равно".
• Безопасность через ограничение жизни. Безопаснее отказываться, уходить, отвергать, чем рисковать своей гордостью.
• Безопаснее не пытаться, чем пытаться и потерпеть неудачу. Этот афоризм придает избеганию печать окончательности, потому что лишает человека даже шанса постепенно преодолеть свои трудности, каковы бы они ни были. Он нереалистичен, потому что за него приходится заплатить не только ценой ненужных ограничении жизни, но в перспективе сами избегания принесут глубочайший ущерб гордости.
• МЫ не думали о перспективе. НАС заботит сиюминутная опасность ошибки и осуждения.
• Если МЫ не будем делать никаких попыток, это на НАС не скажется.
• МЫ сумеем найти оправдание и/или по крайней мере, МЫ успокоим себя мыслью, что если бы МЫ попытались, то могли бы сдать экзамены, найти лучшую работу, завоевать эту женщину и т.п.
• "Займись я музыкой или писательством, я превзошел бы Шопена или Бальзака".
• Во многих случаях избегания простираются до наших желаний; иными словами, они могут включать в себя наши желания.
• Какое-либо желание становилось для НАС слишком большим риском и означало для НАС резкое ограничение нашей жизни.
• Иногда человеку приходится избегать также любой мысли, которая могла бы задеть его гордость.
• Самое значительное из подобных избеганий – это бегство от мыслей о смерти нестерпима сама идея, что придется состариться и умереть, как и прочие смертные.
• Развитие гордости – логический исход, высшая точка и закрепление процесса, начатого погоней за славой.
• Мы каким-либо образом определяли, что любить и принимать в себе, что прославлять, чем гордиться и эта система ценностей также определяла, что отвергать, презирать, ненавидеть, чего стыдиться, к чему испытывать отвращение.
• Гордость и ненависть к себе неразделимы: это разные стороны единого процесса.
• Царство небесное внутри нас, его не заталкивают в нас снаружи
Свернуть

Ненависть и презрение к себе
Иногда МЫ думали, что все было бы гораздо лучше, если бы МЫ только могли развестись с женой, перейти на другую работу, сменить квартиру, отправиться в путешествие и т.п.;
• От себя все равно не уйдешь.
• Даже если МЫ функционируем, как хорошо смазанная машина, все равно остаются ограничения – времени, сил, терпения и т.п.; ограничения любого человека.
• МЫ имели успех, НАШИ дела шли очень неплохо, МЫ уносились на крыльях фантазии к сказочным достижениям, но МЫ, тем не менее, всегда чувствовали себя неполноценными или незащищенными.
• НАС преследовало грызущее чувство, что МЫ обманщик, подделка, уродец и т.п. – чувство, которое МЫ не могли объяснить.
• НАШЕ глубинное знание о себе недвусмысленно проявлялось в НАШИХ сновидениях.
• Наяву эта реальность вторгается болезненно и тоже узнаваема безошибочно.
• Богоподобные в своем воображении, МЫ неловки в обществе.
• МЫ хотели произвести неизгладимое впечатление на какого-либо человека, а у НАС тряслись руки, МЫ заикались или краснели.
• Ощущая себя героем-любовником, МЫ могли оказаться импотентом.
• Разговаривая в воображении с шефом как мужчина, в жизни МЫ выдавливали только глупую улыбку.
• Изумительное замечание, которое могло бы повернуть спор и все раз и навсегда уладить, приходило НАМ в голову только на следующий день.
• Мы переедали не в силах удержаться от этого.
• Наличное, данное в опыте я становится досадной, оскорбительной помехой, чужим человеком, с которым случайно оказалось связанным идеальное я, и оно оборачивается к этому чужаку с ненавистью и презрением. Наличное я становится жертвой возгордившегося идеального я
• Ненависть к себе делает видимым раскол личности, начавшийся с сотворения идеального я.
• МЫ воевали в чем-либо с самим собой.
• МЫ имели конфликт между влечением к захвату и влечением к смирению.
• МЫ имели конфликт между гордыней и подлинным собой.
• МЫ становились ближе к самому себе, начинали понимать, что МЫ чувствуем, знать, чего МЫ хотим, постепенно отвоевывали свою свободу выбора, принимали решения и брали на себя ответственность.
• НАША ненависть к себе направлялась уже не на ограничения и недостатки наличного я, а на конструктивные силы подлинного я.
• Центральный внутренний конфликт – это конфликт между здоровыми и невротическими, конструктивными и деструктивными силами.
• Есть две причины, по которым конфликт между гордыней и подлинным я обладает большей властью расколоть нас, чем другие конфликты.
• Первая причина – в различии между частичной и полной вовлеченностью в конфликт.
• Вторая причина лежит в том факте, что за свою жизнь борется самая сердцевина нашего существа, наше подлинное я со своей способностью к росту.
• Ненависть к подлинному я более удалена от осознания, чем ненависть к ограничениям наличного я, но она создает вечный подземный источник ненависти к себе, пусть даже на передний план выступает ненависть к ограничениям наличного я. Следовательно, ненависть к подлинному себе может проявляться почти в чистом виде, тогда как ненависть к наличному себе – всегда смешанное явление.
• Наша ненависть к себе принимала форму беспощадного осуждения за "эгоистичность", то есть за любую попытку сделать что-либо для себя, она, могла быть, являлась как ненавистью за несоответствие абсолюту святости, так и способом раздавить наше подлинное я.
• МЫ могли возненавидеть себя обессиливающей и мучительной ненавистью, настолько деструктивной, что оказывались беспомощны против нее и могли физически себя разрушить. Но мы ненавидим себя не потому, что ничего не стоим, а потому, что нас тянет вылезти из кожи, прыгнуть выше головы.
• Ненависть происходит от расхождения между тем, кем я мог бы быть, и тем, что я из себя представляю. И это не просто раскол, это жестокая, убийственная битва.
• МЫ пытались относиться к себе, как к бесплотному духу, НАША жизнь и, следовательно достижение славы зависело от наличного я.
• Если МЫ убьем ненавистное я, МЫ убьем и возвышенное я,
• С другой стороны, зависимость делает ненависть к себе более жестокой и беспощадной, как это бывает в случае любой бессильной ярости.
• Ненависть к себе является не только результатом самовозвеличивания, но и служит для НАШЕГО поддержания. Точнее, она служит влечению воплотить идеальное я и обрести цельность на подобном возвышенном уровне, исключая все, что этому противоречит.
• Самое осуждение несовершенств подтверждает богоподобные нормы, с которыми МЫ себя отождествляем.
• МЫ не могли не признавать обременительность и опасность ненависти к себе, но могли считать восстание против своего ярма более опасным.
• МЫ не испытывали никаких чувств к себе.
• МЫ в течение долгого или короткого промежутка времени переживали ненависть к себе или презрение к себе как таковое.
• В НАС могло ярко вспыхнуть чувство "Я ненавижу себя" или "Я презираю себя", МЫ могли быть в ярости на себя.
• НАШИ яркие переживания ненависти к себе случались только в периоды несчастья и забывались, когда беда проходила.
• У НАС осознавали гибельную и постоянную ненависть к себе.
• МЫ заставляли замолчать голос самообвинения настолько сильно, что он не достигал осознания.
• МЫ откровенно выражали свое чувство вины и высказывали упреки самому себе или выдавали существование таких чувств постоянными извинениями или самооправданиями.
• МЫ осознавали свои самообвинения, но не осознавали их силу и разрушительный характер.
• МЫ не осознавали тщетность самообвинений, а были склонны считать их доказательством своей высокой нравственной чуткости.
• МЫ не сомневались в законности самообвинений, и, фактически, не могли сомневаться, судя себя по меркам богоподобного совершенства.
• МЫ осознавали результат ненависти к себе: чувство вины и неполноценности, чувство, что НАС что-то сдавливает и терзает.
• МЫ ни в малейшей степени не сознавали, что это МЫ сами вызываем у себя эти мучительные чувства, сами так низко оцениваем себя.
• Вместо того, чтобы страдать от чувства задавленности, МЫ гордились "отсутствием эгоизма", "аскетизмом", "жертвенностью", "верностью долгу", которые могли укрывать бездну грехов против самого себя.
• Ненависть к себе по всей своей сути – бессознательный процесс, и НАМ было жизненно важно не сознавать его влияния.
• МЫ разворачивали ненависть наружу, направляя ее на жизнь, судьбу, общественные институты или на людей.
• МЫ продолжали направлять ненависть на себя, но переживали ее как идущую извне.
• Внутренние предписания образуют систему принуждения, тиранию, и у человека может возникать шок и паника, когда ему случается не выполнить их.
• Невротические "Надо" определены ненавистью к себе в той же степени, что и гордостью, и все фурии ненависти к себе срываются с цепи, когда эти "Надо" не выполнены.
• Цель Надо, как и цель любой политической тирании, – в истреблении индивидуальности.
• "Я Должен быть достаточно великодушен, чтобы ни на что не возражать";
• "Мне Надо заставить ее любить меня";
• "Я Должен пожертвовать абсолютно всем ради "любви"!"
• Когда НАШЕ Надо требовало от НАС полной ответственности за своих родственников, друзей, учеников, подчиненных и т.д.
• НАМ Надо было решить чьи угодно проблемы для немедленного удовлетворения этого лица.
• МЫ считали, что все, что идет не так, идет по НАШЕМУ упущению.
• Когда друг или родственник чем-то расстроен, жалуется, критикует, недоволен или хочет чего-то, МЫ превращаемся в беспомощную жертву, которая должна почувствовать свою вину и все уладить.
• МЫ ненавидели себя за нарушение НАШИХ Надо.
• Когда МЫ не оказались такими всезнающими или всевыручающими, какими, МЫ считали, НАМ Надо быть, МЫ необоснованно упрекали себя.
• МЫ не сознавали, что нарушили приказ Надо, и НАМ становилось нехорошо, муторно, МЫ чувствовали тревогу, усталость и/или раздражение и т.п.
• МЫ автоматически защищали себя от ненависти к себе, НАШИМИ особыми путями, как смягчение тревоги (приступы прожорливости, запои, бегание по магазинам и т.п.), или чувство, что МЫ опять стали жертвой других людей (пассивное вынесение вовне), или чувство раздражения (активное вынесение вовне).
• Мы находились на грани бессознательного понимания, что НАМ не удастся жить как Надо, МЫ приходили в возбуждение и ударялись в дикую обиду на всех и на все: родственники ездят на НАС, шеф придирается, зубной врач изуродовал НАМ зубы, и т.д.
• НАС расстраивало НАШИ настоятельные требования особого внимания к себе.
• "Ты, проклятая дура, не видишь, что ли, что мне и правда что-то нужно?"
• МЫ понимали, что не в силах выполнить некоторые из своих императивных Надо.
• МЫ ощущали, что не сможем добиться успеха в важных любовных отношениях, что МЫ перегрузили себя работой и при самых больших стараниях не сможем ее сделать, что определенные проблемы, вышедшие наружу при анализе, поглощают НАС и даже невыносимы, или что они смеются над НАШИМИ потугами разогнать их одним усилием воли.
• От такого понимания, в основном бессознательного, МЫ впадали в панику, потому что считали, что Должны быть в состоянии преодолеть все эти неприятности.
• МЫ признавали свои требования к себе фантастическими.
• МЫ неистово требовали, чтобы жизненная ситуация изменилась так, чтобы НАМ не приходилось лицом к лицу встречаться со своей "неудачей".
• Даже смутное понимание неудачи и/или угрожающей неудачи в том, чтобы жить как Надо, уже может вызвать неистовое отчаяние, и есть серьезная внутренняя необходимость предотвратить такое понимание.
• "Мне Надо быть таким-то, поступать так-то – и вот, я такой и поступаю так"
• МЫ снижали порог осознания самого себя.
• Иногда способные к проницательным наблюдениям над другими, МЫ свои собственные чувства, мысли или действия упорно удерживали неосознанными.
• "Ну, этого я не знаю"
• "Я этого не чувствую"
• МЫ ощущали себя только как существо реагирующее.
• МЫ бессознательно отрицали НАШИ собственные Надо.
• МЫ воспринимали жизнь, как последовательность исходящих извне дерганий и пинков, вынося вовне сами Надо.
• МЫ оказавшись под властью тирании, выбирали средства обойти ее предписания.
• НАС вынуждали к двуличности, и в случае внешней тирании это была, сознательная двуличность.
• В случае внутренней тирании, которая сама по себе бессознательна, являющаяся ее результатом двуличность имела характер только бессознательного самообмана и притворства.
• Попытки НАШЕЙ личности воплотить свой идеальный образ в действительность способствовали росту самоотчуждения, вынуждая НАС к фальсификации непосредственных чувств и убеждении, и порождали всепроникающую бессознательную нечестность.
• МЫ были детерминированы ненавистью к себе, и, осознание НАШЕЙ неспособности исполнить НАШИ требования, развязывали руки ненависти к себе.
• Некоторым образом все формы ненависти к себе являются мерой наказания за невыполнение Надо, то есть способом внушить НАМ идею, что МЫ не будем испытывать ненависти к себе, если сможем быть настоящим сверхчеловеком.
• Если нам не удается достичь абсолютного бесстрашия, щедрости, самообладания, силы воли и т.п. наша гордость произносит приговор: "виновен".
• МЫ не умеем отстаивать свои интересы или свое мнение.
• МЫ отмечали, что скорее уступали и упрашивали, когда Надо было четко выразить свое несогласие или защититься от эксплуатации.
• Вместо этого, МЫ под давлением деструктивных самоупреков, начинали ругать себя за то, что у НАС "кишка тонка" и МЫ отвратительный трус, или же чувствовали, что все вокруг презирают НАС за малодушие.
• Весь НАШ эффект от самонаблюдения сводился к тому, что МЫ чувствовали себя "виноватым" или неполноценным, и в результате НАША заниженная самооценка еще более занижалась и затрудняла НАМ попытку постоять за себя в следующий раз
• МЫ считали, что как человеческое существо МЫ можем позволить себе быть подверженным страхам. Но как богоподобное существо МЫ Должны обладать атрибутом абсолютного бесстрашия, и могли только ненавидеть и презирать себя за какие-то там страхи
• Когда какая-либо НАША работа продвигалась медленно, МЫ бездельничали или занимались чем-то, не относящимся к делу.
• Вместо того, чтобы посочувствовать своему несчастью и исследовать его, МЫ обзывали себя никчемным лентяем или обманщиком, которому на самом деле нисколько не интересна его работа.
• НАМ тяжело, у НАС постоянные сомнения, ни с чем конкретным не связанные, то дремлющие, а то осознанно мучительные.
• Иногда МЫ отдавали себе отчет только в своем страхе, который возникал у НАС в ответ на самообвинения, в страхе быть уличенным: если бы люди знали НАС лучше, они бы увидели, какая МЫ дрянь. На следующем выступлении НАША некомпетентность выйдет наружу. Люди поймут, что МЫ только выставляемся, а за спиной у НАС – никаких твердых познаний.
• У НАС были бессознательные претензии на любовь, справедливость, интерес, знания, скромность и т.п.
• НАШИ самообвинения ударяли не столько по существующим затруднениям, сколько по мотивации что-либо сделать.
• МЫ хотели узнать себя и/или искали у себя провинности, и/или же в НАС присутствовали оба влечения.
• "Да, я дал ему совет, может быть, даже хороший совет. Но я сделал это без радости. Часть меня была недовольна, что пришлось побеспокоиться".
• "Я сделал это, наверное, только чтобы порадоваться превосходству над ним, а может быть, и вообще отделался насмешкой, чтобы не забираться глубже в его ситуацию"
• МЫ использовали самообвинения, чтобы получить утешения и избежать обвинений и наказания.
• МЫ сосредотачивали свои самообвинения на внешних неблагоприятных условиях, неподконтрольных данной личности.
• МЫ упрекали себя за временные неудачи в своей карьере.
• МЫ полностью отдавали себе отчет, что перед НАМИ неподконтрольные НАМ препятствия.
• Обсуждая ситуацию с друзьями, МЫ указывали на эти неприятные обстоятельства, но как бы защищаясь, словно для того, чтобы смягчить свое чувство вины и отстоять свою невиновность.
• Если друзья спрашивали НАС, что же именно МЫ могли бы сделать иначе, МЫ не могли сказать ничего конкретного.
• Никакие тщательные выяснения, уговоры, подбадривания не помогали против самоупреков.
• МЫ хватались за любые трудности или неприятности, чтобы оправдаться: МЫ сделали все возможное, просто лез вон из кожи. Но другие (или ситуация, или внезапное несчастье) все испортили.
• МЫ ограждались от нападок самоосуждения за то, что не являлись своим идеальным я.
• МЫ некоторой степени сознавали свои трудности, но упоминали их вскользь, забывали о них или слегка их приукрашивали.
• МЫ старались "беречь" себя и перекладывать ответственность на обстоятельства.
• НАША самозащита не помогала избавиться от самообвинений, по крайней мере, на сознательном уровне, потому что, МЫ не считали эти внешние факторы неподконтрольными. Или, точнее, они не должны быть неподконтрольными.
• МЫ считали, что все, что идет не так, бросает на НАС тень и разоблачает НАШИ позорные ограничения.
• МЫ мучились от чувства вины, оставаясь неспособным связать ее с чем-то определенным.
• В своем отчаянном поиске причины МЫ дошли до идеи, что это, видимо, вина за что-то, совершенное в предыдущем воплощении.
• Иногда у НАС появлялись более конкретные самообвинения, и МЫ начинали верить, что теперь узнали, почему МЫ себя ненавидим.
• "я не интересуюсь другими людьми и мало что для них делаю".
• МЫ очень старались изменить свою установку и надеялись, что тем самым избавимся от ненависти к себе.
• МЫ ненавидели себя не потому, что НАШИ упреки к себе отчасти верны, напротив, МЫ обвиняли себя потому, что ненавидили себя.
• МЫ не отомстили – значит, МЫ размазня.
• МЫ отомстили – значит, МЫ скотина.
• МЫ кому-то помогли – значит, МЫ простофиля.
• МЫ не помогли – значит, МЫ эгоистичная свинья и т.д. и т.п.
• Если МЫ выносили самообвинения вовне, то были уверены, что все окружающие приписывают всем НАШИМ поступкам нехорошие мотивы.
• Это чувство было настолько реальным для НАС, что МЫ негодовали на окружающих за несправедливость.
• Для защиты МЫ носили жесткую маску, чтобы никто никогда не догадался о том, что делается внутри НАС, по НАШЕМУ лицу, голосу или жестам.
• Для НАС на сознательном уровне все окружающие были очень милы.
• МЫ осознавали, что постоянно чувствуем себя под подозрением, и жили в постоянном страхе, что в любой момент на НАС может упасть меч каких-то ужасных обвинений.
• МЫ тратили лучшие силы, тщетно пытаясь защититься от неведомых и неправедных судий, впадая во все большую и большую безнадежность.
• НАШЕ пассивное перемещение вместе с течением, отсутствие самостоятельности и роста – все то, что Фромм называет "пустой, однообразной жизнью, бесплодной, лишенной любви и плодотворного начала". Любой человек, живущий так, обречен чувствовать себя виновным, как показывает Фромм, и по веской причине: это его вина.
• МЫ всегда выискивали кого-то, кто разрешил бы НАШИ проблемы, вместо того чтобы обратиться к себе, к своим собственным силам.
• НАША установка по отношению к своей виновности в свою очередь неконструктивна, а она именно такова, потому что МЫ выстраивали ее в духе ненависти к себе.
• МЫ не чувствовали, что это МЫ сам беспощадно себя обвинениям.
• МЫ обвиняли себя за действия или установки, которые при внимательном рассмотрении кажутся безвредными, законными и даже желательными.
• МЫ заклеймили разумную заботу о себе как баловство; наслаждение едой как обжорство; внимание к собственным желаниям вместо слепых уступок другим как бесчувственный эгоизм; посещения аналитика, в которых МЫ нуждались и могли себе позволить, как мотовство; отстаивание своего мнения как нахальство и т.п.
• Только тот, кто гордится своим аскетизмом, обвинит себя в "обжорстве"; только тот, кто гордится смирением, заклеймит уверенность в себе как эгоизм.
• МЫ использовали самообвинения в борьбе против проявлений подлинного я, пытаясь дискредитировать и подорвать движение к здоровому росту.
• Порочный характер самообвинений (как и любой формы ненависти к себе) взывает к мерам самозащиты.
• Как только МЫ сталкивались с одним из своих затруднений, МЫ уходили в глухую защиту.
• МЫ праведно негодовали, чувствовали и спорили из-за того, что НАС не поняли.
• МЫ реагировали на что-либо так, словно НАМ швырнули жестокое обвинение, столь страшное, что МЫ не могли спокойно исследовать его.
• МЫ слепо сражались против чего-либо всеми средствами, которые находились в НАШЕМ распоряжении: увиливали от него, возлагали вину на других, каялись, продолжали обвинять и оскорблять кого-либо.
• Необходимость обороняться против любых самообвинений препятствует развитию способности к конструктивной самокритике и тем самым снижает вероятность, что мы научимся чему-нибудь на ошибках.
• НАША совесть неусыпно охраняла главные интересы нашего истинного я.
• Самообвинения, напротив, исходят из невротической гордости и выражают недовольство возгордившегося я тем, что личность не соответствует его требованиям. Они не служат истинному я, а направлены против него, на то, чтобы его раздавить.
• Тяжесть на душе, угрызения совести могут быть чрезвычайно конструктивными, поскольку заставляют разобраться, что же было неверного в конкретном действии или реакции, или даже во всем образе жизни.
• Мы честно пытались посмотреть на причиненный вред или ошибочную установку, которые обращало на себя наше внимание, не преувеличивая и не преуменьшая их.
• Мы пытались выяснить, что же в нас ответственно за них, и работали над тем, чтобы в конечном счете изжить это, насколько получится.
• НАШИ самообвинения выносили НАМ приговор, заявляя, что вся личность – дрянь.
• Наша совесть – нравственная инстанция, служащая нашему росту, а самообвинения безнравственны по происхождению и по воздействию, поскольку не позволяют человеку трезво исследовать свои недостатки и тем самым препятствуют росту его личности.
• "Авторитарная совесть", которую определяют как "интернализованный страх перед авторитетом (властью)"
• Есть разнообразные пути подрыва самоуважения, уверенности в себе, куда входят самоумаление, пренебрежение к себе, сомнение в себе, недоверие к себе, высмеивание себя.
• Чувствует ли человек себя виноватым, потому что поставил себе нечто в вину, или он чувствует себя неполноценным, никчемным, презренным, потому что относится к себе с пренебрежением.
• НАШЕ презрение к себе было в основном направлено против любого стремления к улучшению или достижению и было скрыто за ненарушимым фасадом высокомерной уверенности в своей правоте.
• "Просто смех! Гадкий утенок пытается хорошо выглядеть!"
• "Тщеславный осел! Что позволяет тебе думать, что ты вообще можешь писать статьи!"
• НАШУ установку на недоверие к себе, МЫ часто называли, как "скромность" .
• "Это самое малое, что я мог сделать".
• "Я делаю это, только чтобы произвести впечатление".
• НАШЕ презрение к себе оставалось непонятым окружающими, а вот определенные порожденные им страхи часто были совершенно очевидны.
• НАШЕ отречение от своих ценных качеств и достижений или недоверие к ним было пагубно для развития или восстановления уверенности в себе.
• НАШЕ презрение к себе сказывалось на поведении в целом.
• МЫ слишком мало ценили свое время, проделанную или предстоящую работу, свои желания, мнения, убеждения.
• МЫ утратили способность относиться серьезно к любому своему делу, слову или чувству, и удивлялись другому подходу.
• У НАС развилась установка на циничное отношение к себе, которая, в свою очередь, распространялась на мир вообще.
• Более откровенно НАШЕ презрение к себе проявлялось в приниженном, раболепном или извиняющемся поведении.
• Другие формы ненависти к себе, самооплевывание может проявиться в сновидениях.
• МЫ снились себе в виде отхожего места, какого-то противного животного (таракана или гориллы), гангстера или жалкого клоуна и/или т.п.
• НАМ снились дома с роскошным фасадом, грязные внутри, как свинарник, или развалюхи, которые невозможно починить, снились половые отношения с каким-то мерзким, поганым партнером, снились, что кто-то публично над ним издевается и т.д.
• У нас была навязчивая потребность сравнивать себя с каждым встречным, и всегда не в свою пользу.
• МЫ считали, что другие всегда производят большее впечатление, больше знают, интереснее, красивее, лучше одеты; у них есть преимущества молодости (старости), у них лучшее положение и он важнее и т.п.
• Сравнивая себя с кем-либо, МЫ не обдумывали этого; а если и обдумывали, чувство сравнительной неполноценности не исчезало.
• Проводимые сравнения были не только несправедливы к НАМ; они зачастую были бессмысленны.
• Почему нужно сравнивать немолодого человека, который может гордиться своими достижениями, с молодым, который лучше танцует?
• Почему тот, кто никогда не интересовался музыкой, должен чувствовать себя неполноценным рядом с музыкантом?
• МЫ имели бессознательные требования превосходства над другими во всех отношениях.
• МЫ считали, что НАМ Надо превзойти всех и во всем, в связи с этим, любое "превосходство" качеств или умений другого не могло не тревожить и должно было вызывать приступ самооплевывания.
• МЫ использовали какие-либо "блестящие" качества других, как только встречали их, чтобы укрепить и поддержать свой жестокий самокритицизм.
• МЫ испытывали какой-либо ужас перед соревнованием в чем-либо и с кем-либо.
• НАШ ужас перед соревнованием был результатом пренебрежения к себе.
• МЫ испытывали уязвимость в человеческих взаимоотношениях.
• Презрение к себе делало НАС сверхчувствительными к критике и отвержению.
• При малейшей провокации или даже без нее МЫ чувствовали, что другие смотрят на НАС сверху вниз, не принимают НАС всерьез, не ищут НАШЕГО общества, фактически – пренебрегают НАМИ и т.п.
• НАШЕ презрение к себе, многое добавляло к НАШЕЙ глубокой неуверенности в себе и, следовательно, не могло не порождать в НАС глубокую неуверенность в отношении к НАМ других людей.
• Неспособные принять себя такими, какие МЫ есть, МЫ не могли поверить, что другие, зная НАС со всеми НАШИМИ недостатками, могут принять НАС дружески или уважительно.
• МЫ чувствовали на более глубоком уровне, звучали еще более решительно и доходили до непоколебимой уверенности, что другие просто презирают НАС.
• На сознательном уровне, МЫ не отдавали себе отчета даже в капле презрения к себе.
• Вынося презрение к себе вовне, МЫ портили все НАШИ отношения с людьми.
• МЫ доходили до неспособности принимать за чистую монету любые добрые чувства к НАМ других людей.
• В НАШЕМ сознании комплимент превращался в саркастическое замечание; выражение сочувствия – в снисходительную жалость.
• НАС хочет видеть знакомый – это потому, что тому что-то нужно.
• Другие выражают симпатию к НАМ – это только потому, что они не знают его лучше, потому что они сами ни на что не годятся, или потому, что МЫ им были или можем быть полезны.
• Случайности, в которых не было никакого злого умысла, МЫ толковали как свидетельства презрения к себе.
• Кто-то не поздоровался с НАМИ на улице или в театре, не принял НАШЕ приглашения, не ответил НАМ немедленно – все это не может быть ничем иным, как только пренебрежением.
• Кто-то позволил себе добродушно пошутить на НАШ счет – он явно намеревался НАС унизить.
• Возражение или критика в ответ на НАШЕ предложение или действия не принимались как честная критика данного предложения или действия, а также становятся свидетельством презрения к НАМ.
• МЫ принимали за данность, что другие относятся к НАМ именно пренебрежительно, и даже гордились своим "реализмом".
• "Мне всегда было настолько очевидно, что Вы смотрите на меня сверху вниз, что я не считал даже нужным упоминать об этом или надолго об этом задумываться"
• Когда вынесенное вовне презрение к себе ощущается как несомненная реальность, можно понять искаженное восприятие отношений с людьми, поскольку установки других людей, особенно изъятые из контекста, всегда допускают разные интерпретации.
• МЫ были бессознательно заинтересованы относиться к другим, как к своим оскорбителям.
• Хотя МЫ и считали, что НАС отвергают и пренебрегают НАМИ, и это было болезненно для НАС, как было бы и для любого, но все же менее болезненно, чем взглянуть в лицо собственному презрению к себе.
• Другие не могут ни отнять наше самоуважение, ни подарить нам его.
• МЫ чувствовали себя униженными потому, что нечто задело НАШУ гордость, и/или потому, что МЫ вынесли вовне свое презрение к себе.
• Если человек реагирует мстительностью на то, что показалось ему неуважением, в картине преобладает раненая гордость.
• Если в результате той же провокации он становится жалким и пытается снискать расположение – это наиболее ясное проявление презрения к себе.
• Находясь в тисках презрения к себе, МЫ часто "проглатывали оскорбления".
• МЫ не понимали вопиющего издевательства над собой, будь то унижение или эксплуатация.
• Даже если кто-либо обращал НАШЕ внимание на это, МЫ были склоны сгладить или оправдать поведение обидчика.
• МЫ были убеждены, что МЫ не заслуживаем лучшего обращения.
• МЫ испытывали потребность облегчить или уравновесить презрение к себе вниманием, уважением, признанием, восхищением или любовью других.
• МЫ испытывали потребность в торжестве, и это могло доходить до всепоглощающей жизненной цели.
• НАШ результат – тотальная зависимость от других в своей самооценке: она поднимается и падает вместе с расположением других к НАМ.
• МЫ считали, что должны сохранить Наш возвышенный образ себя, потому что считали его единственно возможным выходом, альтернативой покорности террору презрения к себе.
• Презрение к себе мешало НАМ найти себя.
• Пока НАШ презренный образ себя реален для НАС, НАШЕ «я» кажется НАМ достойным лишь пренебрежения.
• НАС заставляли презирать себя, все НАШИ человеческие ограничения; НАШИ умственные способности – рассудок, память, критическое мышление, способность планировать, особые умения или дарования; любые действия, от простейших личных дел до публичных выступлений и т.п.
• МЫ глубже всего презирали в себе все, что МЫ принимали за "слабость", включая любые добрые чувства к другим, любую неудачу отыграться на ком-то, любую уступку (включая разумное согласие), любое отсутствие контроля над собой или над другими и т.п.
• МЫ так сильно сосредоточивались на своих несовершенствах – на шраме, недостаточно тонкой талии, на волосах, не вьющихся от природы, слабо развитой мускулатуре, недостаточно большом члене и т.п. – и снимали с себя за это очки, иногда до того, что терпеть не могли глядеться в зеркало.
• В НАС легко вспыхивал страх быть отвратительным для других.
• МЫ тратили большое количество времени, денег и размышлений на волосы, лицо, платья, шляпы и т.п.
• Если НАШЕ презрение было сосредоточено на каких-то особенностях – на носе, груди, избыточном весе, оно могло довести до радикального "лечения", вплоть до операций или сбрасывания веса насильственными методами.
• МЫ вмешивали НАШУ гордость даже в разумную заботу о коже, осанке, одежде.
• МЫ были так глубоко убеждены в своем безобразии или омерзительности, что любая попытка улучшить свою внешность казалась НАМ смешной.
• Достаточно ли хороша моя внешность, чтобы меня любили.
• Есть ли у меня качества, за которые меня можно любить.
• Тем, что у тебя милые и приятные качества, не прославишься, но можно прославиться исключительно "правильной" фигурой или идеально "правильным" платьем.
• Любые вопросы о внешности приобретали для НАС необычайную важность.
• Пренебрежение к своему уму, в результате которого МЫ чувствовали себя глупыми, соответствовало гордости всемогущества НАШЕГО разума.
• Страх быть агрессивным препятствовал НАШЕМУ критическому мышлению; вследствие НАШЕГО общего нежелания принимать на себя обязательства, НАМ было трудно прийти к определенному мнению.
• НАША непреодолимая потребность казаться всемогущими вредила НАШЕЙ способности к обучению.
• НАША общая тенденция затемнять личные вопросы затемняла и ясность мышления: как люди, ослепившие себя по отношению к своим внутренним конфликтам, МЫ могли не обращать внимания и на другие виды противоречий.
• МЫ бывали слишком зачарованы славой, которой НАМ надо добиться, чтобы в достаточной мере интересоваться работой, которую МЫ выполняли.
• "Ваш интеллект в совершенном порядке – а как обстоит дело с интересом, смелостью; что можно сказать обо всем том, что должно входить в Вашу способность работать?"
• МЫ были не заинтересованы в том, чтобы освободить себе доступ к собственному уму; НАС интересовали абсолютные возможности "образцового ума".
• Люди, имеющие подлинные интеллектуальные достижения, иногда чувствуют, что лучше настаивать на своей глупости, чем открыто признавать свои стремления, потому что им любой ценой надо избежать опасности быть осмеянными.
• С тихим отчаянием МЫ принимали собственный приговор, отвергая свидетельства и уверения в противоположном.
• Процесс самоуничижения с разных сторон нарушает активное преследование любых интересов. Его влияние может предшествовать любой деятельности, сопутствовать ей и наступать вслед за нею.
• МЫ, поддаваясь презрению к себе, могли чувствовать такую обескураженность, что НАМ не приходило в голову, что МЫ могли бы сменить свой стиль одежды, говорить на иностранном языке, выступать перед публикой и т.п.
• МЫ начинали что-либо и бросали при самом первом затруднении.
• НАМ было страшно перед выступлением или во время его (страх перед сценой).
• Запреты и страхи – итог дилеммы, а ее суть – потребность в широком признании с одной стороны, и активное пренебрежение собой (или самоуничижение) – с другой.
• "Кто угодно мог достичь того же самого, не прилагая столько труда".
• "На этот раз сошло, а в следующий раз освищут".
• МЫ имели привычку фрустрировать себя
• Человек, умеющий хорошо организовать свою жизнь, воздерживается от определенных действий или удовольствий. Но он делает это только потому, что другие цели важнее для него, и, следовательно, им уделяется внимание в первую очередь.
• Молодожены могут лишать себя каких-то удовольствий, потому что хотят накопить на собственный дом.
• Ученый или художник, преданный своей работе, ограничивает свою светскую жизнь, потому что ему дороже покой и возможность сосредоточиться.
• МЫ считали, что все НАШИ желания, одинаково равны и, ни от одного нельзя отказаться.
• НАШИ компульсивные влечения, конфликты, псевдорешения этих конфликтов, НАШЕ отчуждение от себя не позволяло НАМ осуществить заложенные в НАС возможности.
• МЫ часто испытывали фрустрацию, потому что оставалось невыполненным НАШЕ требование обладать неограниченной мощью.
• НАШИ фрустрации реальные или вымышленные, не являлись результатом намерения фрустрировать себя.
• НАША потребность в выражениях дружбы и одобрения фактически (но не намеренно) влекла за собой фрустрацию подлинного я, его непосредственных чувств.
• МЫ должны как-то подладиться к другим. И то, что при этом МЫ сами себя многого лишаем, хотя и является жестокой депривацией, по сути – лишь неприятный побочный продукт процесса.
• Тиранией Надо на самом деле МЫ лишали себя свободы выбора.
• Самообвинениями и презрением к себе отбирали у себя самоуважение.
• Нельзя, налагаемые на радость, это сокрушение надежд и устремлений.
• Нельзя, сказанные любой радости, разрушают невинность наших желаний, наших действий, когда мы хотим или делаем то, что входит в наши истинные интересы и тем самым обогащает нашу жизнь.
• МЫ хотели пойти погулять, а внутренний голос говорил: "Ты этого не заслужил".
• "У тебя нет права на отдых, на хождение по кинотеатрам, на покупку платья". И даже более того: "Хорошие вещи не для тебя".
• Внутренний голос говорил – "Ты просто лентяй – Нет, я правда устал. – Ну нет, это просто распущенность, так из тебя никогда ничего не выйдет". После таких метаний МЫ или отдыхали с чувством вины, или вынуждали себя продолжать работу, в обоих случаях не извлекая для себя ничего хорошего.
• Чем больше МЫ себя осознавали, тем отчетливее МЫ воспринимали эти внутренние Нельзя.
• НАШИ табу на радость были скрыты за фасадом "сознательности", социальной ответственности: "Пока люди живут в трущобах, у меня не должно быть хорошей квартиры... Пока люди умирают с голоду, я не могу тратиться на всякие яства..."
• МЫ могли радоваться чему-либо, только деля это с другими.
• Для многих людей разделенная радость – двойная радость.
• МЫ не умели чем-либо наслаждаться в одиночку.
• МЫ были настолько скупы на траты для себя, что не могли даже потратить силы на подыскивание для этого рационализации.
• И в то же время, МЫ щедро тратились на вещи, нужные для престижа, например, много жертвовали на благотворительность, устраивали вечера, покупали антиквариат, ничего для НАС не значащий и т.п.
• МЫ действовали, как будто НАМИ управлял закон, повелевающий рабски прислуживать славе, но запрещающий все, что "только" увеличивает НАШИ удобства, счастье, духовный рост.
• "За это придется заплатить". "Тебе не придется ей долго радоваться".
• Несмотря на действительные улучшения, голос будет говорить: "Ты никогда не преодолеешь свою зависимость (или свою панику); никогда не освободишься".
• Мы на что-либо отвечали страхом или неистово требовали, чтобы НАС уверяли, что МЫ выздоровеем, успокаивали, говоря, что лечение помогло другим и т.д.
• Когда сокрушение НАШИХ надежд распространялось на все сферы жизни, у НАС возникало чувство мрачной обреченности.
• "Оставь надежду, всяк сюда входящий"
• Откат назад в ответ на улучшения, которые невозможно отрицать, случалсяс такой регулярностью, что его можно предсказывать заранее.
• МЫ чувствовали себя лучше, забыли думать о своей фобии, увидели важную связь, которая указывала НАМ на выход, – и скатывались вниз, глубоко обескураженные и подавленные.
• МЫ отказались от всего существенного в жизни, впадали в жестокую панику и находились на грани самоубийства каждый раз, когда осознавали в себе ценное качество.
• Если бессознательная решимость задержать свое развитие укоренена глубоко, МЫ можем отвергать любые заверения, делая саркастические замечания.
• "Ты дрянь и никогда ничего не достигнешь".
• МЫ ставили табу на любое свое устремление: не только на возвышенные фантазии, а на любое стремление, подразумевающее, что МЫ обратимся к собственным ресурсам или станем лучше и сильнее.
• "Кто ты такой, чтобы хотеть играть, петь, иметь жену? Ты никогда ничего не будешь из себя представлять".
• Несмотря на НАШ ум, интеллигентность, прилежание, МЫ никогда не думали о будущем.
• "О, я думаю, что всегда заработаю себе на жизнь".
• МЫ делали дело (пусть и в мучениях), но были вынуждены удерживать этот факт от осознания и были неспособны считать находки своими и радоваться им.
• МЫ не осмеливались заняться чем-нибудь новым, не ждали ничего от жизни, ставили перед собой слишком малые задачи и, следовательно, жили ниже своих возможностей и душевных сил.
• МЫ жаловались, что, если бы не НАША жена, начальство, безденежье, погода, политическая ситуация и т.п., МЫ были бы счастливейшим человеком на земле.
• МЫ очень часто чувствовали покой и довольство, потому что примирились с собой, несмотря на то, что ни одна из НАШИХ внешних трудностей не отпала.
• Причинение себе мучений, терзание себя – тоже побочный продукт ненависти к себе, отчасти неизбежный.
• Пытались ли МЫ подхлестнуть себя к достижению невозможного совершенства, швыряли себе обвинения, пренебрегали собой или фрустрировали себя, МЫ всем этим мучали себя.
• У НАС есть или может быть намерение мучить себя
• МЫ сомневались в себе в результате НАШИХ внутренних конфликтов и это проявлялось в бесконечных и бесплодных внутренних диалогах, в которых МЫ пытались защититься от собственных обвинений и/или они были выражением ненависти к себе, чья цель – подорвать почву под НАШИМИ ногами.
• За отсрочку решений или действий могут быть ответственны многие факторы, такие как общая инертность или всесторонняя неспособность на чем-то остановиться, выбрать свою позицию.
• МЫ понимали, что отложенные дела часто разрастаются и что на самом деле МЫ можем причинить себе промедлением серьезные страдания.
• Когда из-за своих отсрочек МЫ действительно попадали в неприятную или угрожающую ситуацию, то иногда говорили себе с явным торжеством: "Так тебе и надо".
• МЫ злорадствовали по поводу причиненных себе неприятностей.
• МЫ замечали, что НАШЕ крохоборство – не просто "зажатость", а некое удовольствие, иногда дорастающее почти до страсти.
• МЫ не только боялись многих вещей, но и, пугали себя ими довольно жестоким образом.
• МЫ превращали першение в горле в туберкулез, понос – в рак, растяжение – в полиомиелит, головную боль – в опухоль мозга, приступ тревоги – в сумасшествие.
• При первых легких признаках беспокойства или бессонницы МЫ говорили себе, что у НАС начинается новый цикл паники, и что каждую ночь после этого НАМ будет становиться все хуже и хуже, пока не дойдет до нестерпимого ужаса.
• "сладостная пыткя, которой наслаждаюсь".
• МЫ считали, что у НАС должно быть абсолютное здоровье, уравновешенность и бесстрашие. Малейший знак противоположного делал НАС беспощадными к себе
• У НАС бывала время от времени компульсивная потребность или фантазии о причинении мучений другим.
• МЫ был физически сильны и здоровы, но когда испытывали отчаяние и презрение по поводу своих душевных затруднений, МЫ обзывали себя калекой.
• МЫ испытывали мстительное наслаждение, мучая себя;
• МЫ отождествляли себя с презренным «я» и, могли только так достичь полового удовлетворения.
• фактически МЫ всегда и мучитель и жертва, и получаем удовольствие, как унижаясь, так и унижая.
• МЫ испытывали тайное намерение мучить себя.
• НАШЕЙ вершиной ненависти к себе являлись беспримесные и непосредственные саморазрушительные импульсы и действия. Они могли принимать форму обострений или быть хроническими, открыто насильственными или медленно подтачивающими, сознательными или бессознательными, могли осуществляться или оставаться воображаемыми. Они могли касаться главных или второстепенных вопросов. Их конечная цель – физическое, психическое и духовное саморазрушение.
• Физическое насилие против себя, в общем, ограничено психозами.
• МЫ имели"вредные привычки" – грызение ногтей, расчесы, вечная спешка при сборах, выдергивание волос и т.п.
• МЫ жили воображением до такой степени, что презирали реальность, включая реальность себя самого.
• МЫ испытывали безумный порыв вырвать себе глаза, перерезать себе глотку или воткнуть нож себе в живот и выпустить кишки и т.п.
• МЫ временами испытывали позывы к суициду (НАС тянуло спрыгнуть с балкона или с обрыва и т.д.), позывы, которые возникали при сходных условиях и казались неизвестно откуда взявшимися.
• НАШИ саморазрушительные импульсы могли оставаться и актуализироваться в "отчаянности" при езде, плавании, скалолазании, в спешке и т.п., когда физические возможности не позволяли спешить.
• МЫ бессознательно, но систематически разрушает свое здоровье пьянством или наркотиками, и испытывали постоянную потребность в алкоголе и/или наркотике.
• МЫ разрушили свое здоровье каторжным трудом, пренебрежением ко сну и злоупотреблением кофе.
• НАША потребность в славе вогнала НАС в долги настолько, что НАШ чрезмерный труд был отчасти следствием неправильного образа жизни.
• "в плохом настроении" нам чаще случалось порезаться, оступиться и упасть, прищемить палец.
• МЫ бросали свое какое-либо занятие тогда, когда у НАС что-то начинало что-то получаться. И мы говорили, что это было не то, чего НАМ "на самом деле" хотелось.
• МЫ теряли или бросали одно рабочее место за другим, разрывали одни отношения за другими.
• НАМ часто казалось, что МЫ жертва несправедливости и черной неблагодарности.
• МЫ делали все, чтобы навлечь на себя своими постоянными пререканиями и приставаниями тот самый исход, которого МЫ так боялись.
• МЫ часто доводили начальника или друга до того, что он (или она) больше не могли НАС выносить.
• В большей или меньшей степени, грубо и тонко, целостность НАШЕЙ личности нарушалась вследствие невротического развития.
• НАШЕ отчуждение от себя, неизбежные бессознательные претензии, неизбежные бессознательные компромиссы, обязанные неразрешенным конфликтам, презрение к себе – все эти факторы вели к ослаблению нравственного начала, ядро которого составляло пониженная способность быть искренним с собой.
• МЫ пренебрегали своей внешностью, позволяли себе быть неопрятным, грязным и жирным, МЫ слишком много пили, а спали слишком мало, НАМ было наплевать на свое здоровье – МЫ не обращались к зубному врачу и т.д.
• МЫ слишком много или слишком мало ели, не ходили гулять, пренебрегали своей работой или любыми своими серьезными интересами, становились ленивыми.
• МЫ вступали в случайные связи или предпочитали общество пустых или опустившихся людей.
• МЫ стали ненадежными в денежном отношении, начали бить жену и детей, лгать или воровать.
• МЫ позволяли себе «пуститься во все тяжкие».
• МЫ были так переполнены презрением к себе и безнадежностью, что НАШИ конструктивные силы не могли больше противостоять воздействию саморазрушительных влечений.
• НАШИ саморазрушительные влечения достигали полного размаха и выражались в решении (в основном бессознательном) об активной деморализации.
• МЫ растратили большую часть своей жизни, плывя по течению, МЫ повернулись спиной к идеалам, став циничными.
• "Во мне есть много красивого и хорошего, своим презрением к себе и направленной на себя деструктивностью я могу действительно разрушить собственную личность; предпринятые мной против этих влечений меры неэффективны; хотя я хочу спасти себя, я избегаю реальной борьбы и некоторым образом принимаю участие в работе деструктивных влечений".
• В своих сновидениях мы были ближе к своей реальности.
• Только когда ослабевала НАША безнадежность и сила презрения к себе, неконструктивная жалость к себе превращалась в конструктивное сочувствие к себе.
• МЫ ощущали подлинного себя и желание внутреннего спасения.
• НАШЕЙ реакцией на процесс сползания в бездну мог быть и леденящий ужас.
• МЫ чувствовали себя беспомощной добычей этой беспощадной силы.
• В сновидениях и ассоциациях эта сила появлялась в виде многих выразительных символов маньяка-убийцы, Дракулы, чудовищ, Белого Кита, привидений.
• Этот ужас являлся ядром многих, иначе не объяснимых страхов, таких, как страх перед неизведанной и опасной морской глубиной, страх перед привидениями, перед чем-то загадочным, перед любым деструктивным соматическим процессом – отравлением, глистами, раком.
• МЫ входили в тот ужас, который многие испытывают перед всем неосознаваемым, а потому загадочным.
• НАШ ужас был центром паники, не имеющей видимых причин.
• В своем стремлении к Бесконечному и Абсолютному МЫ начинали разрушать себя. Заключая сделку с Сатаной, обещающим НАМ славу, МЫ вынуждены были отправиться в ад – в ад внутри самого себя.
• "совесть" в обычном смысле означает три совершенно разные вещи:
1. непреднамеренное (не сознательное) внутреннее подчинение внешнему авторитету (власти) с сопутствующим страхом разоблачения и наказания;
2. уличающие самообвинения;
3. конструктивное недовольство собой.
• МЫ имели фантазии:
1. при мастурбации, простирающиеся от унижений до пыток;
2. мастурбацию, при которой царапали или били себя;
3. выдергивание волос;
4. хождение в тесной обуви;
5. болезненные позы, половой акт, при котором НАС должны ругать, бить, связывать, заставлять выполнять лакейские или отвратительные задачи, прежде чем МЫ сможем достичь сексуального удовлетворения и т.п.
• Ярмо - Символизирует союз, контроль, равновесие, дисциплину, послушание, рабство, унижение, тяжелый труд, терпение.
• Фрустрация (от лат. frustratio – обман, тщетное ожидание) — негативное психическое состояние, обусловленное невозможностью удовлетворения тех или иных потребностей. Это состояние проявляется в переживаниях разочарования, тревоги, раздражительности, наконец, отчаянии. Эффективность деятельности при этом существенно снижается.
• Самообвинения.
• отчуждение от себя.
• Власть и упорство ненависти
• Ненависть к себе активная и пассивная.
• самоумаление,
• чувство неполноценности,
• неспособность радоваться,
• прямые саморазрушительные действия,
• мазохистские склонности.
• безжалостные требования к себе,
• беспощадные самообвинения,
• презрение к себе, фрустрация себя,
• мучение себя и саморазрушение.
• "Растет моя горечь" -Христиан Моргенштерн
• Я стану жертвой самого себя –
• Во мне живет другой, тот, кем я мог бы быть,
• И он меня пожрет в конце концов.
• Он словно конь, что вскачь летя,
• Волочит по земле беднягу, к нему привязанного,
• Словно колесо, в котором я верчусь, не взвидя света.
• Он фурии подобен, что вцепилась
• В окаменевшую от страха жертву. Он – вампир,
• Мне сердца кровь сосущий каждой ночью
Свернуть

Отчуждение от себя
Отчуждение от себя
Отказаться от я, от себя – все равно что продать душу
• МЫ утрачивали ощущение себя собой, при амнезии, деперсонализации и т.д.
• МЫ, не находясь в состоянии сна и не имея органического поражения головного мозга, не знали, кто МЫ, где МЫ, что делаем или что делали.
• МЫ жили, словно в тумане.
• Ничто для НАС не было ясно.
• Не только НАШИ собственные мысли и чувства, но и другие люди и смысл различных ситуации были подернуты дымкой.
• МЫ были достаточно проницательными наблюдателями по отношению к другим, могли ясно определить масштаб ситуации или направление мысли другого; но любое восприятие (касается ли оно отношений с людьми, или восприятия природы и т.п.) не находило доступа к НАШИМ чувствам, а внутреннее переживание не находило пути к осознанию.
• МЫ страдали от случайных частичных "выпадений из памяти" или "слепых пятен", касающихся определенных областей внешних или внутренних переживаний.
• У НАС было весьма слабое ощущение собственного тела и мало чувств по отношению к нему.
• Даже телесные ощущения были заторможены.
• НАС спрашивали не замерзли ли у НАС ноги, и только тогда ощущение холода доходило до НАШЕГО сознания путем длительных размышлений.
• МЫ не узнавали себя, неожиданно увидев себя в зеркале в полный рост.
• МЫ не чувствовали свой дом своим домом – для НАС он был так же безличен, как гостиничный номер.
• МЫ не чувствуют, что НАШИ деньги – это НАШИ деньги, даже если они были заработаны тяжелым трудом.
• При отчуждении у НАС было стерто или затуманено все, что МЫ действительно из себя представляли, или чем МЫ владели, включая существующие для НАС связи НАШЕГО подлинного с НАШИМ прошлым и чувство непрерывности своей жизни.
• МЫ постепенно отдалялись от своих собственных чувств, желаний, верований и сил.
• МЫ утрачивали чувства, что МЫ сами активно определяем свою жизнь.
• МЫ утрачивали ощущения себя единым органичным целым.
• У НАС происходило отчуждение от самого живого, что в нас было, от подлинного я.
• Подлинное я рождало в НАС"трепетную внутреннюю жизнь", непосредственность чувств, будь то радость, страстное желание, любовь, гнев, страх, отчаяние и т.п.
• Подлинное я – источник непосредственного интереса и прилива энергии, "источник усилия и внимания, из которого исходят приказы воли", способность желать и надеяться; это та наша часть, которая хочет расти, развиваться, осуществиться.
• Подлинное я выдавало "спонтанные реакции" на наши чувства или мысли, "приветствуя их или возражая им, одобряя или отказываясь от них, устремляясь к ним или от них, говоря им "да" или "нет"".
• Наше подлинное я, когда оно сильно и активно, позволяло нам принимать решения и нести за них ответственность.
• Подлинное я вело нас к истинной интеграции и явственному ощущению своей цельности, единства.
• Тело и разум, дела и мысли или чувства при этом не только созвучны и гармоничны, но функционируют без серьезных внутренних конфликтов.
• В противоположность искусственным средствам собирания себя воедино, приобретающими значение по мере ослабления подлинного я, истинная интеграция если и связана с каким-то напряжением, то с минимальным.
• Наличное я – термин, который включает все, что МЫ представляем собой в настоящий момент: НАШЕ тело и душу, здоровье и невротизм.
• МЫ хотели "познать себя"; то есть, хотели узнать себя такими, каковы мы есть.
• Идеальное я – это тот человек, который живет в нашем иррациональном воображении, или тот, которым нам Надо быть, согласно предписаниям нашей невротической гордости.
• Подлинное я - это "изначальная" сила личностного роста и самоосуществления, с которой мы можем вновь полностью отождествиться, когда освободимся от калечащих оков невроза.
• Подлинное я - это то, на что мы ссылаемся, когда говорим, что хотим "найти себя".
• Возможное я – в противоположность идеальному я, которого невозможно достичь.
• Потеря себя – это "болезнь к смерти", это отчаяние – отчаяние от отсутствия у НАС сознания себя самого или отчаяние от НАШЕГО нежелания быть собой.
• НАШЕ отчаяние не протестовало, не вопило о себе. МЫ продолжали жить, как будто МЫ все еще находимся в непосредственном соприкосновении со своей жизненной сердцевиной.
• Любая другая утрата – работы, или ноги или т.п. – привлекало гораздо большее НАШЕ внимание.
• Сама вынужденность влечения неизбежно лишала НАС независимости и спонтанности.
• Как только, НАША потребность всем нравиться становилась вынужденной, искренность НАШИХ чувств шла на убыль; то же происходило и с НАШЕЙ разборчивостью.
• Как только НАС влекло поработать ради славы, падал НАШ непосредственный интерес к самой работе.
• Компульсивные влечения, находящиеся в конфликте между собой, еще более снижали НАШУ цельность, НАШУ способность решать и давать указания.
• НАШИ псевдорешения, хотя и представляли собой попытки интегрироваться, обрести внутреннюю цельность, тоже лишали НАС независимости, поскольку делали компульсивным НАШ образ жизни.
• Активное удаление от подлинного себя.
• МЫ чувствовали то, что Надо чувствовать, желали то, что Надо желать, любили то, что Надо любить.
• НАША тирания Надо неистово влекла НАС быть кем-то другим, а не тем, кто МЫ есть или могли бы быть.
• В своем воображении МЫ и есть другие – настолько другие, что НАШЕ подлинное я в самом деле блекнет и стирается еще больше.
• Вместо того чтобы прилагать собственные усилия, например, в межличностных отношениях, МЫ настаивали на том, чтобы другие приспосабливались к НАМ.
• Вместо того чтобы выкладываться на работе самому, МЫ считали себя вправе требовать, чтобы кто-то другой сделал эту работу для НАС.
• Вместо того чтобы самому принимать решения, МЫ настаивали, чтобы ответственность за НАС несли другие.
• НАШИ конструктивные силы пропадали втуне, и МЫ действительно все меньше и меньше определяли что-либо в своей жизни.
• Невротическая гордость удаляла НАС еще на шаг дальше от себя.
• Поскольку МЫ стыдились того, кто МЫ есть на самом деле (своих чувств, способностей, деятельности), МЫ активно отводили свой интерес от себя самого.
• Весь процесс вынесения вовне – другой активный шаг прочь от себя, наличного и подлинного.
• МЫ предпринимали активные шаги против подлинного себя, выражающиеся в ненависти к себе.
• Отправив подлинного себя, так сказать, в ссылку, мы становились презренными каторжниками, которым угрожало полное уничтожение.
• Сама идея быть собой становилась тошнотворной и ужасной.
• Ужас иногда появлялся без маски. МЫ в качестве защиты против этого ужаса "заставляли себя исчезнуть".
• У НАС была бессознательная заинтересованность в том, чтобы не воспринимать себя отчетливо, чтобы сделать себя глухим, немым и слепым.
• МЫ прятали правду о себе, и МЫ были весьма заинтересованы так поступать, – и это процесс, который притуплял НАШУ чувствительность к тому, где правда, а где ложь, не только в НАС самих, но и вне НАС.
• МЫ были заинтересованы в том, чтобы эта неясность сохранялась, хотя на сознательном уровне могли страдать от нее.
• МЫ осознавали во время анализа, что все те умные вещи, которые МЫ говорили о себе, были в действительности связаны не с НАМИ и НАШЕЙ жизнью, а касались какого-то парня, с которым у НАС мало общего, если вообще хоть что-то было; и все, что МЫ о нем выяснили, очень интересно, конечно, но никак не приложимо к НАШЕЙ собственной жизни.
• Как МЫ можем рассказывать о себе без того, чтобы "быть в этом"
• МЫ могли работать, проводить время с друзьями, гулять или спать с женщиной без того, чтобы быть в этом.
• НАШЕ отношение к себе становилось безличным; и таким же становилось отношение к жизни в целом.
• Факторы, предрасполагающие к ощущению нереальности происходящего, – это обычно жестокий удар по гордости и одновременная резкая вспышка презрения к себе, выходящие за пределы выносимого для НАС.
• Мы проявляли повышенные чувства радости, энтузиазма или страдания; казались холодными, во всяком случае, укрывшимися за маской бесстрастия; НАМ казалось, что чувства утратили силу, стали плоскими, стертыми.
• НАШИ осознанность, сила и род чувств определены в основном гордыней.
• НАШИ искренние собственные чувства были заглушены или пришиблены, иногда до полного исчезновения.
• НАШИМИ чувствами управляла гордость.
• МЫ были склоны душить те чувства, которые играли против НАШЕЙ особой гордости, и раздували те, которые играли НАМ на руку.
• МЫ считали себя много выше остальных, и не могли позволить себе чувствовать зависть.
• НАША гордость своим аскетизмом накладывала узду на чувство радости.
• МЫ гордились своей мстительностью, поэтому МЫ охотно чувствовали мстительную ярость.
• Если НАША мстительность возвеличивалась и рационализировалась в терминах "справедливости", МЫ не чувствовали мстительную ярость как таковую, хоть МЫ и выражали ее так свободно, что ни у кого из окружающих не возникало никаких сомнений.
• НАША гордость абсолютной стойкостью заморозила любое чувство страдания.
• Но если страдание играло важную роль в рамках гордыни (как средство выражения осуждения и основа невротических требований), оно не только преувеличивалось перед другими, но и на самом деле чувствовалось глубже.
• Чувство сострадания было отброшено НАМИ, когда МЫ относились к нему как к слабости, но переживалось в полную силу, если МЫ полагали сострадание божественным атрибутом.
• Если гордость НАША была сосредоточена на смирении, на ощущении "мне ничего ни от кого не нужно", тогда любое чувство или потребность становились "нестерпимой мукой от сгибания в три погибели, чтобы пролезть в какую-то дыру... Если мне кто-то понравится, он может завладеть мной... Если мне что-то понравится, я стану от этого зависеть".
• НАША гордость вмешивалась в искренние чувства.
• "Ты дурак, раз позволяешь обмануть себя дружелюбием"
• МЫ избавлялись от дружеских чувств.
• какая-либо картина возбуждала в НАС горячий, пылкий энтузиазм. Но НАША гордость искажала и это чувство, когда МЫ думали про себя: "Никто другой не может ценить живопись, так как ты".
• Гордость играла роль цензуры, поощряя осознание чувств или препятствуя ему.
• Гордость управляла НАШИМИ чувствами и на более глубокой основе.
• Чем больше гордость захватила власти, тем больше МЫ были способны к эмоциональному ответу жизни только с позиций гордости.
• Мы словно захлопнули свое подлинное я в звуконепроницаемой комнате, и до НАС доносится один только голос гордости.
• НАШЕ чувство удовольствия или неудовольствия, удрученности или приподнятости, симпатии или антипатии к людям – это, в основном, ответ НАШЕЙ гордости.
• Страдание, которое МЫ испытывали осознанно, – было страданием НАШЕЙ гордости.
• Для НАС было достаточно убедительно, что МЫ реально страдаем от неудачи, от чувства вины, одиночества, безответной любви, но это страдало НАШЕ возгордившееся я.
• Возгордившееся я страдало, потому что считало, что НАМ не удалось достичь самой вершины успеха, довести нечто до непревзойденного совершенства, быть неотразимо привлекательным, всегда страстно желанным для всех и/или оно страдало, потому что считало, что НАМ положены успех, популярность и т.п., коих не предвиделось.
• Только когда НАША гордыня утихала, МЫ начинали чувствовать истинное страдание.
• Только тогда МЫ чувствовали сострадание к себе, которое было способно подвигнуть НАС на то, чтобы сделать что-то полезное для себя.
• Жалость к себе, которую МЫ чувствовали до этого, была, скорее, пьяными слезами возгордившегося я, почувствовавшего себя обиженным.
• Но одно лишь истинное страдание способно расширить и углубить наши чувства и открыть наше сердце страданию других.
• МЫ вместо того чтобы страдать от ущемленного тщеславия, стали испытывать истинное страдание.
• Иногда даже ответы своей гордости МЫ переживали только через других.
• МЫ не чувствовать себя униженными высокомерием или пренебрежением друга, а чувствовали стыд при мысли, что НАШ брат или коллеги сочтут это унижением.
• У НАС, жестоко искалеченных эмоционально, были определенные сильные и искренние чувства, такие как чувство к природе или к музыке и т.п.
• НАШЕМУ подлинному я была отпущена определенная мера свободы.
• Но даже если НАША любовь и нелюбовь в основном были подчинены НАШЕЙ гордости, в них все равно могла сохраниться частица искренности.
• У НАС было общее обеднение эмоциональной жизни: уменьшение искренности, непосредственности, глубины чувств или по сокращение числа возможных чувств.
• МЫ не относились к своей эмоциональной ущербности как к расстройству, а напротив, гордились ею.
• МЫ были серьезно озабочены ростом своего эмоционального омертвения.
• МЫ понимали, что НАШИ чувства все больше носят характер реакций.
• Не занятые ответами на дружелюбие или враждебность, НАШИ чувства бездеятельны, они молчат.
• НАШЕ сердце не устремлялось само к красоте дерева или картины или т.п., и они оставались для НАС ничего не значащими.
• МЫ не могли сами активно представить жизненную ситуацию другого.
• МЫ с испугом осознавали, что даже реактивные чувства у НАС ослабели.
• Если бы МЫ были способны открыть в себе, хоть пустяковое чувство, которое было бы настоящим, пусть скромным, но живым.
• МЫ не сознавали никаких ухудшений.
• Только в своих сновидениях МЫ представали при этом в виде куклы, мраморной статуи, двухмерного мультипликационного персонажа или трупа, чьи губы МЫ растягивали, чтобы получилась улыбка.
• МЫ выставляли напоказ брызжущую живость и фальшивую непосредственность.
• МЫ легко приходили в восторг или разочаровывались, легко поддавались любви или гневу. Но эти чувства не шли из глубины; в глубине их не было.
• МЫ жили в мире своего собственного воображения и поверхностно отвечали на то, что захватывало НАШУ фантазию или задевало НАШУ гордость.
• Часто на передний план выходила потребность производить на людей впечатление.
• НАШЕ отчуждение от себя делало возможным изменение своей личности в соответствии с требованиями ситуации.
• МЫ всегда играли какую-то роль, сами не зная того, и, как хорошие актеры, вызывали в себе чувства, подходящие к этой роли.
• МЫ могли показаться искренними, играли ли МЫ праздного светского шалопая, или человека, серьезно интересующегося музыкой или политикой, или же всегда готового помочь друга или т.п.
• МЫ легко входили в одну роль и легко меняли ее на другую.
• МЫ считали "силой" своих чувств погоню за приключениями и возбужденное участие в них. Это было лихачество за рулем, интриги, сексуальные похождения и т.п.
• НАША потребность пощекотать себе нервы, возбудиться безошибочно указывала на болезненную внутреннюю пустоту.
• Только острые необычные стимулы могли пробудить хоть какой-то ответ у НАШИХ неподвижных, инертных чувств.
• МЫ, вроде бы, знали, чего хотим, и НАШИ чувства были адекватны ситуации.
• У НАС не только ограничен набор чувств, но все они в низком ключе и словно мелки по сути.
• МЫ автоматически чувствовали то, что, в соответствии с НАШИМИ внутренними предписаниями, НАМ Надо чувствовать.
• МЫ всего лишь отвечали другим тем чувством, которого от НАС ждали.
• НАШИ личные Надо совпадали с Надо культуры;
• Чувства, идущие от сердцевины нашего бытия, обладют непосредственностью, глубиной и искренностью; если одного их этих качеств недостает, нам следует лучше присмотреться к стоящей за этим динамике.
• Энергичность при неврозе бывает очень разной – от состояния всеобъемлющей инерции (когда "нет сил", через единичные непродолжительные всплески усилий, до постоянной, даже чрезмерной энергичности.
• это смещение приложения сил: от развития заложенного потенциала подлинного я на развитие фиктивного потенциала идеального я.
• Чем больше сил отбирает на службу себе гордыня, тем меньше остается для конструктивного влечения к самоосуществлению.
• Снедаемые честолюбием МЫ проявляли удивительную энергию, чтобы достичь высокого положения, власти и славы, а с другой стороны, у НАС не находилось времени, интереса и сил на личную жизнь и свое духовное развитие.
• МЫ бессознательно отказывались использовать свои внутренние силы ради своего подлинного я, т.к. это шло вразрез с намерением НАШЕЙ ненависти к себе, которое состояло в том, чтобы давить подлинного себя.
• МЫ не владели своими силами (не чувствовали свои силы своими собственными).
• У НАС было чувство, что МЫ сами не являемся движущей силой своей жизни.
• МЫ считали, что должны делать все, что от НАС ожидают.
• МЫ на самом деле двигались в силу чужих понуканий и пинков (или того, что МЫ так истолковывали) и могли остановиться, как автомобиль с работающим аккумулятором, предоставленные самому себе.
• НАС так напугала собственная гордость, что МЫ наложили табу на свое честолюбие, и должны были отрицать (перед собой) свое активное участие в том, что МЫ делали.
• Даже если МЫ находили свое место в мире, МЫ не чувствовали, что это сделали МЫ сами. Главенствует чувство "так уж вышло".
• НАШЕ чувство, что МЫ сами не являемся движущей силой своей жизни, в глубоком смысле соответствовало действительности из-за действия всех подобных факторов и/или НАМИ двигали в первую очередь не НАШИ желания и стремления, а НАША гордыня.
• Ход нашей жизни отчасти определяли неподвластные нам внешние обстоятельства.
• Нам было дано чувство направления в жизни.
• Нам была дана возможность знать, что мы хотим сделать со своей жизнью.
• У нас были идеалы, к которым мы стремились и на основе которых делали нравственный выбор.
• НАША способность направлять свою жизнь ослабела прямо пропорционально НАШЕМУ отчуждению от себя.
• МЫ двигались без цели и плана, куда вела НАША фантазия.
• Пустые грезы занимали место прямой деятельности; следование случаю – место честных стремлений; цинизм служил подпоркой идеалам. Нерешительность достигала такой степени, что тормозила любые целенаправленные действия.
• МЫ могли казаться очень организованными, фактически целеустремленными, поскольку НАС влекло к таким невротическим целям, как совершенство или торжество.
• МЫ оказывались стиснуты противоречивыми Надо.
• Тревога, которая возникала в такой ситуации, была велика, потому что НАМ было неоткуда взять другие указания, чтобы последовать им.
• НАШЕ подлинное я было заключено в темницу; МЫ не могли с ним посоветоваться, и по этой самой причине МЫ были – беспомощной добычой тянущих в разные стороны Надо.
• Степень беспомощности перед НАДО и страх взглянуть им в лицо не только говорят о размахе конфликтов, но еще более – об отчуждении от себя.
• Отсутствие у НАС внутреннего направления не проявлялось как таковое, потому что НАША жизнь двигалась проторенным традицией путем, и МЫ могли обойтись без личных планов и решений.
• Откладывание со дня на день прикрывало нерешительность.
• МЫ осознавали свою нерешительность, только если возникала необходимость принять решение, которое могли принять только МЫ одни.
• НАША общая природа нарушения обычно не осознавалась и приписывалась трудности того решения, которое необходимо было принять.
• НАША недостаточность чувства направления укрывалась за установкой на уступчивость.
• МЫ делали то, чего, по НАШИМ понятиям, от НАС ждали; становились тем, кем, как МЫ думали, другие хотели НАС видеть.
• У НАС выработалась значительная проницательность относительно желаний и ожиданий других.
• Обычно МЫ (вторично) возвеличивали это свое искусство, как чуткость или внимательность.
• Когда МЫ начинали отдавать себе отчет в вынужденном характере такой "уступчивости" и пытались ее анализировать, МЫ обычно обращали внимание на то, что касалось личных взаимоотношений, например, на потребность угодить другим или оградить себя от их враждебности.
• МЫ "уступали" в ситуациях, к которым это неприложимо, например, в аналитической ситуации.
• МЫ предоставляли инициативу кому-либо и хотели узнать или догадаться, чего от НАС ждут.
• МЫ поступали прямо противоположно тому, на что открыто вдохновляли НАС другие: следовать собственным интересам.
• МЫ были вынуждены предоставлять другим направлять свою жизнь вместо того, чтобы взять ее в свои руки.
• Предоставленные сами себе, МЫ чувствовали себя потерянными.
• В сновидениях появляются такие символы, как лодка без руля, потеря компаса, путешествие без проводника по чужой и опасной стране. То, что отсутствие внутренней направляющей власти – существенный элемент НАШЕЙ "уступчивости", становилось ясно позднее, когда начиналась борьба за внутреннюю независимость.
• Тревога, появляющаяся во время этого процесса, связана с отбрасыванием привычных целей, при том, что еще не хватает смелости довериться себе.
• МЫ не доверяли своей способности принимать на себя ответственность.
• У НАС была способность принимать на себя ответственность.
• МЫ были надежным человеком, а могли брать на себя слишком мало или слишком много ответственности за других.
• НАШЕ высокомерное пренебрежение ко всем законам и к любой необходимости простиралась и на НАС самих.
• Тот факт, что НАШЕ развитие (принимая во внимание НАШЕ прошлое) могло пойти только в определенном направлении, НАМИ во внимание не принималось.
• Неважно, насколько непреодолимыми были исключительно неблагоприятные условия, с которыми НАМ приходилось бороться, Мы Должны были сражаться с ними с неослабевающей силой, храбростью и хладнокровием.
• Если МЫ не смогли, значит МЫ дрянь.
• В своей самозащите МЫ жестко отрицали любую свою вину, провозглашая себя безупречными, и возлагая на других вину за любые трудности, прошлые или настоящие.
• НАША гордость брала на себя функции ответственности и травило НАС презрительными обвинениями, когда НАМ не удавалось сделать невозможное.
• Для НАС невозможно было принять на себя единственную имеющую значение ответственность.
• МЫ были нечестны в ответах самому себе о себе и о своей жизни.
• МЫ были честны в ответах самому себе о себе и о своей жизни.
• У этой честности три дела: прямое признание себя таким, какие МЫ есть, без преуменьшений или преувеличений; готовность отвечать за последствия своих действий, решений и т.п., не пытаясь "вывернуться" или свалить вину на других; осознание, что решение НАШИХ проблем зависит от НАС, а не другие люди, судьба или время должны их за НАС решать.
• Даже лучшая помощь со стороны не принесет пользы, если МЫ сами не делаем усилий к конструктивным изменениям.
• МЫ постоянно тратили денег больше, чем могли себе позволить, несмотря на регулярную финансовую помощь
• МЫ давали себе и другим множество объяснений: это ошибка НАШИХ родителей, которые никогда не учили НАС обращаться с деньгами; это ошибка НАШЕГО отца, который назначил НАМ малое содержание.
• МЫ были слишком робки, чтобы попросить больше; НАМ нужны деньги потому, что НАША жена не умеет экономить, или потому, что ребенку нужна игрушка; потом идут налоги и счета от врачей – и что, разве МЫ не заслуживаем, как и всякий, немного развлечений здесь и сейчас?
• У НАС была склонность считать себя обиженным.
• НАШИ требования не только полностью и удовлетворительно отвечали за НАШЕ затруднительное положение, но по сути, МЫ использовали их, как волшебную палочку, чтобы устранить тот простой факт, что, по каким бы то ни было причинам, МЫ действительно тратим слишком много денег.
• МЫ были в ярости на банк, который вежливо уведомлял НАС о состоянии НАШЕГО счета, были в ярости на друзей, которые не хотели ссудить НАС деньгами.
• Когда дело становилось совсем плохо, МЫ ставили близких и друзей перед фактом и так или иначе вынуждали их прийти НАМ на выручку.
• МЫ не усматривали той простейшей связи, что НАШИ неприятности – последствие НАШИХ нерасчетливых трат.
• МЫ принимали зароки на будущее, которые вряд ли чего-то стоили, потому что МЫ были слишком заняты тем, чтобы оправдать себя и обвинить других, и не имели на самом деле в виду того, что планировали.
• До НАШЕГО сознания так и не доходила трезвая мысль, что недостаток расчетливости – НАША проблема, которая по-настоящему затрудняет НАШУ жизнь, и что от НАС зависит ее решение.
• МЫ испытывали бессознательное убеждение, что НАС не касается обычная причинно-следственная связь, вдруг осознавали свое высокомерие и мстительность.
• МЫ просто не видели того следствия, что другие возмущены этими НАШИМИ качествами.
• Если кто-то негодовал на НАС, это был неожиданный удар, МЫ считали себя обиженными и часто бывали довольно проницательными, указывая на невротические факторы (в других), которые заставляли их возмущаться НАШИМ поведением.
• МЫ легко сбрасывали со счета все представленные доказательства.
• МЫ считали это попыткой других рационализировать их собственную вину или уход от ответственности.
• МЫ отрицали, что бессознательные силы являлись частью НАШЕЙ личности, они могли стать для НАС загадочной, пугающей до безумия властью.
• И чем слабее НАШ контакт со своим подлинным я из-за таких бессознательных уверток, тем больше МЫ становились беспомощной добычей своих бессознательных сил, и тем больше и больше у НАС было настоящих причин бояться их.
• И напротив, каждый шаг к собственной ответственности за весь этот свой комплекс заметно прибавлял НАМ сил.
• Уход от ответственности за себя мешал НАМ увидеть и преодолеть свои проблемы.
• Пока МЫ отождествляли себя со своим идеальным образом, МЫ не могли даже усомниться в его правильности.
• И если на переднем плане находилась ненависть к себе, в ответ на идею ответственности за себя, МЫ могли окаменеть от ужаса, ничего из нее не извлекая.
• Неспособность отвечать за себя – только одно из выражений общего отчуждения от себя.
• Когда НАШЕ подлинное я "заперто" или "сослано", способность к интеграции тоже будет находиться на низком уровне.
• Здоровая интеграция – результат того, что МЫ являемся самим собой, и только на этой основе она и может быть достигнута.
• Если мы являемся собою в достаточной степени для того, чтобы иметь спонтанные чувства, принимать собственные решения и нести за них ответственность, у нас есть ощущение внутренней цельности, и у него прочная основа.
• Если в результате стечения многих обстоятельств мы теряем себя, у нас больше нет той твердой почвы под ногами, стоя на которой мы можем попытаться выпутаться из наших внутренних конфликтов. Мы остаемся в их силках беспомощной добычей их дезинтегрирующей силы и вынуждены цепляться за любое доступное средство их разрешения.
• Нам становились нужны искусственные средства, чтобы как-то собрать себя воедино.
• Надо, орудия гордости и ненависти к себе, приобретали новую функцию – защищать нас от хаоса.
• Они управляли НАМИ железной рукой, но, как и политическая тирания, создавали и поддерживали определенный неестественный порядок.
• Жесткий контроль силы воли и рассудка – другая грубая веревка, которой МЫ пытались связать вместе отдельные части личности.
• То, что МЫ не являлись активным определяющим фактором своей собственной жизни, создало у НАС чувство глубокой неуверенности, неважно, насколько оно прикрыто вынужденной жесткостью.
• МЫ не чувствовали своих чувств, и это делало НАС неживым, неважно, насколько велика НАША поверхностная живость.
• МЫ не отвечали за себя, и это отнимало у НАС внутреннюю независимость.
• Бездеятельность НАШЕГО подлинного я оказывала значительное влияние на развитие НАШЕГО невроза.
• Чем больше отчуждение от себя, тем более беспомощной жертвой гордыни МЫ становимся. У НАС все меньше и меньше живой силы, чтобы ей сопротивляться.
• НАША заинтересованность в своем росте жива, пусть и вынесена жестко вовне.
• Не только грозные силы сражаются против конструктивных перемен в НАС, но и МЫ сами тоже не слишком желали таких перемен, поскольку направление стремлений вовне создавало подобие равновесия и давало НАМ чувство, что МЫ чего-то стоим.
• Эго – служащий, у которого есть свои обязанности, но нет инициативы и исполнительной власти.
• Для НАС подлинное я – источник эмоциональных сил, конструктивной энергии, обладающий властью направлять и судить.
• НАШЕ влечение к развитию содержало крупицы искренности, помимо более очевидного стремления к величию; что сверх и наряду с НАШЕЙ потребностью в интеллектуальной власти НАМ нужна еще и правда о себе; и т.д. и т.п.
• Когда гордыня подорвана, МЫ, вместо того чтобы автоматически вставать в оборонительную позицию, начинаем интересоваться правдой о себе.
• МЫ понемногу начинали брать на себя ответственность: принимать решения, чувствовать свои чувства, верить в свои убеждения.
• Все функции, которые, были захвачены гордыней, постепенно вновь обретают непосредственность с возвращением к власти подлинного я. Происходит перераспределение движущих сил. И в этом процессе подлинное я с его конструктивными силами оказывается более сильной стороной.
• МЫ пытались защищать себя от раздирающих НАС конфликтов, находя их псевдорешения.
• "Не я иду, меня несет".
Свернуть

_________________
"Незнание о незнании неизменно сопутствует познанию" С.Лем


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 08 янв 2012, 01:51 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 мар 2010, 01:12
Сообщения: 4435
Откуда: г. Котлас. Архангельской области
Лиз Бурбо Пять травм, которые мешают быть самим собой.(конспект для самоанализа)

Травма Отвергнутого - Маска Беглеца
Травма Покинутого - Маска Зависимого
Травма униженного - Маска мазохиста
Травма предательства - Маска контролирующего
Травма несправедливости - Маска ригидности

Травма Предательства
Травма Предательства
МЫ Сдерживали себя в сексуальном акте, не могли дать себе полную свободу, так как боялись принадлежать другому.
4. Чувствовали, что НАС предал родитель противоположного пола, всякий раз, когда этот родитель не сдерживал своего обещания или, когда он злоупотреблял НАШИМ доверием.

5.Чувствовали, что родитель одного с НАМИ пола предан другим родителем. Воспринимали такое предательство так, словно предали НАС самих.

6.были слишком привязаны к родителю своего пола и практически не знали второго родителя.
7. Желали быть ответственными, сильными, особыми и значительными людьми.
8.Испытывались большими ожиданиями от будущего, старались все предвидеть, контролировать ситуации.
9.проверяли, хорошо ли другие делают то, что должны делать, можем ли МЫ на них положиться.
10. Ожидали от других полного приятия НАШИХ верований.
11.быстро составляли мнение о другом человеке или о ситуации, были твердо уверены в своей правоте.
12.Свое мнение высказывали, категорическим тоном и во что бы то ни стало, хотели убедить других.
13.Испытывали уверенность, что, если собеседник НАС понял, значит, согласился с НАМИ.
14.Избегали конфликтных или спорных ситуаций, в которых опасались потерять контроль.
15.Сталкиваясь с личностями, которые кажутся НАМ ловкими и сильными, МЫ ретировались из страха, что не сможем противостоять им.
16.раздражались, когда НАМ что либо долго объясняют или рассказывают
17.МЫ были нетерпеливы с медлительными людьми.
18.Если у НАС что то не ладится или НАМ мешали непредвиденные обстоятельства, МЫ впадали в гнев.
19.Старались заканчивать дело первыми, особенно если это соревнования. Закончить первыми для НАС важнее, чем сделать, как следует. Стремились даже изменить правила игры так, чтобы они способствовали НАШЕМУ выигрышу.
20.Легко становились агрессивным, когда события развиваются не так, как МЫ ожидали.
21.Испытывали резкие перепады настроения.
22.Пытались все предвидеть и предусмотреть будущие события. Желали, чтобы все происходило так, как МЫ предвидели. Были слишком, преисполнены ожиданиями относительно будущего.
23.Были озабочены планированием и предвидением, а также соответствием происходящего тому, что ожидается, почти не осознавая сути настоящего.
24. Раздражались, когда кто-то опаздывает.
25.Пытались изменить этих людей.
26.Становились нетерпеливыми, когда опаздывали с окончанием работы или кто то другой сдавал НАМ работу с опозданием.
27. Из за чрезмерной требовательности, не давали себе достаточного времени, для выполнения определенной работы.
28.Испытывали дискомфорт, когда НАМ приходилось поручать работу другому человеку, даже если МЫ этому человеку доверяли;
29. по всякому поводу и без повода МЫ проверяли, все ли делается в соответствии с НАШИМИ ожиданиями.
30. Раздражались, если необходимо обучить кого то, как выполнять задание, а этот человек медленно усваивает.
31. Не могли позволить себе терять время.
32. Если МЫ и поручали дело кому то, то это должно быть легкое дело или такое, за которое Нам бы не пришлось бы краснеть.
33. если МЫ и поручали что то, то были заняты тем, что наблюдали за своими помощниками.
34.Желали видеть и слышать все, что делают другие, и убедиться, что они все делают так, как должно.
35.Были более требовательны к другим, чем к себе.
36.Больше доверяли лицам своего пола, зато чаще и жестче контролировали лиц противоположного пола.
37.считали себя трудолюбивым и ответственным, поэтому с трудом переживаем безделье.
38.Испытывали дискомфорт, когда считали, что не имеем права бездельничать, пока не завершим всю работу, за которую отвечаем.
39. Страдали, когда НАМ не доверяли.
40.Считали себя столь талантливым и ответственным, что доверять НАМ должны все.
41.Демонстрировали всем свою силу, смелость.
42. Всякое проявление слабости, например недостаток мужества, переживали, как предетельство.
43.Ненавидели себя, когда бросали начатое дело на полдороги, когда НАМ не хватает храбрости довести его до конца.
44.тяжело переносили слабости других
45. с трудом доверяемся, кому бы то ни было, боимся, что информация будет использована против НАС.
46.НАШЕ слово обязательно должно быть последним
47.занимались не своими делами
48.считали себя сильнее других
49. уверены, что должны помогать людям, организовать их жизнь.
50.Переживали, когда кто – либо исправлял нашу работу.
51.Тяжело переживали любого вида надзор над НАМИ.
52. неохотно признавали свои страхи слабости.
53.Делали все сами и по – своему.
54. Желали, чтобы другие признавали и одобряли НАШУ работу, в крайнем случае — хотя бы замечали ее.
55.не показывали свою уязвимость или ранимость из страха, что кто- нибудь воспользуется этим для контроля над НАМИ.
56.Указывали другим то, что они должны делать.
57.Желали быть готовыми ко всем случайностям, все хорошо обдумывали наперед.
58.Обвиняли других в лицемерии, лицемерили сами.
59.Тяжело переживаем положение, когда не могли ответить на вопрос.
60.возмущались, когда кто то занимается НАШИМИ делами без разрешения, негодовали, обнаружив, что кто то читает НАШУ почту, болезненно реагировали, когда кто то вмешивается и отвечает вместо НАС в НАШЕМ присутствии. Не замечали, что сами часто вмешиваемся и говорим вместо других.
61.Считали, что не сдержать слова и отказаться от своего обязательства равносильно предательству.
62.Считали своим долгом держать слово.
63.брали на себя слишком много обязательств, оказываясь связанными по рукам и ногам.
64.Предпочитали вовсе не брать на себя обязательств, чтобы не приходилось от них отказываться.
65.Использовали соблазн, чтобы манипулировать другими.
66.Разрывая отношения, переживали от собственного предательства.
67.Чувствовали себя преданными, если НАШ партнер разрывал отношения
68.Удерживали контроль над ситуацией, демонстрировали силу характера.
69.Переживали, когда кто-либо говорил, что мы занимаем много мета.
70.Переживали, что в результате неправильного выбора МЫ может что то потерять, особенно контроль над ситуацией.
71. С трудом решались на что-то новое, из-за возможной потери контроля над ситуацией.
72.Загоняли себя в очень трудное положение.
73.Боялись, признается себе, что не может справиться с этим делом.
74. Любили руководить другими людьми.
75.Боялись прекратить контроль, так как считали, что в этом случае МЫ больше не будем лидером.
76. вели, администрировали, управляли, давили на других людей.
77.Страдали, если от НАС отреклись, считали, что НАС предали.
78.Отрекались от других, вычеркивая их из своей жизни.
79.Не давали шанс тому, кто каким то образом потерял НАШЕ доверие. Не разговаривали с ним, бросали трубку во время разговора по телефону, поворачивались к нему спиной в момент спора.
80.Тяжело переживали проявление расхлябанности, лжи и лицемерия, как со стороны других, так и своей.
81. желали любовной связи, а партнер НАМ отказывал, переживает это как предательство.
Свернуть

Травма несправедливости
Травма несправедливости
МЫ чувствовали несправедливость
МЫ не могли выражать себя
МЫ не чувствовали свою целостность
МЫ страдали от холодности матери
НАМ делали замечания
К НАМ были строги и нетерпимы
У НАС были поверхностные отношения с родителем противоположного пола (ну пишем М или П)
МЫ старались отгородиться от переживаний
МЫ были очень чувствительны
МЫ скрывали свою чувствительность
МЫ старались казаться холодными и равнодушными
МЫ убеждали себя, что НАС ничего не касается
МЫ добивались справедливости любой ценой
МЫ стремились к совершенству
МЫ боялись набрать вес
МЫ были готовы на все, лишь бы не толстеть
МЫ были замкнуты
МЫ часто сжимали челюсти
НАС ценили за поступки, а не за НАС самих
МЫ были трудолюбивы
МЫ старались не иметь проблем
МЫ редко просили о помощи
МЫ предпочитали решать свои проблемы самостоятельно
НАМ не хватало времени
МЫ хотели, чтобы все было безупречно
МЫ скрывали свои чувства
МЫ не любили опоздания
МЫ тратили много времени на приготовления
МЫ боялись начальников и авторитетов
МЫ воспринимали задаваемые НАМ вопросы как допрос
МЫ ненавидели когда НАМ задают вопросы
МЫ терпеть не могли отвечать на вопросы
МЫ должны были быть уверены, что заслужили то, что получаем
МЫ отвергали незаслуженное
МЫ предпочитали потерять то, что получили незаслуженно
МЫ любили преувеличения
МЫ любили точные и правильные подробности
МЫ боялись ошибиться
МЫ боялись поступить неправильно
МЫ хотели быть уверены, что все делаем правильно
МЫ скрывали свои недостатки
МЫ жаждали совершенства во всем
МЫ требовали от себя слишком многого
МЫ не разрешали себе иметь недостатки
МЫ не хотели работать с недостатками, МЫ хотели быстро избавиться от них
МЫ были несправедливы к себе
МЫ легко краснели
МЫ стыдились своих поступков
МЫ стыдились того, что не сделали что-то
У НАС были проблемы с кожей
МЫ боялись сделать выбор
МЫ были вынуждены делать выбор
МЫ боялись принять неверное решение
МЫ не хотели делать выбор
МЫ сомневались в правильности решения
МЫ сделали выбор и продолжали сомневаться
МЫ контролировали себя
МЫ принуждали себя к работе
МЫ не могли расслабиться
МЫ чувствовали вину за то, что отдыхаем
МЫ оправдывались перед собой за отдых
МЫ не могли отдыхать, когда кто-то работает
МЫ работали через силу
МЫ работали до полного изнеможения
МЫ все делали сами
МЫ обвиняли себя
МЫ считали, что должны заслужить покупку
МЫ не могли купить себе что-то "просто так"
МЫ избавлялись от незаслуженных благ
МЫ считали, что удача - это несправедливо
Свернуть

Травма Покинутый
В связи с появлением нового младенца НАША мама была очень занятой и удивляла НАМ недостаточно внимания, ласки и любви, совсем оставила НАС. МЫ боялись что у НАС больше не будет прежней мамы.
• НАШИ родители были на работе и оставляли НАС одних на продолжительное время
• НАС разделяли с родителями какие либо обстоятельства, которые мы никак не могли изменить и МЫ считали, что это вызвано НАШИМ плохим поведением, желанием родителей избавиться от нас, Тем что мы надоели НАШИМ родителям
• Родители оставляли НАС под присмотром других родственников, отдавали в пионер лагеря, детские сады, ясли и еще куда либо, где мы не могли получить внимания НАШИХ родителей
• МЫ были предоставлены сами себе в связи с болезнью родителей, нехватке времени родителей из за работы или еще по каким либо причинам.
• МЫ испытывали эмоциональный голод (нехватку внимания, любви, ласки, нежности, понимания, сочувствия)
• МЫ нуждались в поддержке и не получали ее
• МЫ нуждались в поддержке и получали ее
• МЫ были уверены, что ничего не способны достичь без поддержки.
• НАМ казалось, что НАМ уделяют слишком мало внимания
• МЫ пытались каким либо способом привлечь к себе внимание, искали возможности почувствовать себя важными, желали получить поддержку.
• МЫ хотели быть уверенными в том, что если МЫ что-то сделаем не так, то кто-то обязательно выручит НАМ из беды
• МЫ стремились принять на себя обязанности кого либо из родителей по отношению к своим братьям (сестрам) или искали случая спасти кого-то, кого МЫ любили, от неприятностей.
• МЫ оказывали услуги другим людям и расчитывали на комплименты, на то что сможем почувствоввать себя важными, и либо получали это либо нет.
• МЫ испытывали потребность в поддержке других людей в любой форме.
• МЫ, пытаясь принять решение, обращались к другим людям, спрашивая их мнение и одобрение, т. к. нам было необходимо ощущение поддержки в наших решениях.
• МЫ воспринимали поддержку как помощь и любовь
• НАМ было необходимо чье либо присутствие для моральной поддержки
• Делая что-либо для других МЫ ожидали ответной привязанности
• МЫ воспринимали конец чего-то приятного, так, как будто НАС покинули
• НАМ приходилось принимать отказы других людей
• МЫ использовали манипуляции, капризы и шантаж, для того что бы не получить отказ
• МЫ считали, что если хорошо выполним свое дело сами, то никто больше не станет НАМИ заниматься, и тогда наступит изоляция, одиночество.
• НАС страшило одиночество
• МЫ были убеждены что справиться с одиночеством НАМ не по силам
• МЫ цеплялись за других людей, лишь бы получить их внимание
• МЫ прибегали к различным уловкам, лишь бы НАС любили, лишь бы МЫ не оставались одни.
• МЫ терпели что либо или кого либо, только из страха остаться одним.
• МЫ хотели требовать много внимания, но боялись делать это, т. к. это могло привести НАС к одиночеству
• НАС кто либо покидал, оставлял или мы считали что это так
• МЫ слышали слова "Оставлять", "Покидать", "один", "Не выношу", "поедают" и это вызывало у нас какие либо эмоции
• МЫ считали что слишком мало значим, что недостойны внимания другого человека
• МЫ считали, что дела другого человека, этому другому человеку важнее чем МЫ
• НАМ было трудно покинуть какое либо место или компанию
• МЫ грустили при мысли о разлуке
• МЫ переживали чувство печали осознанно или неосознанно
• МЫ искали общества других людей, что бы не чувствовать печали
• МЫ удалялись, оставляли человека, ситуацию, которые вызывали у НАС печаль и чувство одиночества.
• МЫ покидали кого либо
• МЫ думали о самоубийстве
• МЫ испытывали страх перед начальниками, властными и сильными людьми, людьми с повелительным голосом, властными манерами.
• МЫ были добрыми и приветливыми к другим людям, ожидая, что и они станут приветливыми и внимательными с нами
• НАМ казалось, что жизнь была бы несравненно лучше, если бы кто-нить другой был рядом
• МЫ бессознательно (или сознательно) отгораживались от того, кого так хотели бы видеть рядом с собой.
• МЫ не раскрывали свою душу, что бы принять людей, которых очень хотели видеть рядом из страха , что не выдержим контакта с ними. МЫ боялись эмоций, которые могли возникнуть в ответ на внимание этих людей
• МЫ препятствовали собственному счастью
• МЫ искали способ прекратить отношения, как только они становились слишком тесными.
• МЫ давали волю слезам
• МЫ обвиняли других лиц, бога за то что оставили нас.
• МЫ не замечали как часто оставляли других людей
• МЫ бросали начинания на пол пути
• МЫ отказывали другим во внимании
• НАС не приглашали на какую либо встречу или собрание, куда по всем соображениям, НАС должны были бы пригласить.
• МЫ физически цеплялись за любимого человека
• МЫ хотели завоевать общественное положение, должность, открывающую доступ к широкой аудитории, для того что бы привлечь к себе внимание.
• МЫ отождествляли (сливались) с другими людьми и считали себя ответственными за их счастье или несчастье и считали их ответственными за НАШИ беды и радости.
• МЫ чувствовали эмоции других людей и поддавались их наплыву
• МЫ испытывали страх смерти
• МЫ считали себя неспособными перенести перемены в кокой бы то ни было сфере, поскольку для нас это представлялось символической смертью
• МЫ переходили от детства к юности, от юности к зрелости, от холостой жизни к супружеской и наооборот, меняли работу, переезжали, переживали несчастные случаи, разводы, рождение и смерть близких людей и т.п.
• МЫ Боялись безумия
• МЫ добивались того, что бы другие давали почувствовать НАМ себя нужными. Что бы с нами считались. Не могли в это поверить САМИ.
• МЫ хотели быть независимыми или считали себя таковыми
• МЫ не хотели иметь ребенка, считая что лишимся независимости или что ребенок отнимет у нас внимание НАШЕЙ женщины
• МЫ использовали секс для того что бы сильнее привязать к себе человека
• МЫ не хотели ничего оставлять в тарелке из которой ели
• МЫ брали больше чем нам следовали и отдавали с большим трудом
• МЫ испытывали состояние семейной неудовлетворенности
• МЫ боялись будущего, боялись встречать будущее в одиночку
• МЫ мешали себе быть самим собой, блокировали свое "Я есть" . Слишком суетились, прибегали к всевозможным ухищрениям, лишь бы быть тем, кем НАС хотят видеть другие. Жили в тени людей, которые НАС любили.
• МЫ Злились на НАШИХ родителей

Все эпизоды прошлого (как в этой, так и в прошлых жизнях) и будущего (как в этой, так и в будущих жизнях) а так же в промежутках между ними, когда МЫ видели, слышали, читали или как нибудь по другому воспринимали то что другие испытывают вышеописанный материал.

Все эпизоды прошлого (как в этой, так и в прошлых жизнях) и будущего (как в этой, так и в будущих жизнях) а так же в промежутках между ними, когда МЫ получали воспитание и обучение на тему вышеописанного материала.

--------------------------------------------------------------------------------
Изменил(а) Flyberg, 27-08-2008 23:02
Vitalik
Пользователь

Сообщений: 75

Протоколов: 8 #2 Опубликовано 25-03-2010 00:37

--------------------------------------------------------------------------------

Дописывал свой материал с этому.


ВЕРХ
________________________________
1. Все эпизоды прошлого (как в этой, так и в прошлых жизнях), будущего
(как в этой, так и в будущих жизнях), когда:

• В связи с появлением нового младенца НАША мама была очень занятой и удивляла НАМ недостаточно внимания, ласки и любви, совсем оставила НАС.
• МЫ боялись что у НАС больше не будет прежней мамы.
• Мама пугала нас тем что «я не мама»
• Мама кидала нас
• Мама уходила от нас
• Мама уделяла больше внимания нашему папе чем нам
• Мама уделяла больше внимания нашему дедушке чем нам
• Мама уделяла больше внимания нашей бабушке чем НАМ
• Мама уделяла больше внимания себе чем НАМ
• Мама уделяла больше внимания нашим друзьям чем нам
• Мама больше внимания уделяла своим подругам чем нам
• Мама уделяла больше внимания каким-либо делам, вещам, занятиям, телевизору, кухне, уборке, стирке, чем нам
• Мама прогоняла НАС, когда не хотела уделять нам внимания
• Мама прогоняла нам когда была занята
• Мама не играла с нами когда мы этого просили
• Мама с нами мало играла, а потом уходила
• Бабушка уделяла больше внимания нашему папе чем нам
• Бабушка уделяла больше внимания нашему дедушке чем нам
• Бабушка уделяла больше внимания нашей маме чем НАМ
• Бабушка уделяла больше внимания себе чем НАМ
• Бабушка уделяла больше внимания нашим друзьям чем нам
• Бабушка больше внимания уделяла своим подругам чем нам
• Бабушка уделяла больше внимания каким-либо делам, вещам, занятиям, телевизору, кухне, уборке, стирке, чем нам
• Бабушка прогоняла НАС, когда не хотела уделять нам внимания
• Бабушка прогоняла нам когда была занята
• Бабушка не играла с нами когда мы этого просили
• Бабушка с нами мало играла, а потом уходила
• Папа уделял больше внимания нашей маме чем нам
• Папа уделял больше внимания нашему дедушке чем нам
• Папа уделял больше внимания нашей бабушке чем НАМ
• Папа уделял больше внимания себе чем НАМ
• Папа уделял больше внимания нашим друзьям чем нам
• Папа уделял больше внимания каким-либо делам, вещам, занятиям, телевизору, кухне, уборке, стирке, машине, работе, чему-либо еще чем нам
• Папа прогонял НАС, когда не хотел уделять нам внимания
• Папа прогонял нам, когда была занят
• Папа не играл с нами, когда мы этого просили
• Папа с нами мало играл, а потом уходил
• Дедушка уделял больше внимания нашей маме, чем нам
• Дедушка уделял больше внимания нашему папе, чем нам
• Дедушка уделял больше внимания нашей бабушке, чем НАМ
• Дедушка уделял больше внимания себе, чем НАМ
• Дедушка уделял больше внимания нашим друзьям, чем нам
• Дедушка уделял больше внимания каким-либо делам, вещам, занятиям, телевизору, кухне, уборке, стирке, машине, работе, чему-либо еще чем нам
• Дедушка прогонял НАС, когда не хотел уделять нам внимания
• Дедушка прогонял нам когда была занят
• Дедушка не играл с нами когда мы этого просили
• Дедушка с нами мало играл, а потом уходил
• Наши родители оставляли нас на попечение своих друзей
• Мы оставались на ночь переночевать у чужих без родителей
• Мы ночевали не дома
• НАШИ друзья нас покидали
• Мы становились неинтересны нашим друзьям
• Мы были неинтересны нашим друзьям
• Мы пытались вернуть внимание и интерес наших друзей и у нас получалось
• Мы пытались вернуть внимание и интерес наших друзей и у нас не получалось
• Наши друзья начинали дружить с другими
• Наши друзья общались с другими так же как с нами
• Наши друзья на нас просто не обращали внимания
• Когда мы начинали говорить и как-то вести себя мы видели как все тухнут и им неинтересно
• Когда мы начинали говорить и как-то вести себя мы видели как все пугаются нашего интеллекта
• Мы хотели найти идеального друга
• Мы воображали каким будет наш идеальный друг
• У нас не было друзей
• Нас часто покидали друзья
• Мы уже боялись как-то раскрываться, т.к. наперед знали что через некоторое время из-за этого к нам потеряют интерес
• НАШИ и/или чужие друзья/знакомые/сверстники/ровесники/родственники/ одногрупники/одноклассники явно или неявно отказывались/не хотели гулять с нами
• НАШИ и/или чужие друзья/знакомые/сверстники/ровесники/родственники/ одногрупники/одноклассники друзья явно или неявно отказывались/не хотели играть с нами
• Наша мама уходила на работу
• Наша бабушка уходила на работу
• Наш папа уходил на работу
• Наш дедушка уходил на работу
• Мы ждали бабушку с работы
• Мы ждали маму с работы
• Мы ждали папу с работа
• Мы ждали дедушку с работы
• Мы не дожидались маму с работы
• Мы не дожидались бабушку с работа
• Мы не дожидались папу с работы
• Мы не дожидались дедушку с работы
• У нас была истерика, почему бабушка так долго не возвращается с работы
• Мы просили бабушку не уходить на работу
• Бабушка нам отказывала, отговаривалась, успокаивала, что уйдет на работу, но обязательно вернется
• Мы не знали, куда себя деть и что делать пока бабушка на работе
• Мы переживали за бабушку, когда она была на работе
• Мы не хотели отпускать бабушку на работу
• Мы видели, как бабушка обсуждает с кем-то/ с родными пойти ей на работу или нет из-за нас
• Мы ничего не могли сделать, чтобы бабушка не шла на работу, а оставалась с нами
• Нам было ужасно плохо от этого
• Нам было страшно, мы боялись мира пока бабушка еще не вернулась с работы
• Мы боялись, что бабушка умрет
• У нас был ужас от этого
• Мы рыдали
• Мы хотели идти спасать бабушку, но нам не давали, а заставляли ждать
• Бабушка возвращалась с опозданием с работы
• Мы были на скорой
• Мама уезжала по вызову
• Мы лежали одни на скорой в палате
• Мы были одни с чужими людьми на скорой без мамы
• Мама куда-то уходила на скорой оставляя нас одних
• Мы сидели с другими тетями в аппаратной, либо на кухне, либо еще где, ожидая маму
• Мы просыпались на скорой а мамы не было нигде
• Мы искали маму на скорой
• Мы спрашивали у всех где мама а никто не знал
• Мы спрашивали у всех где мама а нам говорила что она уехала на вызов
• Мы засыпали на скорой одни без мамы
• Мы были на скорой под присмотром какой-либо маминой подруги
• Мы ели в столовой на скорой
• Мы разговаривали с чужими людьми на скорой
• Нам было одиноко и страшно без мамы на скорой
• Мы оставались в детском садике
• Родители слишком поздно приходили за нами в дет.садик
• Мама слишком поздно приходила за нами в дет.садик
• папа слишком поздно приходил за нами в дет.садик
• бабушка слишком поздно приходила за нами в дет.садик
• дедушка слишком поздно приходил за нами в дет.садик
• Всех детей разбирали родители, а мы оставались одни
• Всех детей уже разбирали родители, а за нами все никак не приходили
• Воспитательница волновалась за нас, наших родителей, когда они за нами все не шли
• Мы видели, как воспитательница переживает за НАС, что мы уже остались одни и нас не забирают
• Воспитательница нас успокаивала, что родители скоро придут и заберут нас
• Мы переживали, почему за нами не идут родители
• Мы переживали и боялись остаться одни в дет.саде
• Мы переживали и боялись быть брошенными на улице, когда детский садик закроется
• Наша воспитательница звонила нашим родителям, чтобы они нас поскорее забрали
• Наша воспитательница звонила нашим родителям на работу, домой, куда-либо еще чтобы они нас поскорее забрали но они не приходили
• В дет.саде было уже темно и пусто а мы оставались с еще некоторыми детьми и воспитательницей
• В дет.саде было уже темно и пусто, а мы оставались одни с воспитательницей
• Мы плакали, что за нами не идут
• Мы рыдали, что за нами не идут, а воспитательница успокаивала нас
• Мы думали что мы уже никому не нужны
• Мы чувствовали себя одиноко
• Мы играли в конструктор, игрушки чтобы как-то отвлечься, подавить рыдания
• Мы не рыдали, но чувствовали что вот вот ком в горле и больно и одиноко.
• Недоумение в чем дело
• Мы боялись остаться в детском садике одни
• Мы не хотели оставаться в дет.саде одни
• Мы не хотели чтобы нас забирали из дет.сада последними
• Мы хотели чтобы наши родители забрали нас по раньше
• Мы просили наших родителей забрать нас пораньше
• Детей в дет.саде разбирали на половину или больше/меньше и мы сразу начинали беспокоиться как бы мы снова не остались до последнего
• Наши родители уезжали по делам оставляя нас дома одного
• Мы приходили домой с улицы а дома никого не было и, соответственно, нам никто не открывал
• Мы начинали искать родителей: ходили на вторую квартиру, на работу, к знакомым, к друзьям, спрашивали их/кого-либо где наши родители, видели ли они их
• Мы не находили наших родителей
• Мы не знали куда делись наши родители
• Нам казалось что они не вернуться
• Нам казалось что они не любят нас и бросили нас, ушли от нас, либо они умерли где-то
• Мы оставались одни на улице
• Мы ждали на улице, во дворе, возле подъезда, возле двери, когда наши родители вернуться
• Было уже темно и страшно, одиноко а родители все не приходили
• Мы вдруг внезапно узнавали что наших родителей нигде нет и впадали в рыдания и горе. Мы чувствовали себя одинокими и покинутыми. Пропащими. Наши родители умерли наверное. Мы не знали что нам делать. Ведь нас теперь никто не любит. Нас обуревал страхи ужас, что теперь это никогда не вернётся
• Мы боялись окружающего мира, улиц, дальних дворов, темноты, вечера и т.п. без родителей
• Мы хотели попасть в безопасный дом, но мамы с папой не было и мы не могли туда попасть
• Мы боялись, чтобы родители куда-то ушли
• Мы боялись оставаться на улице, когда родители куда-то уходят
• Мы играли на улице и видели что мама и ли папа или они вместе куда-то уходят и нам было тревожно
• Мы играли на улице и видели что мама и ли папа или они вместе куда-то уходят и мы бежали чтобы пойти с ними, но они отговаривали нас и наказывали оставаться во дворе
• Мы ходили в больницу/поликлинику
• Мы лежали в стационаре
• Мы лежали в палате и с другими детьми и взрослыми
• Мы отчаянно хотели домой
• Мы хотели увидеть маму, папу
• Мы хотели поскорее вернуться
• Боялись, что нас побьют и невзлюбят
• Чувствовали себя незащищенными, покинутыми, одинокими, брошенными
• Просили соседского мальчика с палаты о защите и он обещал ее нам
• Ждали, когда придет мама, папа
• Они приходили и нам так не хотелось, чтобы они уходили
• Они приходили и когда они уходил нам было так тяжко и мы плакали
• Они приходили и мы надевали маску скрывая наши чувства покинутости, одиночества и т.п.
• Считали дни до выпуска
• Ночью в палате нам было душевно еще хуже и мы плакали в подушку
• Мы ходили по пустынной больнице
• Мы ходили по вечерней, ночной больнице
• Мы ходили по территории больницы
• Мы искали защиту и кого-либо в больнице чтобы чувствовать себя легче и безопаснее
• Мы находили этого человека (пацан, девочка с картами, женщина - соседка по койке и т.п.)
• Мы боялись выйти из нашей палаты
• Мы просили папу, маму быть с нами в больнице и она соглашалась
• Папа, мама была с нами в больнице, а потом она уходила
• Мы просили папу, маму быть с нами в больнице и она отказывала нам по любым причинам
• Родители оставляли нас один на один с чужими людьми на длит. время: в дет.саде, в больнице, на работе и т.п.
• Мы спрашивали чужих людей, где мама или папа и они отвечали нам
• Мы чувствовали как чужим людям наплевать на нас и мы одиноки
• Мы болели
• Мы болели и лежали, а мама куда-то уходила
• Мама долго не возвращалась
• Мама вообще куда-то уходила и долго не возвращалась
• Мы болели и лежали, засыпали, а когда просыпались с нами не было рядом мамы
• Мы звали маму, а она не откликалась
• Мы засыпали с мамой, а просыпались без мамы
• Мы боялись засыпать одни
• Мы боялись засыпать без света
• Мы просили маму/папу/дедушку/бабушку/кого-либо быть с нами, когда мы спим и они соглашались
• Мы просили маму/папу/дедушку/бабушку/кого-либо быть с нами, когда мы спим и они отказывали нам
• Мы засыпали одни
• Мы тихо плакали в подушку, про себя от того, что засыпаем одни
• Нам было жутко спать одним
• Мы слышали как бегают крысы, мыши, бабайки, пакепа, домовой, кто-либо еще по квартире/нашей комнате в темноте а мы одни в кроватке
• Нам казалось, что кто-то есть в комнате кроме нас, а мы одни в кроватке
• Мы прятались под одеяло
• Мы выдумывали всякие причины, лишь бы мама/папа/деда/ба были с нами
• Мама уходила на кухню/в другую комнату и закрывала дверь и мы оставались одни в комнате, в том числе когда спали
• Мы просыпались ночью и было темно и тихо и нам казалось, что мама с папой куда-то пропали. Мы были в ужасе от этого!!!
• Мы просыпались ночью и оказывалось что мамы и папы нигде нет. Мы впадали в истерику и панику. Нам не хотелось жить. Мы рыдали. Маму и папу кто-то похитил. Они ушли и больше никогда не вернуться. Я один. Страх одиночества. Ужас и рыдания.
• А потом они пришли и успокаивали нас. Они были напряжены. Висела напряженная обманчивая атмосфера. Мы это чувствовали.
• Мы не хотели засыпать, чтобы мама с папой опять не исчезали
• Мы боялись что если мы заснем а потом проснемся мамы и папы снова не будет
• Мы боялись их потерять таким образом на всегда
• Мы не могли заснуть ночью
• Мы не могли заснуть днем
• Нам казалось что НАШИ родители не любят нас
• Нам казалось что НАШИ родители хотят избавиться от нас
• Нам казалось что НАШИ родители пропали
• Нам казалось что НАШИ родители не вернуться
• Нам казалось что НАШИ родители убежали
• Нам казалось что НАШИ родители кинули нас
• Нам казалось что НАШИ родители бросили нас
• Нам казалось что НАШИ родители ушли
• Нам казалось что НАШИ родители скрываются от нас
• Нам казалось что НАШИ родители потеряли нас
• Нам казалось что НАШИ родители заперли нас одного навсегда
• Нам казалось что НАШИ родители бросили нас умирать
• Нам казалось что НАШИ родители не наши родители
• Нам казалось что НАШИХ родителей убили а НАС обманывают
• Нам казалось что НАШИ родители на самом деле чужие
• Нам казалось что НАШИ родители ужасны
• Нам казалось что МЫ не нужны нашим родителям
• Нам казалось что МЫ напрягаем НАШИХ родителей
• Нам казалось что МЫ раздражаем НАШИХ родителей
• Нам казалось что МЫ мешаем нашим родителям
• Нам казалось что МЫ одиноки
• Нам казалось что МЫ потерянны
• Нам казалось что МЫ пропали
• Нам казалось что МЫ умрем без родителей
• Мы чувствовали себя никому не нужными
• Мы чувствовали себя покинутыми
• Мы чувствовали что родителям нет до нас дела
• Мы чувствовали что никому нет до нас дела
• Мы обращались к родителям, просили их о чем-то, но получали отказы, невнимание, а потом до нас резко доходило, что мы им не нужны, что они заняты и им не до нас
• Мы так хорошо общались, играли с мамой, папой, дедушкой, бабушкой, но потом что-то происходило/кто-то звонил/кто-то приходил и т.п. и она сразу переключали внимание на это, теряли интерес к нам, игре с нами, уходили от нас, а если мы пытались их вернуть, они нас отшивали и мы не могли понять в чем дело, нам было обидно и больно
• Мы чувствовали, что НАШИМ друзьям, собеседникам, знакомым, девушкам, кому-либо еще нет до нас никакого дела
• Наш папа был пьяный, а мама была на работе и мы нуждались в помощи, нам было страшно, но не знали, кто нам мог бы помочь, мы не знали к кому обратиться
• Мы уходили к Диме Хрущу ночевать и спали с ним. Нам было плохо от этого
• Наша мама болела
• Наша мама лежала больная на кровати и не играла с нами, не ходила по дому/квартире
• Мама не защищала нас от гнева нашего отца
• Мама не защищала нас от чужого гнева
• Папа не защищал нас от гнева мамы
• Папа не защищал нас от чужого гнева
• Мама не хотела разговаривать с нами
• Папа не хотел разговаривать с нами
• Мама была очень занята и ей было не до нас
• Папа был очень занят и ему было не до нас
• Нам приказывали спать родители и уходили в свою комнату
• Когда ночью мы приходили к ним от одиночества и страха они орали на нас и не понимали нас, наших потребностей в них
• Нам не хватало внимания родителей
• Нам не хватало любви родителей
• Нам не хватало ласки родителей
• Нам не хватало заботы родителей
• Нам не хватало поддержки родителей
• Нам не хватало одобрения родителей
• Нам не хватало защиты родителей
• Наши родители нас не защищали
• Наши родители нам не помогали
• МЫ просили поддержку и не получали ее
• МЫ просили поддержку а получали лишь насмешки стисняющихся друзей
• МЫ просили поддержки у группы людей но все молчали
• Мы просили поддержки у группы людей но все отстранялись
• Мы просили поддержки у родителей но они нас лишь ругали за проблему, в которой нам нужна эта поддержка
• Мы просили поддержки у родителей, но они требовали от нас решить ее самим
• Мы подражали кому-либо в поведении, мышлении, манере говорить, манере шутить, учебе, спорте, жизни и т.п.
• Мы нуждались в сильном и верному, преданном друге
• Друзья нас покидали
• Мы становились неинтересны друзьям
• Мы видели как постепенно у людей пропадает интерес к нам
• Дима бежал к маме с только что выменянной битой, а мы упали. Он забыл от радости нас и бежал к маме.
• Мама с папой уезжали и оставляли нас жить у бабушки и дедушки
• Мы жили у бабушки с дедушкой в гостях без мамы и папы
• Мама с папой объясняли нам, что они уедут и оставят нас жить у бабушки с дедушкой в гостях без них некоторое время
• Мы хотели их отговорить, чтобы они остались, но ничего не получилось
• Нам было плохо от этого
• Мы скучали по маме с папой
• Мама с папой уходили и нам приходилось ложиться спать одним
• Нам приходилось спать в чужих местах/не дома
• Наша мама разбиралась, ругалась с папой
• Наша бабушка разбиралась, ругалась с дедушкой
• Нам приходилось общаться с чужими дядями и тётями
• Наша мама или папа уходили из дома
• Наша бабушка или дедушка уходили из дома
• Во время семейных ссор нас куда-либо уводили, прятали
• Во время семейных ссор наши родители не разговаривали с нами
• Мы боялись потерять одного из родителей
• Мы в чем-либо провинились и нас прогоняли родители
• Родители кричали на НАС
• Мама развелась с папой
• Мы жили с дедушкой и бабушкой, а мама жила отдельно. Мама только приезжала навестить нас. По сути, мы жили без мамы.
• Мы жили без папы.
• Папа прилетал к нам раз в год, а потом и вообще не прилетал.
• Мы чувствовали что отцу пофиг на нас, но не признавались себе в этом
• Мы чувствовали себя покинутыми родителями
• Мама говорила, что скоро она будет жить одна без нас и оставит нас жить с бабушкой и душкой
• Мы уходили из дома, чтобы не участвовать в разводных разборках, когда приезжал папа
• Мама и папа рассказывали нам о самостоятельной отдельной жизни
• Дедушка и бабушка рассказывали нам о самостоятельной отдельной жизни
• Мы боялись жить одни, самостоятельно
• Мы капризничали и мама, манипулируя нами, уходила от нас, бросая одного, а мы боялись и бежали за ней
• Мама, либо папа, либо деда, либо ба гуляла с нами и куда-то заходила, оставляя нас ждать на улице и долго не возвращалась и мы начинали волноваться
• А потом когда она выходила мы не могли успокоиться ил с трудом сдерживались
• Нас не забирали из школы
• Нас поздно забирали из школы
• От нас требовали самим ехать в школу
• От нас требовали самим возвращаться из школы
• Мы сами ехали в школу
• Мы сами ехали из школы
• Мама, либо папа, либо деда, либо ба не приходила/опаздывала на праздник, какое-либо мероприятие на котором были мы. Мы видели, что все с родителями, а мы одиноки без родителей
• Мы приходили домой и в нем не было родителей
• Мы приходили куда-либо и там не было никого
• Мы опаздывали на какое-либо мероприятие, сборы, приезжали, а там уже никого не было или почти никого
• Мы звонили друзьям, знакомым, согрупникам, одноклассникам, девушкам, подругам, кому-либо еще, а у них было занято или недоступно или они не брали и мы думали, что они где-то там с кем-то гуляют, отрываются а мы сидим дома и чувствовали себя брошенными, никому не нужными, покинутыми
• У кого-либо не было на нас времени
• Нам не хватало чувств, эмоций, мы чувствовали их невосполненность
• Нам не хватало любви, внимания, ласки, нежности, уважения, заботы
• Мы пытались добиться от кого-то любви, внимания, ласки, нежности, уважения, заботы любыми способами и у нас это получалось
• Мы пытались добиться от кого-то любви, внимания, ласки, нежности, уважения, заботы любыми способами и у нас это не получалось
• Нам никто не звонил, не слал СМС, не писал, не писал на почту, вконтакте, в агенте, ICQ и т.п., а мы в этом нуждались
• Мы проверяли почту, заходили на страницу, в агент, в Асю, смотрели на мобильный, но ничего не было
• Мы сами писали кому-либо чтобы получить хоть какое-либо внимание, но нам тупо не отвечали…. Блять это так бесило и раскатывало по полу
• Мы сами кому-либо звонили, пытались сделать вид веселого, живого и не нуждающегося во внимании, но человеку, по нашему мнению, все-равно не было до нас никакого дела, общение быстро тухло и мы прощались
• Мы сами кому-либо звонили, пытались сделать вид веселого, живого и не нуждающегося во внимании, и пытались назначить гулянку, встречу, свиданку, но получали отмазы, отказы, несбыточные обещания
• Наши друзья рассказывали как они веселились без НАС
• НАШИ друзья забывали взять НАС с собой куда-либо
• НАШИ друзья обещали взять НАС с собой куда-либо, но потом отменяли встречу
• Мы видели как наши друзья, знакомые вместе играют, гуляют выселяться и никто из них не позвал нас
• Мы думали, догадывались, предполагали и верили нашим предположениям как наши друзья, знакомые вместе играют, гуляют выселяться, пока мы одни/сидим дома и никто из них не позвал нас
• Мы брались за какое-либо дело и нам помогали
• Мы брались за какое-либо дело и нам не помогали, мы делали его одни и чувствовали нашу покинутость и нужду в поддержке
• Мы общались с людьми и неосознанно ждали, что нас покинут и это сильное переживание выдывали НАШИ большие глаза и мимика нуждающегося как у Миши
• Мы видели Мишу как он смотрит большими глазами с нуждающейся мимикой
• Мы видели Мишу как он смотрит большими глазами с нуждающейся мимикой и уделили этому наше внимание
• У НАС была слабость
• У НАС был сильно пониженный тонус мышц
• НАШИ мышцы легко и быстро сдавались под нагрузками
• Когда МЫ испытывали физические, умственные, психические нагрузки сначала у нас в груди, в сердце что-то сдавалось, давало слабину, слабость, потом сдавалась НАША воля потом сразу и тело (все это за 0,5-3 секунды)
• Мы не могли долго выдерживать физ.нагрузки
• МЫ быстро «выдыхались»
• После нагрузки нам сразу требовался отдых, полежать, отдохнуть, расслабиться у нас в душе все ныло и бунтовало
• Мы сутулились
• Мы сильно сутулились
• Нам очень тяжело было держать спину прямой
• Мы старались держать спину прямой но чуть что НАС неимоверной силой сгибало даже против нашей силы воли
• У нас не было сил
• Мы были обессилены
• Нам не хватало сил даже говорить
• По утрам мы просыпались совершенно разбитыми
• В груди в душе мы чувствовали слабость (что-то похожее на вакуум и большого объема) , которую мы даже сознательно никакими ухищрениями не могли исправить, вплоть до того, что били себя в грудь в сердце кулаком и нам на пару секунд становилось легче, но не более того
• Мы пытались привлечь к нам внимание
• Мы привлекали к нам внимание
• У нас не получалось привлекать к нам внимание
• Мы боялись быть покинутыми снова кем-либо
• Мы отстранялись от других чтобы привлечь к нам внимание
• Мы играли покинутого, чтобы нас пожалели
• Мы специально уходили, чтобы за нами шли, т.е. проявляли внимание к НАМ
• Мы делали все, что угодно, шли на уступки, принижались, лишь бы нас не кинули, не оставили в группе друзей, коллективе, один друг, родители
• Нам казалось, что кому-либо уделяют больше внимания чем нам
• В коллективе нам казалось, что кому-либо уделяют больше внимания чем нам
• Нам не нравилось, что кому-либо из коллектива уделяют больше внимания чем нам
• Мы всячески старались перетянуть на себя первенство во внимании в коллективе к нам от другого
• Мы сами создавали себе проблемы психического, мировоззренческого характера, чтобы привлечь к себе НАШЕ или чужое внимание
• Мы сами создавали с человеком конфликты, чтобы привлечь его внимание
• Мы сами создавали с человеком конфликты, чтобы еще больше привлечь внимание
• Мы использовали конфликтные ситуации с человеком, чтобы привлечь его внимание или еще больше привлечь его внимание
• Мы замещали недостаток чужого внимание своим, т.е. начинали самолюбоваться, сами себе что-то рассказывать и сами собой восхищаться
• Мудрицкая С.В. не хотела заниматься НАМИ
• Мудрицкая С.В. отказывалась заниматься с НАМИ т.к. МЫ не готовы
• Кто-либо отказывал НАМ в занятии, т.к. МЫ не были готовы
• Кто-либо отказывал НАМ во внимании, заботе, работе над НАМИ, т.к. МЫ не было к этому готовы, либо по их мнению не заслужили этого/не доросли до этого/не достойны этого и т.п.
• Мы общались нормально, хорошо с человеком и рассчитывали, на такие же отношения с ним потом, завтра и дальше
• С НАМИ кто-либо вчера общался нормально, а на сегодня не обращал на НАС внимания, а МЫ ждали продолжения отношений
• МЫ не могли понять почему так
• МЫ хотели понять почему так
• МЫ пытались понять почему так
• МЫ искали причины почему так и не находили их
• Мы искали причины почему так и находили их в НАС
• Мы упрекали НАС в неграмотном поведении, отношении, словах и т.п. и считали что из-за таких НАШИХ действий человек познал НАС, разочаровался в НАС, высосал до дна, открыл полностью, увидел НАШИ плохие стороны, получил что нужно от НАС и МЫ ему больше не интересны
• МЫ любым образом винили НАС в том, что кто-либо теперь не общается с НАМИ
• Мы боялись потерять достигнутые хорошие отношения с каким-либо человеком
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще понимание и получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще понимание и не получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще любовь и получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще любовь и не получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще внимание и получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще внимание и не получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще заботу и получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще заботу и не получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще поддержку и получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще и не получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще одобрение и не получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще одобрение и получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще уважение НАС, потакание, подражание НАМ и получали это
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще уважение НАС, потакание, подражание НАМ и не получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще признания и получали это
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще признания и не получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще авторитет и получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще авторитет и не получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще психическую, эмоциональную, физическую и другую защиту и получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще психическую, эмоциональную, физическую и другую защиту и не получали её
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще общение, больше общения и получали его
• Мы хотели, требовали, пытались получить от мамы, папы, дедушки, бабушки, Жени, Антона, Миши, Ромы, кого-либо еще общения, больше общения и не получали его
• Нам не хватало общения с кем-либо
• Нам не хватало внимания от кого-либо
• НАМ не хватало чьей-либо поддержки
• Нам не хватало чьей-либо заботы
• НАМ не хватало чьего-либо понимания
• Нам не хватало чьей-либо любви
• Нам не хватало чьего-либо одобрения
• Нам не хватало чьего-либо уважения НАС, потакания, подражания НАМ
• Нам не хватало признания НАС, НАШИХ заслуг кем-либо
• Нам не хватало авторитета в чьих-либо глазах
• Нам не хватало психической, эмоциональной, физической и другой защиты
• Нам не хватало общения, больше общения с кем-либо
• Прежде чем начать что-либо делать МЫ хотели посоветоваться с кем-либо
• Прежде чем начать что-либо сделать МЫ хотели внимания кого-либо к НАШЕМУ делу
• Мы привлекали чье-либо внимание к тому, что МЫ делаем
• Мы не могли делать что-либо без чьего-либо внимания к этому
• Даже если МЫ что-либо делали в одиночку, без свидетелей, то потом МЫ про это рассказывали кому-либо
• Мы хвастались перед кем-либо тем, что МЫ делаем, чем заняты, НАМИ, НАШИМИ успехами, НАШЕЙ правильностью, правильностью НАШИХ дел и чем-либо еще
• Мы старались решать проблему сообща с кем-либо
• Мы советовались с кем-либо в проблеме
• Мы рассказывали кому-либо про НАС, НАШИ дела, НАШИ занятия, увлечения, проблемы и т.п.
• Мы надеялись на полемику об этому
• Мы привыкли встречать полемику при рассказе наших дел
• Мы делились с кем-либо НАШИМИ успехами, делами, знаниями, достижениями, открытиями и т.п. а НАС хаили, не понимали, говорили, что это не важно и что они это знали, что это фигня, дерьмо, что это неинтересно, что это плохо или демонстрировали это своим видом
• Папа уходил на работу и МЫ оставались с мамой
• Мама уходила на работу и МЫ оставались с папой
• Бабушка уходила на работу и МЫ оставались с дедушкой
• Дедушка уходил на работу и МЫ оставались с бабушкой
• МЫ уходили из дома с одним уз родителей по делам: гулять, в дет.сад., в школу и т.п.
• МЫ уходили из общественных зданий с одним из родителей, оставляя там другого: из почты, магазина, от гостей, из скорой помощи, из больницы и т.п.
• Родители, кто-либо запугивали НАС/угрожали выгнать НАС из дома
• Родители, кто-либо запугивали НАС/угрожали бросить НАС на улице
• Родители, кто-либо запугивали НАС/угрожали оставить без любви, ласки, заботы, внимания, защиты, одобрения, еды, подарков, вещей, игрушек, сладостей, дорогих НАМ вещей и т.п.
• Родители, кто-либо запугивали НАС/угрожали убраться в нашей комнате, шкафу, полках, вещах
• Родители, кто-либо запугивали НАС/угрожали разрушить, убрать НАШИ игрушки, домики, постройки и т.п.

• НАШИ родители были на работе и оставляли НАС одних на продолжительное время
• НАС разделяли с родителями, какие либо обстоятельства, которые мы никак не могли изменить и МЫ считали, что это вызвано НАШИМ плохим поведением, желанием родителей избавиться от нас, Тем что мы надоели НАШИМ родителям
• Родители оставляли НАС под присмотром других родственников, отдавали в пионер лагеря, детские сады, ясли и еще куда либо, где мы не могли получить внимания НАШИХ родителей
• МЫ были предоставлены сами себе в связи с болезнью родителей, нехватке времени родителей из-за работы или еще по каким либо причинам.
• МЫ испытывали эмоциональный голод (нехватку внимания, любви, ласки, нежности, понимания, сочувствия)
• МЫ нуждались в поддержке и не получали ее
• МЫ нуждались в поддержке и получали ее
• МЫ были уверены, что ничего не способны достичь без поддержки.
• НАМ казалось, что НАМ уделяют слишком мало внимания
• МЫ пытались каким либо способом привлечь к себе внимание, искали возможности почувствовать себя важными, желали получить поддержку.
• МЫ хотели быть уверенными в том, что если МЫ что-то сделаем не так, то кто-то обязательно выручит НАМ из беды
• МЫ стремились принять на себя обязанности кого либо из родителей по отношению к своим братьям (сестрам) или искали случая спасти кого-то, кого МЫ любили, от неприятностей.
• МЫ оказывали услуги другим людям и расчитывали на комплименты, на то что сможем почувствоввать себя важными, и либо получали это либо нет.
• МЫ испытывали потребность в поддержке других людей в любой форме.
• МЫ, пытаясь принять решение, обращались к другим людям, спрашивая их мнение и одобрение, т. к. нам было необходимо ощущение поддержки в наших решениях.
• МЫ воспринимали поддержку как помощь и любовь
• НАМ было необходимо чье либо присутствие для моральной поддержки
• Делая что-либо для других МЫ ожидали ответной привязанности
• МЫ воспринимали конец чего-то приятного, так, как будто НАС покинули
• НАМ приходилось принимать отказы других людей
• МЫ использовали манипуляции, капризы и шантаж, для того что бы не получить отказ
• МЫ считали, что если хорошо выполним свое дело сами, то никто больше не станет НАМИ заниматься, и тогда наступит изоляция, одиночество.
• НАС страшило одиночество
• МЫ были убеждены что справиться с одиночеством НАМ не по силам
•мы видели доказательства что не можем справиться с одиночеством самостоятельно как то: мы не могли организовать нашу тусу, за нами никто не шел, нас никто не слушал, у нас ничего не было и т.п.
• Мы решили примкнуть к кому-либо чтобы не быть одиноким
• Мы шли на уступки, чтобы НАС только не оставляли, любили
• Мы не хотели терять всеобщую любовь и внимание
• Мы болезненно воспринимали, когда все шли, велись за кем-либо другим а не за нами
• Мы радовались, когда все велись, шли за НАМИ
• Мы получали силы, уверенность в НАС, когда все шли, велись за нами
• МЫ радовались, веселились, испытывали подъем сил и энтузиазма, когда все шли, велись за НАМИ
• для НАС общее внимание было всем
• мы замечали, что постепенно теряем всеобщее внимание и любовь
• мы тягостно переживали, что теряем всеобщую любовь и внимание
• мы испытывали потребность с кем-либо поделиться НАШИМИ впечатлениями, переживаниями, эмоциями, радостью, успехами, гордостью и т.п. и не было с кем
• МЫ цеплялись за других людей, лишь бы получить их внимание
• МЫ прибегали к различным уловкам, лишь бы НАС любили, лишь бы МЫ не оставались одни.
• МЫ терпели что либо или кого либо, только из страха остаться одним.
• МЫ хотели требовать много внимания, но боялись делать это, т. к. это могло привести НАС к одиночеству
• НАС кто либо покидал, оставлял или мы считали что это так
• МЫ слышали слова "Оставлять", "Покидать", "один", "Не выношу", "поедают" и это вызывало у нас какие либо эмоции
• МЫ считали что слишком мало значим, что недостойны внимания другого человека
• МЫ считали, что дела другого человека, этому другому человеку важнее чем МЫ
• НАМ было трудно покинуть какое либо место или компанию
• МЫ грустили при мысли о разлуке
• МЫ переживали чувство печали осознанно или неосознанно
• МЫ искали общества других людей, что бы не чувствовать печали
• МЫ удалялись, оставляли человека, ситуацию, которые вызывали у НАС печаль и чувство одиночества.
• МЫ покидали кого либо
• МЫ думали о самоубийстве как способе избавиться от этой тяжкой и бессмысленной жизни
МЫ думали о самоубийстве как способе привлечь к НАМ внимание
МЫ думали о самоубийстве как способе отомстить НАШИМ обидчикам
МЫ думали о самоубийстве как способе отомстить НАШИМ родителям
МЫ думали о самоубийстве как способе уединиться
МЫ думали о самоубийстве как способе уйти от реальности в астральный мир
МЫ думали о самоубийстве
• МЫ испытывали страх перед начальниками, властными и сильными людьми, людьми с повелительным голосом, властными манерами.
• МЫ были добрыми и приветливыми к другим людям, ожидая, что и они станут приветливыми и внимательными с нами
• НАМ казалось, что жизнь была бы несравненно лучше, если бы кто-нить другой был рядом
• МЫ бессознательно (или сознательно) отгораживались от того, кого так хотели бы видеть рядом с собой.
• МЫ не раскрывали свою душу, что бы принять людей, которых очень хотели видеть рядом из страха , что не выдержим контакта с ними. МЫ боялись эмоций, которые могли возникнуть в ответ на внимание этих людей
• МЫ препятствовали собственному счастью
• МЫ искали способ прекратить отношения, как только они становились слишком тесными.
• МЫ давали волю слезам
• МЫ обвиняли других лиц, бога за то что оставили нас.
• МЫ не замечали как часто оставляли других людей
• МЫ бросали начинания на пол пути
• МЫ отказывали другим во внимании
• НАС не приглашали на какую либо встречу или собрание, куда по всем соображениям, НАС должны были бы пригласить.
• МЫ физически цеплялись за любимого человека
• МЫ хотели завоевать общественное положение, должность, открывающую доступ к широкой аудитории, для того что бы привлечь к себе внимание.
• МЫ отождествляли (сливались) с другими людьми и считали себя ответственными за их счастье или несчастье и считали их ответственными за НАШИ беды и радости.
• МЫ чувствовали эмоции других людей и поддавались их наплыву
• МЫ испытывали страх смерти
• МЫ считали себя неспособными перенести перемены в кокой бы то ни было сфере, поскольку для нас это представлялось символической смертью
• МЫ переходили от детства к юности, от юности к зрелости, от холостой жизни к супружеской и наооборот, меняли работу, переезжали, переживали несчастные случаи, разводы, рождение и смерть близких людей и т.п.
• МЫ Боялись безумия
• МЫ добивались того, что бы другие давали почувствовать НАМ себя нужными. Что бы с нами считались. Не могли в это поверить САМИ.
• МЫ хотели быть независимыми или считали себя таковыми
• МЫ не хотели иметь ребенка, считая что лишимся независимости или что ребенок отнимет у нас внимание НАШЕЙ женщины
• МЫ использовали секс для того что бы сильнее привязать к себе человека
• МЫ не хотели ничего оставлять в тарелке из которой ели
• МЫ брали больше чем нам следовали и отдавали с большим трудом
• МЫ испытывали состояние семейной неудовлетворенности
• МЫ боялись будущего, боялись встречать будущее в одиночку
• МЫ мешали себе быть самим собой, блокировали свое "Я есть" .
• МЫ слишком суетились, прибегали к всевозможным ухищрениям, лишь бы быть тем, кем НАС хотят видеть другие.
• МЫ слишком суетились, прибегали к всевозможным ухищрениям, лишь бы быть тем, кем МЫ хотим видеть себя.
• МЫ жили в тени людей, которые НАС любили.
• МЫ жили в тени людей, которые круче НАС.
• Мы неосознанно искали такого человека, за которого можно было бы спрятаться, который бы НАС защитил
• Мама НАС учила, поощряла, побуждала искать такого человека, который был бы сильнее НАС, за которым можно было бы спрятаться и который бы НАС защищал
• МЫ думали, размышляли над этим
• Нам требовался такой человек
• Мы его находили и успокаивались
• Жизнь «за его спиной» была НАМ так вкайф
• МЫ чувствовали безопасность, защищенность, находясь за чьей-то спиной
• МЫ себя не защищали, а искали способы, чтобы кто-то НАС защитил от кого-то
• Мы просили Женьку Ульянова защитить НАС от Ковалеши
• Мы искали крышу
• Жека был НАШЕЙ крышей
• Мы чувствовали одиночество и покинутость, когда Жека кинул, оставил НАС, перестал общаться/дружить с НАМИ
• МЫ Злились на НАШИХ родителей
• МЫ были одиноки
• В компании к НАМ никто не подходил
• В компании все радовались, а МЫ – нет
• В компании все были дружны, а МЫ – нет
• В компании МЫ были одиноки
• На НАС не обращали внимание, когда МЫ этого хотели
• НАМ уделяли мало внимания
• МЫ испытывали недостаток внимания
• МЫ компенсировали недостаток внимания к НАМ, НАШИМ вниманием, МЫ сами себя оценивали, представляли как другие оценивают, что про НАС думают, фантазировали на тему НАШЕГО выделения из всех и привлечения к себе внимания
• Мы уходили в НАС, в НАШ внутренний мир
• МЫ боялись потерять маму
• Мы боялись потерять папу
• Мы представляли себе смерть мамы и жизнь без нее
• Мы представляли себе смерть папы и жизнь без него
• Мы представляли себе смерть родителей и жизнь без них
• Мы боялись, что НАС покинут друзья
• МЫ представляли себе жизнь без друзей/что все друзья против НАС и т.п.
• Мама болела
• Мама умирала
• Мы считали, что мама умрет
• Мы думали, как/когда/почему мама умрет
• Мы считали, что мама умирает
• Папа болел
• Мы считали, что папа умрет
• Мы думали, как/когда/почему папа умрет
• Мы считали, что папа умирает
• бабушка болела
• бабушка умирала
• Мы считали, что бабушка умрет
• Мы думали, как/когда/почему бабушка умрет
• Мы считали, что бабушка умирает
• Деда болел
• Мы считали, что Деда умрет
• Мы думали, как/когда/почему Деда умрет
• Мы считали, что Деда умирает
• Дед НАМ постоянно рассказывал про взрослую самостоятельную жизнь
• Дед НАС пугал взрослой жизнью вне дома, что он НАС выгонит и т.п.
• НАШИ друзья веселились без НАС
• МЫ страдали от недостатка общения с родителем противоположного пола
• Мы страдали от недостатка общения с мамой
• Мы пытались говорить с мамой, но она не отвечала НАМ
• Мы пытались говорить с мамой, но она раздраженно игнорила НАС
• Мы пытались общаться с мамой, но она ссылалась на занятость/что торопиться куда-то и не общалась
• Мы пытались общаться с мамой, но она говорила, что ей «не до нас» «отстань» «я занята» «не сейчас» «потом» «позже» «завтра» и т.п.
• НАМ нужно было что-то узнать, спросить и МЫ пытались узнать, спросить у мамы, а она не отвечала НАМ/отвечала плохо/была занята
• НАМ нужно было что-то получить и МЫ просили это у мамы, а она не отвечала НАМ/отвечала плохо/была занята
• МЫ ругались с мамой
• Мы игнорировали маму
• Мама ругалась с НАМИ
• Мама кричала на НАС
• Мама била НАС
• Мама игнорировала НАС
• Мама была НАШИМ противником
• Мама отдалялась от НАС
• Мама была чужая для НАС
• Мама была как чужая для НАС
• Мы не знали о чем говорить с мамой
• Мы не могли говорить с мамой
• У нас не было тем, о чем говорить с мамой
• Мы стыдились НАШИХ отношений с мамой
• Мы молчали с мамой
• Мамам молчала с НАМИ
• Мы думали, о чем разговаривать с мамой
• У мамы были от НАС какие-то секреты
• Мы интересовались тем, о чем мама не хотела НАМ рассказывать и
• Мы страдали от недостатка общения с дедом
• Дед игнорировал НАС
• Мы хотели говорить с дедом, но запрещали себе
• Мы пытались говорить с дедом, но он игнорировал НАШИ попытки разговора с ним
• Мы зависели от мамы
• Мы зависели от папы
• Мы зависели от деда
• Мы зависели от бабы
• Мы зависели от друзей
• Мы зависели от кого-либо
• Мы осознавали нашу зависимость от папы, мамы, дедушки, бабушки, друзей, кого-либо
• Мы смирились с зависимостью от папы, мамы, дедушки, бабушки, друзей, кого-либо
• Мы не могли самостоятельно принять решение
• Мы не могли принять решение в одиночестве
• Нам нужен был чей-то совет, приказ, наставление, помыкание, одобрение, внимание, контроль в принятии решения
• Мы неохотно и с внутренним дискомфортом самостоятельно принимали решения
• Наши решения, поступки, мысли, действия, желания, поведение, внешние проявления эмоций, волеизъявления зависели от решений, поступков, мыслей, действий, желаний, поведения, внешних проявлений эмоций, контроля, помыкания, наставлений мамы, папы, дедушки, бабушки, друзей, кого-либо
• Мы сопротивлялись зависимости от папы, мамы, дедушки, бабушки, друзей, кого-либо, но НАМ это делало еще хуже, выходило боком
• Мы сопротивлялись зависимости от папы, мамы, дедушки, бабушки, друзей, кого-либо, но проигрывали
Свернуть

Травма униженного
Травма униженного
Люди с этой травмой носят маску мазохиста. Это реально мешает жить и быть свободным. Кому же приятно унижаться? А вот люди с такой травмой, в этом нуждаются как в еде...
• МЫ чувствовали, что один из родителей стыдиться НАС
• МЫ чувствовали, что один из родителей боится стыда, когда МЫ испачкались, что-то испортили (в одиночестве или в присутствии других людей, будь то родственники или чужие люди), были плохо одеты
• МЫ чувствовали себя униженными, опозоренными, пристыженными, недостойными
• МЫ чувствовали отвращение одного из родителей к НАМ в связи с чем угодно
• МЫ слышали, как один из родителей выражал другому свою неприязнь, стыд, отвращение по отношению к НАМ
• НАС позорил и унижал кто либо в связи с чем либо в воспитательных целях, ожидая, что мы справимся
• МЫ занимались онанизмом (мастурбировали) и НАС застукивал кто либо из родителей и ругал НАС за это
• МЫ видели обнаженным кого либо из своих родителей и чувствовали что родитель стыдится этого
• МЫ стыдились своего тела
• МЫ принимали решение стыдиться своего тела
• МЫ чувствовали чрезмерный контроль со стороны одного из родителей
• МЫ наталкивались на запреты физически действовать и двигаться так, как НАМ хочется
• Родители бранили и наказывали НАС за что либо
• МЫ слышали, как родители объясняли другим людям, причины, по которым она нас бранили и наказывали
• МЫ считали что МЫ отвратительны папе и маме
• МЫ испытывали унижение и стыд за собственное поведение
• МЫ испытывали удовольствие и(или) получали удовлетворение от страданий
• МЫ ловили себя на том, что причиняем другим людям переживания, которых сами боимся
• МЫ считали себя низким, ниже других, нечистоплотным, свиньей, бездушным
• МЫ не могли действовать так же быстро, как другие (например идти, бежать)
• МЫ стремились доказать свою солидность, надежность, желали отсутствия контроля над НАМИ
• МЫ стремились создать себе как можно больше ограничений и обязанностей
• Пока МЫ помогали другим, МЫ чувствовали, что НАМ нечего стыдиться.
• МЫ испытывали унижение от того, что НАС использовали другие люди
• МЫ считали, что НАШИ услуги оценены не по достоинству
• МЫ жаловались что у НАС нет больше сил, что МЫ больше не можем быть служанкой
• МЫ считали себя очень преданными и не чувствовали надлежащего признания
• МЫ заботились о ком либо, что бы доказать кому либо, что тот, о ком МЫ заботились не может без НАС обойтись
• МЫ были готовы на все, лишь бы не причинять стыда НАШЕЙ матери
• Осознанно или неосознанно мы воспринимали НАШУ мать как тяжелый и неизбежный грузъ
• МЫ не могли выразить свои настоящие потребности и чувства
• МЫ боялись говорить
• МЫ боялись испытать стыд или заставить других испытать стыд
• НАМ было стыдно за свои детские желания, когда МЫ видели как наши родители лишают себя самого необходимого
• МЫ боялись говорить с кем либо о НАШИХ желаниях
• МЫ не чувствовали собственных желаний
• МЫ позволяли себе только те желания, которые обрадуют маму
• МЫ предпринимали все меры предосторожности, что бы не ранить других людей
• МЫ делали все для того, что бы быть полезными
• МЫ веселили других людей, выставляли себя объектом для насмешек, насмехались над самими собою, экспрессивно излагали факты и искали средства, что бы сделать их смешными
• МЫ не жалели себя, играя роль мишени для чужих острот
• МЫ воспринимали критику в свой адрес с чувством унижения и собственной никчемности
• МЫ видели себя ничтожным, никудышным
• МЫ не могли поверить, что другие считают НАС самостоятельной и знаковой личностью
• МЫ в чем либо обвиняли себя и брали на себя вину других людей
• МЫ не являясь виноватыми на самом деле, тем не менее чувствовали себя таковыми и обвиняли себя в якобы совершенной оплошности, ошибке, злились на себя из-за этого
• МЫ испытывали чувство беспомощности с людьми, которых любим или которые близки НАМ
• МЫ не чувствовали себя свободными:
○ Родители мешали НАМ дружить с кем либо
○ Родители не давали нам ходить туда, куда НАМ хочется
○ Родители не давали НАМ приходить домой во столько, во сколько НАМ хочется
○ Родители Принуждали нас к работам по дому, огороду и т. п.
○ Родители заставляли НАС заниматься с младшими детьми
○ Родители не давали НАМ играть во что-либо и где-либо
○ Родители не давали НАМ проявлять свои чувства
○ Родители запрещали НАМ жалеть и проявлять сострадание к кому-либо
○ Родители не позволяли НАМ интересоваться чем-либо
○ Родители наказывали НАС за НАШЕ любопытство
○ Родители не давали делать НАМ то, что МЫ хотим
• Будучи свободными мы:
○ Много ели
○ Закупали и готовили слишком много еды
○ Чрезмерно много пили
○ Много работали
○ Хотели помочь слишком многим
○ Много тратили, говорили
○ Считали что МЫ чрезмерно богаты
• МЫ считали, что если займемся собой, то будем бесполезными для других
• МЫ принимали решение не быть свободными
• МЫ карали себя за сластолюбие
• МЫ старались не оставлять себе времени на удовольствие и устраивали все так, что бы не получить удовольствие от того чем занимаемся.
• МЫ выступали посредниками в ссоре между другими людьми
МЫ не знали, как действовать, чтобы не заставлять НАШУ мать/отца/родителей испытывать стыд за НАС, и цепенели, затормаживались, не действовали вообще.
МЫ осознанно/неосознанно чувствовали себя виноватыми за то, что МЫ родились/живём.
Родители/мама родили НАС, но не признали НАШЕ право жить, быть человеком
МЫ были/ощущали себя/считали себя недочеловеком, роботом, киборгом, оборотнем - кем-либо пусть даже сильным, но служебным, без собственных потребностей, без прав на собственные чувства. МЫ естественно себя чувствовали в такой роли
МЫ совершенствовали себя, чтобы служить кому-то.
МЫ хотели быть совершенным оружием/инструментом в чьих-либо руках
МЫ имели хозяина/начальника/покровителя, обожествляли его и полностью отдавали/посвящали себя ему, считая себя частью, продолжением его.
Чувствуя вину за то, что живём, МЫ старались не жить, не проявлять себя, жить в своём внутреннем мире.
Нам казалось, что и на жизнь в своих мыслях, в своём внутреннем мире МЫ тоже не имеем права, что это НАША вина.
МЫ прятали/скрывали/маскировали НАШ внутренний мир, НАШИ мечты.
МЫ не ориентировались в реальном мире.
МЫ боялись взаимодействовать с кем-либо/чем-либо/всем в реальном мире.
Попадая в незнакомую обстановку/место/компанию, мы замыкались в себе, думали о чём-то своём, старались уединиться в туалете/ванной/где-либо или скорее лечь спать.
МЫ цепенели, не могли ничего ответить, когда НАС спрашивали о НАШИХ желаниях, НАШИХ целях, НАШИХ планах на будущее
МЫ испытывали сильное чувство вины, стыда, болезненно реагировали, когда кто-либо вторгался в НАШЕ личное, узнавал о НАШЕМ личном, спрашивал/допрашивал о НАШЕМ личном.
МЫ впускали кого-либо в НАШ внутренний мир, в наши мечты, он/она жил в НАШЕМ внутреннем мире и наших мечтах, и МЫ прятали от других его/её, НАШУ связь с ней/ним, НАШЕ отношение, чувства к нему/ней - так же, как МЫ прятали сам НАШ внутренний мир ото всех.
МЫ стыдились того человека, о котором мечтали, этот человек казался НАМ постыдным, НАША привязанность к нему казалась НАМ болезнью
У НАС отбирали /НАМ не давали то, что МЫ сильно хотели/любили
МЫ скрывали НАШИ желания от других/себя
МЫ скрывали то, что НАМ было дорого, чтобы это не отняли, не уничтожили
Если об этом узнают, оно пропадёт
НАША мать/НАШ отец/бабушка/кто-либо стыдились:
- НАШЕГО зачатия
- НАШЕГО рождения
- НАШЕГО другого родителя
- НАШЕГО развития
- НАШЕГО внешнего вида, НАШЕЙ одежды
- НАШЕЙ успеваемости
- НАШИХ повадок/поведения/движений/пристрастий/эмоций/чувств
- того, что о НАС говорят/думают/могут подумать другие,
- того, как к НАМ относятся, как себя ведут с НАМИ
- тех, кто рядом с НАМИ
- НАШЕЙ комнаты/жилья/места
- НАШЕЙ личной/половой жизни, отсутствия таковой, возможности её в будущем.
- НАШИХ/своих/чьих-либо половых органов, любых частей тела
НАС называли тормозом
НАС старались расшевелить
НАМ говорили, что с НАМИ обращаются как с ребёнком, потому что МЫ ведём себя как ребёнок.
НАМ говорили, что МЫ не жизнеспособны, что МЫ пропадём без кого-либо
НАША мать/НАШ отец/кто-либо пересказывал(а) НАМ то, что о НАС говорили или якобы говорили воспитательница/нянечка/учительница/кто-либо
НАМ/кому-либо говорили:
- позорище
- стыдоба
- не позорь мать/отца
- из-за тебя хотелось сквозь землю провалиться от стыда
- что-либо еще о том, что им за НАС стыдно
Свернуть

Травма Отвергнутый
Травма Отвергнутый
Люди с этой травмой носят маску беглеца. Они как правило имеют худощавое телосложение, как бы стремяться исчезнуть из этого мира. В общем тоже много глюков. Вперед!


ВЕРХ

Все эпизоды прошлого (как в этой, так и в прошлых жизнях) а также будущего (как в этой, так и в будущих жизнях), когда:

• МЫ ощущали себя в утробе матери очень маленькими, старались занимать так как можно меньше менста, испытывали ощущения темноты и мрака.
• Мы испытывали желание убежать, ускользнуть, исчезнуть.
• МЫ уходили в воображаемый мир, строили воздушные замки.
• МЫ были уверены в том, что не имеем право на существование
• НАС опекали, говорили нам, что мы слишком малы, слабы и МЫ верили в это.
• МЫ испытывали страх удушья
• Наши близкие старались делать что ли бо за НАС, думать за НАС
• МЫ считали, что материальные удовольствия поверхностны
• МЫ считали, что сексуальность противоречит духовности
• МЫ не могли принять и любить себя
• МЫ чувствовали себя ничтожеством и бездельником перед отцом
• МЫ чувствовали себя раздавленными, когда разговаривали с отцом. При разговоре с ним думали только о том, как ускользнуть от него. Нас угнетало его присутствие
• МЫ решали что мать (отец) для нас ничто
• Родители желали что бы мы исчезли, ушли, умерли
• МЫ отстранялись от матери (отца)
• Кто либо из родителей поощрял НАШЕ бегство.
• МЫ искали одиночества, уединения потому что боялись внимания окружающих.
• МЫ не знали как себя вести с окружающими
• НАМ казалось, что наше существование слишком заметно
• Мы считали, что должны терпеть до конца самые неприятные ситуации, считали что у НАС нет права дать отпор.
• МЫ считали, что нам нечего сказать другим людям
• К НАМ кто либо прикасался и мы испытывали в связи с этим негативные эмоции и ощущения
• Уклонялись от участия в групповой работе, тушевались, прятались в свой кокон, замыкались внутри себя
• НАМ казалось что МЫ состоим из отдельных кусков
• МЫ ощущали, что отрезаны от других людей, ощущали что НАС здесь нет.
• МЫ искали любви нашего родителя одного с нами пола
• МЫ чувствовали, что наше тело разделяется пополам
• МЫ были чутки к малейшим замечаниям со стороны нашего родителя и всегда были готовы решить, что тот нас отвергает
• МЫ испытывали горечь, озлобление, ненависть.
• МЫ боялись отвергнуть родителя противоположного пола и всячески сдерживали себя в своих действиях и высказываниях по отношению к нему.
• МЫ прибегали к различным уловкам и предосторожностям, что бы не отвергнуть родителя противоположного пола. МЫ не хотели что бы НАС обвинили в том, что МЫ кого бы то нибыло отвергли САМИ.
• НАМ хотелось что бы родитель одного с НАМИ пола сам заискивал перед НАМИ.
• МЫ унижали и недооценивали себя
• МЫ сравнивали себя с теми, кто в чем-то сильнее НАС и убеждали себя таким образом в НАШЕЙ второсортности.
• МЫ не замечали что в каких либо сферах можем превосходить других людей
• МЫ не верили, что кто либо может хотеть подружиться с нами, что кто либо может на полюбить
• НАС выбирали другие люди, а МЫ не верили в это и сами себя отвергали
• МЫ говорили (думали), что все НАШИ мысли и дела ничего не стоят.
• МЫ терялись, когда на НАС обращали внимание, нам казалось что МЫ занимаем слишком много места.
• НАМ казалось, что МЫ кому-то мешаем. И считали что будем отвергнуты этим человеком.
• МЫ разговаривали и кто либо перебивал НАС и МЫ воспринимали это, как доказательство, что НАС не стоит слушать и замолкали.
• МЫ стремились к совершенству в чем либо и считали, что если МЫ ошибемся, нас осудят.
• НАШ страх переходил в панику.
• Чувствуя панику мы искали куда спрятаться, сбежать, исчезнуть.
• НАМ хотелось спрятаться в животе у матери
• МЫ паниковали и цепенели в присутствии родителя или других людей своего пола
• МЫ теряли память от страха
• МЫ осуждали родителя за причиненные НАМ страдания
• МЫ не могли простить себя за ненависть родителя
• МЫ не давали себе права на ненависть родителя
• МЫ страдали диареей
• НАС рвало

Сюда по желанию свой материал, как обычно, чем больше, тем лучше, например:

• НАШ отец в НАШЕМ присутствии унижал, оскорблял НАШИХ знакомых, партнёров, друзей, любимых, как-будто НАС нет, таким образом отвергая НАС. (женщины вместо "отец" ставят "мать" )
• другие люди в НАШЕМ присутствии общались между собой, совершенно не замечая НАС, как-будто НАС нет, таким образом отвергая НАС
Свернуть

_________________
"Незнание о незнании неизменно сопутствует познанию" С.Лем


Последний раз редактировалось Иван Журавский 08 янв 2012, 13:54, всего редактировалось 2 раз(а).

Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 08 янв 2012, 12:13 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 мар 2010, 01:12
Сообщения: 4435
Откуда: г. Котлас. Архангельской области
А. Ксендзюк "Человек неведомый"
(конспект для самоанализа)
Жалость к себе и другим
(жалость к себе, жалость к другим, ЧСВ, индульгирование, саморефлексия. )МЫ имели внутри себя раздвоение на "того, кто испытывает жалость" и "того, на кого жалость направлена"
• МЫ делились на "наблюдателя" и "наблюдаемого"
• Наблюдатель жалеет наблюдаемого. Это процесс глубоко скрыт от НАШЕГО осознания, он заблокирован и недоступен прямому анализу по простой и такой же социальной причине, внушенной НАМ в раннем детстве: ЖАЛЕТЬ САМОГО СЕБЯ НЕПРИЛИЧНО. ЭТО СВИДЕТЕЛЬСТВО ИЗЛИШНЕГО СЕБЯЛЮБИЯ И ОБЩЕЙ СОЦИАЛЬНОЙ СЛАБОСТИ
• Напротив, жалеть других - хорошо, поскольку это свидетельство альтруизма и, соответственно, "силы"
• Жалость к себе выступает в превращенных формах и не склонна демонстрировать себя открыто.
• МЫ бесконечно лицемерны по отношению к обществу, и по отношению к самим себе
• Одно и то же чувство, просто имеющее два различных модуса (жалость к себе и к другим), оценивается другими и воображаемым "оценщиком" (живущим в нашем затылке) прямо противоположным образом.
• Однако психоэнергетика не может быть лицемерной. Она демонстрирует единый процесс жалости.
• Его основное давление сосредоточено в центре социальных чувств: один жалеет другого.
• Образ себя - вообще формация, которая не терпит пристального внимания.
• НАШ образ себя всегда пребывает в тени, съёживается и деформируется, как только его пытаются разглядеть поближе
• НАШ образ себя - это скопище тайн и признаний, которые не предназначены для посторонних.
• В число посторонних равным образом входит наше сознательное "Я" со своими масками и ролями.
• Зачем НАШЕМУ сознательному "Я" знать, что кто-то (более глубокая часть того же Я) регулярно жалеет самого себя?
• Зачем НАМ знать о себе, настолько МЫ себялюбивы (до мелочности, до пустяков) и насколько МЫ на самом деле слабы?
• Когда НАШЕ осознание проявляет должную настойчивость (в приступе саморефлексии, например), ему позволено знать часть правды (точно так же, как мы иногда позволяем это своим самым близким друзьям), но узнать всю правду можно только на допросе.
• В жалости к себе нет ничего постыдного, унизительного или противоестественного. Это - нормальная часть полноценной социальной личности. Она так же необходима НАМ, как страх смерти и чувство собственной важности.
• И все же - мы не стесняемся проявлять гордыню (в самом широком смысле этого слова), но боимся пожалеть себя без специальных условий и оговорок (таких, как "большое личное горе").
• Чтобы жалеть себя без стеснений, НАМ нужно, например, "хотя бы" попасть в автомобильную катастрофу.
• Жалость к себе для НАС - это образ жизни, способ привлекать к себе внимание, находить комфортное положение в НАШЕМ социальном мирке.
• МЫ всячески эксплуатируют это чувство, если находим жертву, склонную испытывать чувство вины по любому поводу.
• Биологическое начало жалости к себе не подлежит никакой социальной оценке, так как происходит из тривиального инстинкта самосохранения.
• НАША жалости к себе связана с переживанием допустимого предела физических и психических нагрузок.
• Смерть способна подкрадываться к НАМ незаметно, обходя все защитные механизмы страха. Простейшие ситуации такого рода настолько далеки от нашего представления о жалости как эмоциональной разрядке (или чувстве), что биологическое происхождение жалости заметить далеко не просто.
• Чтобы остаться в живых, НАМ надо перебрать все возможные варианты - бежать, нападать, прикидываться мертвым. Если ничто из этого не разрешает ситуацию, остается один выход, самый рискованный, - взять паузу, которая может вернуть силы для продолжения борьбы.
• Переживание вынужденного бессилия стало психическим фоном, на котором выросло НАШЕ могучее чувство жалости к себе.
• Ассоциативно оно связано с болью и страданием. Жалость и страдание неразрывны.
• Поскольку же НАША социальная жизнь сопровождается страданием, то жалость к себе работает практически непрерывно.
• В отличие от животных, которые испытывают страх лишь при виде непосредственной угрозы, МЫ боимся "идеи" смерти, мысли о смерти, из-за чего бессознательно страдаем даже в ситуации полной безопасности.
• По этой простой причине жалость к себе, пребывая где-то на грани осознаваемого внутреннего пространства, ноет внутри НАС без перерывов.
• МЫ давно привыкли к этой почти неосознаваемой тяжести в груди, к тому, что наше солнечное сплетение никогда не расслабляется полностью.
• МЫ готовы страдать и жалеть, жалеть и страдать.
• "Жизнь - это страдание". Очень часто МЫ даже не знаем, почему, но уже жалеем себя.
• Крайний способ самосохранения, который в мире животных используется лишь перед лицом очевидной и неизбежной гибели, стал фоновым чувством человека, ибо МЫ создали максимально агрессивный мир вокруг себя, а потом и внутри себя.
• Жалость к себе, вызванная чувством собственной важности, работает точно так же. МЫ даже не представляем, насколько буквально все понимает НАШЕ подсознательное, бессознательное, а вместе с ним - тело.
• Там, в собственных глубинах, МЫ - по-прежнему приматы, убегающие от хищников, дерущиеся за пищу и самку, требующие исполнения правил, установленных вожаком, и т.д. и т.п. Именно в этих примитивных категориях бессознательное и тело понимают окружающий мир.
• "Опасность" - "безопасность", "нападение" - "защита", "подтверждение" - "неподтверждение". Сложные символы, социальные сигналы и знаки транслируются туда, в фундаментальные слои наследственного тоналя, очень просто - по принципу "хорошо - плохо", "угроза - защита".
• Любое неподтверждение роли, любое посягательство на территорию или иерархию (не только людей, но и мнений, убеждений, ценностей) влечет за собой приступ жалости к себе - иногда короткий, иногда затяжной, более сильный или относительно слабый.
• Когда МЫ действительно прижаты к стене, когда МЫ не можем в силу обстоятельств или иных весомых причин ответить агрессией (бегством) противнику, - здесь НАШЕ переживание острой жалости к себе вполне логично и даже обоснованно (если исходить из модели биологического происхождения этого чувства)
• Однако пристальное самонаблюдение покажет любому, что жалость к себе отзывается в той или иной мере на ВСЕ виды социальных ситуаций неподтверждения (принуждения, ограничения и пр.).
• Это связано с НАШЕЙ способностью прогнозировать, учиться и делать выводы. Животные, в отличие от НАС, наделены этой способностью в гораздо меньшей степени. Правда, они не способны к самотрансформации, но страдают, безусловно, меньше, чем МЫ.
• МЫ быстро усваиваем важный урок - социальный мир никогда не заканчивается, покуда МЫ живы.
• Никогда не заканчиваются проблемы, конфликты, угрозы, посягательства, принуждение. Никогда не заканчивается конкуренция (которая для бессознательного есть синоним "борьбы за выживание").
• Никогда не заканчиваются стрессы, и не существует в тонале способа остановить удушающее давление социальной сети. Сегодняшняя победа важна только сегодня, завтра она может обернуться поражением.
• НАШ тональ непрерывно существует и действует в пространстве Времени - частично МЫ всегда в будущем, частично - в прошлом.
• Сражаясь или убегая, добиваясь удовлетворения или испытывая фрустрацию, МЫ всегда с высокой долей вероятности можем прогнозировать, что рано или поздно наступит такой день, когда никакой способ действия нам не поможет.
• Вот почему чувство жалости к себе никогда полностью не умолкает - просто иногда оно "переходит на шепот".
• Тем более, что МЫ регулярно наблюдаем неудачников и бедолаг, которые уже встретили этот момент, а ведь МЫ мало чем от них отличаемся.
• Поэтому первая маска или проекция жалости к себе (самая очевидная) - это жалость к другим.
• То, что жалость к другим на самом деле направлена на себя, легко заметить по доминирующей пассивности этого чувства.
• Конечно, альтруизм и сострадание давно стали поощряемыми социальными добродетелями. Время от времени МЫ просто обязаны убеждать себя, что действительно жалеем других людей.
• Тогда МЫ совершаем добрые дела - иногда полезные, иногда бесполезные.
• Любопытно, что известное удовлетворение МЫ испытываем в любом случае - даже когда НАШ поступок не принес никакой пользы ближнему. Это лишний раз подтверждает, откуда на самом деле родился НАШ альтруизм.
• МЫ помогаем ближним и способны даже чем-то жертвовать ради них (не только деньгами, но и временем, вниманием, собственными интересами).
• В этом размышлении нет ни малейшего цинизма, как может показаться. Потому что цинизм начинается там, где возникает лицемерие, а здесь имеются в виду поступки, которые люди совершают абсолютно искренне.
• Да и как может быть иначе? МЫ или Любой человек искренне жалеем себя, а потому не менее искренне жалеем других.
• Однако в большинстве случаев МЫ сталкиваемся с характерной динамикой, своего рода психологической пульсацией. Жалость к себе и жалость к другим интересным образом чередуются в НАШЕЙ психической жизни.
• Жалость сменяется черствостью и даже жестокостью, безразличие и погруженность в себя сменяется приступом сострадания. Это типичный маятник, демонстрирующий единый источник энергии, вынуждающей его колебаться.
• Безразличие, черствость и жестокость - это всего лишь фасад жалости к себе. Простой сигнал, обозначающий "Я занят собой, потому что никто другой мною не занят.
• "НАМ себя жалко, но вы этого не увидите - ведь вам нет до меня никакого дела."
• Жалость к другим - обратная сторона: "Я вижу в вас себя. Ведь и мне может быть так плохо. Я вас пожалею."
• Жалость к другим напоминает, что НАС тоже следует пожалеть. Если это некому сделать, МЫ жалеем себя сами, и становимся черствым эгоистом.
• Через некоторое время маятник отклоняется в противоположную сторону - и вот МЫ снова жалеем других.
• Таким образом, жалость исполняет функцию заботы о себе - как биологической, так и социальной.
• Биологическая часть жалости к себе (которую можно считать наиболее продуктивной) - это "бегство от боли".
• В самом широком смысле это то движение энергетических полей, которое делает НАС нетерпеливыми и ленивыми.
• В социальной части жалость к себе - это корень всякого потакания.
• Это страх перемен, страх изменения социального статуса, вечный поиск сиюминутного убежища (что стратегически часто бывает ошибочным).
• Изначально НАША жалость к себе - это инфантилизм, желание вечно оставаться зависимым и безответственным, опекаемым авторитетными фигурами социума.
• МЫ умудряемся сохранить свой инфантилизм до глубокой старости, пряча его за той или иной социальной маской.
• МЫ, взрослея, находим все новые и новые типы убежища. Всякий раз МЫ желаем неподвижности, всякий переход из одного убежища в другое сопровождается мучительным страданием.
• МЫ интенсивно жалеем себя, потому что вынуждены двигаться и развиваться. Это типично для НАС, как для людей с доминирующей жалостью к себе.
• Обычно МЫ испытываем социальную радость, когда приобретает навык или поднимается по лестнице статусов.
• Идеал для НАС, для человека, которым движет чувство собственной важности, - это возрастающая важность.
• Жалость к себе толкает в противоположную сторону. Безопасность и застой, минимум усилий и максимум "утешительных призов" (забота, ласка, подчиненность "ответственным товарищам" и т.д. и т.п.).
• Рефлексия делает эти чувства чрезмерными. Лозунг жалости к себе, которая является реакцией на страх смерти, звучит просто: "Не хочу действовать!"
• Жалость к себе, возникшая от ущемления чувства собственной важности, имеет две формулировки, которые выступают в роли самооправдания: "Я унижен" и "Я недостоин"
• Обе формулы возникают внутри образа себя и являются личностными искажениями, импринтированными в раннем детстве.
• Первая восходит к образу Я для других, вторая - к образу Я для себя.
• Это центральные идеи, которые предпочитают оставаться в глубокой тени бессознательного. МЫ прикрываем их частными и прикладными моментами.
• Например, действие ведет к выходу из убежища и вызывает перемены. Кроме того, напряженное усилие вызывает боль в той или иной степени.
• Самым простым разрешением ситуации является отказ от действия, опирающийся на лень, то есть, нежелание прилагать усилие.
• Синонимы лени - безволие и бесхарактерность. Всякий раз, перепросматривая ситуацию, в которой МЫ выбираем пассивность, ее фундаментальным началом оказывается жалость к себе.
• Это импульс, который требует безоговорочного подчинения автоматизмам, рефлексам, поведенческим программам. Он активно противостоит любой работе по трансформации осознания.
• Специфика жалости к себе заключена в том, что у нее собственная (вполне бессознательная) иерархия усилий. Есть целый ряд многократно повторяемых и привычных усилий, с которыми НАША жалость давно смирилась.
• МЫ способны совершать трудоемкие действия, но если они служат самоповторению тоналя, то жалость молчит, поддерживая позицию терпеливой покорности.
• Стоит НАМ посягнуть на саму сущность проторенных путей ежедневного осознания, как тональ начинает бунтовать, призывая на помощь все ресурсы собственной жалости.
• НАША тональная личность - своего рода "карточный домик". Отказ от привычных реакций влияет на всю систему тонких взаимосвязей, удерживающих эго в стабильном состоянии.
• Достаточно немного повысить интенсивность осознания, и целый поток психических содержаний (прежде тщательно скрытых, вытесненных, замаскированных) начнет влиять на внутреннюю жизнь личности.
• Ибо все связано друг с другом в неразрывном единстве. Стоит перепросмотреть страх смерти, как изменится ряд комплексов, входящий в чувство собственной важности.
• Перепросмотр чувства собственной важности неминуемо повлечет за собой новые переживания и новые отношения к переживаемому. Описание мира преобразится - и довольно существенно.
• Все это - отнюдь не абстракции. Потому что вслед за этими трансформациями потребуется изменить само содержание жизни. Жалость к себе - это, если хотите, система раннего предупреждения о подобной опасности.
• Под маской лени или безволия жалость тщательно оберегает нас от любой процедуры, которая способна по-настоящему изменить уровень нашего осознания и открыть принципиально новый способ жизни.
• Маской жалости к себе, неразрывно связанной с ленью, является такая черта (способ реагирования), как "нетерпение".
• МЫ бессознательно используем терпение как продукт определенного волевого насилия над собой.
• Это результат борьбы, внутренней войны, вытеснения неугодных тоналю содержаний на периферию осознания, а также искусственного отсрочивания реакций, целей, задач и стратегий.
• Иными словами, обычное терпение - просто изощренный самообман (чтобы не делать то, чего МЫ хотим) или издевательство над привычными импульсами, система запретов.
• Такое терпение - совсем не добродетель и ни в малейшей степени не способствует достижению безупречности, т.е. трансформации базальных комплексов.
• Это социальная уловка, одна из стратегий, которая используется индивидом для достижения успеха в роли и в соответствующей поведенческой программе.
• Подлинное, безупречное терпение возникает как следствие трансформации жалости к себе. Она возникает в процессе остановки индульгирования и в результате отказа от ценностей и важностей, детерминирующих самосохранение через жалость.
• Исчезновение страдания по поводу боли и по поводу предпринимаемых усилий вызывает состояние безучастности к текущим переживаниям. Терпение становится фоном.
• Относительность восприятия и существование Реальности-снаружи (казалось бы, философские доктрины) - идеи, вполне допустимые для европейского философского разума - после нескольких эмпирических подтверждений в моменты импринтной уязвимости становятся чувственным опытом, который может пошатнуть все здание базальных комплексов (страх смерти, чувство собственной важности, жалость к себе).
• Комплексы теряют свою безусловность и возвращают себе утраченную относительность. Вместе с относительностью привычного мира восприятия и мира внутренних поведенческих программ приходит относительность угнетающего усилия, приложенного извне.
• Ведь именно мощью внешнего давления обусловлено то терпение, что нам присуще в нормальной жизни. Итак, абстрактные философские доктрины определяют более чем конкретную вещь в нашем поведении - терпение при совершении любых действий (или при воздержании от действий).
• Терпение и отказ от лени обусловливают друг друга, будучи разными аспектами единой силы осознания, осуществляющего личное или безличное намерение.
• Всякая дисгармония в работе по трансформации жалости к себе может незаметно привести к ее инверсии.
• В данном случае, это - агрессия, направленная на себя и других, бессознательное стремление к саморазрушению.
• Ведь мы слишком ригидны и совсем не желаем подчиняться дисциплине. Сосредоточившись на устранении жалости к себе, мы можем легко (а главное, незаметно) впасть в противоположную крайность - возненавидеть себя за лень, слабость, сентиментальность, неспособность к упорядоченному действию и т.д.
• В этом случае мы будем усиленно доказывать себе, что не таковы - подвергать себя различным испытаниям, предаваться специальной аскезе (для которой на самом деле нет причин), более того - подобным же образом воспитывать ближних.
• Ибо чем они лучше нас? Если я могу заставить себя, то и они могут. Как я сказал, это совсем не трансформация жалости к себе, а именно ее инверсия. Мы жалеем себя извращенным, парадоксальным способом.
• Мы словно говорим невидимому наблюдателю: "Видишь, до чего ты меня довел! Видишь, на что я иду ради усиления осознания?" И ненависть кормит сама себя.
• Следующий симптом, непременно сопровождающий жалость к себе, - это индульгирование.
• Именно жалость к себе является триггером большей части процессов индульгирования.
• Биологическая его причина вполне ясна - в основе индульгирования лежит идея реверберации сенсорного или психического сигнала.
• Иными словами, здесь можно говорить об одном из аспектов психодинамики. Такая реверберация совершенно необходима для всех существ с развитой ЦНС и соответствующей системой органов чувств.
• Пребывая в сложной и изменчивой сенсорной среде, МЫ никогда не можем быть в точности уверены, что полученный в данное мгновение сигнал верен, что его интерпретация поистине адекватна описанию, что НАШЕ реагирование на сигнал получает тот единственный отклик внешнего поля, который докажет НАМ, что МЫ правильно выживаем. МЫ нуждаемся в повторном подтверждении и повторном переживании этого подтверждения.
• По мере развития рефлексии МЫ склонны реверберировать сигналы, которые по природе своей не нуждаются в повторном подтверждении. Это касается жалости, грусти, злости, обиды и мн. др.
• Более того, МЫ обретаем способность индульгировать в тех переживаниях, которые лишь предстоят, и в тех, что давным-давно канули в прошлое.
• Эта неуместная избыточность психической деятельности уже никакого отношения к НАШЕЙ биологии не имеет. Это - особенности работы описания мира, репродукции и укрепления конкретного тоналя.
• Здесь, на уровне описания, жалость к себе проявляет себя особенно ярко. МЫ только прогнозируем впечатления, чувства, эмоции, усилия и поступки, МЫ лишь строим в умственном будущем обстоятельства, которые активизируют жалость к себе, но уже испытываем ее - более того, испытываем ее вновь и вновь.
• Мы пребываем в "области индульгирования" по поводу будущего. Абсолютно то же самое происходит, когда МЫ вспоминаем (погружаемся в прошлое).
• Жалость к себе либо предупреждает НАС о грядущих неприятностях, либо напоминает о прошедших.
• Стоит выследить жалость к себе, как индульгирование уходит. МЫ испытываем чувства и эмоции, но они перестают возвращаться.
• С энергетической точки зрения индульгирование - это еще один способ фиксации точки сборки. Повторяя чувства, впечатления и переживания, МЫ заставляетем точку сборки постоянно возвращаться на прежнее место даже в том случае, если перцептивный центр уже приобрел некоторую подвижность.
• Самый яркий пример фиксирующего индульгирования может быть продемонстрирован в случае, если МЫ вдруг начинаем плыть - НАШ сенсориум плавно перестраивается (скажем, в момент глубокого "неделания"), поля восприятия теряют идентификационную точность, а вместе с непривычными перцепциями приходят новые чувства в теле и вокруг него. НАШЕ намерение - в результате данного упражнения добиться остановки внутреннего диалога.
• И тут МЫ пугаемся. НАМ кажется, что тело распадается, осознание меркнет: Словом, МЫ на пороге смерти. Как работает в данном случае индульгирование? Оно начинает повторять и повторять ощущение страха, неопределенности, близости к распаду - пока эти во многом придуманные чувства не приобретают панической интенсивности.
• В результате сосредоточение гаснет, а точка сборки возвращается на привычную позицию. Гомеостазис восстановлен.
• Требуется особое усилие осознания, чтобы разобраться, как именно это произошло. А произошло приблизительно следующее: когда в НАШЕЙ психике впервые повеяло холодком страха, МЫ решили удостовериться, есть ли для него причина.
• Ясной (идентифицированной) причины не нашлось, поскольку то, что МЫ делаем в момент неделания, вообще находится за пределами описания мира.
• Тогда некая заботливая часть НАС решила повторить проверку. Холодок смерти усилился, но ясной причины для него по-прежнему нет.
• И дальше НАШЕ бессознательное стало лихорадочно сканировать пространство, обращаясь то к неясным опасениям, то к самому себе.
• Страх достиг критической точки, когда НАШЕ внимание оказалось не в состоянии поддерживать "режим неделания". И МЫ возвращаемся в исходную позицию.
• Что же включило само индульгирование? Почему вдруг психика стала проверять и перепроверять саму себя до изнеможения, продлевая, таким образом, неприятные и истощающие переживания? Это и есть жалость к себе в виде "системы раннего предупреждения".
• Индульгирование может быть не только "фиксирующим", но и разрушающим - нет, не режим восприятия. Оно может разрушать здоровье, энергетический тонус. Оно может наносить колоссальный вред, хотя изначальная задача этого процесса - самосохранение индивида.
• И практически во всех случаях за началом процесса потакания себе стоит жалость и первая ее личина - лень.
• Через индульгирование МЫ фиксируем свое восприятие, закрепляем чувства и эмоции, способствует бесконечному повторению поведенческих программ.
• После того, как все эти в общем полезные действия совершены, МЫ погружаемся в трясину истощающего индульгирования - причем истощающее индульгирование у взрослого человека отнимает куда больше времени.
• Целая область человеческих действий оказывается продуктом именно этого вида индульгирования.
• Например, МЫ постоянно жаждем подтверждения сигнала "Ты любим" или "Ты добрый", или "Ты умный" и т.д. и т.п. МЫ вновь и вновь отправляемся туда, где МЫ можем получить этот сигнал, где он может сыграть некую подходящую роль.
• Странно, но очень часто на таком индульгировании держится имитация дружбы. Подобно заводной игрушке, МЫ отправляемся в компанию, где уже наготове два-три разинутых рта "Какой ты умный!", "Какой ты оригинальный!", "Какой ты талантливый!"
• Точно так же, на автоматическом "заводе", МЫ уносим ноги от людей, которые говорят "Ты должен измениться!", "Ты плохо и мало работаешь!", "Ты не реализовал себя".
• МЫ не может это слушать. МЫ гневаемся и уходим в придуманное убежище. А потом (о, индульгирование!) МЫ начинаем мысленно отвечать неприятным собеседникам, доказывать НАШУ безусловную правоту, приводить оправдания и аргументы.
• МЫ впадаем в состояние мрачной обиды на весь свет и доводим себя до такой степени угнетенности, что погружаемся в подлинную депрессию.
• Бывают настолько чрезмерные случаи, что даже спустя месяц индульгирующий МЫ не можем выйти из мрачного настроения.
• НАШЕ осознание максимально сужено, оно бесконечно повторяет "Меня обидели", "меня обидели", "меня обидели": Разумеется, обидели несправедливо.
• Для НАШЕГО эго "справедливых" обид просто не бывает. Жалость к себе никогда не допустит, чтобы посягнули на основы чувства собственной важности. Ведь они - близнецы-братья, у них общая цель.
• Жалость к себе, объединившись с индульгированием, никогда ни в чем не уверена до конца. ПОДТВЕРДИТЕ! - вот ее девиз. А затем еще раз подтвердите.
• Поэтому МЫ постоянно нуждаемся в помощи и утешении - физическом, моральном, психологическом, каком угодно.
• Мы постоянно стремимся опереться на чьи-то плечи. Родители, близкие, друзья - все должны гладить НАС по головке и говорить: "Что бы там ни было, а ТЫ ЛУЧШЕ ВСЕХ!"
• Принимать помощь и нуждаться в ней - разные вещи. Точно так же бывает необходимо принять утешение.
• МЫ устроены так, что порой через утешение ближнего реализуем собственную воображаемую ценность.
• Пока МЫ находимся в социуме, всегда найдутся люди, которые чувствуют настоятельную необходимость кого-то утешать.
• Если МЫ культивируем противоестественную бесчувственность, МЫ впадаем в еще одну инверсионную разновидность жалости к себе.
• "Не смейте жалеть меня, не смейте утешать, - мысленно говорим МЫ. - Я не нуждаюсь в вашем крохотном мирке. Вы не заманите меня своими притворными вздохами!"
• Но окружающие люди ни в чем не виноваты. Они так же порабощены социальным гипнозом и не умеют иначе выражать сочувствие.
• Они нуждаются в выражении сочувствия, чтобы думать о себе хорошо.
• Все вышесказанное не означает, что МЫ можем полностью и всесторонне отказаться от жалости к себе. Это так же неверно, как отказаться от страха смерти.
• Жалость - это регулятор наших усилий. Безупречный воин ставит его под контроль.
• МЫ должны знать, когда жалость к себе останавливает наше развитие, когда - исполняет возложенную на него функцию самосохранения существа.
• Есть экстремальные позиции восприятия, когда МЫ просто узнаем, что такое - быть "безжалостным". Это необходимый опыт "временного отключения программы".
• То же самое происходит с восприятием, когда МЫ достигаем "остановки мира". В таком состоянии невозможно пребывать долго, в нем нельзя полноценно функционировать.
• "Остановка мира" способна убить упорядоченное осознание, а полное устранение жалости к себе может погубить НАШЕ тело. Никто и ничто не остановит безжалостного воина, ибо у него не осталось рефлексов, оберегающих от физического и энергетического истощения.
• Жалость" затуманивает наш взор и ставит перед нами несуществующие границы. В результате мы убеждены, что нуждаемся в обществе себе подобных, в утешении, в привычных формах для воспринимаемого мира, в поклонении кому-то или в признательности.
• НАМИ всегда движут либо биологические программы выживания и размножения, либо социальные - программы роли, статуса и реализации. Поскольку каждая конкретная ситуация взаимодействия НАС и мира часто включает в себя элементы животного и общественного, МЫ движемся путем сложных компромиссов, словно пытаясь усидеть на двух стульях одновременно.
• Отсюда проблема выбора (как реагировать и как поступать) встает перед НАМИ предельно часто.
• Независимо от степени осознанности МЫ выбираем, следуя частным и общим психологическим законам. Это и можно назвать в широком смысле "человеческой рациональностью", жизнью внутри описания и по законам описания.
• Всякая личность (даже "высокодуховная") держится грузом фикций, суждений и обусловленностей. Эти абстрактные символы и слова, надежды, верования и смыслы, будучи совершенно бесплотными и чудовищно далекими от Реального Мира, творят иллюзию опоры, обеспечивают воображаемые пути и "называют" свершения.
• Оставшись без этого груза, МЫ испытываем ужасающее чувство потерянности.
• Бесконечность без красивых слов о ней не вызывает у НАС ничего, кроме ощущения своей ничтожности и отчаяния.
• МЫ страдаем не столько от боли, сколько по поводу боли, не от голода, а по поводу голода

МЫ решили для себя, что ЖАЛЕТЬ САМОГО СЕБЯ НЕПРИЛИЧНО(ЭТО СВИДЕТЕЛЬСТВО ИЗЛИШНЕГО СЕБЯЛЮБИЯ И ОБЩЕЙ СЛАБОСТИ ).
- Когда МЫ стыдились своей Жалости к себе же
• - Когда НАМ внушили \ МЫ согласились, что жалеть других - хорошо, поскольку это свидетельство альтруизма и, соответственно, "силы".
НАША Жалость к себе – выступала в превращенных формах, и была не склонна демонстрировать себя открыто.

• МЫ были бесконечно лицемерны по отношению к обществу, и по отношению к самим себе

• НАШ Образ себя - вообще формация, которая не терпела пристального внимания.
• НАШ образ себя всегда пребывал в тени, съёживался и деформировался, как только МЫ его пытались разглядеть поближе.
• НАШ образ себя - это скопище тайн и признаний, которые не предназначены для посторонних.
• В число посторонних равным образом входило НАШЕ сознательное "Я" со своими масками и ролями.
• Зачем НАШЕМУ сознательному "Я" знать, что кто-то (более глубокая часть того же Я) регулярно жалеет самого себя?
• Зачем НАМ знать о себе, насколько МЫ себялюбивы (до мелочности, до пустяков) и насколько МЫ ,на самом деле , слабы?
• Когда НАШЕ осознание проявляет должную настойчивость , ему позволено знать часть правды (точно так же, как МЫ иногда позволяем это своим самым близким друзьям), но узнать всю правду можно только на допросе.
- Когда МЫ не понимали \ понимали, что в жалости к себе нет ничего постыдного, унизительного или противоестественного. Что это - нормальная часть полноценной социальной личности.
НАША Жалость к себе так же необходима НАМ, как Страх смерти и Чувство Собственной Важности.

• И все же - МЫ не стеснялись проявлять Гордыню (в самом широком смысле этого слова), но боялись пожалеть себя без специальных условий и оговорок (таких, как "большое личное горе".

• Чтобы жалеть себя без стеснений, НАМ нужно было , например, "хотя бы" попасть в автомобильную катастрофу- развод- это еще не повод пожалеть себя открыто!!!!.
• - Когда МЫ использовали Жалость к себе , как способ привлечь к себе внимание

• Жалость к себе для НАС - это образ жизни, способ привлекать к себе внимание, находить комфортное положение в НАШЕМ социальном мирке.

• МЫ всячески эксплуатировали это чувство, если находили жертву, склонную испытывать чувство вины по любому поводу.
• - Когда МЫ пытались \ старались воспитать из НАШЕГО партнера такую жертву! - пытались привить ему чВ за НАШУ неудачливость \ бедность \ болезни
• - Когда НАШ партнер сопротивлялся , и не желал исполнять навязываемую НАМи ему роль!
• НАША Жалость к себе происходила из инстинкта самосохранения.
• НАША жалость к себе была связана с переживанием допустимого предела физических и психических нагрузок – она не позволяла НАМ переступить этот предел.
• Без жалости к себе Смерть могла подкрадываться к НАМ незаметно, обходя все защитные механизмы Страха.
• Чтобы остаться в живых, НАМ надо перебрать все возможные варианты - бежать, нападать, прикидываться мертвым.
Если ничто из этого не разрешает ситуацию, остается один выход, самый рискованный, - взять паузу, которая может вернуть силы для продолжения борьбы.
•- Когда МЫ решили \ посчитали, что не способны сейчас разрешить ситуацию радикальным способом без угрозы для НАШЕЙ целостности.
•- Когда МЫ брали паузу \ МЫ копили силы для борьбы.
•- Когда МЫ переживали вынужденное бессилие по поводу какой-либо ситуации \ человека
•- Когда переживание вынужденного бессилия стало психическим фоном, на котором выросло НАШЕ могучее чувство жалости к себе.
• НАШЕ могучее чувство жалости к себе Ассоциативно было связано с болью и страданием. НАШИ Жалость к себе и страдания были неразрывны.

• НАША социальная жизнь сопровождалась страданием, и жалость к себе работала практически непрерывно.

• В отличие от животных, которые испытывают страх лишь при виде непосредственной угрозы, МЫ боялись самой "идеи" смерти, мысли о смерти, из-за чего бессознательно страдали даже в ситуации полной безопасности.

• По этой простой причине НАША Жалость к себе, пребывая где-то на грани осознаваемого внутреннего пространства, ныла внутри НАС без перерывов.

• МЫ давно привыкли к этой почти неосознаваемой тяжести в груди, к тому, что НАШЕ солнечное сплетение никогда не расслаблялось полностью.

• МЫ готовы были страдать и жалеть себя по этому поводу, жалеть и страдать.

••- Когда МЫ решили , что "Жизнь \ любовь \ отношения - это страдание".
•- Когда МЫ даже не знали , почему, но уже жалели себя.

• МЫ создали максимально агрессивный мир вокруг себя, а потом , и внутри себя.

• НАШЕ - тело понимало НАС совершенно буквально- оно начинало давать НАМ повод пожалеть НАМ самих себя..

• Любое неподтверждение \ неприяние НАШЕЙ роли, любое посягательство на территорию или иерархию (не только людей, но и мнений, убеждений, ценностей) влекло за собой приступ НАШЕЙ жалости к себе - иногда короткий, иногда затяжной, более сильный или относительно слабый.
• Когда МЫ были действительно прижаты к стене, когда МЫ не могли в силу обстоятельств или иных весомых причин ответить противнику агрессией \ бегством, - здесь НАШЕ переживание острой Жалости к себе вполне логично и даже обоснованно (если исходить из модели биологического происхождения этого чувства).

• - Когда МЫ реагировали Жалостью к себе на принуждения, ограничения и пр .

• НАША Жалость к себе была связана с НАШЕЙ способностью прогнозировать, учиться и делать выводы - МЫ заранее жалели себя из-за возможных неприятностей.
• МЫ быстро усваивали важный урок - социальный мир никогда не заканчивается, покуда МЫ живы. Никогда не заканчиваются проблемы, конфликты, угрозы, посягательства, принуждение. Никогда не заканчивается конкуренция (которая для НАС есть синоним "борьбы за выживание". Никогда не заканчиваются стрессы, и не существует способа остановить удушающее давление социальной сети.
• - Когда МЫ понимали \ не понимали, что Сегодняшняя победа важна только сегодня, завтра она может обернуться поражением.

• - Когда МЫ частично всегда в будущем, частично - в прошлом.

• - Когда МЫ ,сражаясь или убегая, добиваясь удовлетворения или испытывая фрустрацию, всегда с высокой долей вероятности могли прогнозировать, что рано или поздно наступит такой день, когда никакой способ действия НАМ не поможет.

• Вот почему НАШЕ чувство жалости к себе никогда полностью не умолкало - просто иногда оно "переходит на шепот".

• - Когда МЫ наблюдали неудачников и бедолаг, которые уже встретили момент поражения \ неудачи , а ведь МЫ мало чем от них отличаемся.

• - Когда МЫ прятали жалость к себе за маской жалости к другим
• НАШЕ Чувство Жалости к другим было пассивным- он не призывало НАС к действию, т.к на самом деле, МЫ просто жалели себя , МЫ уже представляли себя в той же ситуации
• - Когда Мы узнали \ согласились, что альтруизм и сострадание - добродетель.
• - Когда МЫ убеждали себя, что действительно жалеем других людей.

• - Когда, Из Жалости, МЫ совершали добрые дела - иногда полезные, иногда бесполезные.
• - Когда МЫ в любом случае испытывали известное удовлетворение МЫ от своих добрых дел - даже когда НАШ поступок не принес никакой пользы ближнему.
• - Когда МЫ считали, что совершили «доброе дело»
• - Когда МЫ помнили свои добрые дела и свои добрые – жалостливые мысли
• - Когда МЫ на основании своих «добрых дел и мыслей» считали себя доброй!
• - Когда МЫ на основании чьих-то «добрых дел и мыслей» считали его\ ее доброй\ добрым !!
• - Когда НАМ гворили, что МЫ- добрая
• - Когда МЫ помогали ближним и способны даже чем-то жертвовать ради них (не только деньгами, но и временем, вниманием, собственными интересами).

• - Когда МЫ совершали эти поступки абсолютно искренне. Да и как может быть иначе? МЫ или Любой человек искренне жалели себя, а потому не менее искренне жалели других.
• - Когда НАША Жалость сменялась черствостью и даже жестокостью, а безразличие и погруженность в себя сменялись приступом сострадания.

НАШИ Безразличие, черствость и жестокость - это всего лишь фасад НАШЕЙ Жалости к себе. Простой сигнал, обозначающий: "Я занят собой, потому что никто другой мною не занят» .
- Когда МЫ очень хотели, что бы НАМи кто-то был занят \ думал о НАС \ переживал о НАС \помогал НАМ \ заботился о НАС и т.п. и получал от этого удовольствие! – т.е. Любил НАС- если МЫ не видели всего этого- МЫ Жалели себя .
- Когда МЫ идентифицировали занятие НАМИ \ думание о НАС \ переживание о НАС \помощь НАМ \ заботу о НАС с ЛЮБОВЬЮ к НАМ, а равнодушие \ безразличие \ не заботу- с НЕЛЮБОВЬЮ
МЫ считали заботу и помощь проявлением Любви к НАМ
МЫ проявляли свою ЛЮБОВЬ через заботу и помощь\ через думание о человеке- МЫ не знали- как по-другому проявить свою любовь .
МЫ этим доказывали свою любовь
МЫ требовали от других доказательств его любви к НАМ
МЫ не умели \ не могли жить без ЛЮБВИ- а точнее, без доказательств ЛЮБВИ к НАМ
МЫ были глубоко несчастны без этих внешних проявлений ( как МЫ думали\ считали - любви к нАМ).
МЫ везде выискивали эти проявления любви к НАМ
Если их не было- МЫ их придумывали- МЫ не могли жить без осознания, что НАС кто-то любит, что МЫ для кого-то очень значимы.
• - Когда МЫ думали \ всем своим видом показывали : "НАМ себя жалко, но вы этого не увидите - ведь вам нет до МЕНЯ никакого дела."

• Жалость к другим - обратная сторона НАШЕЙ Жалости к себе : "Я вижу в вас СЕБЯ. Ведь и МНЕ может быть так плохо. Я вас пожалею."
• НАША Жалость к другим напоминала им , что НАС тоже следует пожалеть, когда надо будет.
Если это некому было сделать, МЫ жалели себя сами, и становились черствым эгоистом.

• НАША жалость к себе исполняла функцию заботы о себе - как биологической, так и социальной.

• Биологическая часть жалости к себе (которую можно считать наиболее продуктивной) - это "бегство от боли": в самом широком смысле : это то движение энергетических полей, которое делает НАС нетерпеливыми и ленивыми.

• В социальной части жалость к себе - это корень всякого потакания себе .
• - Когда МЫ убегали от боли как физической , так и душевной – спасались от нее любыми способами и методами

МЫ испытывали Страх перемен, Страх изменения социального статуса и т.п.
• - Когда МЫ искали сиюминутное убежище (что стратегически часто бывало ошибочно).

• Изначально НАША жалость к себе - это инфантилизм, желание вечно оставаться зависимым и безответственным, опекаемым авторитетными фигурами НАШЕГО социума.
• - Когда МЫ боялись жить своей Жизнью
• - Когда МЫ НЕЖЕЛАЛИ жить своей Жизнью

• МЫ умудрялись сохранить свой инфантилизм до глубокой старости, пряча его за той или иной социальной маской.
• - Когда МЫ , взрослея, находили все новые и новые типы убежища.
• - Когда МЫ желали неподвижности
• - Когда всякий НАШ переход из одного убежища в другое сопровождался мучительным страданием.
• - Когда МЫ любую перемену готовы были принять только как нечто временное- просто переход из одного убежища в другое

• - Когда МЫ интенсивно жалели себя, потому что были вынуждены двигаться и развиваться.( Это типично для НАС, как для людей с доминирующей жалостью к себе).
НАША жалость к себе доминировала над НАМИ

• - Когда МЫ испытывали социальную радость, когда приобретали навык или поднимались по лестнице статусов.

• Идеал для НАС, как для человека, которым движет Чувство Собственной Важности, - это возрастающая важность.

• Жалость к себе толкала НАС в противоположную сторону: безопасность и застой, минимум усилий и максимум "утешительных призов" (забота, ласка, подчиненность "ответственным товарищам" и т.д. и т.п.).!!
• Рефлексия делала эти НАШИ чувства чрезмерными.
Лозунг НАШЕЙ жалости к себе, которая являлась реакцией на Страх смерти, звучит просто: "Не хочу действовать!"

• НАША Жалость к себе, возникла от ущемления Чувства Собственной Важности, и имела две формулировки, которые выступали в роли самооправдания:
- "Я унижена" и "Я не достоина".

Обе формулы возникали внутри НАШЕГО образа себя , и являются личностными искажениями, имплантированными в раннем детстве – они жили в Нас не зависимо от внешнего.
• Первая восходит к образу Я -для других, вторая - к образу Я- для себя.

• Любое действие ведет к выходу из убежища, и вызывает перемены.
Кроме того, напряженное усилие вызывает боль в той или иной степени.- поэтому МЫ боялись действий и усилий, боялись отказаться от своей Лени.
• Самым простым разрешением ситуации являлся для НАС отказ от действия, опирающийся на лень, то есть, нежелание прилагать усилие.
• Синонимы лени - безволие и бесхарактерность.

НАША Жалость к себе - Это импульс, который требовал от НАС безоговорочного подчинения автоматизмам, рефлексам, поведенческим программам.
• НАША Жалость к себе активно противостояла любой НАШЕЙ работе по трансформации НАШЕГО осознания.
• -. Все эпизоды прошлого (как в этой, так и в прошлых жизнях) а также будущего (как в этой, так и в будущих жизнях), когда МЫ\ Кто-то жалели себя из-за того, что:
-НАС не любят
-НАС не ценят
_НАС не уважают
_МЫ не красивые
МЫ недостаточно красивые \ сексуальны \ не такие как Нам бы хотелось
_ МЫ не меем то, что хотелось бы
- МЫ несчастливы
- НАМ не везет
_МЫ не умеем заработать достаточно денег
- МЫ не можем заработать на достойную жизнь
- Мы не получаем то, чего достойны
- и все остальные НАШИ причины для жалости к себе.

НАША Жалость к Себе позволяла НАМ \ заставляла НАС жить в привычном мире страданий.
Специфика жалости к себе заключена в том, что у нее собственная (вполне бессознательная) иерархия усилий. Есть целый ряд многократно повторяемых и привычных усилий, с которыми НАША жалость давно смирилась.

• МЫ были способны совершать трудоемкие действия, которые служили самоповторению \ повторению унижающих \ уничтожающих ситуаций , и НАША жалость молчала, поддерживая позицию терпеливой покорности.

• Стоило НАМ посягнуть на саму сущность проторенных путей , как МЫ начинали неосознанно буквально бунтовать, призывая на помощь все ресурсы собственной жалости.!!!

• НАША тональная личность - своего рода "карточный домик". Отказ от привычных реакций влиял на всю систему тонких взаимосвязей, удерживающих эго в стабильном состоянии.
МЫ хотели стабильности
МЫ привыкли к привычному
МЫ жаждали понятного и привычного
НАМ было комфортно \ уютно \безопасно \ спокойно в привычном
МЫ любили и уважали свои привычки
МЫ гордились своими привычками- даже не очень конструктивными или совсем не конструктивными для НАС

• Достаточно немного повысить интенсивность осознания, и целый поток психических содержаний (прежде тщательно скрытых, вытесненных, замаскированных) начнет влиять на НАШУ внутреннюю жизнь . Ибо все связано друг с другом в неразрывном единстве.
Стоит перепросмотреть Страх смерти, как изменится ряд комплексов, входящий в чувство собственной важности

МЫ боялись за жизнь своих родных и близких.Мы попадали в ситуации, про которые с опозданием думали, что МЫ иогли ведь и погибнуть, что НАМ что-то \ кто-то там угрожало!

• Перепросмотр чувства собственной важности неминуемо повлечет за собой новые переживания и новые отношения к переживаемому. Описание мира преобразится - и довольно существенно.

• Все это - отнюдь не абстракции. Потому что вслед за этими трансформациями потребуется изменить само содержание жизни.

НАША Жалость к себе – была системой раннего предупреждения о подобной опасности.
• -. Все эпизоды прошлого (как в этой, так и в прошлых жизнях) а также будущего (как в этой, так и в будущих жизнях), когда МЫ\ Кто-то :
- боялись менять свою жизнь
- боялись отменить свою ЛЕНЬ
- боялись отказаться от ЛЕНИ!

• Под маской лени или безволия НАША Жалость к себе тщательно оберегала НАС от любой процедуры, которая была способна по-настоящему изменить уровень НАШЕГО осознания , и открыть принципиально новый способ жизни.
НАМ не нужен принципиально новый способ жизни !!!!!!!- МЫ на самом деле довольны собой!
Мы боимся принципиально нового способа жизни !!
• Маской жалости к себе, неразрывно связанной с ленью, является такая черта (способ реагирования), как "нетерпение".
МЫ не терпели боль любого плана.
На словах МЫ были нетерпеливы.
• МЫ бессознательно использовали терпение как продукт определенного волевого насилия над собой.

• НАШЕ Терпение было результатом борьбы, внутренней войны, вытеснения неугодных НАМ мыслей \ пониманий \ ощущений на периферию осознания, а также искусственного отсрочивания НАШИХ реакций, целей, задач и стратегий.
• НАШЕ Терпение было результатом подавления желания и потребности действия.
• -. Все эпизоды прошлого (как в этой, так и в прошлых жизнях) а также будущего (как в этой, так и в будущих жизнях), когда МЫ\ Кто-то гордились своим терпением \ терпеливостью.
• - Когда МЫ считали терпеливость – одной из добродетелей
• - Когда МЫ порицали Нетерпеливых людей.

• - Когда МЫ изощренно самообманывались (чтобы не делать то, чего МЫ на самом деле хотим \ то , что НАМ на самом деле нужно делать) или издевались над НАШИМИ привычными импульсами
• НАШЕ Терпение было системой запретов.

• НАШЕ Терпение - совсем не добродетель, и ни в малейшей степени не способствовало достижению безупречности.

• НАШЕ Терпение- Это социальная уловка, одна из стратегий, которая использовалась НАМИ для достижения успеха в роли и в соответствующей поведенческой программе.

• Подлинное, безупречное терпение возникало как следствие трансформации жалости к себе. Оно возникает в процессе остановки мыслительного оправдания. вместо действия , и в результате отказа от ценностей и важностей, определяющих самосохранение через жалость.

• - Когда МЫ подавляли свои страдания по поводу боли \ по поводу предпринимаемых усилий . Это подавление вызывало у НАС состояние безучастности к текущим переживаниям. НАШЕ Терпение становилось фоном.

• - Когда МЫ научались терпеть под воздействием Внешней среды. Внешняя среда становилась для НАС важнее НАШИХ внутренних ощущений себя. НАШЕ ощущение себя на прямую зависело от Внешнего
• НАШИ базальные комплексы (страх смерти, чувство собственной важности, жалость к себе) теряли свою безусловность, и возвращали себе утраченную относительность.
Вместе с относительностью привычного мира восприятия и мира внутренних поведенческих программ приходит относительность угнетающего усилия, приложенного извне.
• Ведь именно мощью внешнего давления обусловлено то терпение при совершении любых действий (или при воздержании от действий), что НАМ присуще в нормальной жизни.

• НАШИ Терпение и отказ от лени обусловливали друг друга, будучи разными аспектами единой силы осознания, осуществляющего личное или безличное намерение.
Терпение – отказ от Лени - СЛИВОН

• НАША жалость к себе незаметно перерождалась в агрессию, направленную на себя и других, в бессознательное стремление к саморазрушению.

• МЫ были недостаточно подвижны , приспособляемы..., и совсем не желали подчиняться дисциплине.
• - Когда МЫ ,Сосредоточившись на устранении жалости к себе, легко и незаметно впадали в противоположную крайность – возненавидели себя за лень, слабость, сентиментальность, неспособность к упорядоченному действию и т.д.

• - Когда МЫ усиленно доказывали сами себе, что не таковы : МЫ подвергали себя различным испытаниям, предаваться специальной аскезе (для которой на самом деле нет причин),
• - Когда МЫ усиленно подобным же образом пытались воспитывать ближних \ воспитывали. Ибо чем они лучше НАС? Если я могу заставить себя, то и они могут.
• - это совсем не трансформация жалости к себе, а именно ее инверсия. Мы жалели себя извращенным, парадоксальным способом. МЫ словно говорили невидимому наблюдателю: "Видишь, до чего ты меня довел! Видишь, на что я иду ради усиления осознания?" И ненависть кормила сама себя.
• - Когда МЫ готовы были разрушить свое Тело, что бы НАШ партнер, в итоге, почувствовал себя виноватым в НАШЕЙ болезни и несчастье- лишь бы досадить ему и пожалеть себя!!!

• - Когда МЫ подменяли адекватное моменту действие мыслями и оправданием НАШЕГО бездействия, НАШЕ индульгирование при этом съедало столько же (или намного больше) НАШЕЙ персональной силы, сколько требуется для совершения этого действия.
• - Когда МЫ оправдывали свое бездействие (называемое неудачливостью) различными «объективными» причинами : как то слабость, неумение, враги-интервенты, уделяя этому занятию практически все свободное время и силы.


• - Когда МЫ переживали по поводу будущего. Абсолютно то же самое происходит, когда МЫ вспоминали (погружались в прошлое).
МЫ перебирали массу не существующих, а вероятных событий \ МЫ переживали по поводу того, что может вдруг случиться» или же «могло бы случиться» в уже прошедшем (а значит неактуальным) прошлом. В результате такой деятельности МЫ переставали жить в том месте и времени, в котором находились в текущий момент.

• - Когда МЫ , уйдя в свои мысли , не оставляли себе Жизненных сил на какие-нибудь изменения здесь и сейчас!

• Пребывая в сложной и изменчивой внешней среде, МЫ никогда не могли быть в точности уверены, что полученный в данное мгновение сигнал верен, что НАША его интерпретация поистине адекватна , и , что НАШЕ реагирование на сигнал, получает тот единственный отклик внешнего поля, который докажет НАМ, что МЫ правильно выживаем. МЫ нуждались в повторном подтверждении и повторном переживании этого подтверждения.
• МЫ были склонны ожидать подтверждения от сигналов, которые по природе своей не нуждаются в повторном подтверждении ( жалости, грусти, злости, обиды и мн. др).

• НАША психическая деятельность была неуместна и избыточна.

• - Когда МЫ только прогнозировали впечатления, чувства, эмоции, усилия и поступки, МЫ лишь строили в умственном будущем обстоятельства, которые активизировали жалость к себе, но уже испытывали ее - более того, испытывали ее вновь и вновь.

• НАША Жалость к себе либо предупреждала НАС о грядущих неприятностях, либо напоминала о прошедших.

• - Когда МЫ , повторяя чувства, впечатления и переживания прошлого , заставляли себя постоянно возвращаться на прежнее место , даже в том случае, если много \ все уже переменилось. МЫ начинали повторять и повторять ощущение страха, неопределенности, близости к распаду - пока эти во многом придуманные чувства не приобретали панической интенсивности.

• Требуется особое усилие осознания, чтобы разобраться, как именно это произошло: А произошло приблизительно следующее: когда в НАШЕЙ психике впервые повеяло холодком страха, МЫ решили удостовериться, есть ли для него причина.
• Ясной (идентифицированной) причины не нашлось,
• Тогда некая заботливая часть НАС решила повторить проверку. Холодок смерти усилился, но ясной причины для него по-прежнему нет.
• И дальше НАШЕ бессознательное стало лихорадочно сканировать пространство, обращаясь то к неясным опасениям, то к самому себе.
• Почему вдруг НАША психика стала проверять и перепроверять саму себя до изнеможения, продлевая, таким образом, неприятные и истощающие переживания? - Это и есть жалость к себе в виде "системы раннего предупреждения".

• - Когда НАШИ переживания разрушали НАШЕ здоровье и энергетический тонус. Они наносило колоссальный вред, хотя изначальная задача этого процесса - самосохранение индивида.

• - Когда МЫ потакали себе \ своим слабостям , за чем стояла жалость к себе и первая ее личина - лень.
• - Когда МЫ ленились
• Своим возвращением к прошлому страху \ обидам \ унижениям МЫ фиксировали свое восприятие, закрепляли чувства и эмоции, и способствовали бесконечному повторению поведенческих программ.

• После того, как все эти в общем полезные действия совершены, МЫ погружались в трясину истощающего переживания.
• - Когда МЫ жаждали постоянного подтверждения сигнала "Ты любима" или "Ты добрая", « Ты красивая и сексуальная» или "Ты умная" и т.д. и т.п.
• - Когда МЫ вновь и вновь отправлялись туда, где МЫ могли получить этот сигнал, где он может сыграть некую подходящую роль. Мы искали таких партнеров и таких отношений.
• - Когда МЫ ощущали, что не получаем от своего партнера ни каких положительных \ ожидаемых НАМи подтверждений своей уникальности \ сексуальности \ значимости \ важности \ нужности \ любимости.
• - Когда МЫ не умели \ не могли дать своему партнеру ни каких положительных \ ожидаемых им подтверждений своей уникальности \ значимости \ сексуальности \ важности \ нужности \ любимости.
• - Когда МЫ ждали от своего партнера положительных \ ожидаемых НАМи подтверждений своей уникальности \ значимости \ сексуальности \ важности \ нужности \ любимости.

• на таком желании услышать подтверждение НАШЕЙ важности \ нужности и т.п. держится имитация НАШЕЙ дружбы: МЫ отправлялись в компанию, где уже наготове два-три разинутых рта "Какая ты умная!", "Какая ты оригинальная!", "Какая ты талантливая!"

• - Когда МЫ на автоматическом "заводе", уносили ноги от людей, которые говорили "Ты должна измениться!", "Ты плохо и мало работаешь!", "Ты не реализовала себя".

• - Когда МЫ не могли это слушать.
• - Когда МЫ , в ответ на эти слова , гневались и уходили в придуманное убежище.
• - Когда МЫ потом начинали мысленно отвечать неприятным собеседникам, доказывать НАШУ безусловную правоту, приводить оправдания и аргументы.

• - Когда МЫ впадали в состояние мрачной обиды на весь свет, и доводили себя до такой степени угнетенности, что погружались в подлинную депрессию.

• НАШЕ осознание бесконечно повторяло "Меня обидели", "меня обидели", "меня обидели": Разумеется, обидели несправедливо.
• - Когда МЫ ЗНАЛИ, что НАС обидели НЕСПРАВЕДЛИВО!! Для НАШЕГО эго "справедливых" обид просто не бывало.
• - Когда НАША Жалость к себе не допускала , чтобы посягнули на НАШИ основы чувства собственной важности
• - Когда МЫ оберегали чувства собственной важности- это единственное, что у нАС оставалось после внешних несправедливостей \ обижающих Нас и предающих.
масса НАШЕЙ силы затрачивалась впустую.

• - Когда МЫ попадали в ситуацию, что нужно было мгновенно реагировать, а МЫ стояли раскрыв рот, индульгируя в неверии, что «неужели и впрямь такое может со мной случиться?». МЫ оказывались схваченными «параличем» в самый ответственный момент из-за своих мыслей.

• - Когда МЫ потакали себе, потакали своим «слабостям» по принципу, мол «Да! Вот такой я плохая! (слабая, злая, безвольная)»… МЫ замечали за за собой те или иные вещи, которые мешают НАМ жить, но не желая приложить силу на избавление от помех, МЫ эту же силу затрачивали на самооправдание, на потакание своим «слабостям».


• - Когда индульгирование оставалось главным НАШИМ занятием во время «переживаний», так называемой заботы, беспокойства, взволнованности…
• - Когда МЫ — Мучались от Совести! Что за муки совести такие? А вот что — вовремя не сделала то, что дОлжно было сделать (потому что занят был индульгированием), а теперь вот изображаешь из себя «хорошего», ищешь оправдания, делаешь все возможное для улучшения своего субъективного представления о себе.

Короче — абсолютно любая тема может стать темой для индульгирования, и абсолютно любое занятие может оказаться голым индульгированием.

• НАША Жалость к себе, объединившись с индульгированием, никогда ни в чем не была уверена до конца. ПОДТВЕРДИТЕ! - вот ее девиз. А затем еще раз подтвердите.
• - Когда МЫ нуждались в помощи и утешении - физическом, моральном, психологическом, каком угодно.
• - Когда МЫ стремились опереться на чьи-то плечи. Родители, близкие, друзья - все должны гладить НАС по головке и говорить: "Что бы там ни было, а ТЫ ЛУЧШЕ ВСЕХ!"
• - Когда МЫ нуждались в помощи
• - Когда МЫ Принимали помощь \ принимали утешение.

• - Когда МЫ через утешение ближнего реализовывали собственную воображаемую ценность.

• - Когда МЫ чувствовали настоятельную необходимость кого-то утешать.

• - Когда МЫ культивировали противоестественную бесчувственность, и впадали в еще одну инверсионную разновидность жалости к себе.

• - Когда МЫ "Не смейте жалеть меня, не смейте утешать, - мысленно говорили МЫ. - Я не нуждаюсь в вашем крохотном мирке. Вы не заманите меня своими притворными вздохами!"

• Но окружающие люди ни в чем не виноваты. Они так же порабощены социальным гипнозом и не умеют иначе выражать сочувствие.
• Они нуждаются в выражении сочувствия, чтобы думать о себе хорошо.

• Все вышесказанное не означает, что МЫ можем полностью и всесторонне отказаться от жалости к себе. Это так же неверно, как отказаться от страха смерти.
• Жалость - это регулятор наших усилий.
• - Когда НАША жалость к себе останавливала НАШЕ развитие,
• - Когда НАША жалость к себе исполняла возложенную на нее функцию самосохранения НАС.
• - Когда МЫ были "безжалостным". Никто и ничто не остановит безжалостного воина, ибо у него не осталось рефлексов, оберегающих от физического и энергетического истощения.
• - Когда НАША Жалость" затуманивала НАШ взор и ставила перед НАМИ несуществующие границы.
• - Когда МЫ были убеждены, что нуждаемся в обществе себе подобных, в утешении, в привычных формах для воспринимаемого мира, в поклонении кому-то или в признательности.
• - Когда проблема выбора (как реагировать и как поступать) вставала перед НАМИ .

• - Когда МЫ выбирали, следуя частным и общим психологическим законам. "человеческой рациональностью".
• - Когда Бесконечность без красивых слов о ней не вызывает у НАС ничего, кроме ощущения своей ничтожности и отчаяния.
• - Когда МЫ страдали не столько от боли, сколько по поводу боли, не от голода, а по поводу голода.
Свернуть

Жалость к себе и другим, самоиндульгирование,саморефлексия

_________________
"Незнание о незнании неизменно сопутствует познанию" С.Лем


Последний раз редактировалось Иван Журавский 08 янв 2012, 13:37, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 08 фев 2012, 17:11 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 мар 2010, 01:12
Сообщения: 4435
Откуда: г. Котлас. Архангельской области
Стивенс Приручи своих драконов
(конспект для самоанализа)
Дракон мученичества
Дракон мученичества
Обстоятельства заставали НАС врасплох.
2. Окружающие говорили, что МЫ любим поплакаться в жилетку, но они просто не понимали, как сложно все вокруг.
3. Обстоятельства складывались так, что у НАС не оставалось никакого выбора.
4. Из за некоторых из окружающих НАС людей, у НАС плохо складывалась жизнь
5. НАС раздражали заявления окружающих, будто МЫ волньны поступать так, как НАМ хочется.
6. МЫ не могли делать то, что хотим потому что вокруг слишком много вещей, которые этому мешали.
7. Окружающие воспринимали НАШЕ отношение к ним как нечто само собой разумеющееся и даже не понимали, как много МЫ для них делали
8. Окружающие вносили полезные предложения, а МЫ считали, что хорошо знаем, что помешает их осуществлению.
9. НАМ казалось, что МЫ никогда не найем человека, который по-настоящему бы НАМ помог.
10. МЫ считали, что никто не имеет права причинять НАМ те неприятности, из-за которых МЫ уже и так столько натерпелись в жизни.
11. МЫ чувствовали, что так много делаем для окружающих, а они платят НАМ тем, что заставляют делать еще больше.
12. МЫ считали, что большинство детей просто проявляют неблагодарность, желая получить больше того, что уже имеют.
13. НАМ было трудно отказать чьей-то просьбе.
14. НАМ требовался человек, который бы НАС развеселил или хотя бы поднял настроение
15. НАМ казалось, что у НАС все складывается гораздо хуже, чем у остальных.

2. Убеждения и аспекты проблем:
1. Обстоятельства часто застают меня врасплох.
2. Окружающие говорят, что я люблю поплакаться в жилетку, но они просто не понимают, как сложно все вокруг.
3. Зачастую обстоятельства складываются так, что у меня не остается никакого выбора.
4. Если бы не некоторые из окружающих меня людей, жизнь у меня складывалась бы гораздо лучше.
5. Меня часто раздражают заявления окружающих, будто я волен поступать так, как мне хочется. Они просто не знают, в какой ситуации я нахожусь.
6. В жизни вы просто не можете делать то, что хотите. Вокруг слишком много вещей, которые этому мешают.
7. Окружающие зачастую воспринимают мое отношение к ним как нечто само собой разумеющееся. Они даже не понимают, как много я для них делаю.
8. Когда окружающие вносят полезные предложения, я обычно хорошо знаю, что помешает их осуществлению.
9. Мне кажется, никогда не найти человека, кто по-настоящему бы мне помог.
10. Никто не имеет права причинять мне те неприятности, из-за которых я уже и так столько натерпелся в жизни.
11. Я чувствую, что так много делаю для окружающих, а они платят мне тем, что заставляют делать еще больше.
12. Большинство детей просто проявляют неблагодарность, желая получить больше того, что уже имеют.
13. Обычно мне трудно отказать чьей-то просьбе.
14. Зачастую мне требуется человек, который бы меня развеселил или хотя бы поднял настроение

МЫ ждали чьего-либо "мудрого руководства"
МЫ жалели себя
МЫ плакали от жалости к себе
МЫ представляли себе, как с НАМИ присходит что-то ужасное - смертельная болезнь, травма, крах в личной или общественной жизни, представляли, как МЫ будем страдать, а НАС никто не пожалеет
МЫ считали свои страдания "возвышенными"
МЫ считали, что страдания "очищают", "облагораживают" НАС, делают лучше
МЫ считали, что заслуживаем страданий
МЫ испытавали своего рода удовольствие от своих "страданий", от унижений
МЫ мечтали "принести себя в жертву" кому-либо или ради какой-либо идеи
МЫ восхищались силой духа самураев, их способностью пожертовать собой ради хозяина, ради своего дела
МЫ упивались, втайне наслажадлись тем, что "жертвуем" чем-либо ради кого-либо или какого-либо дела, идеи
МЫ ограничивали себя в еде, развлечениях, покупках, общении, отдыхе, не позволяли себя "баловать"
НАШИ родители не любили баловать НАС в детстве, НАМ гвоорили, что требовать чего-либо для себя - нехорошо, нужно довольствоваться тем, что есть
МЫ лишали себя чего-либо важного для НАС, чтобы добиться "большего", жертвовали "малым" ради "большего"
МЫ убеждали себя, что с НАМИ "иначе и быть не могло"
МЫ влюблялись безответно, и молча страдали от неразделенной любви
МЫ считали, что НАМ достаточно довольствоваться такой любовью на расстоянии, лишь бы предмету НАШЕЙ любви было хорошо
МЫ считали себя сильнее, терпеливее других
МЫ считали, что уже вынесли и сможем вынести больше других
МЫ считали, что никому не под силу пережить столько, сколько пережили МЫ, и втайне этим гордились
МЫ читали истории, притчи о мученниках, и примеряли на себя, смогли ли бы МЫ перенести такие испытания
МЫ считали, или НАМ говорили, что Господь посылает испытания тем, кого любит больше
МЫ считали или НАМ говорили, что каждое НАШЕ страдание - это расплата за грехи
МЫ думали или НАМ говорили, что нужно достойно "нести свой крест", с радостью принимать неприятности, и только тогда они прекратятся, и МЫ пытались так поступать
МЫ считали себя грешными, грязными, достойными наказания
МЫ думали или НАМ говорили, что МЫ заслуживаем наказания, и МЫ соглашались с этим
У НАС часто было подавленное, депрессивное настроение, НАМ хотелось жаловаться на жизнь
МЫ негативно высказывались обо всем вокруг, все вызывало НАШЕ недовольство, причиняло НАМ неудобство и дискомфорт
МЫ молча терпели какие-либо неудобства, чье-либо хамство, неуважение к НАМ, оскорбления, притеснения, притязания на НАШУ собственность, ущемление НАШИХ интересов
МЫ имели обыкновение "проглатывать" обиды, "подставлять другую щеку" обидчику
МЫ считали, что поступаем правильно, не отвечая на провокации, хотя в глубине души МЫ были с этим несогласны, это несоответствовало НАШЕМУ внутреннему убеждению
МЫ думали/НАМ говорили, что НАМ "воздастся", что МЫ будем вознаграждены за все НАШИ страдания, мучения, в этой или в следующей жизни, или на небесах
МЫ молча терпели боль, болезнь, чтобы никого не "беспокоить"
МЫ считали себя не в праве жаловаться другим
МЫ считали, что никто не будет решать НАШИ проблемы
Люди, которым МЫ когда-либо помогли, не оказывали помощь НАМ, когда МЫ в ней нуждались
МЫ чувствовали, как у НАС болит сердце, "душа"
МЫ терпели физическую боль

МЫ плакали по какому либо поводу.
Когда мы жаловались на что то или на кого либо, обвиняли себя и других, считали себя гонимыми, страдали, унижали себя.
Когда МЫ испытывали чувство измученности, ощущали, себя преследуемыми, эксплуатируемыми, гонимыми, оскорблёнными, жертвами.
Когда МЫ считали себя лишенных прав. Когда МЫ верили, что страдание это благодетель.
Когда НАМ было трудно отказывать кому либо в чём либо.
Когда МЫ перед встречей опасности отступали.
Когда МЫ думали, что расплачиваемся за ошибки других.
Когда от нас требовали чтобы мы вели себя хорошо.
Когда Нам отказывали в любви из за того что МЫ не сделали чего либо, или вели себя неправильно.
Когда НАМ внушали, что у нас бесконечный долг перед своими родителями или перед кем либо ещё.
Когда НАМ внушали, что МЫ недостаточно хорошо стараемся.
Когда НАМ говорили, что МЫ достовляем беспокойство.
Когда МЫ чувствовали себя в безвыходном положении и чувствовали свою никчёмность и обречённость.
Когда на НАС раздражались.
Когда НАС ругали за плохое поведение.
Когда МЫ пытались почувствовать виноватыми других людей.
Когда МЫ затаили обиду и ненависть в своём сердце на кого либо, помним ли МЫ это или нет.
Когда НАС учили к уступчивости.
Когда НАС заставляли испытывать вину за страдания других.
Когда НАМ говорили или МЫ сами думали что МЫ заслуживаем наказания или кто либо заслуживает наказания.
Когда другие обижались на НАС.
Когда МЫ чувствовали себя наказанными.
Когда МЫ не знали, что делать.
Когда за нашей спиной жаловались на НАС.
Когда НАС кто либо обвинял в своей несчастливости.
Когда МЫ кого либо обвиняли в своей не счастливости.
Когда НАС кто либо обвинял в нечестности.
Когда МЫ кого либо обвиняли в нечестности.
Когда МЫ пытались вызвать сочувствие у окружающих.
Когда у НАС пытались получить сочувствие.
Когда МЫ думали, что с нами что то невпорядке.
Когда МЫ чувствовали, что МЫ являемся причиной страдания других.
Когда МЫ заявляли о своей самостоятельности.
Когда МЫ чувствовали что НАС используют, когда МЫ чувствовали себя в западне.
Когда МЫ отказывались бороться за что хотим.
Когда МЫ думали, что жизнь это сплошное страдание и нам следует перенести его.
Когда МЫ давали понять окружающим их вину.
Когда МЫ непрощали что либо кому либо.
Когда НАМ не прощали чего либо.
Когда НАС пытали заставить испытывать вину за боль других.
Когда МЫ пытались заставить других испытывать вину за НАШУ боль.
Когда НАС наказывали за попытку самоутвердиться.
Когда МЫ чувствовали нужду в симпатии, внимании.
Когда МЫ хотели любви, внимания, приглашений.
Когда МЫ делали одолжение кому либо в чём либо.
Когда другие делали одолжение НАМ в чём либо.
Когда МЫ приносили себя в жертву кому либо или чему либо.
Когда НАМ внушали что МЫ должны жертвовать чем либо ради кого либо.
Когда МЫ делали мученическое лицо.
Когда МЫ испытывали жалость к себе и к остальным.
Когда МЫ хотели чтобы НАС пожалели.
Когда МЫ не могли отказать кому либо в чем либо.
Когда МЫ ощущали несправедливость окружающего мира, людей, БОГА, существ, родителей, учителей, начальников, руководства, государства, друзей.
Когда МЫ говорили что, кто либо заплатит за несправедливость, оказанную мне.
Когда МЫ требовали компенсации денег.
Когда нас обвиняли и требовали денежную компенсацию.
Когда другие требовали у других денежную компенсацию.
Когда МЫ пытались привлечь жалость и внимание других путём заболевания, недомогания, слабости.
Когда МЫ чувствовали, что НАС притесняют.
Когда МЫ оправдывали своё настроение различными видами причинами как внешними так и внутренними.
Когда МЫ говорим, что со мной всегда случается что либо плохое.
Когда МЫ считали, что у НАС нет возможностей, выбора, выхода из ситуации.
Когда МЫ думали, что не можем за себя постоять, или оправдаться, нанести ответный удар.
Когда МЫ думали, что жизнь с каждым днём становиться всё хуже и хуже, что уже поздно что либо исправлять.
Когда МЫ не могли сказать правду
Когда МЫ не могли попросить помощи
Когда МЫ не могли говорить нет.
Когда МЫ желали быть во всём правыми и обвиняли других.
Когда МЫ не могли выразить свой гнев.
Когда МЫ не принимали на себя ответственность.
Когда МЫ пытались вести себя услужливо, даже если это нам не нравилось или МЫ не соглашались с другими.
Когда МЫ чувствовали подавленное состояние после разговора с кем либо.
Когда НАС обвиняли, что МЫ мало времени уделяем семье.
Когда МЫ опасались за последствия действий.
Когда МЫ не могли испытать удовольствие от настоящего момента.
Когда МЫ чувствовали себя не в своей тарелке в какой либо компании.
Когда НАС пытали принять вину за нашу радость.
Когда Мы испытывали злобу, мстительность и вели себя мелочно.
Когда МЫ верили что не заслуживаем любовь.
Когда МЫ не могли сказать да на предлагаемую помощь.
Когда МЫ не могли проявить настойчивость и уверенность.
Когда МЫ чувствовали неловкость требовать выполнения договоренных работ.
Когда НАС вынуждали делать какое либо дело не нравящую мне дело из за неэтичности, неприличности, стеснительности, неловкости.
Когда НАШИ привычки и убеждения мешали нам взять ответственность на себя.
Свернуть
Дракон нетерпеливости
Дракон нетерпеливости
1. МЫ чувствовали, что для окончания работы НАМ катастрофически не хватает времени.
2. Второпях МЫ роняли или разбивали окружающие вещи.
3. НАС беспокоило, что жизнь течет быстрее, чем МЫ успеваем что-то сделать.
4. НАМ приходилось поторапливать детей, друзей или сотрудников, двигающихся или действующих слишком медленно.
5. Знакомые говорили, что МЫ просто невыносимы, и, НАМ казалось что они правы.
6. МЫ прерывали собеседника или заканчивали за него его мысль.
7. МЫ теряли терпение, ненавидили, когда что-нибудь тянулось слишком долго.
8. Люди вокруг НАС были чертовски медлительны
9. МЫ стремясь всюду успеть и все сделать опаздывали на назначенную встречу.
10. МЫ выходили из дому слишком поздно и второпях забывали или теряли вещи.
11. НАМ было трудно замедлить ритм жизни в отпуске, на каникулах или в каких либо иных ситуациях
12. МЫ ловили себя на том, что спешим, даже когда для этого не было никакого повода.
13. Планов на день у НАС было очень много, а времени на их реализацию, не хватало.
14. МЫ чувствовали себя уставшим и физически, и психически.

2. Убеждения и аспекты проблем:
1. Я часто чувствую, что для окончания работы мне катастрофически не хватает времени.
2. Иногда второпях я роняю или разбиваю окружающие вещи.
3. Меня беспокоит, что жизнь течет быстрее, чем я успеваю что-то сделать.
4. Частенько мне приходятся поторапливать детей, друзей или сотрудников, двигающихся или действующих слишком медленно.
5. Знакомые говорят, что я просто невыносим, и, мне кажется, они правы.
6. Я часто прерываю собеседника или заканчиваю за него его мысль.
7. Я ненавижу ждать я иногда теряю всякое терпение, когда что-нибудь тянется слишком долго.
8. Люди вокруг меня чертовски медлительны!
9. В своем стремлении всюду успеть и все сделать я часто опаздываю на назначенную встречу.
10. Я зачастую выхожу из дому слишком поздно и второпях забываю или теряю вещи.
11. Мне трудно замедлить ритм жизни даже в отпуске или на каникулах.
12. Я часто ловлю себя на том, что спешу, даже когда для этого нет никакого повода.
13. Планов на день у меня очень много, а времени на их реализацию, как правило, не хватает.
14. Большую часть времени я чувствую себя уставшим и физически, и психически
Свернуть

Дракон саморазрушения
Дракон саморазрушения
Что-то не ладилось, МЫ пропускали рюмочку-другую или сигаретку другую, чтобы почувствовать себя лучше
2. НАМ нравилось руководить, но МЫ ловили себя на том, что ситуация выходит у НАС из-под контроля
3. МЫ впадали в самое настоящее отчаяние
4. МЫ думали о том, чтобы наложить на себя руки, потому что жизнь слишком трудна и мучительна.
5. МЫ подвергали свою жизнь серьезной опасности быстрой ездой или вождением машины в ситуациях, грозящих катастрофой. И при этом МЫ объясняю окружающим, что все в порядке и беспокоиться не о чем.
6. НАМ казалось, что МЫ всем мешаем и без НАС окружающие вздохнули бы с облегчением.
7. МЫ думали, что жизнь НАША не протянется слишком долго.
8. У НАС все шло не так как надо
9. МЫ рвали отношения с друзьями и разрывали соглашения с кем либо
10. МЫ решались покончить счеты с жизнью, но у НАС не получалось
11. НАС беспокоило, что МЫ могли кого-то серьезно обидеть
12. НАМ нравилось доказывать, что МЫ можем преодолеть опасность
13. У НАС были серьезные срывы, оканчивающиеся истерикой или взрывами гнева

2. Убеждения и аспекты проблем:
1. Когда что-то не ладится, я пропускаю рюмочку-другую или сигаретку другую, чтобы почувствовать себя лучше
2. Мне нравится руководить, но часто я ловлю себя на том, что ситуация выходит у меня из-под контроля
3. Я часто впадаю в самое настоящее отчаяние
4. Иногда я подумываю о том, чтобы наложить на себя руки, потому что жизнь слишком трудна и мучительна.
5. Зачастую я подвергаю свою жизнь серьезной опасности быстрой ездой или вождением машины в ситуациях, грозящих катастрофой. При этом я всегда объясняю окружающим, что все в порядке и беспокоиться не о чем.
6. Иногда мне кажется, что я всем мешаю и без меня окружающие вздохнули бы с облегчением.
7. Я часто думаю, что жизнь моя не протянется слишком долго.
8. Большую часть времени у меня все идет не так как надо
9. У меня за плечами длинный список прерванных отношений с друзьями и разорванных соглашений
10. Я частенько уже решаюсь покончить счеты с жизнью, но у меня не получается
11. Меня беспокоит, что я мог кого-то серьезно обидеть
12. Мне нравится доказывать, что я могу преодолеть опасность
13. У меня бывают серьезные срывы, оканчивающиеся истерикой или взрывами гнева
Свернуть

Дракон жадности
Дракон жадности.
МЫ ловили себя на мысли, что где-то в другом месте трава зеленее, а окружающее лучше, чем здесь.
МЫ чувствовали, что НАМ никогда не найти того, что МЫ ищем.
НАМ хотелось пробежаться по магазинам, чтобы поднять себе настроение, когда что-то шло не так.
НАМ хотелось есть и казалось, что МЫ никогда не наедимся, в то время как что-то шло не так.
НАМ чего-то очень хотелось, а МЫ сдерживали себя.
МЫ пытались держать себя под контролем, но это было очень трудно.
МЫ шли на поводу своих желаний, отчего позднее испытывали чувство вины и глубокое раскаяние.
МЫ любили вещи.
МЫ покупали ту или иную вещь, даже если нам это не было нужно.
МЫ мечтали иметь целиком все из того, что хотели иметь хоть частично.
МЫ беспокоились, что останемся ни с чем.
МЫ не могли выбрать между вещами, которые НАМ хотелось бы иметь, не покупали ничего и впоследствии чувствовали себя плохо.
МЫ бросались в рискованные операции.
МЫ знали, что цена продаваемой НАМИ вещи явно завышена, но необходимость ее снижения вызывала у НАС откровенное неприятие.
МЫ обвиняли своего партнера в том, что не испытывали чувства удовлетворения.

Убеждения и аспекты проблем:

Часто я ловлю себя на мысли, что где-то в другом месте трава зеленее, а окружающее лучше, чем здесь.
Зачастую я чувствую, что мне никогда не найти того, что я ищу.
Когда что-то идет не так, мне хочется пробежаться по магазинам, чтобы поднять себе настроение.
Когда что-то идет не так, мне хочется есть и кажется, что я никогда не наемся.
Когда мне чего-то очень хочется, я часто сдерживаю себя. Я пытаюсь держать себя под контролем, но это так трудно.
Часто я складываю оружие и иду на поводу своих желаний, отчего позднее испытываю чувство вины и глубокое раскаяние.
Я люблю вещи. Иногда, даже если мне это не нужно, я могу купить ту или иную вещь.
Часто я мечтаю иметь целиком все из того, что хочу иметь хоть частично.
Я беспокоюсь, что останусь ни с чем. Иногда я не могу выбрать между вещами, которые мне хотелось бы иметь.
Тогда я не покупаю ничего и впоследствии чувствую себя действительно плохо. У меня есть дурные привычки.
Я часто бросаюсь в рискованные операции.
Я знаю, что цена продаваемой мной вещи явно завышена, но необходимость ее снижения вызывает у меня откровенное неприятие.
Я часто обвиняю своего партнера в том, что не испытываю чувства удовлетворения
Свернуть

Дракон упрямства
Дракон упрямства
В случае если мы сомневались, МЫ говорили «нет».
2. МЫ ненавидили, если к НАМ кто-то лез со своими советами о том, что НАМ делать и как НАМ жить.
3. МЫ принимали какие либо решения и ничто не могло НАС остановить.
4. НАС пугали резкие перемены.
5. МЫ поступали вопреки тому, что НАМ советовали, просто чтобы показать, кто здесь начальник.
6. МЫ были упрямыми.
7. Никто не мог изменить НАШЕ мнение .
8. Окружающие говорили, что МЫ прочно стоим на ногах.
9. НАС пытались заставить стделать то, чего мы не хотели
10. МЫ чувствовали, что проявляем излишнее упрямство и тормозим успех даже в своих собственных делах.
11. МЫ стояли на своем, несмотря ни на какие возражения.
12. МЫ решали, что никуда не пойдем, никто не сдвинет НАС с места.
13. НАМ было трудно пойти на уступку, даже когда МЫ знали, что не правы.
14. Никто не мог остановть НАС от осуществления задуманного.

2. Убеждения и аспекты проблем:
1. Когда я сомневаюсь, я обычно говорю «нет».
2. Я ненавижу, когда кто-то лезет со своими советами о том, что мне делать и как мне жить. Если я что-то решил, ничто меня не остановит.
3. Резкие перемены меня пугают.
4. Иногда я поступаю вопреки тому, что мне советуют, просто чтобы показать, кто здесь начальник.
5. Когда захочу, я могу быть очень упрямым.
6. Никто не способен изменить мое мнение. Единственный, кто может это сделать, — это я сам.
7. Окружающие говорят, что я прочно стою на ногах.
8. Никто не может заставить меня сделать то, чего я не хочу. Никто — уж это я вам говорю!
9. Иногда я чувствую, что проявляю излишнее упрямство и торможу успех даже в своих собственных делах.
10. Я способен настоять на своем, несмотря ни на какие возражения.
11. Если я решил, что никуда не пойду, никто не сдвинет меня с места.
12. Мне трудно пойти на уступку, даже когда я знаю, что не прав.
13. Никто не остановит меня от осуществления задуманного
Свернуть

_________________
"Незнание о незнании неизменно сопутствует познанию" С.Лем


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 08 фев 2012, 20:51 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 04 мар 2010, 18:20
Сообщения: 1782
Откуда: Воронеж
Иван, спасибо!

_________________
Я знаю все.
Ну, кроме одного.
Как смог Он вереск вырастить и маки
На пепелище сердца моего?


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 25 фев 2012, 20:33 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 23 фев 2012, 23:49
Сообщения: 46
Здрасьти. У мене предложение сразу к Данилину возникло как только впервые за много лет зашол суда. А нельзя ли сделать передачу о вреде прозападной shit-психологии и о негативном влиянии псевдонауки из глянцевых журналов на мозг потребителя? А куда можно написать это предложение? Спасибо.

_________________
"Огромные сообщения являются огромным Злом. Абсолютным же Злом являются огромные ответы с многослойным цитированием." Адольф Виссарионович Каддафи.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 25 фев 2012, 20:35 
Не в сети
народный корреспондент
народный корреспондент

Зарегистрирован: 01 мар 2010, 13:48
Сообщения: 4110
Откуда: Нижний Новгород
Здравствуйте, предложение по темам передач пишем здесь
Раздел "Радиопередачи" "Темы для передач"
viewtopic.php?f=12&t=10


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 8 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Yahoo [Bot] и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
POWERED_BY
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.095s | 19 Queries | GZIP : On ]