Серебряные нити

психологический и психоаналитический форум
Прямой эфир в 21:00
Текущее время: 17 фев 2019, 16:02

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 132 ]  Пред.  1 ... 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
Автор Сообщение
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 26 авг 2018, 10:55 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Мыслить без рассуждения,то же самое что есть не пережёвывая.
Понятия, суждения и умозаключения.
33. Понятия, суждения и умозаключения как основные формы мышления, диалектика их соотношения. Логические ошибки, логика и софистика, ее соотношение норм логики с нормами нравственности.

(А) Понятия, суждения и умозаключения как основные формы мышления, диалектика их соотношения.

Мышление – 1) это целенаправленное, опосредованное и обобщенное отражение человеком существенных свойств и отношений вещей; 2) это интеллектуальный процесс построения и соотнесения мыслей с целью формирования знаний достижения истины. Мышление человека является основной функцией его сознания, а, следовательно, и основной функцией человеческого мозга.

Основными формами, в которых возникло, развивается и осуществляется мышление, являются понятия, суждения и умозаключения.

Понятие – это мысль, в которой отражаются общие, существенные свойства, связи предметов и явлений. Понятие это как бы сам акт понимания, чистая деятельность мышления. Понятия не только отражают общие, но и расчленяют вещи, группируют, классифицируют их в соответствии с их различиями. Кроме того, когда мы говорим, что имеем понятие о чем-либо, то под этим подразумеваем, что мы понимаем сущность этого объекта. («Человек – это биосоциальное существо, обладающее разумом, членораздельной речью и способностью трудиться».) В отличие от ощущения, восприятия и представлений понятия лишены наглядности, или чувственности. (Содержание понятия зачастую невозможно себе представить в виде наглядного образа. Нельзя представить «зло», «доброту».) В различные эпохи понятия различны по своему содержанию. Они различны на разном уровне развития одного и того же человека. Для научного мышления необходимо точное определение каждого понятия.

Понятия возникают и существуют в голове человека лишь в определенной связи, в виде суждений. Мыслить – значит судить о чем-либо, выявлять определенные связи и отношения между различными сторонами предмета или между предметами.

Суждение – это такая форма мысли, в которой посредством связи понятий утверждается (отрицается) что-либо о чем-либо. (Пример: «Клен – растение» - суждение, в котором о клене высказывается мысль, что он есть растение)

Если бы в нашем сознании существовали бы только одни понятия, не связанные между собой, то не могло быть и процесса мышления. Понятия живут лишь в контексте суждений. Можно сказать, что суждение – это развернутое понятие, а само понятие – свернутое суждение.

Словесной формой выражения суждения является предложение. Суждения всегда представляют собой связь 2 понятий: о чем высказывается и что высказывается. Различают единичные, частные и общие суждения: «Ньютон открыл закон тяготения», «Некоторые люди злые», «Кость – одна из активных тканей». Суждения делятся на утвердительные и отрицательные.

К тому или иному суждения человек может прийти путем непосредственного наблюдения какого-либо факта или опосредованным путем - с помощью умозаключения. Мышление не есть просто суждение. В реальном процессе мышления понятия и суждения включены в цепь более сложных умственных действий - в рассуждения. Относительно законченной единицей рассуждения является умозаключение. Суждения, из которых выводится заключение, называются посылками.

Умозаключение – операция мышления, в ходе которой из сопоставления ряда посылок выводится новое суждение. Умозаключение – более высокий уровень логического опосредования, чем суждение. (Пример умозаключения: Человек, просыпаясь утром зимой, видит на окне снежные узоры, он приходит к выводу, что ночью был сильный мороз.) Умозаключение как сопоставление суждений принесло человечеству принципиально новую познавательную возможность: оно избавило его от необходимости постоянно «тыкаться носом» в результаты единичного опыта и строить неисчислимое множество частных суждений.

Дополнительно: Появилось также в то время и необходимость в предположительном знании, в гипотезе.

Гипотеза – это предположение, исходящее из ряда фактов и допускающее существование предмета, его свойств, определенных отношений.

Гипотеза – это вид умозаключения, пытающегося проникнуть в сущность еще недостаточно изученной области мира, это своего рода посох, которым ученый ощупывает дорогу в мир неведомого, или, как сказал И.Гете, «леса, которые возводят перед строящимся зданием и сносят, когда здание готово.

В силу своего вероятностного характера гипотеза требует проверки и доказательства, после чего она приобретает характер теории.

Теория – это система объективно верных, проверенных практикой знаний, воспроизводящих факты, события и их предполагаемые причины в определенной логической связи. (Это система суждения и умозаключений, объясняющих определенный класс явлений и осуществляющих научное предвидение.)
Сердцевину научной теории составляют законы. На основе глубоко познания вещей, их свойств и отношений человек может прорывать границы настоящего и заглядывать в будущее, предвидя существование еще неизвестных вещей, предсказывая вероятное и необходимое наступление событий. Венец научной работы есть, по словам Н. А. Умова, предсказание.

(Б) Логические ошибки, логика и софистика, соотношение норм логики с нормами нравственности.

В любых рассуждениях значение всех терминов, употребленных однажды, должны быть неизменными. Содержание мыслей, задействованных в рассуждении, должно на период рассуждения как бы замереть и никак не изменяться. Отсюда основополагающий, исходный и наиболее фундаментальный признак всей формальный логики, распространяющийся и на математику – закон тождества. (А=А) Этот закон был впервые сформулирован и обоснован Аристотелем («Мысль должна быть тождественна самой себе!»)

Основная логическая ошибка, связанная с нарушением закона тождества называется подмена термина. (

1. лекарство – благо

2. чем больше блага – тем лучше

здесь произошла подмена термина – «благо» в 1 и 2 имеют разное значение)

Встречаются и другие формально логические ошибки (хотя большинство из них является, по существу, лишь вариантами «подмены»):

поспешное обобщение (по аналогии)

довод к публике (апелляция к интересам аудитории)

довод к человеку (ссылка на авторитет)

аргумент дьявола (неуместное преувеличение)

Ошибка – это непреднамеренное нарушение правил и законов логического мышления – паралогизм. Паралогизм, как правило, ведет к заблуждениям.

Если же логические ошибки кем-то совершаются преднамеренно (с осознанной целью введения собеседника в заблуждение), это будет софизм (от гр. - sophism – измышление, хитрость). По своему строению паралогизм не отличается от софизма. Последний отличается от первого лишь своим происхождением. В этом отношении софизм является разновидностью лжи, интеллектуальным мошенничеством.

В Древней Греции софистом сначала именовали человека, который посвящал себя умственной деятельности. (Солон и Пифагор) Впоследствии смысл этого понятия сузился, хотя и не заключал еще негативного смысла. Софисты – «учителя мудрости»- учили не только технике политической и юридической деятельности, но и вопросам философии, а также обучали приемам и формам убеждения и доказательства независимо от вопроса об истинности мысли, например: «То, что ты не потерял, ты имеешь; ты не потерял рога, следовательно, ты их имеешь». В своем стремлении к убедительности софисты доходили до идеи, что можно, а нередко и нужно доказать все, что угодно, и также что угодно опровергнуть, в зависимости от интереса и обстоятельств, что приводило к безразличному отношению к истинности в доказательствах и опровержениях. Так складывались приемы мышления, которые стали именоваться софистикой. Основные представители: Протагор, Горгий, Продик. Протагору принадлежит знаменитое положение: «Человек – есть мера всех вещей: существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют». Он говорил об относительности всякого знания, всякому утверждения может быть с равным основанием противопоставлено противоречащее ему утверждение.

Логические ошибки возникают в связи с низкой логической культурой человека, которые не способен выявить паралогизм, как в своих рассуждениях, так и в рассуждениях собеседника. Такой человек - удобная почва для восприятия любого рода софизмов, т.е. он может быть легко обманут в каких-либо целях другими людьми, более квалифицированно владеющими аппаратом логики и диалектики в их единстве, но «не чистых на руку». Т.о., использование софизмов является нормальным с точки норм зрения формальной логики, но не как не сочетается с нормами нравственности. (Аналогично и в религии, «дьявольщина» начинается с живописной, а потому привлекательной разболтанности мыслей, с ряда их подмен в процессе размышления и с софистики. Поэтому христианство всегда уделяло большое внимание логике, и использовало публичные диспуты, сопровождающиеся логически обоснованной критикой оппонентов церкви). -А ВОТ С ЭТИМ УМОЗАКЛЮЧЕНИЕМ,Я НЕ СОГЛАСЕН!
https://studfiles.net/preview/1111526/
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 28 авг 2018, 11:11 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
:-):


Последний раз редактировалось Александр Белинский 19 сен 2018, 11:16, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 28 авг 2018, 17:24 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
http://iknigi.net/avtor-ivan-pavlov/127 ... age-1.html Иван Павлов
Лекции о работе больших полушарий головного мозга


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 05 сен 2018, 10:55 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Уверенность — состояние ума, в котором он выражает согласие суждению , сознательно понятные причины для согласия являются положительным фактором, убеждение в истинности чего-либо, отсутствие сомнений, положительная оценка своих возможностей, способностей что-либо делать.
Чувство, ощущение уверенности.
Неудачи подрывают уверенность в себе,и в тоже время являются стимулом к их преодолению,а значит открываются всё новые и новые возможности!
Абстрактно-логическое мышление
Абстракция(от лат. abstractio — «отвлечение») — отвлечение в процессе познания от несущественных сторон, свойств, связей предмета или явления с целью выделения их существенных, закономерных признаков; абстрагирование; теоретическое обобщение как результат такого отвлечения.

В европейской философии и логике абстрагирование трактуется, как правило, как способ поэтапного продуцирования понятий, которые образуют все более общие изображения реальности (иерархию абстракций). Наиболее развитой системой абстракций обладает математика. Степень отвлечённости обсуждаемого понятия называется уровенем абстракции. В зависимости от целей и задач, можно рассуждать об одном и том же объекте на разных уровнях абстракции.

Абстрактное понятие
Абстрактное понятие — высшая форма абстракции, но связанная с примитивной чувственной абстракцией. Начиная с одних чувственных свойств и выделения других чувственных свойств (примитивная чувственная абстракция) абстракция переходит от чувственных свойств предмета и выделение его нечувственных свойств, выраженных в отвлеченных абстрактных понятиях. Поэтому мысль может через отношения между предметами выявить их абстрактные свойства. Абстракция в своих высших формах является результатом раскрытия все более существенных свойств вещей и явлений через их связи и отношения. Существовало два учения об абстракции, то есть о том процессе, когда мышление переходит к абстрактным понятиям:

абстракция эмпирической психологии — это учение сводило абстрактное лишь к чувственному,
абстракция реалистической психологии — отрывало абстрактное от чувственного, утверждая, что абстрактное содержание порождается мыслью.
Но в действительности абстрактное и несводимо к чувственному, и неотрывно от него. Мысль может прийти к абстрактному лишь, исходя из чувственного, то есть это движение мысли, которая переходит от чувственных свойств предметов к их абстрактным свойствам.

Абстрагирование
Абстрагирование — это мысленное выделение, вычленение некоторых элементов конкретного множества и отвлечение их от прочих элементов данного множества. Это один из основных процессов умственной деятельности человека, опирающийся на знаковое опосредствование и позволяющий превратить в объект рассмотрения разные свойства предметов. Это теоретическое обобщение позволяет отразить основныезакономерности исследуемых объектов или явлений, изучать их, а также прогнозировать новые, неизвестные закономерности. В качестве абстрактных объектов выступают целостные образования, составляющие непосредственное содержание человеческого мышления — понятия,суждения, умозаключения, законы, математические структуры и др.

Потребность в абстракции определяется ситуацией, когда становятся явными отличия между характером интеллектуальной проблемы и бытием объекта в его конкретности. В такой ситуации человек пользуется, например, возможностью восприятия и описания горы как геометрической формы, а движущегося человека — в качестве некой совокупности механических рычагов.

Виды абстракции
Некоторые типы абстракции:

примитивная чувственная абстракция — отвлекается от одних свойств предмета или явления, выделяя другие его свойства или качества (выделение формы предмета, отвлекшись от его цвета или наоборот). В силу бесконечного многообразия действительности никакое восприятие не в состоянии охватить все ее стороны, поэтому примитивная чувственная абстракция совершается в каждом процессе восприятия и неизбежно связана с ним.
обобщающая абстракция — даёт обобщённую картину явления, отвлечённую от частных отклонений. В результате такой абстракции выделяется общее свойство исследуемых объектов или явлений. Данный вид абстракции считается основным в математике и математической логике.
идеализация — замещение реального эмпирического явления идеализированной схемой, отвлечённой от реальных недостатков. В результате образуются понятия идеализированных (идеальных) объектов («идеальный газ», «абсолютно чёрное тело», «прямая», «сферический конь в вакууме» (из анекдота про идеализацию) и др.)
изолирующая абстракция — тесным образом связана с непроизвольным вниманием, поскольку при этом выделяется то содержание, на котором сосредоточивается внимание.
абстракция актуальной бесконечности — отвлечение от принципиальной невозможности зафиксировать каждый элемент бесконечного множества, то есть бесконечные множества рассматриваются как конечные.
конструктивизация — отвлечение от неопределённости границ реальных объектов, их «огрубление».
По целям:

формальная абстракция — выделение таких свойств предмета, которые сами по себе и независимо от него не существуют (форма или цвет). Этот тип абстракции служит основой усвоения детьми знаний, описывающих предметы по их внешним свойствам, что служит предпосылкой теоретического мышления.
содержательная абстракция — вычленение тех свойств предмета, которые сами по себе обладают относительной самостоятельностью (клетка организма). Этот тип абстракции у учащихся развивает способность оперировать ими.
Абстрактное и конкретное
В диалектической логике понятие «абстрактное» противопоставляется конкретному, например, конкретное мышление — абстрактное мышление (см.Восхождение от абстрактного к конкретному). В диалектической логике понятие абстракция часто употребляется в негативном смысле: как нечто одностороннее, неразвитое, слишком оторванное от жизни, в отличие от конкретного.

Абстрактное мышление подразумевает оперирование абстракциями («человек вообще», «число три», «дерево», и т. д.), конкретное мышление имеет дело с конкретными объектами и процессами («Сократ», «три банана», «дуб во дворе», и т. д.). Способность к абстрактному мышлению является одной из отличительных черт человека, которая, вероятно, сформировалась одновременно с языковыми навыками и во многом благодаря языку (так, нельзя было бы даже мысленно оперировать числом «три вообще», не имея для него определенного языкового знака — «три», поскольку в окружающем нас мире такого абстрактного, ни к чему не привязанного понятия попросту не существует: это всегда «три человека», «три дерева», «три банана» и т. п.).

Определение через абстракцию
Определение через абстракцию — способ описания (выделения, «абстрагирования») не воспринимаемых чувственно («абстрактных») свойств предметов путём задания на предметной области некоторого отношения типа равенства (тождества, эквивалентности). Такое отношение, обладающее свойствами рефлексивности, симметричности и транзитивности, индуцирует разбиение предметной области на непересекающиесяклассы (классы абстракции, или классы эквивалентности), причём элементы, принадлежащие одному и тому же классу, неотличимы по определяемому таким образом свойству.

Медицина
Ввиду некоторых физиологических особенностей головного мозга индивидумов, у людей которых имеются такие заболевания как Умственная отсталость, олигофрения может отсуствовать или быть слабо выражено абстрактное мышление
http://www.braintools.ru/thinking/typol ... l-thinking
Свернуть
Совершенно очевидно, что вся деятельность организма должна быть закономерна. Если бы животное не было, употребляя биологический термин, точно приспособлено к внешнему миру, то оно скоро или медленно перестало бы существовать. Если бы животное, вместо того чтобы направляться к еде, отстранялось от нее, вместо того чтобы бежать от огня, кидалось в огонь и т. д. и т. д., оно было бы так или иначе разрушено. Оно так должно реагировать на внешний мир, чтобы всей ответной деятельностью его было обеспечено его существование. То же самое окажется, если представлять себе жизнь в терминах механики, физики и химии. Каждая материальная система до тех пор может существовать как данная отдельность, пока ее внутренние силы притяжения, сцепления и т. д. уравновешиваются с внешними влияниями, среди которых она находится. Это относится ко всякому простому камню, как и к сложнейшему химическому веществу. Точно то же надо представлять себе и относительно организма. Как определенная замкнутая вещественная система он может существовать только до тех пор, пока он каждый момент уравновешивается с окружающими условиями. Как только это уравновешивание серьезно нарушается, он перестает существовать как данная система. Рефлексы суть элементы этого постоянного приспособления или постоянного уравновешивания. Физиологи изучили и постоянно изучают массу рефлексов, этих закономерно и машинообразно протекающих реакций организма и вместе с тем готовых со дня рождения, прирожденных, т. е. обусловленных организацией данной нервной системы. Рефлексы, как и приводы машин, сделанных человеческими руками, – двух родов: положительные и отрицательные, или задерживающие, тормозные, иначе сказать – то вызывающие определенную деятельность, то ее прекращающие. Конечно, изучение этих рефлексов, как ни давно оно в руках физиологов, еще очень, очень далеко от законченности. Открываются все новые рефлексы; рецепторные аппараты, принимающие удар агентов, как внешних, так и в особенности внутренних, еще в многочисленных случаях, что касается их свойств, остаются совершенно неисследованными; пути проведения нервного возбуждения в центральной нервной системе часто мало известны или совсем не установлены; центральный процесс задерживающих рефлексов, если исключить рефлексы на задерживающие эфферентные нервы, совершенно темен; также очень немного ясного в соединении и взаимодействии различных рефлексов. Но, тем не менее, физиологи все более и более углубляются в механизм этой машинообразной деятельности организма и имеют все основания надеяться изучить ее рано или поздно с исчерпывающей полнотой, чтобы вполне управлять ею.

http://iknigi.net/avtor-ivan-pavlov/127 ... age-1.html


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 07 сен 2018, 14:10 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Методы научного познания
Всякое познание есть движение от незнания к знанию. Таким образом, первая ступень познавательного процесса — определение того, что мы не знаем. Важно четко и строго определить проблему, отделив то, что мы уже знаем, от того, что нам еще неизвестно. Проблемой (от греч. problema — задача) называется сложный и противоречивый вопрос, требующий разрешения.

Второй ступенью в научном познании является выработка гипотезы (от греч. hypothesis — предположение). Гипотеза - это научно обоснованное предположение, которое требует проверки.

Если гипотеза доказывается большим числом фактов, она становится теорией (от греч. theoria — наблюдение, исследование). Теория — это система знаний, описывающая и объясняющая определенные явления; таковы, например, эволюционная теория, теория относительности, квантовая теория и др.

При выборе лучшей теории важную роль играет степень ее проверяемости. Теория надежна, если она подтверждается объективными фактами (в том числе новонайденными) и если она отличается ясностью, отчетливостью, логической строгостью.

Научные факты
Следует различать объективные и научные факты. Объективный факт — это реально существующий предмет, процесс или состоявшееся событие. Например, фактом является гибель Михаила Юрьевича Лермонтова (1814-1841) на дуэли. Научным фактом является знание, которое подтверждено и интерпретировано в рамках общепринятой системы знаний.

Оценки противостоят фактам и отражают значимость предметов или явлений для человека, его одобрительное или неодобрительное отношение к ним. В научных фактах обычно фиксируется объективный мирта- кой, какой он есть, а в оценках отражаются субъективная позиция человека, его интересы, уровень его морального и эстетического сознания.

Большинство сложностей для науки возникает в процессе перехода от гипотезы к теории. Существуют способы и процедуры, которые позволяют проверить гипотезу и доказать ее или отбросить как неверную.

Методом (от греч. methodos — путь к цели) называется правило, прием, способ познания. В целом метод — это система правил и предписаний, позволяющих исследовать какой-либо объект. Ф. Бэкон называл метод «светильником в руках путника, идущего в темноте».

Методология — более широкое понятие и может быть определена как:

совокупность применяемых в какой-либо науке методов;
общее учение о методе.
Поскольку критериями истины в ее классическом научном понимании являются, с одной стороны, чувственный опыт и практика, а с другой — ясность и логическая отчетливость, все известные методы можно разделить на эмпирические (опытные, практические способы познания) и теоретические (логические процедуры).

Эмпирические методы познания
Основой эмпирических методов являются чувственное познание (ощущение, восприятие, представление) и данные приборов. К числу этих методов относятся:

наблюдение — целенаправленное восприятие явлений без вмешательства в них;
эксперимент — изучение явлений в контролируемых и управляемых условиях;
измерение - определение отношения измеряемой величины к
эталону (например, метру);
сравнение — выявление сходства или различия объектов или их признаков.
Чистых эмпирических методов в научном познании не бывает, гак как даже для простого наблюдения необходимы предварительные теоретические основания — выбор объекта для наблюдения, формулирование гипотезы и т.д.

Теоретические методы познания
Собственно теоретические методы опираются на рациональное познание (понятие, суждение, умозаключение) и логические процедуры вывода. К числу этих методов относятся:

анализ — процесс мысленного или реального расчленения предмета, явления на части (признаки, свойства, отношения);
синтез - соединение выделенных в ходе анализа сторон предмета в единое целое;
классификация — объединение различных объектов в группы на основе общих признаков (классификация животных, растений и т.д.);
абстрагирование - отвлечение в процессе познания от некоторых свойств объекта с целью углубленного исследования одной определенной его стороны (результат абстрагирования — абстрактные понятия, такие, как цвет, кривизна, красота и т.д.);
формализация - отображение знания в знаковом, символическом виде (в математических формулах, химических символах и т.д.);
аналогия - умозаключение о сходстве объектов в определенном отношении на основе их сходства в ряде других отношений;
моделирование — создание и изучение заместителя (модели) объекта (например, компьютерное моделирование генома человека);
идеализация — создание понятий для объектов, не существующих в действительности, но имеющих прообраз в ней (геометрическая точка, шар, идеальный газ);
дедукция - движение от общего к частному;
индукция — движение от частного (фактов) к общему утверждению.
Теоретические методы требуют эмпирических фактов. Так, хотя индукция сама по себе — теоретическая логическая операция, она все же требует опытной проверки каждого частного факта, поэтому основывается на эмпирическом знании, а не на теоретическом. Таким образом, теоретические и эмпирические методы существуют в единстве, дополняя друг друга. Все перечисленные выше методы — это методы-приемы (конкретные правила, алгоритмы действия).

Более широкие методы-подходы указывают только на направление и общий способ решения задач. Методы-подходы могут включать в себя множество различных приемов. Таковы структурно-функциональный метод, герменевтический и др. Предельно общими методами-подходами являются философские методы:

метафизический — рассмотрение объекта в покос, статике, вне связи с другими объектами;
диалектический — раскрытие законов развития и изменения вещей в их взаимосвязи, внутренней противоречивости и единстве.
Абсолютизация одного метода как единственно верного называется догматикой (например, диалектического материализма в советской философии). Некритичное нагромождение различных несвязанных методов называется эклектикой.

http://www.grandars.ru/college/filosofi ... aniya.html
Свернуть
Воспитание ребенка в семье — выбираем правильные методы
Как правильно воспитывать детей? Этот вопрос волнует многих родителей. В исключение можно занести только безответственные и безалаберные семьи.

Семья

Важно не только правильно воспитывать, но и подобрать подходящий метод для этого. Ну а что уж говорить о проблемах, которые возникают в процессе воспитания? Далее — о методах воспитания и возможных трудностях.

Способы воспитания детей
Отличий методов воспитания ребенка в семье от педагогических мер немного, но есть у них и свои особенности. Поэтому нужно учитывать индивидуальность влияния родителей на детей. Оно должно исходить из конкретных поступков. Родители должны осознавать цель воспитания, иметь представление о нем, чтобы сформировать развитую личность.

Главным для ребенка является теплая атмосфера в семье. Поэтому родителям следует меньше выражать свои негативные эмоции при детях. Если ребенок ослушался, не стоит сразу повышать голос и применять силу.

Приоритеты воспитания играют немаловажную роль в выборе определенного метода. Есть родители, которые хотят воспитать самостоятельность в ребенке, и для них существуют свои способы воспитания. Другие стараются выработать у малыша послушание, поэтому и используют свои методы в достижении этой цели.

К общим методам воспитания ребенка в семье можно отнести поощрение, убеждение и наказание. Первый способ заключается в дарении подарков, похвале за хорошее действие или поступок и т. п. Убеждение строится на внушении, личном примере, правильных советах, объяснении плохого и хорошего. Третий метод — наказание — подразумевает телесное наказание, лишение удовольствий и т. п.

Даже если вам кажется, что вы выбрали правильный способ, не исключены трудности. Так, например, в состоятельных семьях чаще всего наблюдается привитие ребенку ценностей, которые называются материальными. Родители бездуховные не смогут подать правильный пример своим детям. Если взрослые строго авторитарные или совсем не наказывают своего ребенка, то они не смогут воспитать правильную личность. Давление на психику детей и применение физической силы тоже не приведут ни к чему хорошему. Поэтому к выбору метода воспитания относитесь со всей ответственностью, ведь он скажется на личности вашего ребенка.

Убеждение как способ воспитания
На сознание ребенка можно воздействовать с помощью убеждения. Оно позволяет формировать взгляды посредством познания фактов жизни. Эти представления либо закрепляются в сознании ребенка, либо он познает новое и расширяет свое мировоззрение.

Сформировать определенные взгляды родители могут, воспользовавшись диалогом. Эта форма убеждения насыщена полезной информацией, которая передается от взрослого к ребенку. С помощью диалога можно не только пообщаться, но и воспитать детей в правильном контексте.

Диалог как метод воспитания ребенка

Ещё одной формой убеждения является диспут. Ребенок и взрослый всегда могут поспорить на тему, волнующую их. Столкновение различных мнений помогает приобрести новые знания и видение мира. Через диспут можно решить некоторые воспитательные задачи. Дети учатся защищать своё мнение, анализировать факты, убеждать людей. Диспут должен проходить в игровой форме. Это ни в коем случае не обычная бытовая ссора.

При этом нельзя применять в воспитании исключительно метод убеждения. Это неправильно. Уместнее всего использовать его вместе с приучением. Убеждение будет эффективнее, если ребенок будет уверен в эрудиции родителя.

Повторение основ поведения
Метод упражнения — это не только постоянное повторение, но и совершенствование способов поведения. Реализовать его можно через поручение. С помощью этого метода дети не только получают опыт, но и расширяют его.

Эффект от упражнения достигается довольно долго. Для более эффективного воздействия на ребенка лучше всего использовать его вместе с убеждением. Коллективные дела, используемые в упражнении, будут действительно увлекательными для детей, если объяснить им цель даваемых поручений.


Также ребенку нужно помочь найти то дело, которое ему по душе. Дети учатся преодолевать трудности и доводить поручение до конца. Хорошо знать мотивы, по которым ребенок идет выполнять то или иное задание. Это поможет дать правильное поручение и достичь воспитательных целей.

Чтобы правильно организовать упражнение, следует сначала давать более легкие поручения, а затем переходить к сложным задачам. Результат, полученный в конце, должен радовать ребенка. Осознание личного успеха мотивирует его на выполнение новых поручений.

Метод упражнения включает в себя пример. Он осуществляется с помощью просмотра различных фильмов, приведения фактов из жизни, чтения книг и т. п. Но личный пример родителей имеет самое важное значение. Ребенок строит своё поведение, подражая взрослым, так как у него ещё недостаточно опыта для самостоятельного выстраивания своих действий. Так ребенок формирует правильное поведение либо асоциальное.

Сначала у малыша появляется представления о поступках, про которые он услышал из рассказов других или увидел собственными глазами. У него возникает желание действовать так же. Однако пример и дальнейшее поведение могут и не совпадать.

Семья: методы воспитания детей

Затем идет выстраивание своих мыслей, действий и поведения под образец. И, наконец, поведение закрепляется. Важно помнить, что внушение и совет взрослого играют немаловажную роль в выборе правильных подражательных действий.

Наказание и поощрение — два взаимосвязанных метода
Поощрение строится на признании хороших качеств и положительной оценке поведения детей. Противоположным методом является наказание. Оно строится на осуждении плохих поступков, выражении отрицательной оценки. Эти два способа воспитания должны существовать вместе. Их необходимость доказана педагогикой, ведь они закаляют характер и воспитывают достоинство и ответственность.

Злоупотреблять и поощрением, и наказанием нельзя, так как это может привести к развитию эгоистичности. Сначала нужно хвалить ребенка, так как это дает веру в себя. Но не стоит забывать и об осторожности. Не стоит хвалить малыша за то, что дано ему от природы или достигнуто не единожды. Проявление жалости в поощрении тоже неуместно.

Наказание настолько же важно в воспитании, как и одобрение. Но и здесь есть некоторые нюансы. Например, нельзя применять физическую силу или давить морально на личность. При возникновении сомнений лучше избежать наказания. Если ребенок совершил сразу несколько проступков, наказать его стоит только один раз. Унижать или оскорблять личность неуместно, а уж тем более наказывать, когда прошло много времени с момента совершения плохого поступка. Если ребенок ест или не может преодолеть страх, наказание тем более неуместно.

Эффективнее всего наказание и поощрение будут в том случае, если применять их совместно с вышеперечисленными методами. Одобрение должно быть ведущей, а осуждение вспомогательной воспитательной мерой. Это позволяет ориентироваться на лучшие качества ребенка и улучшать их со временем. В обоих методах необходимо проявлять такт и стараться сподвигнуть ребенка к и самооценке своего поведения. Наказание будет правильным и уместным в том случае, если провинившийся понимает свою вину.

Важность образца для подражания
Положительный пример играет большую роль в формировании личности. Сегодня очень сложно уделять достаточное количество времени своему малышу, но важно помнить о важности личного примера. Даже если у вас остается мало свободного времени, вы можете показать ребенку правильное поведение, когда ведете его в образовательное учреждение. Так, если вы едете в каком-либо транспорте, то можно уступить место пожилому человеку, показав тем самым пример своему малышу. Если вы сами находитесь за рулем автомобиля, то можно уступить дорогу пешеходам и т. д.

Мама с ребенком: личный пример как метод воспитания

Своим примером важно показать, как ведет себя воспитанный человек. Ваше поведение дома также влияет на поступки ребенка. Поэтому важно быть вежливым, обходительным и заботливым по отношению к близким. Никакие нотации и разговоры не вызовут у ребенка правильное поведение, если вы сами не умеете себя вести, но учите тому своих детей.

Ребенок считает своих родителей идеалом, поэтому копирует их поведение и слова. Постарайтесь не разочаровать малыша. Работайте над собой, избавьтесь от вредных привычек, если не хотите, чтобы они перешли к вашим детям.

Какие формы воспитания обычно применяют в современных семьях
Каждый родитель решает сам, как ему воспитывать собственных детей. Отсюда и происходит становление основных форм воспитания. В современной семье их не так уж и много.

К первой и самой распространенной форме воспитания детей в семье относится метод «кнута и пряника». Важно помнить, что вплоть до пятилетнего возраста ребенок ещё не осознает до конца значение крика. Поэтому применять его, а также ремень и подзатыльники не следует. Крик нужен лишь в том случае, когда ребенок находится в ситуации опасности. Более действенной формой воспитания считается угол. А физическое наказание — это лишь доказательство того, что вы не можете по-другому объяснить неправоту ребенка. Таким образом, малыш не будет чувствовать за собой вины, поэтому важно отвлечься от всех своих дел и объяснить ребенку, в чём он провинился.

Разговор на равных — ещё одна форма воспитания в семье. Сюсюканье и искажение слов может привести к неправильному развитию речи ребенка. Поэтому стоит разговаривать с ним, как со взрослым. С самого детства нужно приучать ребенка самостоятельно есть и одеваться. Не помогайте малышу делать то, что он в силах сделать сам. Иначе вам придется бегать за ним по каждому крику.

В подростковом возрасте тоже существует своя форма воспитания. Не нужно слишком опекать ребенка, однако не стоит лишать его внимания вообще. Лучше всего стать для него другом. Так вы сможете быть в курсе его планов на день, знать, где он гуляет и чем занимается. Важно сохранить доверие подростка к себе.

Подведем итоги
В воспитании детей не так всё сложно, как кажется на первый взгляд. Каждые родители выбирают определенный метод воспитания своих чад. Но важно помнить, что воспитывать ребенка правильнее, используя весь комплекс способов воздействия на него. Нельзя только поощрять или наказывать, убеждать или применять упражнение, действовать только от личного примера. Необходимо включить в воспитательный процесс все методы, пользуясь ими в зависимости от ситуации. http://mama66.ru/child/metody-vospitaniya-rebenka
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 13 сен 2018, 13:22 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Связь и взаимопереход.
Связь есть любая зависимость объекта, системы от чего-либо. Взаимопереход есть превращение одного состояния (качества) объекта в другое. Например, переход вещества (воды) в твердое, жидкое, газообразное, плазменное состояние, переход состояния человека из состояния сна в бодрствующее, от жизни к смерти.

Все во всем. Целое и часть.
Любая информация не переносится из точки А в точку Б, а заключена уже в ней (это универсальная гипотетическая позиция). В каждой клетке организма уже заключена, например, генетическая информация, которая уже имеется в каждой другой. Целое есть результат синтезируюшей, организующей, упорядывающей причины - силы. Целое имеет части (элементы), которые и составляют суть целого. Целое и есть принцип связи частей.

Анализ отношений целого и части позволяет видеть два вида элементов: исходные элементы (которые могут оставаться таковыми в системе) и элементы части. В понимании соотношения целого и части существуют две противоположные позиции - меризм и холизм.

Меризм абсолютизирует во взаимоотношениях роль частей, а холизм - роль целого. Первая позиция связывается, преимущественно с материализмом, вторая - с идеализмом. Диалектическая позиция состоит в фиксации низшего и высшего, а так же в том, что в количественном аспекте целое есть сумма частей, в качественном - целое больше суммы частей.

В понимании вещей следует исходить:

- из задачи;

- из определения системы координат;

- из определения исходных понятий;

- из критического отношения к аргументации.

антропологический материализм рационализм эмпиризм

https://studwood.ru/741038/filosofiya/s ... imoperehod
Свернуть
Понимание и предвидение основанное на прошлой и настоящей жизни сущностей.
Если пытаться описать человеческий мир ─ то, как человек существует, и то, как он воспринимает себя самого и окружающую действительность ─ то одной из первых характеристик, к которой придется прибегнуть, будет временность. Так, М. Хайдеггер указывает на временность как на решающее свойство человеческой экзистенции, свойство, определяющее особенности человеческого существования и его положение в мире. Жизнь человека не просто пребывание и присутствие в некотором месте, жизнь ─ это всегда смена различных пребываний. Внутренний и внешний мир дан человеку не как неподвижное замкнутое целое, а как череда событий. При этом время для человека не просто длительность, недифференцируемый поток, сплошная последовательность изменений. Мы способны не только различать единицы времени, отсчитывая минуты и часы, мы рассматриваем время как единство трех частей, состояний или модусов ─ прошлого, настоящего и будущего.


Несмотря на теоретические трудности, связанные с понятием настоящего, которое можно было бы представить как мгновение, не подлежащее дальнейшему расчленению, т. е. как безвременность ─ если бы этот момент можно было, во-первых, зафиксировать, а во-вторых, выделить, так сказать, в чистом виде без примеси прошлого и будущего ─ для любого человека оно есть нечто самоочевидное и абсолютно понятное. Такими же ясными представляются понятия прошлого и будущего, которые, опять-таки взятые самостоятельно, становятся проблематичными, так как обозначают нечто в первом случае уже, а во втором еще не существующее. Однако феноменологически, в контексте жизненного опыта, они раскрываются через вполне конкретное содержание: прошлое как история или личная биография, а будущее как цели, намерения, планы, договоренности, обязательства, складывающиеся в более или менее детально прописанные картины грядущего. Казалось бы, эти картины наименее ценны по сравнению с настоящим и тем, что некогда было настоящим. Будущее ─ только мечты и грезы, поэтому здравомыслящий человек должен полагаться на прошлое и настоящее. Однако различные мыслители с различных позиций доказывают, что именно будущее, а не прошлое является конститутивным моментом человеческого существования.


У М. Хайдеггера будущее выносится на первый план, поскольку временность открывается человеку через осознание собственной конечности, смертности, которое предполагает обращение к будущему, поэтому «временность временит из собственного будущего» [Хайдеггер 2006, 329]. Но будущее - это не только неотвратимость смерти, но и царство возможностей. Если прошлое представляется как «фактичность», настоящее как «обреченность», то будущее можно качественно охарактеризовать как «проект». Хайдеггер отмечает, что о человеческом существовании можно говорить только до тех пор, пока оно не завершенно, пока есть то, что «не состоялось». Аналогично Х. Ортега-и-Гассет противопоставляет завершенность, осуществленность мира и проектность человека. Для него человек не совокупность уже состоявшегося, «человек ─ это прежде всего нечто, не имеющее телесной или духовной реальности; человек ─ это программа как таковая и, следовательно, то, чего еще нет, и то, что стремится быть» [Ортега-и-Гассет 1997, 187]. Другими словами, человек это не прошлое, не тело, полученное от родителей, не воспитание и знания, приобретенные в детстве и юности, и даже не опыт жизни, а прежде всего те самые грезы и мечты ─ будущее, которого еще нет. Поэтому здравомыслящий и практичный человек, в той мере в какой он является человеком, т. е. деятельным, волящим и свободным существом, обращен не к прошлому, а к будущему. Все, что можно отнести к прошлому, это совокупность предзаданных условий, то, чем можно воспользоваться при осуществлении своего будущего и то, что только благодаря будущему становится подлинным, обретает бытийный смысл. Поэтому не только мечтатель, но и человек деловой и практичный по выражению Б. де Жувенеля, «гораздо в большей степени живет в мире futura, нежели в мире facta» [Жувенель 2000, 107].


Таким образом, временность в целом и будущее, в частности, ─ понятия, отражающие некую фундаментальную особенность человеческого существования, проявляющуюся в любой человеческой деятельности, в том числе и познавательной. Поэтому с понятиями прошлого, настоящего и будущего можно соотнести определенные познавательные практики. Так, человек знает настоящее через непосредственный опыт. Мы знаем, что сейчас в нашем городе идет дождь, потому что видим, слышим, ощущаем это событие. Вместе с тем знанием мы называем не только данные о сиюминутных ощущениях. Знание о каком-либо объекте предполагает осведомленность о его устройстве, поведении, взаимодействии с другими объектами и свойствах, которые при прочих равных условиях останутся неизменными и в прошлом, и в будущем. Однако как можно знать прошлое и будущее, ведь ни первого, ни второго не существует, и мы не можем непосредственно наблюдать ни прошлые, ни будущие события.


Прошлое, безусловно, можно представить в терминах непосредственного опыта. Прошлое можно знать как собственный некогда имевший место опыт или как опыт других людей, о котором нам так или иначе стало известно. Таким образом, знание о прошлом можно свести к памяти ─ личной или коллективной, зафиксированной тем или иным образом, объективной или искаженной. Но можно ли представить знание о будущем подобным образом? Можно, но только если допустить существование ясновидения, т. е. такого опыта, когда человек непосредственно переживает будущие события. Но в этом случае надо будет признать, что, во-первых, знания о будущем доступны только немногим людям, а, во-вторых, что такие знания весьма скудны, ибо непосредственный опыт нескольких человек весьма ограничен. Оба этих вывода несовместимы с действительным положением дел, потому что все люди имеют то или иное знание о будущем, которое невозможно свести к рассказам прорицателей. Если человек знает, что через неделю он уезжает в путешествие, из этого никак не следует, что он ходил к ясновидящей. И если он знает, что поездка продлится неделю, знает, какая будет стоять погода, знает, какие события будут иметь место, это не означает, что он сам ясновидящий. Значит, знание о будущем невозможно определить как непосредственный опыт или знание о таком опыте, поэтому его следует рассматривать как проявление некой отдельной познавательной способности. Эту способность и принято называть предвидением.


Поскольку человеку свойственно продлевать себя вперед, за пределы прошлого и настоящего, можно предполагать, что предвидение играет в его жизни огромную роль. Но как связаны в действительности между собой понятия «будущее» и «предвидение»? Понятие предвидения употребляется чаще всего в смысле знания о будущем, и ряд авторов полагает, что это единственно корректное определение: относимость к будущему рассматривается как необходимый атрибут предвидения. Такая позиция связана с попыткой избежать сложностей, возникающих при более широком толковании этого понятия и синонимичного ему понятия прогноз. Так, А. Хилькевич отмечает, что определение прогноза как высказывания не только о будущем, но также о неизвестном положении вещей ведет к неизбежному смешению его с понятием гипотезы [Хилькевич 1974].


Представители противоположной точки зрения не рассматривают временную характеристику в качестве основного признака предвидения . По их мнению главным является то, что прогнозы и предсказания говорят о неизвестных явлениях, которые могут быть локализованы как в будущем, так и в настоящем или прошлом. Вместе с тем, вводятся дополнительные требования, позволяющие не смешивать понятия гипотезы и предвидения. Поясним это на примере разработанной Д. И. Менделеевым Периодической таблицы химических элементов. Менделеев предложил принцип, который не только систематизировал и организовывал знания об уже известных химических элементах и их свойствах, но и позволял заключить о существовании еще неизвестных элементов с определенными характеристиками. Как можно назвать такое заключение? С точки зрения Хилькевича, мы имеем здесь дело с гипотезой, т. е. предположением о существовании ненаблюдаемого объекта. Тогда о предвидении мы можем говорить лишь в смысле имплицитно содержащегося в этой гипотезе предсказания будущего открытия. Вот как интерпретирует эту ситуацию А. М. Гендин: «Менделеев, строго говоря, не предсказал существование определенных свойств ряда неизвестных в то время химических элементов (нельзя предсказывать то, что уже существует), а выдвинул гипотезу об их существовании, на основании которой он предсказал возможность открытия в будущем элементов, обладающих данными свойствами» [Гендин 1970, 96]. Нетрудно заметить, что такая трактовка несколько искусственна. Можно согласиться с В. Г. Виноградовым, что выдвигать дополнительную гипотезу о существовании элементов Менделееву не требовалось, так как такое заключение являлось следствием его периодического закона [Виноградов 1973, 11].


Фокусируясь именно на этом обстоятельстве, авторы сборника «Философия и прогностика» вводят различие между гипотезой и прогнозом, давая при этом четкую дефиницию последнему. Гипотезу и прогноз, полагают они, можно рассматривать в семантическом, логическом и прагматическом плане. Семантически, «как высказывания о неизвестном еще положении вещей», эти понятия не различаются. Но их можно отличать по месту в логическом выводе: гипотеза всегда входит в состав посылок, а прогноз является заключением [Философия… 1971, 79]. Хилькевич замечает, что такое разведение действительно только в процессе построения прогноза, так как в других случаях она может быть не только посылкой, но и заключением (ведь к гипотезе мы тоже приходим посредством размышлений), так же как прогноз ─ не заключением, а посылкой (например, при составлении другого прогноза). Однако авторами «Философии и прогностики» этот момент учитывается: «Одно и то же высказывание может выступать и как гипотеза и как прогноз в зависимости от того, какое место оно занимает в логической структуре вывода и какую цель преследует его выведение» [Философия… 1971, 76]. Так вводится второе различие, предполагающее, что гипотеза направлена на объяснение, а прогноз на выявление фактов. Например, заключение французского астронома Х1Х в. Леверье о существовании планеты, влияющей на движение Урана, «поскольку оно служило объяснению наблюдаемых орбитальных отклонений Урана», являлось гипотезой, «а поскольку же оно было выведено из известных законов механики и имеющихся данных наблюдения, то есть выступало как заключение логической цепи вывода, оно являлось прогнозом» [Философия… 1971, 77].


В том же ракурсе рассматривает предвидение С. Тулмин. Разбирая проблему определения целей научной деятельности, он противопоставляет предвидение и понимание. Если первое достигается посредством прогностической деятельности, то второе ─ посредством объяснения. Сутью науки в ее чистом виде Тулмин полагает именно объяснение, в то время как «другие [виды] деятельности ─ диагностическую, классифицирующую, производственную, предсказательную ─ правильно называть “научными” в силу их связи с объяснительными идеями и идеалами, которые являются ядром естественной науки» [Тулмин 1961, 38]. Тулмин доказывает, что прогностические методики и объяснительные теории могут существовать независимо друг от друга, как это было в Ионии и Вавилоне более чем 25 веков назад. Вавилоняне блестяще владели математическим знанием астрономических явлений и могли предсказывать их наступление, но разработанных теорий не создали, тогда как ионийцы занимались именно построением теорий ─ выдвигали гипотезы, а не выводили предсказания. Тулмин комментирует эту ситуацию так: «Вавилоняне обрели огромную предсказательную силу, но им заметно не доставало понимания (курсив мой. ─ С. П.). Обнаруживать, что события определенного типа предсказуемы ─ даже развивать действенный метод их прогнозирования ─ есть, очевидно [нечто] совершенно отличное от обладания адекватной теорией, посредством которой они могут быть поняты» [Тулмин 1961, 30]. Из этого примера видно, что Тулмин понимает предвидение прежде всего в смысле вычисления, «предсказательного расчета», когда просчитываются изменения совокупности независимых переменных с течением времени. По существу те же принципы действуют в современном прогнозировании, в методах, основанных на экстраполяции временных рядов (метод наименьших квадратов, экспоненциального сглаживания, вероятностного моделирования и другие). При этом он не считает нужным ─ по крайней мере в свете своего исследования ─ расширять повседневные, обыденные значения понятий предсказание, предвидение и прогнозирование как содержащих знание о будущем. Поэтому предвидение, по мнению Тулмина, в отличие от понимания заключается не в построении теорий, а в разработке прогностических методик и представляет собой по существу прогнозирование, которое, в свою очередь, является ремеслом или технологией, скорее применением науки, чем сутью науки как таковой.


Итак, из вышеприведенных рассуждений можно сделать следующие выводы. Во-первых, все авторы используют понятие предвидения как синонимичное понятиям прогноз и предсказание. Во-вторых, именно по этой причине предвидение всегда рассматривается как вывод из некоторого количества посылок ─ научных законов или эмпирических обобщений и совокупности исходных условий. В-третьих, строго разводятся объяснительная и прогностическая стратегии и в соответствии с этим предвидение определяется как реализация последней.


Предсказание, по Попперу, ─ это дедуцированное из универсальных высказываний (законов) и начальных условий сингулярное утверждение. Если закон говорит об общих связях и закономерностях, присущих определенному классу явлений, то предсказание ─ о единичном явлении, имеющем пространственно-временную локализацию и отражающим общую закономерность в конкретной форме. Например, имеется универсальное высказывание «Всякая нить, нагруженная выше своего предела прочности, разрывается». Чтобы перейти к описанию явления, надо к универсальному высказыванию добавить хотя бы одно сингулярное, описывающее конкретные условия, которые принято называть «начальными», например, «предел прочности данной нити равен 1 фунту» и «к нити подвешен груз весом в 2 фунта». Из начальных условий и универсального закона можно вывести высказывание: «Эта нить разорвется». Последнее будет «специфическим или сингулярным предсказанием».


Обозначенная логическая форма позволяет внести в определение предсказания следующий смысл: предсказание есть не только высказывание о будущем, этот термин «охватывает высказывания о прошлом ("ретросказания"), а также "имеющиеся в настоящее время" высказывания, которые мы хотим объяснить ("экспликандумы")» [Поппер 1983, 83]. Таким образом, предсказание будет по своей логической форме идентично дедуктивному причинному объяснению, другими словами, «можно говорить о различии не в логической структуре, а в акценте» [Поппер 1992, 43][1].


Итак, предсказание есть всегда вывод в отношении того, что неизвестно на данный момент, но что должно вести себя определенным образом, иметь определенный вид или определенные свойства в силу имеющихся у нас знаний, на которых, собственно, данный вывод и основан. Так, Менделеев предсказал существование химических элементов, обладающих специфическими свойствами, исходя из открытого им закона, а Леверье предсказал существование и местоположение планеты Нептун на основании законов механики и наблюдаемых условий.


Стоит отметить, что из универсального закона можно дедуцировать не только предсказания, но и другие универсальные законы. Поппер называет этот процесс объяснением закономерности. Для этого к одному универсальному высказыванию необходимо добавить еще одно и более, описывающее специальные условия, характеризующие некоторый тип явлений. Поскольку объяснение и предсказание не различаются по форме, то, вероятно, такое дедуцирование можно назвать предсказанием, однако сам Поппер не использует такого определения. Дело в том, что объяснение единичного случая и закономерности различаются. Поскольку специальные условия являются не единичными, а типичными, мы не можем рассматривать их в качестве начальных, т. е. в качестве самостоятельной посылки, они должны быть введены в саму формулировку выводимого закона. В противном случае мы получили бы не- универсальное высказывание. Закон не может зависеть от начальных условий в силу своего всеобщего характера, он может быть лишь закономерностью относительно определенных процессов (событий). Предсказание же всегда обусловлено, если оно, конечно, является научным.


Но если предсказание всегда относится к конкретному явлению или объекту, что представляют собой, например, общие предвосхищения будущего. Чем является высказывание типа «В ближайшие несколько лет доходы данного предприятия увеличатся»? Если брать его изолированно, то оно ─ «безусловное пророчество», но если говорящий приводит какие-то соображения типа; «с момента основания предприятия, оно постоянно расширялось», «директор предприятия ─ опытный промышленник и талантливый управляющий», «продукция, выпускаемая предприятием, чрезвычайно востребована», «внедряемая новая технология производства позволит сократить затраты» и т. д., то надо признать, что оно все-таки обусловлено определенными знаниями. С одной стороны, подобное утверждение может быть прогнозом. Под «прогнозом» или «прогнозированием» мы понимаем определение тенденций и перспектив развития тех или иных процессов или объектов, т. е. их будущего состояния, на основе анализа данных об их прошлом и нынешнем состоянии. Однако понятие прогноз чаще всего предполагает проведение исследования в соответствующей области, относительно соответствующих явлений, тогда как в нашем случае говорящий может основываться на разрозненных сведениях. Также непонятно, как определить заявление опаздывающего студента, который утверждает, что преподаватель уже начал занятие. С одной стороны, оно не является предсказанием в смысле Поппера, но с другой ─ это определенно ретросказание. В обыденном языке такие высказывания независимо от того, относятся они к будущему, прошлому, или даже настоящему, хорошо ли они обоснованы или являются голословными, называют предположениями. Поэтому в частном разговоре вероятнее услышать не высказывание типа «В ближайшие несколько лет доходы данного предприятия увеличатся», а иную формулировку: «Я предполагаю, что в ближайшие несколько лет доходы данного предприятия увеличатся». Такие предположения не являются выводами из совокупности законов и условий, они могут формироваться различным образом, но в то же время они, как и предсказания, говорят нам о фактах, с которыми мы еще не имели дело в опыте.


Это обстоятельство ставит нас перед следующим вопросом: возможно ли дать общее определение понятиям «предсказание», «прогноз» и «предположение» или, другими словами, существует ли более общее понятие, объединяющее выше перечисленные? На наш взгляд, именно понятие «предвидение» выполняет эту функцию. По самой своей этимологии понятие «предвидение» указывает на получение знания до «видения», т. е. до наблюдения, на «переход мысли человека за пределы данного эмпирического знания в область эмпирически не освоенную» [Жариков 1967, 184]. Этот переход не обязательно осуществляется строго логически и тем более посредством дедуктивного вывода. Даже в научном познании, а тем более в обыденном, человек пользуется индуктивными выводами, выводами по аналогии, модельно-индуктивными. Кроме того, в мыслительном процессе человек часто не следует правилам логики, большую роль играют воображение, интуиция, ассоциативное и образное мышление и другие не поддающиеся формализации моменты. При этом предвидение не всегда связано только с предсказательной стратегией, т.е. нельзя характеризовать предвидение как процесс, имеющий своей целью лишь установление некоторого факта. Человек прибегает к предвидению и в тех случаях, когда его целью является объяснение некоторого явления. Так, обнаружив утром на улице лужи, мы заключаем, что ночью шел дождь, что одновременно является ретросказанием в отношении прошлого события и объяснением наблюдаемого последствия этого события. Следовательно, объяснение как указание на ненаблюдаемую причину можно одновременно рассматривать в качестве предвидения этой причины.


Что касается соотношения понятий «предвидение» и «будущее», то здесь кажутся уместными следующие пояснения. Мы отметили, что взятое объективно понятие будущее поднимает целый ряд вопросов онтологического плана, в то время как отнесенное к человеческому опыту наполняется конкретным содержанием и становится очевидным и понятным. Будущее корректно определить как совокупность объектов будущего опыта, это не абстрактное будущее мира, но всегда будущее для нас. Когда говорят о предвидении как о знании будущего, неявно предполагают, что прошлое и настоящее нам известны. Однако в действительности в пространство будущего ─ будущего для нас, будущего опыта ─ попадают объекты, уже существующие или существовавшие. Поэтому предвидение ─ это знание о возможных объектах будущего опыта, а также о таких объектах, которые не могут быть включены в наш опыт. Так, планета Нептун существовала до предсказания Леверье, но ее существование не было известно. Также и опаздывающий студент, предсказывая, что лектор пришел в аудиторию в положенное время, делает вывод относительно того, что уже произошло, но в то же время это прошлое только в будущем станет частью его опыта и достоверным знанием.


Итак, предвидение представляет собой переход от известного к неизвестному, каким бы образом он не осуществлялся ─ посредством строго логического следования, количественного расчета, экстраполяции тенденции, мыслительного эксперимента или даже интуиции и каким бы не был его результат ─ экзистенциальное сингулярное высказывание, прогноз, гипотеза, смелое предположение.


Таким образом, возвращаясь к Попперу, мы должны отметить, что понятие предсказание охватывает только частный, более того, достаточно специфический случай предвидения. Однако понятие предсказание - не единственная форма антиципации, о которой он пишет. В одной из последних работ Поппер использует также понятие «опережающего знания», заявляя, что знание «часто имеет характер ожидания» или «опережающего знания» [Поппер 2000, 196]. Это утверждение подводит нас к вопросу о роли предвидения в познании.





Эпистемологические основания предвидения


Говоря о предсказаниях, прогнозах и предвидении, большинство авторов определяют их как функцию научных теорий и законов [Виноградов 1973; Тулмин 1961; Философия…1971]. Очевидно, что эта характеристика относится в основном к предсказаниям, как они понимаются Поппером. Что касается предвидения вообще, как мы его выше определили, то оно выступает не только как функция, но и как основание теорий и законов.


Законы науки представляют собой строго универсальные высказывания. Возьмем, например, закон свободного падения тел: «Расстояние, пройденное свободно падающим телом, равно произведению ускорения на половину квадрата времени». Более правильно будет записать его следующим образом: «Для всех свободно падающих тел верно, что пройденное ими расстояние составляет произведение ускорения на половину квадрата времени». Если записать это высказывание на языке логики предикатов, то мы получим следующую формулу: ∀x (Fx → Sx), где символ ∀ представляет собой квантор всеобщности, использование которого означает, что зафиксированная в законе закономерность выполняется для всех x. Другими словами, в законе мы говорим не только о тех объектах ─ в данном случае, свободно падающих телах, с которыми имели дело в опыте, но обо всех таких объектах (существовавших, существующих и тех, что будут когда-либо существовать), некоторые из них могут быть включены в наш будущий опыт. Так мы осуществляем переход от известного к неизвестному, не только предвидя единичные события на основе законов, но и формулируя сами законы. Следовательно, все теории включают в себя элемент предвидения или имеют характер «опережающего знания». Поэтому Поппер считает возможным заменять выражение «случаи, не встречавшиеся в нашем опыте» выражением «универсальные объяснительные теории» [Поппер 2002, 15 ─ 18][2].


Согласно здравому смыслу и тому, что Поппер называет «теорией познания, основанной на здравом смысле»[3], универсалии выводят индуктивным способом. Действительно, мы наблюдаем явления, устанавливаем необходимые связи и выводим универсальное заключение. Это заключение индуктивно ─ ведет от частных случаев к всеобщему закону. Другими словами, индуктивный вывод есть предвидение, ведущее от известного к неизвестному, «переход от случаев, [повторно] встречающихся в нашем опыте, к другим случаям [заключениям], с которыми мы раньше не встречались» [Поппер 2002, 15].


Надо заметить, что такой переход достаточно проблематичен, так как для него нет оснований. Утверждая что-то о «других случаях» или выдвигая универсальную объяснительную теорию, человек неявно предполагает, что в опыте он открыл определенную всеобщую закономерность, которая дает право судить о всех явлениях данного класса. Однако, что значит выражение «открыть всеобщую закономерность»? С точки зрения эмпириста, полагающего, что все, что знает человек, он знает из опыта, это выражение может подразумевать только одно ─ мы наблюдали всеобщую закономерность. Но ее невозможно наблюдать постольку, поскольку она всеобщая, так как для этого человек должен обладать способностью всевидения или божественного провидения, т.е. наблюдать все случаи такого рода в прошлом, настоящем и будущем. Если же человек наблюдал взаимосвязь некоторых явлений, например расстояния, времени и ускорения при свободном падении тела, то можно лишь сказать, что он стал свидетелем ассоциации явлений, которая имела место определенное количество раз. Другими словами, мы не вправе приписывать этой взаимосвязи квантор всеобщности и использовать в качестве универсального закона. Именно это демонстрирует Д. Юм в своем учении о познании. В мире имеют место повторения определенных ассоциаций событий, но нет никакого аргумента в пользу того, что эти ассоциации вызваны необходимыми связями и будущие случаи подтвердят эти ассоциации, а, значит, индуктивные заключения не имеют оснований: «Ни в одном объекте, который рассматривается нами сам по себе, нет ничего такого, что давало бы нам основания для заключения, выводящего нас за пределы этого объекта, и… даже после наблюдения частого и постоянного соединения объектов у нас нет основания для того, чтобы вывести заключение относительно какого-нибудь объекта помимо тех, которые мы знаем из опыта» [Юм 1966 Т. 1, 277 ─ 278]. Таким образом, любой переход от объектов актуального наблюдения к объектам возможного наблюдения согласно Юму незаконен.


Вместе с тем Юм признает за индукцией важнейшую роль в жизни человека и указывает на субъективные корни этого явления. В силу повторения определенных ассоциаций событий и в силу свойственного человеку механизма ассоциации идей люди сформировали привычку ─ или обычай ─ к индуктивным заключениям. Таким образом, единственное объективное основание индукции ─ повторение определенных событий в определенной последовательности, которое, тем не менее, никак нельзя назвать ни регулярностью, ни взаимосвязью, так как о его характере ─ случайном или необходимом ─ ничего неизвестно.


Итак, Юм показал, что индукция есть основанная на частом повторении устойчивая привычка на основании наблюдаемых случаев делать выводы о ненаблюдаемых. Такое определение чревато скептицизмом и разрушением основ эмпиризма: между научными знаниями, сформулированными в виде универсальных суждений, и опытом Юмом была обнаружена непреодолимая пропасть. Вот почему последующие философы пытались различными способами обосновать индуктивный метод[4].


Логическая незаконность индукции и определение ее как иррациональной веры, называемая Поппером проблемой индукции, является одной из отправных точек его философии. Решить ее он предлагает не путем построения нового обоснования взамен всех предыдущих, несостоятельность которых доказывает, но путем устранения самого понятия индукции. Если Юм и все, кто пытался найти решение выявленных им трудностей, считают, что индукция существует, то Поппер утверждает, что «индукция… представляет собой миф». Этот вывод он обосновывает путем критики предложенной Юмом психологической интерпретации индукции в терминах привычки, основанной на повторении. Среди приводимых Поппером доводов решающим оказывается замечание, что психологическая теория Юма основывается на идее «повторения, опирающегося на сходство». Чтобы объявить, что явления А и В регулярно следуют второе за первым, необходимо каждый раз идентифицировать их в качестве таковых. Однако явления никогда не бывают идентичными, и каждый новый случай требует от нас соответствующей интерпретации. Поэтому нельзя говорить о сходстве, но только о сходстве-для-нас и, следовательно, не существует повторения как такового, но всегда ─ повторение-для-нас. Из этого Поппер заключает, что все случаи, входящие в так называемый индуктивный ряд, «являются повторениями только с определенной точки зрения», а значит, «до всякого повторения должна существовать некоторая точка зрения ─ некоторая система ожиданий, предвосхищений, допущений или интересов, которая сама не может быть лишь результатом повторения» [Поппер 1983, 258].


Позже он обобщает эту идею в понятии «горизонт ожиданий». «Под этим термином, ─ пишет Поппер, ─ я понимаю совокупность всех наших ожиданий ─ как бессознательных, так и сознательных и даже, возможно, явно высказанных на каком-то языке» [Поппер 2002, 323]. Понятие «ожидание» Поппер, стремясь уйти от чисто психологической интерпретации, определяет «как предрасположение реагировать или как подготовку к реакции, приспособленную к некоторому состоянию окружающей среды [или предвосхищающую это состояние], которому еще предстоит наступить» [Поппер 2002, 322]. «Горизонт ожидания» подобен системе координат, в рамках которой организуется весь наш опыт, более того, «только их включение в эту систему придает нашим переживаниям, действиям и наблюдениям смысл или значение» [Поппер 2002, 323]. Так, всякое наблюдение избирательно: прежде чем начать наблюдать, надо знать, что и зачем наблюдать, иметь определенный интерес, систему соответствующих понятий, т. е. владеть некоторым предварительным знанием. Таким образом, Поппер отрицает существование «чистого наблюдения», опровергает, если пользоваться определением И. Т. Касавина и З.А. Сокулер, «миф о независимости чувственных данных и о независимом языке наблюдения» [Касавин, Сокулер 1989, 87].


Однако данное рассуждение может показаться неубедительным. Действительно, во многих случаях мы получаем знание благодаря не только чистому наблюдению, но и предварительному, «фоновому» знанию, позволяющему нам судить о большем числе объектов и свойств по сравнению с тем, что включено в наш опыт. Но существует, как минимум, одна ситуация, когда человек не имеет предварительного знания ─ момент его появления на свет. У ребенка, впервые соприкоснувшегося с миром, нет никакого знания, он, соответственно, ничего не ожидает и представляет собой чистое (пассивное) восприятие. Таков главный аргумент бадейной теории познания здравого смысла. Для Поппера такое представление могло иметь место до появления теории Дарвина, но не теперь, когда «любому человеку, имеющему хоть какие-то представления о биологии, должно быть ясно, что большая часть наших предрасположений ─ врожденные» [Поппер 2002, 71]. У каждого есть то, что может быть названо врожденными ожиданиями или предположениями. Так, младенец ожидает ─ или предвидит ─ кормление. Он подготовлен к предстоящим событиям, обладает предварительными представлениями, которые помогают ему ориентироваться.


Итак, всякий опыт «состоит из сплетения догадок ─ предположений, ожиданий, гипотез и т.п., ─ с которыми связаны принятые нами традиционные научные и ненаучные знания и предрассудки» [Поппер 1983, 405], а не из чистых чувственных данных, обобщая которые люди приходят к универсальным высказываниям и понятиям. Но если универсалии формируются не на основе длинной цепочки фактов, демонстрирующих некоторую закономерность, то как они возникают? В структуре горизонта ожиданий Поппер подчеркивает как одно из важнейших ожидание обнаружения регулярностей. Люди не пассивно воспринимают проявления закономерностей, не открывают закономерности, не находят их в феноменальном мире, а сами активно налагают закономерности на мир. В этом пункте он сходится с Кантом и даже определяет эти ожидания как априорные, но тут же оговаривается, что под априорностью понимает доопытный, но не безусловно истинный характер. В отличие от Канта Поппер уверен, что наши ожидания могут опровергаться и более того действительно постоянно опровергаются. Но это приводит не к отказу от горизонта, а к его модификации. Так, например, открытию закона предшествует то, что Поппер называет проблемной ситуацией. Проблемная ситуация возникает в результате противоречия фактов уже имеющемуся закону. Любой факт ─ это всегда интерпретация в свете имеющихся у нас знаний, но иногда интерпретация оказывается явно неудовлетворительной либо невозможной ─ не удается построить объяснение факта на основе имеющихся теорий. Ч. Пирс, во многом предвосхитивший идеи Поппера [Фримен, Сколимовский 2000], очень метко называет такой факт «примечательным», а С. Тулмин ─ «феноменом» или «аномалией». Сталкиваясь с феноменом, ученый вынужден пересматривать свои знания и строить новые гипотезы, предлагать новые законы. Другими словами, если то, о чем мы имели только опережающее знание, став предметом опыта, опровергнет наши предположения, то мы вынуждены формулировать новые представления. Поэтому каждая универсалия является следствием не столько наблюдений, сколько другой универсалии, которая в какой-то момент оказалась несовместимой с эмпирическими фактами. Таков процесс формирования как научных законов, так и обыденных представлений, такова стратегия нашего познания ─ движение от проблемы к гипотезе (пробному решению, предположительной гипотезе), затем к выявлению ошибок (теория не согласуется с фактами) и к новой проблеме. Поппер называет ее методом проб и ошибок или предположений и опровержений. Таким образом, всё имеющееся у человека знание носит гипотетический характер, он не открывает истин, а лишь предлагает гипотезы, предполагает и предвидит. Такова стратегия познавательной деятельности: движение от одного предвосхищения к другому через обнаружение его ложности.


Идея погрешимости (фаллибиллизм), которую Поппер вносит в представление об априорных когнитивных структурах, идея гипотетического характера всего имеющегося у нас знания открывает ему возможность понять познавательный процесс не кумулятивным образом, а в терминах развития и эволюции[5]. Так он приходит к мысли, что знание эволюционирует, что «все приспособления и адаптации … суть некоторые виды знания», и «почти все формы знания … служат организму для приспособления его к выполнению задач, актуальных для него в данный момент времени или же задач, которые могут встать перед ним в будущем» [Поппер 2000, 200 ─ 201], а значит, развитие знания ─ это дарвиновский процесс.


Знание эволюционирует благодаря естественному отбору, путем «предположительных проб и устранения ошибок» [Поппер 2000ª, 58]. Не только люди, но и животные, и даже растения обладают врожденными знаниями в форме ожиданий. Поппер доказывает, что дерево, например, ожидает наступления тех или иных событий, оно приспособлено к окружающей среде, подстраивается под нее. Добавим от себя, что проявлением такого знания можно считать, например, годичные ритмы, позволяющие дереву использовать благоприятные условия и защититься от неблагоприятных. Результаты исследований разнообразных ритмов дают основания для вывода, что они «позволяют предчувствовать (курсив мой. ─ С.П.) периодические изменения окружающей среды» и что их основная функция состоит в том, чтобы «позволить адаптироваться к предвидимым изменениям окружающей среды, включая их предвосхищение» [Гольдбетер 2000, 106, 111].


Поскольку любой организм существует в пространстве не только долгосрочных, но и краткосрочных условий, то приспособление Поппер также делит на долгосрочное и краткосрочное. Действительно, те же ритмы не представляют собой косного механизма, способного привести к гибели особи в случае непредвиденных изменений среды, наоборот, они быстро реагируют и обеспечивают повышенную гибкость[6]. Поппер отмечает, что если краткосрочное приспособление имеет место в жизни индивидуального организма, то долгосрочное возможно только в рамках вида. В то же время он подчеркивает, что «способность индивидуальных организмов соответствующим образом реагировать на краткосрочные события … тоже есть результат долгосрочного приспособления» [Поппер 2000, 199]. Следовательно, можно сказать, что пластичность ритмов есть качество, сформировавшееся в ходе долгосрочного приспособления в виду того, что окружающая среда не является абсолютно стабильной, а подвержена некоторым модификациям.


Итак, долгосрочное приспособление, которое «имеет характер долгосрочного знания об окружающей среде», является фундаментальным, открывающим возможность для дальнейшей адаптации. Следовательно, долгосрочное опережающее знание ─ основа для получения нового знания. Это становится более ясным, если подчеркнуть, что опережающее знание ─ это не только бессознательные ожидания организма (ожидание кормления у ребенка), но и определенные структуры (наличие у младенца рта). Как пишет Поппер, «организмы и их органы воплощают определенные ожидания относительно окружающей среды» [Поппер 2000, 206]. В этом смысле человеческий глаз гомологичен научным теориям, он сам воплощение некоторой теории, некоторого предположения относительно реальности. Глаза ребенка ─ предвидение тех условий, той окружающей среды, в которой он рождается. Заметим, что благодаря этому можно на основании строения древнего животного или растения реконструировать биологическую нишу, в которой оно обитало. Эта реконструкция никогда не даст нам вполне адекватного представления, так как приспособление почти никогда не состоит в копировании среды. Два организма, принадлежащие к одной нише, могут приспосабливаться по-разному, развивая разные органы, вырабатывая разные представления, разное предвидение.


Таким образом, эволюционная теория познания Поппера позволяет заключить, что опережающим знанием или предвидением обладают уже самые примитивные организмы. И это понятно: только такое знание, которое выводит нас за пределы прошлого и наличного опыта, можно рассматривать как форму адаптации. Любой организм, начиная с одноклеточного и кончая имеющим разум, обладает «горизонтом ожиданий», использует его в познании и деятельности и в то же время вынужден при необходимости изменять его, т. е. адаптироваться к непредвиденным ситуациям.


Из всего вышеизложенного мы можем заключить, что Поппер переворачивает то определение, которое мы дали предвидению, поскольку согласно его концепции до всякого опыта у нас существуют некоторые предположения. Таким образом, именно предвидение ─ знание о том, что еще не включено в актуальный опыт, ─ становится фундаментальной формой знания. Что касается опыта, то, с одной стороны, он возможен только благодаря наличию горизонта ожиданий и его содержание непосредственно зависит от содержания этих ожиданий, а, с другой, только опыт может выступать судьей наших предположений, вынуждать их корректировать и развивать. Но здесь возникает вопрос: действительно ли ожидание всегда предшествует наблюдению? Во-первых, нельзя не отметить, что каждое данное предположение предваряется не только более ранним предположением, но и наблюдением, опровергшим последнее. Поэтому можно сказать, что новое предположение выводится из опыта, только не индуктивно, а абдуктивно, т. е. как объяснение данного факта. Во-вторых, если прослеживать эволюцию знания до первого организма и, следовательно, до первого горизонта ожиданий, то непонятно, как они возникли. Единственно возможный ответ заключается в том, что эти структуры сформировались в определенных благоприятных условиях и в некотором смысле являются их продолжением. Поэтому первичный горизонт ожиданий апостериорен по отношению к последующему опыту и, более того, индуктивен, поскольку соответствующие условия должны были сохраняться в течение продолжительного времени, чтобы возник организм, строение которого к ним приспособлено.


Несмотря на эти трудности, концепция Поппера, безусловно, обладает весомыми достоинствами. Прежде всего она показывает, какое определяющее значение имеет предвидение в отношении наблюдения, насколько то, что мы воспринимаем, зависит от уже имеющихся у нас знаний и предположений. По выражению Поппера, «как наши глаза слепы к непредвиденному или неожиданному, так и наши языки неспособны описать непредвиденное или неожиданное» [Поппер 2002, 145], поэтому, чтобы что-то найти, надо знать, что искать, где искать и как искать. И чем сложнее область, исследование которой мы предпринимаем, тем очевиднее становится, что «развитые теоретические представления являются необходимой предпосылкой самих осмысленных измерений, ибо лишь первые указывают и на предмет, и на сам способ измерения», поэтому «выявление характеристик реальных предметов осуществимо лишь на основе ряда предпосылок, допущений, гипотез» [Лекторский 1980, 191, 203].


Не меньшее значение имеет собственно эволюционная эпистемология Поппера, поскольку позволяет проследить корни нашего теоретического и повседневного предвидения, увидеть, насколько оно связано с самим фактом существования человека и биологических видов вообще. Сами понятия знания, а, следовательно, и предвидения претерпевают значительное расширение своего содержания ─ это уже не только ментальные феномены, но и материальные, по крайней мере, воплощенные в материальных формах. И здесь перед нами встает новая проблема: только ли живые организмы обладают предвидением или оно в некотором виде присуще и неживым системам?





Заключение


Мы начали с того, что поставили понятие «предвидение» в зависимость от понятия «будущее» и попытались показать определяющую роль последнего в процессе нашего существования. Дальнейший анализ, казалось бы, разорвал естественную связь двух понятий, но на самом деле это не так. Через призму эволюционной теории становится ясно, что универсальное знание связано с потребностями выживания отдельного индивида и целого вида или, другими словами, связано с заботой о будущем. Первоначальный интерес относительно неизвестного, касающегося как будущего, так и прошлого, связан именно с необходимостью предвосхищать последующие изменения окружающей среды. Только позднее биологический и практический интерес дополняется тем, что ныне называют чисто познавательным ─ стремлением понять окружающий мир, проникнуть в тайны его устройства и происхождения, его изменения и многообразия. Поэтому мы не спорим со С. Тулминым относительно того, что чистое познание и наука как его воплощение направлено прежде всего на объяснение, но желаем подчеркнуть, что способ, каким оно строится, невозможен без способности предвидения и основывается на ней.


Если в начале мы обратились к концепции времени Хайдеггера, то в конце не можем не вспомнить об его идее предпонимания. В своем гносеологическом аспекте она заключается в утверждении непременного наличия у человека совокупности предположений и предмнений, без которых невозможно ни понимание как таковое, ни вообще существование. Выраженная в этой концепции тенденция на пересмотр значения и роли нерефлексированного предварительного знания характерна для философии ХХ в. Если идеологи Новой науки и Просвещения всячески обличали человеческие предрассудки, рассматривая их только в негативном свете, и искали способы их прояснения и уничтожения, то теперь то, что может быть названо предрассудком, рассматривается не только и не столько в качестве препятствия познанию, сколько в качестве неустранимой его составляющей. Сегодня очевидно, что даже Френсис Бэкон, составивший классификацию предрассудков и разработавший элиминативный вариант индукции как универсальный метод борьбы с ними, сам попал под влияние предрассудков. Его философия неизбежно зависела от всех четырех видов идолов разума, с которыми он боролся: от индивидуальных и свойственных всем людям когнитивных способностей, от языка, на котором он формулировал свои идеи, и от предшествующих философских концепций, которые он усердно критиковал.


Как герменевтика показывает, что человек не в состоянии понять текст, если не знает символов, с помощью которых он записан, их смысловое содержание и принципы функционирования в различных контекстах, также эволюционная эпистемология доказывает, что мы не смогли бы видеть, если бы не имели врожденных знаний об окружающей среде ─ определенным образом устроенного глаза и соответствующих механизмов обработки зрительных сигналов. То, что Ф. Ницше постулирует в концепции перспективизма ─ представление о познании как об интерпретации, о соревновании различных картин реальности (перспектив), о критериях оценки в терминах полезности и успешности в процессе выживания ─ через полвека становится основным содержанием эпистемологии и философии науки. Так разными путями философы движутся к новому пониманию познания. В этом новом понимании, безусловно, заключена огромная опасность, которую прекрасно понимали философы Нового времени, опасность релятивизации познания, утраты понятия истины, потеря эмпирического содержания знания. Поппер решает эту проблему введением принципа критической установки. Мы осознаем гипотетичность нашего знания, но не отказываемся от истины как идеала и цели, поэтому всегда скептически настроены относительно той картины реальности, которой обладаем в настоящий момент, и стремимся к обнаружению ее ложности и замене на более адекватную, в большей степени соответствующую реальному положению дел. Этот подход не безупречен, но ценен тем, что требует от нас не принимать ничего догматически и рефлексировать над теми понятиями, которые представляются очевидными. Поэтому нельзя сказать, что мы находимся дальше от истины, потому что в отличие от предшественников осознаем биологическую, культурную и языковую детерминированность познания. И если мы и не стали ближе к истине, то уж, по крайней мере, устранили какую-то часть заблуждений. А уменьшение ложного содержания знания, согласно Попперу, уже есть шаг вперед.


http://vphil.ru/index.php?option=com_co ... iew&id=421
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 19 сен 2018, 11:20 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
«Рассудок дает определения», разум отрицает, он диалектичен, ибо он определения рассудка «сводит в ничто». Соединение того и другого, — «рассудочный разум или разумный рассудок» =позитивное.
Отрицание «простого»… «движение духа»…
«Лишь этим, конструирующим сам себя, путем философия… способна стать объективною доказательною наукою». [XXVI] («Сам себя конструирующий путь» = путь (тут гвоздь, по моему) действительного познания, познавания, движения). http://bookscafe.net/read/gegel_georg-n ... 65.html#p6


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 окт 2018, 16:41 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Рефлексировать – это... Рефлексирующий человек - это какой?
Что отличает человека думающего от растения, индивидуума от камня, личность от пыли? Что позволяет подняться над рутиной бытия и, оглянувшись назад, проанализировать ситуацию, собственные ошибки и победить неуверенность? Именно рефлексия – способность человеческого мышления к критическому самоанализу. В переводе с латинского reflexio – обращение назад. Рефлексирующая личность способна не только критически смотреть на окружающий мир, но и анализировать свои действия, мысли и результаты своей жизнедеятельности в рамках своего жизненного опыта. Это не тривиальное воспоминание, ворошение «дел давно минувших дней», ностальгия. Это мыслительный процесс, способный изменить к лучшему будущее индивидуума, его жизненные установки, его самоопределение. В психологической трактовке рефлексировать – это значит осознанно и трезво воспринимать содержимое своего сознания, своего жизненного опыта. Немного из истории. Рефлексия и духовность Рефлексии уделялось внимание еще в древнегреческой философии: Сократ выдвигал на первый план процесс самопознания человека, предметом которого становилась духовная активность и ее познавательные функции. Человек, отвергающий знание и отказывающийся от самопознания, не способен стать духовно-нравственной личностью, не способен к развитию. Рефлексировать - это значит развиваться, расти духовно. У Платона и Аристотеля рефлексия и мышление были атрибутами, присущими демиургу, божественному разуму. Только сверхразум, в их понимании, был способен к единству мыслимого и мысли. Данное понятие перешло в неоплатонизм, утверждавший, что рефлексия есть не что иное, как миротворческая активность божества. Данная теория не лишена смысла и встречается в современных трактовках. Дело в том, что рефлексирование может выполняться с двух позиций. Первая позиция – когда осмысление происходит индивидуумом: Я-рефлексирование. Кто знает меня лучше меня самого и может анализировать мои мысли и чаяния? Только Я сам. Вторая позиция – не-Я-рефлексирование. Но кто кроме меня может проникать в мое сознание? Только Бог, обладающий свойствами личности. Таким образом, человек верующий не просто сам рефлексирует и переживает свои поступки, он сканирует свои переживания, думая о том, как Бог относится к его деяниям. Праведна ли его жизнь, грешен ли он. Результат такого рефлексирования удваивается, и эффект от такого самоанализа, безусловно, более сильный. Рефлексирующий человек В рамках многих философских концепций рефлексия рассматривается как одно из более существенных свойств сознания. В соответствии с этим утверждением сознательными и думающими могут считаться только те существа, которые осведомлены о состояниях своей психики. Проще говоря, человека, не способного проанализировать свои душевные состояния, нельзя назвать думающим. Эмоциональным, творческим, но не думающим. Рефлексия новорожденного равна нулю – он воспринимает окружающий его мир как данность, родителей – как безусловную составляющую этого мира. В процессе взросления и усиливающейся автономии от родительской опеки растущий индивид начинает видеть и осмысливать противоречия. Это вызывает у него принятие или непринятие родительского авторитета, критическое осмысление поступков близких людей. Механизм рефлексии запущен, и отныне человек способен только совершенствоваться и расти в духовном и нравственном плане. Рефлексия у отдельно взятых людей не может быть одинаковой. Различается ее уровень и в зависимости от возраста человека. Наибольшую активность и амплитуду рефлексия имеет на самом начале развития человеческой личности – на этапе детства и отрочества, юности. К середине жизненного пути рефлексия заметно убавляет ритм, а к концу жизни и вовсе замирает. Можно ли развивать свою рефлексию? Как стало уже понятно, рефлексировать для любого человека - это значит расти над собой в духовном плане. Можно ли работать над этим процессом, стимулировать свое духовное и нравственное развитие? Что значит рефлексировать? Если говорить просто, рефлексировать – это значит реагировать на внешние раздражители. Конфликт, проблемы, конфронтация, диалоги, выбор, сомнения – это все происходит с человеком изо дня в день. Чем больше у человека таких переживаний, тем богаче его рефлексирующая амплитуда. Рефлексирующий человек – это своего рода собственный психоаналитик, умеющий поставить проблему и найти решение в своем собственном опыте, в своих переживаниях. Особенностью живого ума является то, что ему необходимо лишь немногое увидеть и услышать, чтобы он потом мог долго размышлять. Можно испробовать метод вдумчивого переосмысления художественного произведения применительно к любому человеку. Сколько часов вы думаете о только что прочитанной книге, просмотренном фильме, увиденной картине? Час, день, неделю? Проецируете ли вы события из книги на себя, пытаетесь ли проанализировать свои поступки в контексте художественного сюжета? Это и является вашим рефлексивным тренингом. Своеобразной тренировкой рефлексии можно порекомендовать выписывание на листок наиболее значимых и важных вопросов, которые волнуют вас на протяжении всей жизни. Собрав их в одном месте, постарайтесь отметить вопросы маркерами разного цвета и выяснить, о чем большинство ваших вопросов. О смысле жизни? О вашей деятельности? О взаимоотношениях с окружающими? О материальной составляющей? О будущем? Проанализировав таким образом ваши чаяния, вы можете продолжить рефлексию в наиболее проблемном направлении, становясь совершеннее и продолжая собственное духовное развитие. Гендерный подход Существует теория гендерного подхода к процессу рефлексии. Согласно этому стереотипу подразумевается, что женщины больше склонны к рефлексии, нежели мужчины, и связано это, якобы, с более тонкой душевной регуляцией слабого пола. Это спорное утверждение не имеет под собой никакого научного доказательства. Имеется ряд наблюдений ученых-психологов, в которых отмечается различное проявление рефлексии у представителей разного пола. Так, установлено, что женщины с низким уровнем рефлексии, больше склонны к отстаиванию собственных интересов в ущерб интересам другого. Проще говоря, низко интеллектуальные, не рефлексирующие личности женского пола более скандальны и имеют более склочный характер. Тогда как рефлексирующие представительницы женского пола предпочитают найти компромисс и уйти от скандала, чем быть замешенным в конфликте. Рефлексирующий мужчина же, наоборот, в конфликтной ситуации выступает борцом, отстаивающим свои интересы. Мужчины с минимальным показателем рефлексии будут демонстрировать в конфликтной ситуации адаптивное, приспособленческое поведение. Итак, подводя итог вышесказанному, можно с уверенностью сказать, что рефлексировать – это значит быть человеком думающим, чувствующим, анализирующим. Это свойство человеческой природы отличает нас от других представителей живого мира, и именно это свойство способно вывести человеческую личность на новый, качественно другой уровень развития. - Читайте подробнее на FB.ru: http://fb.ru/article/163642/refleksirov ... -eto-kakoy
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 07 окт 2018, 11:07 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Что такое спонтанность?
Что такое спонтанность? Спонтанность предполагает способность человека быть самим собой, чувствовать себя в контакте с самим собой, проявлять себя естественно в разных жизненных ситуациях.

Понятие «спонтанность» происходит от лат. sponte – свободная воля. Спонтанность всегда связана с креативностью, интуицией, игрой, способностью импровизировать в новых ситуациях, когда происходящее рождается на наших глазах. Спонтанность является высшим выражением индивидуальности человека. Благодаря спонтанности человек способен гибко реагировать в новых, нестандартных ситуациях, думать и чувствовать в «кадре», не прятаться за различные «социальные маски», стереотипно опираясь на «костыли» заученных навыков, фраз, подражая авторитетам, концепциям успеха и счастья.

Развитие в человеке спонтанности и креативности является, по мнению знаменитого психотерапевта, философа и социолога, создателя психодрамы – Якоба Леви Морено – целью психодрамы.

Что такое спонтанность

Состояние спонтанности порождается не сознательной волей, часто выступающей наоборот, как преграда, а путем «освобождения», которое дает возможность человеку свободно проявлять спонтанность.

Развитие спонтанности дает возможность человеку стать, в конечном счете, более ярким, уверенным, выразительным и легким.

Состоявшаяся и успешная личность должна быть личностью творческой, креативной и спонтанной. Зачем и кому она нужна? Спонтанность нужна каждому человеку, всем, кто хотел бы чувствовать себя уверенным и счастливым, в личной и профессиональной жизни, всем, кто хотел бы выйти за пределы привычных, устоявшихся паттернов поведения и попробовать себя в непривычных ролях, кто хотел бы развить способность ярко и выразительно проявлять себя, наслаждаться энергией импровизации, самовыражением.

Спонтанность очень важна также для тех, кто хотел бы улучшить свои партнерские отношения. Часто женщины и мужчины недовольны своим поведением в отношениях с противоположным полом или не понимают, почему им отказал партнер, не осознавая, что их поведение стереотипно, независимо от того, держится ли человек внешне очень активно и говорливо, либо наоборот, закрыт и консервативен.

Спонтанность, конечно же, нужна тем, кто хотел бы достичь каких-то высот в этой жизни. Достижение спонтанности всегда сопряжено с чувством огромного удовольствия, радостного ощущения жизни. Как спонтанность связана с самопрезентацией? Спонтанность непосредственно связана с тем, как мы себя проявляем в окружающем мире, самопрезентируем, представляем другим людям, как выглядим в глазах других людей.

Зачастую мы стремимся к «отшлифованности» навыка, доводя до совершенства свои манеры, пластику тела, голос, стремясь заучить правильные тексты, и всякий раз пребываем в страхе допустить ошибку или не понравиться кому-то. Однако, мы нередко забываем, что на самом деле, мы многое умеем, но не можем проявить сполна свои возможности, или можем проявлять себя безукоризненно только в очень узком диапазоне возможностей («танцевать от печки»). Мы не отрицаем необходимость развивать различные навыки самопрезентации (голос, пластика тела, улыбка, использование определенных слов и выражений, построение фраз, запрет на использование определенных слов и т.д.). Однако, перефразируя Я.Л.Морено, даже самые прекрасные «костыли», сколько бы мы их не обожествляли, не помогут летать «раненому и неспособному летать орлу», утратившему свою легкость благодаря сковывающим узам цивилизации. Развитие спонтанности – это не путь к совершенству в привычном понимании, это путь к естественности.



Более того, стремление к достижению окончательного совершенства увеличивает препятствия к достижению свободной спонтанности. Важность самопрезентации: какие главные ошибки мы совершаем?

1. Чрезмерное увлечение безупречностью в ущерб естественности и легкости. Нередко мы однобоко стремимся к развитию в себе самых разнообразных навыков, доводя их едва ли не до совершенства. Но жизнь непредсказуема и всякий раз дарит новые и неожиданные ситуации, где заученные правила и слова не действуют, необходимо в некотором смысле «забыть» все заученное и заново порождать смысл, движение, темы. Спонтанность позволяет найти в себе доселе неизвестный для человека ресурс и выразить себя нестереотипно, творчески, порождая нечто совершенно новое, наполненное смыслом, глубиной, идеей.

Благодаря спонтанности «Я как женщина» становлюсь интереснее для мужчины, а мужчина становится интереснее для женщины. Можно считать себя очень воспитанным и культурным человеком, а можно «крутым неформалом», и при этом - проявлять себя стереотипно. Благодаря развитию спонтанности каждый человек сможет проявить свою индивидуальность не только благодаря внешним атрибутам, но и внутренним качествам. Способность соприкасаться со своею спонтанностью придает человеку большую харизматичность.

2. Ошибкой также является стремление повторить то, что однажды спонтанно было достигнуто. Спонтанность повторить невозможно, как невозможно дважды войти в одну и ту же реку.

3. Чрезмерное увлечение легкими торопливыми фразами, позерством, шумовыми эффектами и пустотой – есть псевдоспонтанность. Спонтанность не есть импульсивность. Подлинная спонтанность всегда наполнена личностным смыслом и глубиной, в ней присутствует пауза: способность быть в контакте с самим собой, а также чувствовать других людей и ситуацию, способность думать и чувствовать.


Источник: http://upsihologa.com.ua/Razmyshleniya_ ... atali.html
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 17 окт 2018, 11:24 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Самосознание
Самосозна́ние — сознание субъектом самого себя в отличие от иного — других субъектов и мира вообще; это сознание человеком своего взаимодействия с объективным миром и миром субъективным (психикой), своих жизненно важных потребностей, мыслей, чувств, мотивов, инстинктов, переживаний, действий.


Содержание
1 В психологии
1.1 Развитие самосознания
1.2 Компоненты самосознания
1.3 Функции самосознания
1.4 Значение самосознания
2 В социальных науках
3 В философии
4 См. также
5 Ссылки
В психологии
В психологии самосознание понимается как психический феномен, сознание человеком себя в качестве субъекта деятельности, в результате которого представления человека о самом себе складываются в мысленный «образ-Я».

« Ребёнок далеко не сразу осознает себя как Я; в течение первых лет он сам сплошь и рядом называет себя по имени — как называют его окружающие; он сначала существует для самого себя скорее как объект для других людей, чем как самостоятельный по отношению к ним субъект. »
Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. — М., 1946.

Развитие самосознания
Основная статья: Развитие самосознания
Самосознание не изначальная данность, присущая человеку, а продукт развития. Однако зачаток сознания тождественности появляется уже у младенца, когда он начинает различать ощущения, вызванные внешними предметами, и ощущения, вызванные собственным телом, сознание «Я» — примерно с трех лет, когда ребенок начинает правильно употреблять личные местоимения. Осознание своих психических качеств и самооценка приобретают наибольшее значение в подростковом возрасте. Но поскольку все эти компоненты взаимосвязаны, обогащение одного из них неизбежно видоизменяет всю систему.

Стадии (или этапы) развития самосознания:

Открытие «Я» происходит в возрасте 1 года.
К двум — трём годам человек начинает отделять результат своих действий от действий других и чётко сознаёт себя как деятеля.
К семи годам формируется способность оценивать себя (самооценка).
Подростковый и юношеский возраст — этап активного самопознания, поиска себя, своего стиля. Завершается период формирования социально-нравственных оценок.
На формирование самосознания влияют:

Оценки окружающих и статус в группе сверстников.
Соотношение «Я-реальное» и «Я-идеальное».
Оценка результатов своей деятельности.
Компоненты самосознания
Компоненты самосознания по В. С. Мерлину:

сознание своей тождественности;
сознание своего собственного «Я» как активного, деятельного начала;
сознание своих психических свойств и качеств;
определенная система социально-нравственных самооценок.
Все эти элементы связаны друг с другом функционально и генетически, но формируются они не одновременно.

Функции самосознания
Самопознание — получение информации о себе.
Эмоционально-ценностное отношение к себе.
Саморегуляция поведения.
Значение самосознания
Самосознание способствует достижению внутренней согласованности личности, тождественности самому себе в прошлом, настоящем и будущем.
Определяет характер и особенности интерпретации приобретённого опыта.
Служит источником ожиданий относительно себя и своего поведения.
В социальных науках
В рамках социальных наук также используют термины «национальное самосознание», «этническое самосознание», «классовое самосознание», обозначающие сознание членами группы наличия данной группы, её особенностей и целей в социальном мире.

В философии
В философии самосознание есть сознание сознанием самого себя, рефлексия сознания относительно себя. Самосознание одновременно понимается и как акт (деятельность) рефлексии сознанием себя и как результат этой рефлексии — знание себя. Самосознание выступает условием того, что сознание сохраняет себя во времени — удерживает себя как одно и то же сознание. При этом говорят о единстве самосознания. В свою очередь, единство самосознания является условием всякого единства в мире (см. Кант). В строго философском смысле сознание есть всегда — оно не может ни начаться, ни прекратиться, поскольку в этом значении оно понимается как непосредственно само условие конституирования мира, как сам способ бытия и данности мира. Соответственно этому самосознание понимается как лежащее в основании всякого сознания единство субъекта.

См. также
Рефлексия
Интроспекция
Cogito
Самость
Моральное самосознание
Ссылки
Самосознание // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
Категории: Философские терминыЭпистемологияАналитическая психологияИдентичностьСознание
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0 ... 0%B8%D0%B5
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 18 окт 2018, 17:53 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
МОЗГ. СТРАТЕГИЯ ПОЛУШАРИЙ. Различие в работе полушарий головного мозга
Функциональная асимметрия полушарий человеческого мозга прочно удерживает внимание исследователей. Ведь речь идет о сокровенных особенностях работы мозга - о том, что природа, создав мозг человека как единый управляющий орган, в то же время наделила его полушария неодинаковыми способностями и обязанностями. Функциональная асимметрия полушарий существенно расширяет возможности мозга, делает его более совершенным. Явление асимметрии далеко не однозначное: какими-то свойствами обладает только одно полушарие, другими - оба, но в разной степени, и все это находится в сложнейшей взаимозависимости и взаимодействии. Полушария по-разному воспринимают явления окружающей среды, различна их роль в творческой работе мозга, неодинаково их отношение ко времени. Предлагаемая ниже статья Вадима Семеновича Ротенберга (l-й Московский медицинский институт имени И. М. Сеченова) посвящена различиям в способах переработки идущей извне информации, в стратегии ее восприятия.

Основные различия в работе полушарий головного мозга человека впервые обнаружил американский ученый лауреат Нобелевской премии Р. Сперри, который однажды в лечебных целях рискнул рассечь межполушарные связи у больных эпилепсией и с изумлением обнаружил, что два полушария единого доселе мозга ведут себя как два совершенно различных мозга и даже не всегда до конца понимают друг друга. Человек, у которого было отключено правое полушарие, а работало левое, сохранял способность к речевому общению, правильно реагировал на слова, цифры и другие условные знаки, но часто оказывался беспомощным, когда требовалось что-то делать с предметами реального мира или их изображениям. Когда отключали левое, а работало одно правое полушарие, пациент легко справлялся с такими задачами, хорошо разбирался в произведениях живописи, мелодиях и интонациях речи, ориентировался в пространстве, но терял способность понимать сложные словесные конструкции и совершенно не мог сколько-нибудь связно говорить. В дальнейшем эти различия были подтверждены в многочисленных экспериментах и психофизиологических исследованиях.
Стратегия полушарий головного мозга
На рисунке условно показано характерное различие стратегии мышления обоих полушарий мозга. Из случайного набора деталей левое полушарие строит четкий ряд геометрических фигур, наводит порядок в их расположении. Правое полушарие из тех же деталей придумывает некий целостный образ, в котором каждый элемент наделен внутренней или видимой связью с другими.

Однако результаты эти исследования приносили неоднозначные и даже противоречивые. Тем не менее как-то так получилось, что в научной, а затем и в популярной литературе стало укореняться несколько упрощенное представление, что различие между полушариями целиком определяется видом информации, которой полушария оперируют: левое - словами и другими условными знаками, а правое - образами и другими невербальными (несловесными) сигналами. В соответствии с этим основная деятельность левого полушария получила название логико-вербального мышления, а правого - пространственно-образного.

Но на деле столь четкого "разделения труда" между полушариями нет. Например, твердо установлено, что человек с одним правым полушарием способен понимать простую речь. Более того, работы лаборатории профессора Э. А. Костандова показали, что правое полушарие у здоровых людей быстрее левого реагирует практически на любую информацию - и образную и словесную. Так, поэтическое творчество - это оперирование словами, а между тем оно грубо страдает при повреждении правого полушария.

С другой стороны, нет ни одного бесспорного аргумента в пользу неспособности левого полушария воспринимать обра-В частности, после рассечения "по Сперри" мозолистого тела, связывающего оба полушария, у одной трети исследуемых сохраняется способность рассказывать о сновидениях, которыми "заведует" правое. Но ведь после такой операции описывать словами можно только те психические процессы, которые происходят в левом полушарии. Нам остается только предположить, что сновидения в этом случае формируются именно в нем.

Музыка - это классический пример невербальной информации, тем не менее в ряде случаев ее звучание активизирует работу левого полушария. Правда, это происходит только у тех людей, которые не испытывают чувства полного "погружения" стихию мелодий и звуков, не отдаются безраздельно этой стихии, а пытаются как бы анализировать воспринимаемое - "поверить алгеброй гармонию". Иными словами, воспринимая "не свою"- невербальную - информацию, левое полушарие "по привычке" пытается переработать ее так же, как обычно поступает со словами, цифрами и т. п.

Межполушарная асимметрия по-разному выражена и при чтении художественных и технических текстов. Хотя и в том и в другом случае происходит восприятие и переработка вербальной информации, но при чтении технических текстов больше активизируется левое полушарие, а при чтении художественных - правое. То есть они опять-таки "не забывают" своих основных функций.

Все эти факты свидетельствуют о том, что различие между полушариями мозга определяется не столько качественными особенностями воспринимаемого ими материала, сколько стратегией его переработки. В чем же состоит своеобразие этой стратегии?

Основной отличительной особенностью "правополушарного" - образного - мышления считают способность целостно, в комплексе воспринимать предметы и явления, с одновременной и даже мгновенной обработкой многих, если не всех их параметров. А "левополушарное" мышление наделяют способностью к последовательной обработке информации, когда познание происходит ступенчато, шаг за шагом, и благодаря этому носит аналитический, а не синтетический характер. Иначе говоря, правое полушарие как бы сразу "схватывает" всю картину мира в целом, левое же формирует ее постепенно, из отдельных, тщательно изученных деталей.

Однако в самое последнее время появились публикации, свидетельствующие о том, что способность к мгновенному "схватыванию" отнюдь не является исключительной привилегией правого полушария. Вот что показал, например, следующий эксперимент. Человеку поочередно, в левом и правом поле зрения (соответственно, в правое и левое полушария) показывали набор относительно простых знаков (букв или геометрических фигур) и просили как можно быстрее определить, все ли они одинаковы. Отличаться они могли каким-то одним конкретным признаком, как отличается, скажем, буква Т от буквы Г одним штрихом. Оказалось, что левое полушарие справляется с такими задачами не хуже, а порой даже лучше правого: при предъявлении информации в правое поле зрения, связанное только с левым полушарием, испытуемый давал правильные ответы быстрее, чем при таком же опыте с левым полем зрения, воспринимаемым правым полушарием.

Значит, левое полушарие в принципе способно одновременно воспринимать и оценивать несколько предъявляемых объектов. Но и здесь это удается только в тех случаях, когда задача, по существу, носит аналитический характер и объекты сравниваются лишь по нескольким признакам.



Если же сопоставление должно производиться не между отдельными конкретными и простыми признаками, а между сложными целостными образами, преимущество всегда оказывается на стороне правого полушария. Например, в тех случаях, когда нужно сравнить две фотографии человеческого лица или два художественных произведения. В таких случаях сопоставляются не отдельные признаки, а вся их совокупность, со всеми многочисленными взаимными связями, которые и создают единое художественное впечатление. Целостное восприятие одного предмета (монообъекта) ничего не добавляет к анализу - неважно, последовательному или одномоментному, но опирающемуся на ограниченное число свойств этого предмета. Совсем другое дело - целостность мозаики, калейдоскопической картинки, где каждый элемент интересен и сам по себе, и особенно во взаимоотношениях с другими элементами. Именно благодаря таким взаимоотношениям вся картина в целом воспринимается как многозначная.

Вот мы и подошли к основному, на наш взгляд, различию между двумя типами мышления. Оно сводится к принципам составления связного контекста из отдельных элементов информации. Левополушарное мышление из этих элементов создает однозначный контекст. То есть из всех бесчисленных связей между предметами и явлениями оно активно выбирает только некоторые, наиболее существенные для данной конкретной задачи. Так, например, слово "коса" может означать или форму женской прически, или участок суши, вдающийся в море, или сельскохозяйственное орудие. Даже такие простые и, по видимости, однозначные понятия, как "стол" или "стул", могут иметь и другие значения (в диетологии "стол" - это отнюдь не предмет мебели). Ну, а в конкретном предложении слова приобретают единственно нужное в данном случае значение. Именно в таком создании однозначно понимаемого контекста и состоит, на наш взгляд, стратегия левополушарного мышления. При этом совершенно не обязательно, чтобы использовались именно слова. Это могут быть и любые другие условные знаки. Так, специалисты, говорящие на разных языках, совершенно однозначно прочитывают инженерные схемы или географические карты и даже обсуждают свои проблемы на языке математики. Более того, даже образы могут быть использованы для формирования однозначного контекста. Мы прекрасно знаем плакаты и "художественные" полотна, легко поддающиеся однозначной трактовке и пересказу.

На противоположных принципах основана стратегия правополушарного мышления. Оно создает многозначный контекст, благодаря одновременному схватыванию практически всех признаков и связей одного или многих явлений. Если логико-знаковое мышление формирует модель мира, удобную для анализа, но в чем-то условную и ограниченную, то образное мышление создает живой и полнокровный, натуральный образ мира. Отдельные свойства, грани образов взаимодействуют друг с другом сразу в нескольких "смысловых плоскостях", что, собственно, и создает эффект многозначности.

Самым простым и общеизвестным примером образного мышления являются сновидения. Каждый из нас знает по собственному опыту, что сколь угодно подробный пересказ сюжета сновидений не в силах приобщить слушателя к тем сильным и сложным переживаниям, которые испытывал рассказчик во время "просмотра" сна. Да и сам он чувствует, что словами невозможно передать то основное, что делало сновидение таким интересным и значительным. А дело-то в том, что в пересказе невольно приходится ограничиваться лишь отдельными связями между событиями и действующими лицами сна, тогда как в ходе "представления" они соединены гораздо большим числом самых неожиданных уз. И если отдельные предметы, события или персонажи в сновидениях представляются столь многозначительными, символическими и даже загадочными, то только потому, что они существуют не сами по себе, а в сложных сочетаниях с другими элементами сновидений. Впрочем, некоторые сновидения могут быть, по-видимому, организованы и по законам однозначного контекста - именно такие сохраняются в левом полушарии после рассечения межполушарных связей.

Другим широко известным примером активности правополушарного мышления является творчество - в искусстве и в науке. Мы постоянно чувствуем, что не можем без серьезных потерь передать другому всю гамму впечатлений, вызванных картиной, симфонией или стихотворением. Тот общепризнанный факт, что произведения искусства не поддаются исчерпывающему анализу и безоговорочной интерпретации, а суть их не сводится к формальной сюжетной основе, как раз и отражает роль многозначного контекста. Поэтому можно считать оправданными попытки сопоставлять сновидения с художественным творчеством. В основе обоих феноменов лежит возможность организовать многозначный контекст, но подчинены они разным задачам: творчество создает основу для самовыражения художника, а сновидения позволяют разрешать внутренние конфликты, сохраняют психологическую устойчивость субъекта и восстанавливают поисковую активность.

Для научного творчества, то есть для преодоления традиционных представлений, для обнаружения новых закономерностей или нового подхода к уже известным фактам, также необходимо восприятие мира во всей его целостности. Вот почему способность к организации многозначного контекста является как бы общим знаменателем любого вида творчества, независимо от его направленности и конкретного содержания.

Для определения творческих способностей психологи часто используют так называемый тест Гилфорда. Суть его в следующем: человеку предлагают назвать все вообразимые способы применения какого-нибудь предмета (например, из домашнего обихода), не смущаясь и самыми невероятными, самыми эксцентричными предложениями. Чем больше вариантов предлагает испытуемый, чем больше среди них нетривиальных, тем выше оцениваются его творческие возможности. Результаты тестирования подтверждаются действительными достижениями выдающихся личностей.

Между тем нетрудно заметить, что этим тестом выявляют способность преодолевать ограничения, создаваемые однозначным контекстом - выполняя тест, человек должен отказаться от привычных представлений и попытаться обнаружить множественные связи между предметами взамен привычных единичных.

Другой способ оценки (определения) творческих способностей состоит в том, что испытуемым предлагают составить парные словесные ассоциации. При этом люди с высоким творческим потенциалом чаще называют антонимы, чем синонимы, то есть они легче ассоциируют те или иные понятия с противоположными по значению, чем со сходными. Это означает, что они способны видеть предметы и явления в более широком контексте и готовы к одновременному постижению не одной, а нескольких идей или сторон явления.

Такова концепция фундаментальных различий между лево- и правополушарной стратегией переработки информации. Надо сказать, что она важна и сама по себе, а кроме того, открывает новые возможности для объяснения некоторых физиологических закономерностей работы мозга. Логико-знаковое мышление, как мы уже отмечали, вносит в картину мира некоторую искусственную упорядоченность, тогда как образное мышление обеспечивает естественную непосредственность восприятия мира таким, каков он есть. Если пользоваться понятиями теории информации, можно сказать, что левополушарное мышление уменьшает энтропию (хаотичность, неопределенность ситуации) и организует информацию в некую систему. Но уменьшенме энтропии требует от системы дополнительных затрат, от живой системы - затрат физиологических. Это подтверждается результатами психофизиологических исследований.

У испытуемых регистрировалась биоэлектрическая активность мозга. Сначала в состоянии покоя, затем при решении задач, требовавших в одном случае нетривиального творческого подхода, а в другом - только формально-логических операций. Сопоставлялась выраженность на ЭЭГ альфа-ритма (знаменитого "ритма покоя"). Между выраженностью этого ритма и степенью активации мозговых структур имеется обратная зависимость: чем сильнее возбужден (работает) мозг, тем меньше амплитуда альфа-ритма на ЭЭГ. И наоборот.

И оказалось, что в состоянии покоя у высокотворческих людей альфа-ритм выражен слабее, чем у лиц с обычными способностями. А при решении задач творческого характера их альфа-ритм даже увеличивается по сравнению с фоном, тогда как при решении формально-логических задач он снижается до такого же уровня, что и у обычных людей при решении любого типа задач. Значит, людям с высокими творческими способностями при решении творческих задач не нужна дополнительная активация мозговых структур. И, наоборот, задачи, адресованные к левопслушарному мышлению, требуют дополнительной активации мозга у всех лиц, независимо от творческого потенциала.

Стало быть, формирование многозначного, образного контекста в принципе требует меньших физиологических затрат, чем формирование однозначного, упорядочивающего контекста. И действительно, существуют многочисленные наблюдения, что для лиц, сохраняющих способности к образному мышлению, творческая деятельность менее утомительна, чем рутинная работа. Люди же, не выработавшие способность к формированию образного контекста, нередко предпочитают выполнять механическую работу, причем она им не кажется скучной. Такие люди как бы закрепощены собственным формально-логическим мышлением: стремление к творчеству, высокие духовные запросы кажутся им ненужной блажью, даже глупостью. Мир для них однозначен, как дважды два четыре, но насколько же он обеднен!

Тут надо сказать, что основа такой беды закладывается в детстве, в школьные годы. Среднее образование у нас почти целиком построено на развитии именно формально-логического мышления, способности формировать однозначный контекст. И чем более прикладывается к этому усилий, тем труднее потом выйти из рамок однозначности. Отсюда ясно, как важно с ранних лет правильно строить воспитание и обучение, чтобы оба нужных человеку типа мышления развивались гармонично, чтобы образное мышление не оказалось скованным рассудочностью, чтобы не иссякал творческий потенциал человека. И в этом плане заслуживают всяческой поддержки требования предпринятой теперь реформы школьного образования развивать у детей чувство прекрасного и умение правильно оценивать произведения искусства, видеть красоту природы.

Два типа мышления, две стратегии полушарий... В нормальных условиях между ними нет антагонизма, нет конкуренции. Они тесно сотрудничают, взаимодействуют, дополняя и обогащая друг друга.
http://www.psyhotronika.ru/strategiyaPolushariy/
Свернуть


Последний раз редактировалось Александр Белинский 14 ноя 2018, 10:58, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 29 окт 2018, 15:29 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
особенности переработки информации левым и правым полдушарием головного мозга
Правополушарные люди за

лесом не видят отдельных деревьев,

а левополушарные люди за

отдельными деревьями не видят леса.

Б.Белый

Теория функциональной асимметрии полушарий головного мозга за последние десятилетия активно развивалась, накоплен значительный теоретический и практический материал. Однако в практической работе педагогов школ довольно редко учитываются данные об индивидуальном профиле функциональной асимметрии мозга ребенка. Основы функциональной специализации полушарий мозга являются врожденными. По мере развития ребенка происходит усложнение механизмов межполушарной асимметрии.

Существует несколько типов функциональной организации двух полушарий мозга:

доминирование левого полушария — словесно-логический характер познавательных процессов, склонность к абстрагированию и обобщению (левополушарные люди);

доминирование правого полушария — конкретно-образное мышление, развитое воображение (правополушарные люди);

отсутствие ярко выраженного доминирования одного из полушарий (равнополушарные люди).

К односторонне представленным правополушарным и левополушарным типам реагирования принадлежат чуть меньше половины людей. Надо учитывать, что деление людей на правополушарных и левополушарных упрощает реальность, зато многое позволяет ясно увидеть в человеческой личности. Наряду со специализацией полушарий, мозг работает как единое целое. Предполагается, что различия между функциями полушарий сводятся к разным способам организации контекстуальной связи между элементами обрабатываемой информации.


Сферы специализации левого и правого полушарий головного мозга


Левое полушарие

Правое полушарие


Обработка вербальной информации:
Левое полушарие мозга отвечает за ваши языковые способности. Это полушарие контролирует речь, а также спо

собности к чтению и письму. Оно также запоминает факты, имена, даты и их написание.

Обработка невербальной информации:
Правое полушарие специализируется на обработке информации, которая выражается не в словах, а в символах и образах.


Аналитическое мышление:
Левое полушарие отвечает за логику и анализ. Именно оно анализирует все факты. Числа и математические символы также распознаются левым полушарием.

Воображение:
Правое полушарие дает нам возможность мечтать и фантазировать. С помощью правого полушария мы можем сочинять различные истории. Правое полушарие отвечает также за способности к музыке и изобразительному искусству.


Последовательная обработка информации:
Информация обрабатывается левым полушарием последовательно по этапам.

Параллельная обработка информации:
Правое полушарие может одновременно обрабатывать много разнообразной информации. Оно способно рассматривать проблему в целом, не применяя анализа.


Мышление организуют любой знаковый материал таким образом, что создается строго упорядоченный и однозначно понимаемый контекст, необходимый для успешного общения между людьми. Это могут быть не только слова, но и другие символы, знаки и даже образы.

мышление это одномоментное схватывание большого числа противоречивых с точки зрения формальной логики связей и формирование за счет этого целостного и многозначного контекста. Преимущество такой стратегии мышления проявляется в тех случаях, когда информация сложна, внутренне противоречива и не может быть сведена к однозначному контексту.


Речь малоэмоциональна, так как идет смысловая сторона речи, им легче писать, чем диктовать, они много и охотно пишут, легко запоминают длинные тексты, речь их грамматически правильна.

Речь эмоциональна, экспрессивна, богата интонациями, жестикуляцией. В ней нет особой выстроенности, возможны запинки, сбивчивость, лишние слова и звуки. Им легче диктовать текст, чем писать


https://nsportal.ru/vuz/psikhologichesk ... m-i-pravym
Свернуть


Последний раз редактировалось Александр Белинский 14 ноя 2018, 11:04, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 30 окт 2018, 15:50 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Рассудок и разум и их роль в познании
ТОЛЬЯТТИ 2004

Введение

Человечество всегда стремилось к приобретению новых знаний. Процесс овладения тайнами бытия есть выражение высших устремлений творческой активности разума, составляющего великую гордость человечества. За тысячелетия своего развития оно прошло длительный и тернистый путь познания от примитивного и ограниченного ко все более глубокому и всестороннему проникновению в сущность бытия. На этом пути было открыто неисчислимое множество фактов, свойств и законов природы, общественной жизни и самого человека, одна другую сменяли картины мира. Развивающееся знание шло рука об руку с развитием производства, с расцветом искусств, художественного творчества. Наш разум постигает законы мира не ради простой любознательности (хотя любознательность одна из движущих сил человеческой жизнедеятельности), но ради практического преобразования и природы и человека с целью максимально гармоничного жизнеустройства человека в мире. Знание человечества образует сложнейшую систему, которая выступает в виде социальной памяти, богатства ее передаются от поколения к поколению, от народу к народу с помощью механизма социальной наследственности, культуры.

Познание, таким образом, носит социально детерминированный характер. Только через призму усвоенной культуры мы получаем знания о реальности. Прежде чем продолжать дело предшествующих поколений, необходимо освоить уже накопленное человечеством знание, постоянно соотнося с ним свою познавательную деятельность, - это категорический императив развивающегося знания.

Задумываться над тем, что такое познание, каковы пути приобретения знания, человек стал уже в глубокой древности, когда он осознал себя как нечто, противостоящее природе, как деятеля в природе. Со временем сознательная постановка этого вопроса и попытка решить его приобрели относительно стройную форму, тогда и сложилось знание о самом знании. Все философы, как правило, так или иначе, анализировали проблемы теории познания.

Рассудок и разум и их роль в познании

философия познание разум рассудок

Смысл понятия “сознание” заключен в самом слове: “сознание”, то есть сопутствующее, сопровождающее знание. В сознании субъекту дан не только объект, но и он сам в противопоставленности объекту.

В сознании в свернутом виде заключена и возможность самопознания, и познания особых процедур, связывающих субъект и объект.

Сознание -- это мировоззренческое образование, имеющее различные аспекты, ступени, формы.

Взаимоотношение сознания и познания исторически осуществлялось в различных формах. В определенные эпохи сознанию отводилась роль орудия, подсобного средства, необходимого для оптимизации познавательного процесса. Но сознание может выдвигаться на первый план, выполняя функции основного регулятора познания, а порой -- и источника получения знания.

Проблема взаимоотношений сознания и познания в истории философской мысли разрабатывалась как проблема соотношения рассудка и разума. Аристотель, Н.Кузанский, Кант, Гегель стояли у истоков учения о рассудке и разуме.

Рассудок расчленяет, регистрирует, описывает видимое” он, следуя правилам, объясняет и предсказывает, он имеет дело с конечным и обусловленным, он не обращается к “началам” и “концам”; рассудок инструментален. Рассудок оперирует понятиями в пределах заданного образца, нормы. Рассудок -- целевыполняющая деятельность.

Разум -- это поиск “единства в правилах”, это форма теоретического осознания познавательной деятельности. Разум задает нормы, правила, выясняет их “последние” основания, определяет цель познания. Разум истолковывает, оценивает, пытается понять. Разум задает основные регулятивы познавательной деятельности, ее высшие цели, он ценностно-ориентирован.

В современной философии проблема соотношения рассудка и разума существует в форме так называемой проблемы рациональности.

Рациональность как разумно обоснованная деятельность имеет несколько значении. Рациональность в сфере научного познания -- это степень “фундированности”, обоснованности знания, наличие безусловных критериев, позволяющих отделить знание от незнания, науку от не науки, истину от лжи. Под рациональностью иногда понимают степень согласованности целей и средств, метода и теории. Рациональность рассматривают и как способность объяснения, сведения неизвестного к известному.

Рациональность -- это и способность воспроизводить предмет или же его отдельные функции для реализации практических целей. Особой формой рациональности является перевод не рационализируемого в данной системе координат в иной, альтернативный мир. Так, например, мифологическое сознание, не подчиняющееся законам аристотелевской логики, может рассматриваться как наделенное особой логикой -- логикой партиципации (причастности). Такая форма рациональности возможна на основе релятивизации разума: нет больше единых законов разума, управляющих единственным миром, в котором живет человек.

Проблема рациональности вычленяется из общей гносеологической проблематики в связи с обнаружением расхождения разума и бытия, отсутствия единых принципов познавательной деятельности на все времена и для всех народов. Обращение к проблеме рациональности заключает в себе вопрос “как возможен разум”, каковы формы и границы его действия. Проблема рациональности относится не только к теории познания, но и к сфере исследования социального бытия. Возникают концепции “культурной самобытности”, предполагающие, что каждое общество имеет свою истину, свой разум. Возможно также выявление особой рациональности в различных сферах социальной деятельности-- в сфере экономики, политики, культуры.

К настоящему времени сформировались два типа решения проблемы рациональности. Для первого характерно отождествление поля решения проблемы рациональности со специализированной формой познавательной деятельности -- с наукой. В рамках такого достаточно узкого, специального понимания рациональность рассматривается “формальным” способом, вне соотношения разума с действительностью.

Рациональность -- синоним упорядоченности, общезначимости, системности, интерсубъективности.

Второй тип решения проблемы рациональности связан с расширением сферы действия “научного разума” -- разума, регулирующего научную деятельность. Такая позиция получила название “сциентизм” (от лат. scientio -- наука). Сциентизм основан на убеждении, согласно которому особенности познавательной деятельности, характерные для естествознания, являются эталоном для любой формы познавательной активности.

Так, например, если обыденное познание не удовлетворяет критериям научности, “работающим” в естественных науках, то его необходимо “онаучивать”, подтягивать к эталону.

С точки зрения сциентизма философия -- лишь “начальная наука”. Единственное назначение искусства -- решать в образной форме познавательные задачки. В социальной практике сциентизм проявляет себя как стремление организовать жизнь общества на научной основе, ставит задачу научного управления обществом, верит в могущество научно-технического прогресса, стремится с помощью науки разрешать социальные конфликты.

Антисциентизм -- это признание ограниченности сферы влияния “научного разума”. Антисциентизм указывает на принципиальную невозможность понять с помощью научно-оснащенного разума феномен человеческой свободы, творчества, индивидуальности.

Антисциентизм выступает против понимания научно-технического прогресса как определяющего начала в социальной жизни, выступает против нивелирующего всех единого образа жизни, призывает к возврату к традиционным ценностям, к индивидуально-групповым формам общения, резко возражает против универсализации социальных связей.

Теоретическое познание наиболее полно и адекватно выражено в мышлении

Мышление - процесс обобщенного и опосредованного отражения действительности, осуществляющийся в ходе практической деятельности и обеспечивающий раскрытие ее основных закономерных связей (на основе чувственных данных) и их выражение в системе абстракции.

Различают два уровня мышления:

рассудок - исходный уровень мышления, на котором оперирование абстракциями происходит в пределах неизменной схемы, шаблона; это способность последовательно и ясно рассуждать, правильно строить свои мысли, четко классифицировать, строго систематизировать факты;

разум (диалектическое мышление) - высший уровень теоретического познания, для которого, прежде всего, характерно творческое оперирование абстракциями и сознательное исследование их собственной природы.

Следует отметить, что рассудок - это обычное житейское мышление, здравый смысл; его логика изучает структуру высказываний и доказательств, обращая основное внимание на форму знания, а не на его содержание.

С помощью разума человек постигает сущность вещей, их законы и противоречия. Главная задача разума - объединить многообразное и выявить коренные причины и движущие силы изучаемых явлений. Логика разума - диалектика, представленная как учение о формировании и развитии знаний в единстве их содержания и формы. Процесс развития включает в себя взаимосвязь рассудка и разума и их взаимные переходы из одного в другое и наоборот.

Разум и рассудок имеют место и при живом созерцании, и при абстрактном мышлении, на эмпирическом и теоретическом уровнях научного познания.

Рассудок и разум представляют собой особое сечение познавательного процесса, когда мышление носит либо рассуждающий и ориентировочно-приспособительный, либо понимающий и творчески-конструктивный характер.

Проследить основные этапы развития, закономерности смены учений о разуме, соотношения указанных проблем между собой, включая борьбу составляющих их идей, зарождение и развитие основных тенденций в трактовке разума, его функций и характеристик в истории философской мысли разных регионов, эпох - таково, на наш взгляд, основное содержание, (и цель решения) этой комплексной проблемы разума в истории философии.

Ясно, что логико - гносеологическая проблематика разума не исчерпывает всего его содержания.

В связи с конкретными социально - историческими, социокультурными условиями в учениях о разуме подвергались разработке отдельные стороны, характеристики и функции разума, разумной деятельности. Подобные односторонние учения (когда преувеличивались, раздувались одни характеристики разума за счёт других) сталкивались между собой, были предметом взаимной критики, философской борьбы.

Одна из тенденций в учениях о разуме состояла в выявлении новых сторон, характеристик, функций разума и в попытках синтеза в различные целостные (по цели) учения о разуме.

Важно проследить (и обобщить) в учениях о разуме тенденцию активности разума познающего и действующего субъекта. У Канта это способность продуктивного воображения; у Фихте акцент на субъективности действующего “я”, на волевой активности субъекта; учение Гегеля об активности субъекта в его системе абсолютного идеализма.

Постепенно преодолевались односторонние учения (и трактовки) человеческого разума (в частности, абстрактно - просветительские, антропологические и др.), научно объяснялись и обосновывались: общественная природа, активность и разнообразные функции человеческого разума в прогрессе общества, общечеловеческой культуры. Среди актуальных приложений учения о разуме можно назвать анализ подходов и учений об искусственном интеллекте и человеко - машинном интеллекте (например, критика технократической тенденции, когда абсолютизируется роль машины и недооценивается роль разума человека).

Обоснование разума как самой мудрой формы знания позволило преодолеть мифологический антропоморфизм, сформулировать понятия, характеризующиеся статусом всеобщности и объективности, признать, что разумное постижение мира - это выявление его сущности.

В многочисленных историко - философских исследованиях выявлено, что проблема разума в конкретные периоды развития познания рассматривались под различными углами зрения, как то: соотношение веры и знания, обоснования человеческой свободы, фактор социального прогресса и т. д. Значительное место исследований посвящено соотношению проблемы разума и обоснования научного знания в различные исторические периоды.

Понятие “разум” в интересующем нас смысле начало формироваться на рубеже VII - VI вв. до н. э., когда плеяда древнегреческих мыслителей из города Милета (Фалес, Анаксимандр, Анаксимен) внесли значительные новшества в постановку и решение издавна волновавших человечество важнейших мировоззренческих проблем, что ознаменовало рождение философии.

Крупный шаг в развитии теории познания был сделан европейской философией XVII-XVIII вв., в которой гносеологическая проблематика заняла центральное место. Ф. Бэкон - основоположник материализма и экспериментальной науки этого времени считал, что науки, изучающие познание, мышление являются ключом ко всем остальным, ибо они содержат в себе “умственные орудия”, которые дают разуму указания или предостерегают его от заблуждений (“идолов). Призывая усиливать крепость ума диалектикой, он считал, что распространенная в его время логика - искаженная схоластами аристотелевская формальная логика - бесполезна для открытия знаний. Ставя вопрос о новом методе, об “иной логике”, Ф. Бэкон подчеркивал, что новая логика - в отличие от чисто формальной - должна исходить не только из природы ума, но и из природы вещей, не “измышлять и выдумывать”, а открывать и выражать то, что совершает природа, т. е. быть содержательной, объективной. Бэкон различал три основных пути познания:

1) “путь паука” - выведение истин из чистого сознания. Этот путь был основным в схоластике, которую он подверг резкой критике, отмечая, что топкость природы во много раз превосходит топкость рассуждений:

2) “путь муравья” - узкий эмпиризм, сбор разрозненных фактов без их концептуального обобщения;

3) “путь пчелы” - соединение первых двух путей, сочетание способностей опыта и рассудка, т. е. чувственного и рационального. Ратуя за это сочетание, Бэкон, однако, приоритет отдает опытному познанию.

Бэкон разработал свой эмпирический метод познания, каким у него является индукция - истинное орудие исследования законов (“форм”) природных явлений, которые, по его мнению, позволяют сделать разум адекватным природным вещам. А это есть главная цель научного познания, а не “опутывание противника аргументацией”. Важная заслуга Бэкона - выявление и исследование глобальных заблуждений познания (“идолы”, “призраки” разума).

Заключение

Познание одна из важных философских проблем. Но и не только, каждый, из нас приходя в эту жизнь и развиваясь, по мере сил отвечает для себя на извечные вопросы, в частности и на этот. Готовя реферат, я отметил своеобразную связь разума и рассудка в познании. Любопытно как развивались эти вопросы с античной философии по наше время; через попытки нащупать что-то незыблемое и вопрос чувственное или рациональное, преодолевая все это и выходя на понимание, что не объяснить, а понять; что нету закрытых вопросов, что не единства и универсальности понимания. Есть много вопросов и мало ответов. И есть уверенность, что и нынешнее понимание НЕ последнее…. https://otherreferats.allbest.ru/philos ... 404_0.html
Свернуть
Проблема выбора
Каждый день мы встаем перед выбором. Иногда мы этого даже не замечаем, иногда необходимость этого приводит нас в отчаяние. Так или иначе, почти вся человеческая жизнь состоит из выбора, и это отражается в истории и культуре. Множество наук изучают этот вопрос, в основном опираясь на выгоды, наиболее оптимальные пути и т.д. Психология подходит к этой проблеме несколько по-другому. Она изучает, что происходит в голове человека во время совершения выбора, в каких состояниях он находится, что обуславливает сложность выбора и как избежать стресса в таких условиях. А самое главное – как сделать выбор?

КОГДА ВОЗНИКАЕТ ПРОБЛЕМА ВЫБОРА?
Сперва необходимо разобраться, что же такое проблема? В психологии есть отдельное направление, которое занимается исследованием проблем и задач. Согласно ему, проблема – это некое затруднение на пути к не совсем ясной цели. За таким расплывчатым определением кроется главное отличие проблемы от задачи – неблагоприятных условий для достижения конкретного результата. То есть, задача имеет правильный ответ, для получения которого нужно всего лишь подобрать нужный инструмент и изменить с его помощью условия. В свою очередь, проблема – это некое поле, в котором есть разного рода явления. Пока мы не упорядочим это поле, мы не сможем найти решение, и не будем чувствовать себя комфортно. Чаще всего проблема представлена в виде противоречия или, если точнее, выбора.

Но это все теория, а нам нужно приблизиться к жизни. На практике люди постоянно встречаются с проблемами выбора и в большинстве случаев прекрасно их решают. Однако рано или поздно наступают моменты, когда противоречащие желания одинаково сильны. Определиться с чем-то одним кажется невыносимым, а внутри накапливаются неудовлетворенность, раздражение и другие негативные эмоции.

Курт Левин, известный психолог прошлого столетия, выделял три вида таких конфликтов. В первом случае человек выбирает между двумя одинаково привлекательными объектами. Второй вид – то, что называется «и хочется и колется»: один объект и притягивает, и пугает. Третий конфликт – конфликт избегания, когда нужно выбрать наименьшее из двух зол. Наверное, большинству из нас все три ситуации знакомы не понаслышке.

ПОЧЕМУ ВЫБОР – ЭТО ТАК МУЧИТЕЛЬНО?
Выбор – это всегда не только приобретение, но и потеря. Остановившись на чем-то одном, мы отказываемся от другого варианта, и часто именно с этим связаны наши страдания. Дело в том, что люди склонны переживать потери интенсивнее, чем получаемые выгоды. Все наше внимание концентрируется на том, что мы упустили: мы начинаем сожалеть, сомневаться в верности своего решения. На это уходит много сил. Этот страх упустить что-то, оставить привычное часто вгоняет людей в ступор и блокирует возможность сделать важный шаг. Человек может бояться разорвать отношения с близкими, потерять место работы, получить негативную оценку от педагога или сверстников и т.д. В таких ситуациях важно уметь отказаться от одного объекта в пользу другого. Поэтому при выборе рекомендуется сосредотачиваться на приобретении и тратить ресурсы на его реализацию – ведь именно для этого и принималось решение.

УСТАНОВКИ КАК ПРЕПЯТСТВИЯ
Какие еще преграды стоят перед людьми при решении таких сложных проблем? Часто нами руководят не страхи, а установки. Это может быть что угодно: от убеждения, что нужно получить высшее образование, до культового поклонения вождю. Источником таких устойчивых мысленных схем является окружающая среда: семья, общество, культура. При возникновении проблемы выбора установки вступают в конфликт с желаниями и приводят к неприятным последствиям в виде тревоги, самоуничижения и т.п. Порой они фактически лишают людей свободы. Поэтому, принимая решения, необходимо отдавать себе отчет в самостоятельности своих действий, уметь вовремя отслеживать привитые извне установки и отделять их от собственных потребностей.

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА СВОИ РЕШЕНИЯ
Как часто мы пытаемся объяснить свои успехи или неудачи внешними силами? Как часто мы говорим себе: «Что ж, такова судьба». В обычной жизни люди редко задумываются об ответственности, если она не прописана в документах или не обговорена с начальством. Но правда в том, что любой поступок, любое решение несет за собой ответственность. Совершая выбор, мы принимаем ее на себя, однако не всегда осознаем это. Страх ответственности, неосознанная попытка избежать ее нередко приводит к невозможности сдвинуться с мертвой точки.

Представим, что человек выбирает между походом с друзьями в лес и поездкой к родителям в деревню. Такая ситуация накладывает на него ответственность либо за расстроенных папу с мамой, либо за упущенную возможность получить незабываемые впечатления от похода. И в том, и в другом случае придется нести довольно тяжкий груз. Страх ответственности приводит человека к попыткам переложить её на других, а это может обернуться обидой и испорченными отношениями. Поэтому важно понимать, что, несмотря на существующие объективные обстоятельства, в большинстве случаев мы сами отвечаем за свою жизнь. Сложно принимать здравые решения, если нами руководит нежелание принять это.

ПОЧЕМУ УМЕНИЕ СОВЕРШАТЬ ВЫБОР ТАК ВАЖНО?
Жизнь современного человека полна неожиданностей, огромного количества событий и знакомств. При этом культура города такова, что мы фактически предоставлены сами себе. Безусловно, семейные узы сохраняются, существует иерархия на службе, но они уже не несут той контролирующей жизнь функции, как когда-то. Выходит, что во всем этом сумбуре нам нужно как-то ориентироваться и опираться мы можем практически только на себя. В такой ситуации умение совершать выбор, отказываясь от чего-то, представляется совершенно необходимым. Это обеспечивает человеку твердую платформу, на которой он может строить свою жизнь. Проиллюстрировать это можно следующим примером.

На прием к психологу пришел молодой человек, Арсений, 26 лет. Жалуясь на тревогу о будущем, он вскользь упомянул о нескольких возможностях. В процессе разговора со специалистом выяснилось, что основная проблема Арсения заключается в том, что он не знает, чего он хочет больше. Завершив основное обучение в университете, он встал перед несколькими вариантами: уехать в свой родной город, где родители и гарантированная работа; продолжать работать не по профессии за достаточно большие деньги; пойти в аспирантуру и начать профессиональную деятельность, получая, однако непривычно низкую зарплату. Каждый из трех вариантов имеет свои преимущества, и все кажутся одинаково привлекательными. Таким образом, Арсений не предпринимает ничего уже почти год. При этом тревога и сниженное настроение все отчетливее проявляются в его жизни: появились проблемы на работе, нарушаются отношения с друзьями, близкими и т.д.

В ходе терапии были выявлены факторы, мешающие сделать выбор: страх перемен и убеждения относительно своего обеспечения. Выяснилось, что детство Арсения прошло в постоянных переездах, кратковременных обогащениях семьи и наступающей после бедности. Все это привело к устойчивому мнению, что любой неверный шаг может привести к краху и одновременно молодой человек очень нуждался в гарантиях, что в его жизни все будет стабильно. Каждый выбор мог обозначать проигрыш и ошибку. Отследив и проработав подобные установки, Арсений вместе с психологом смог выделить свои реальные желания и потребности, превратив проблему выбора в цепь задач. Все это сделало возможным направить силы на поиск необходимых для их решения ресурсов.

Описанная ситуация может иметь различные вариации в зависимости от личности человека, особенностей его жизни, окружающей культуры. Очевидным остается одно: большинство людей периодически сталкиваются со сложным выбором, не представляя, на что опираться при принятии решения. Психологи и психотерапевты работают, в том числе, и с этой проблемой, помогая клиентам осознать свои действительные цели, найти источники ресурсов и совершить первый шаг, принимая ответственность и радуясь новому.
https://fidem.spb.ru/teoriya_uspeha/problema-vybora/
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 14 ноя 2018, 11:13 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Индивидуальные особенности мышления. Качества ума: самостоятельность, широта, глубина, гибкость, быстрота, критичность.
Мышлению конкретного человека присущи индивидуальные особенности, которые у различных людей проявляются, прежде всего, в том, что у них по-разному складывается соотношение взаимодополняющих видов и форм мыслительной деятельности (наглядно-действенного, наглядно-образного, словесно-логического и абстрактно-логического).

К индивидуальным особенностям мышления относятся также и такие качества познавательной деятельности как: продуктивность ума; самостоятельность; широта; глубина; гибкость; быстрота мысли; творчество; критичность; инициативность; сообразительность и т.д.

Быстрота мышления - это скорость протекания мыслительных процессов.

Самостоятельность мышления - умение увидеть и поставить новый вопрос или проблему, а затем решить его собственными силами. Творческий характер мышления отчетливо выражается именно в такой самостоятельности.

Гибкость мышления - способность изменять аспекты рассмотрения предметов, явлений, их свойств и отношений, умение изменить намеченный путь решения задачи, если он не удовлетворяет изменившимся условиям, активное переструктурирование исходных данных, понимание и использование их относительности.

Инертность мышления - качество мышления, проявляющееся в склонности к шаблону, к привычным ходам мысли, в трудности переключения от одной системы действий к другой.

Темп развития мыслительных процессов - минимальное число упражнений, необходимых для обобщения принципа решения.

Экономичность мышления - число логических ходов (рассуждений), посредством которых усваивается новая закономерность.

Широта ума - умение охватить широкий круг вопросов в различных областях знания и практики.

Глубина мышления - умение вникать в сущность, вскрывать причины явлений, предвидеть последствия; проявляется в степени существенности признаков, которые человек может абстрагировать при овладении новым материалом, и в уровне их обобщенности.

Последовательность мышления - умение соблюдать строгий логический порядок в рассмотрении того или иного вопроса.

Критичность мышления - качество мышления, позволяющее осуществлять строгую оценку результатов мыслительной деятельности, находить в них сильные и слабые стороны, доказывать истинность выдвигаемых положений.

Устойчивость мышления - качество мышления, проявляющееся в ориентации на совокупность выделенных ранее значимых признаков, на уже известные закономерности.

Все указанные качества индивидуальны, изменяются с возрастом, поддаются коррекции. Эти индивидуальные особенности мышления необходимо специально учитывать, чтобы правильно оценить умственные способности и знания.

47.Понятие о языке и речи. Функции речи. Темпоральные характеристики речи на родном и иностранном языках.
Язык – система знаков, выступающая в качестве средства общения и орудие мысли. Средство общения, общий, различные виды.

Речь – процесс использования языка человека. Это процесс общения, конкретна, различные виды, может разрушаться.

Функции речи: сигнификативная, обобщение, коммуникативная (сообщение, выражение, воздействие) https://studfiles.net/preview/4534251/page:23/
Свернуть
КАК исполнить желание СИЛОЙ МЫСЛИ? Как мысли влияют на нашу жизнь? https://www.youtube.com/watch?time_cont ... G41XP_E25E


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 30 ноя 2018, 17:44 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 янв 2016, 12:05
Сообщения: 1746
Откуда: Челябинская обл.
Атом – сложная частица | Химия 11 класс #1 | Инфоурок https://www.youtube.com/watch?v=qjJeQgddC6A Science show. Выпуск 50. Визуализация в физике https://www.youtube.com/watch?v=VmnnvtYtlLI Science show. Выпуск № 55.1 Критика идей Ю.С. Рыбникова. Часть 1 https://www.youtube.com/watch?v=r0pzGzoo8kY
Целостность
ЦЕЛОСТНОСТЬ
ТолкованиеПеревод

ЦЕЛОСТНОСТЬ
ЦЕЛОСТНОСТЬ
обобщённая характеристика объектов, обладающих сложной внутр. структурой (напр., общество, личность, биологическая популяция, клетка). Понятие «Ц.» выражает интегрированность, самодостаточность, автономность этих объектов, их противопоставленность окружению, связанную с их внутр. активностью; оно характеризует их качеств. своеобразие, обусловленное присущими им специфич. закономерностями функционирования и развития. Иногда Ц. называют и сам объект, обладающий такими свойствами,— в этом случае понятие «Ц.» употребляется как синоним понятия «целое». Указанные характеристики следует понимать не в абсолютном, а в относит. смысле, поскольку сам объект обладает множеством связей со средой, существует лишь в единстве с ней; кроме того, представления о Ц. к.-л. объекта исторически преходящи, обусловлены предшествующим развитием науч. познания данного объекта. Так, в биологии представление о Ц. отд. организма в некоторых отношениях оказывается недостаточным, вследствие чего вводится в рассмотрение такая Ц., как биоценоз. Ме-тодологич. значение представления о Ц.


состоит в указании на необходимость выявления внутр. детерминации свойств целостного объекта и на недостаточность объяснения специфики объекта извне (исходя, напр., из условий окружающей среды).
см. также Часть и целое.
Философский энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия. Гл. редакция: Л. Ф. Ильичёв, П. Н. Федосеев, С. М. Ковалёв, В. Г. Панов. 1983.

ЦЕЛОСТНОСТЬ
завершенность, тотальность, цельность и собственная закономерность вещи. На рубеже 19 и 20 вв. стали употреблять это понятие для того, чтобы рассматривать все вещи прежде всего в их первоначально цельной взаимосвязи, в их структуре и, т. о., отдать справедливость тому факту, что указание свойств составных частей никогда не сможет объяснить общего состояния или общего действия вещи; ибо отдельное, «часть» может быть понята только вне целого, а целое, как учил еще Аристотель, больше суммы своих частей. Целое не «составлено» из частей, в нем только различаются части, в каждой из которых действует целое; ср. Организм (динамическая целостность). В психологии особенно назрела необходимость освободиться от механистического, атомистического способа рассмотрения, характерного для 18 и 19 вв., и сделать предметом исследования неискаженную, самобытную душевную жизнь; до сих пор от психологии ускользало специфически душевное, т.е. смысл и значение (см. Целостная психология). В социологии благодаря О. Шпанну понятие целостности превратилось в ведущее понятие универсалистского учения об обществе. Согласно этому учению, целостности составляют не только форму явлений, «структур», но являются движущими силами, носителями каузальности, которую нельзя определить, а можно только обнаружить. В педагогике новое понимание целостности привело к преобразованию методов обучения чтению и письму (с самого начала целостное обучение): метод чтения по слогам был отброшен; слово больше не составлялось из отдельно заучиваемых букв или звуков, а буквы и звуки брались как части слова, запомнившегося как целостность. С помощью нового метода дети начали учиться читать и писать гораздо быстрее, чем раньше. С той же точки зрения было изменено первоначальное обучение счету. Целостное рассмотрение впервые находим у Альберта Великого, затем в классике и в идеализме 18 и нач. 19 в. В настоящее время преобладает целостный способ рассмотрения всех явлений; см. также Холизм.
Философский энциклопедический словарь. 2010.

ЦЕ́ЛОСТНОСТЬ
см. в ст. Часть и целое.
Философская Энциклопедия. В 5-х т. — М.: Советская энциклопедия. Под редакцией Ф. В. Константинова. 1960—1970.


ЦЕЛОСТНОСТЬ
ЦЕЛОСТНОСТЬ — свойство объектов как совокупности составляющих их элементов, организованных в соответствии с определенными принципами.
В древнегреческой философии проблема целостности была поставлена в рамках соотношения единого и многого. “...Беспредельное множество отдельных вещей и (свойств), содержащихся в них, — утверждает Платон, — неизбежно делает также беспредельной и бессмысленной твою мысль...” (Платон. Филеб. — Соч. в Зт., т. 3, ч. 1. М., 1971, с. 19). Чтобы сделать мышление возможным, многое необходимо понять через его приобщение к единому. Для каждого множества вещей, обозначаемых одним именем, обычно устанавливается только один определенный вид, рассуждает Платон. Напр., кроватей и столов на свете множество, но идей этих предметов только одна-две для кровати и одна для стола. Мастер изготовляет ту или иную вещь, всматриваясь в ее идею, но никто из мастеров не создает самое идею (Платон. Государство.— Там же, с. 422). Множественность вещей в мире обнаруживает свою целостность только в идее. Аналогичные проблемы стоят и перед Аристотелем: “...если ничего не существует помимо единичных вещей, — а таких вещей бесчисленное множество, — то как возможно достичь знания об этом бесчисленном множестве?” (Аристотель. Метафизика.— Соч. в 4т., т. 1. М., 1976, с. 109). Целостность— некоторая форма; всякая вещь неделима по отношению к самой себе, а это и значит быть целостным, иметь форму Материя есть нечто определенное только благодаря форме. Идея у Платона и форма у Аристотеля — нечто целостное, приобщение к чему делает возможным знание вещей. И идея, и форма выходят за пределы чувственного восприятия. В неоплатонизме иерархию бытия возглавляет сверхсущее единое, приобщение к которому дает целостное восприятие мира.
Начиная с Августина, мир идей неоплатонизма преобразуется и становится личностным Богом, в котором для всей средневековой философии заключен источник единства и целостности мира. Фома Аквинский в своей философии опирается прежде всего не на Платона и неоплатоников, а на Аристотеля. Бог — единство, упорядочивающее множество. Он не просто объект созерцания, отстраненный от всякой множественности мира. Осуществляется приобщение многого в мире к единому, целостному Богу. В философии Николая Кузанского появляются черты, которые свидетельствуют о грядущем в Новое время перемещении источника целостности в мир природы. В мышлении вводимого им понятия ума он допускает присутствие того, чего не было ни в ощущении, ни в рассудке, а именно, первообразов вещей, исходных идей. Другими словами, человеческий разум осваивает в конечном идею бесконечного. Бог как неиное (т. е. воплощающее само себя, причина самого себя) сосредоточивает в себе все многообразие мира, при этом все вещи (во всем их разнообразии) становятся тождественными, во вневременной и внепространственной точке начала бытия. Неиное “просвечивает” в познаваемом ином, подобно тому как чувственно невидимый свет солнца по-разному в разных облаках отражается видимым образом в видимых цветах радуги. Целостность начинает обнаруживаться в конкретном предмете множественного мира.
Вся философия Нового времени есть логика познающего разума. Она строится (в “Рассуждении о методе” Декарта, в “Этике” Спинозы, в “Критиках” Канта, в “Науке логики” Гегеля) одновременно как бы изнутри науки в форме научнотеоретического знания и вместе с тем как обоснование этой формы в точке начала теоретического знания. Кант пишет: “То, что мы называем наукой, возникает не технически ввиду сходства многообразного или случайного применения знания in concreto к всевозможным внешним целям, а архитектонически ввиду сродства и происхождения из одной высшей и внутренней цели, которая единственно и делает возможным целое, и схема науки должна содержать в себе очертание (monogramma) и деление целого на части (Glieder) согласно идее, т. е. a priori, точно и согласно принципам отличая это целое от всех других систем (Кант И. Соч. в 6 т., т. 3. М., 1964, с. 680—681). Если наука как деятельность ученого-естествоиспытателя расчленяет природу, изучает ее по частям, то философия Нового времени в качестве наукоучения постигает природу как нечто целое и неделимое. И сама наука понимается как целостная структура готового знания, в которой фиксируется историческое превращение эмпирических, бессистемных, случайных знаний. В идеях разума Канта “вещь в себе” определяется (или переопределяется) как предмет возможного опыта, предмет познания, а предмет познания понимается как целостный, неделимый, внеположный познанию предмет, выходящий за пределы опыта. По Канту, становление научного эксперимента является исходным пунктом для понимания развития научно-теоретического мышления в целом. Эксперимент “чистого разума” Канта актуализировал радикальную несводимость предмета познания как целостного к мысли, вырабатывал схематизм преобразования предмета “в себе” в предмет “для нас”, предмета как силы в предмет как действие.
У Гегеля понятие целостности содержится в идее о всеобщем: всеобщее можно понять, если его одновременно представить как расчленение всеобщее, как бесконечное подразделение (через моменты развертывания абсолютного знания) и как целостно всеобщее, которое обще всем своим моментам, есть их снятость. Бытием обладает и отдельная вещь как отдельный момент целого, и целое, последовательно развернутое в своих моментах. “Логика сотворенная” (содержательно-дедуктивное, расчлененное на моменты движение понятия) воспроизводит логику “творящую” (логику вневременного, целостного Абсолютного духа). В системе Спинозы мы тоже видим похожий логический ход при определении всеобщего по отношению к самому себе: природа определяется у Спинозы по отношению к самой себе (causa sui), но за счет двух различных определений — природа как Naturа naturans (природа творящая, целостная, нерасчлененная, вечная) и та же природа как Naturа Naturata (природа сотворенная, расчлененная, развертывающаяся во времени). Для логики Нового времени характерен взаимный переход между всеобщецелостным и индивидуально-особенным. У Гегеля развертывание логической культуры есть ее переход из безличной формы всеобщей целостности в личностную форму культуры индивида. В соответствии с логикой Нового времени целостность транслируется человеком, используется как орудие. Сила действия человека на вещи не в его индивидуальности, а в его умении применять всеобщую силу целостного общественного субъекта, в его способности быть точкой приложения и опоры некоего всеобщего целостного объективного движения. И деятельность индивида тем успешнее, чем меньше своего, личностного я он в эту деятельность вносит.
В 20 в. происходят радикальные сдвиги в познании природы, прежде всего в квантовой механике. По мнению Гейзенберга, “...пришлось вообще отказаться от объективного — в ньютоновском смысле — описания природы...” (Гейзенберг В. Шаги за горизонт. М., 1987, с. 192). Уже нельзя говорить о природе как таковой (проблема прибор—объект), и теория должна соответствовать не только природе, но и другим теориям (принцип соответствия, принцип дополнительности); картезианское различение res cogitans и res extensa уже не может служить отправной точкой в понимании современной науки (там же, с. 303—304). Если природа перестает противостоять человеку как предмет познания, независимый от человека, как некоторая вещь в себе, то она и не является, как это было в Новое время, основой целостности. Идея целостности в 20 в. базируется на ином понимании предмета познания (как обладающего субъектными характеристиками), теоретичности знания (как системы, включающей в себя и процессы получения знания), индиввда (как личности), факта (как события), времени (не как линейного, а скорее как топологического). История науки предстает не как линейный ряд развития, а как отдельные, особенные события, фокусирующие в себе и прошлое, и будущее, и настоящее, а также и логические, и социальные, и экономические составляющие этого события. Преобладающими становятся не процедуры обобщения и выведения общих законов, которые не приводили к целостности, хотя и доминировали в естествознании и истории Нового времени, а через общение между отдельными элементами плюралистического мира, что формирует целостность культуры определенной исторической эпохи, сообщества людей на базе общей религии, общей научной парадигмы или любой другой совокупности разделяемых всеми членами сообщества интересов. Из сферы абстрактной всеобщности целостность перемещается в конкретную особенность события. Большое место проблема целостности занимает в системных исследованиях и системном анализе. См. ст. Часть и целое, Система, Системный подход.
Лит.: Блауберг И. В., Юдин Б. Г. Понятие целостности и его роль в научном познании. М., 1972; Смирнов Г. А. Основы формальной теории целостности.— В кн.: Системные исследования. Ежегодник. 1979. М., 1980; Там же. Ежегодник. 1980. М., 1981; Библер В. С. От наукоучения к логике культуры.— В кн.: Он же. Кант — Галилей — Кант. М., 1991; Гайденко П. П. Эволюция понятия науки. М., 1980.
Л. А. Маркова
Новая философская энциклопедия: В 4 тт. М.: Мысль. Под редакцией В. С. Стёпина. 2001.


.

Синонимы:
безраздельность, всеобщность, единство, завершенность, законченность, интегрированность, монолитность, невредимость, неделимость, неиспорченность, неразделимость, нераздельность, неразрывность, нерасчленимость, общность, организм, полнота, синтез, слитность, унитарность, целость, цельность, эмерджентность


Антонимы:
делимость, раздельность, разрывность, разъединение, распыленность


ЦЕЛОСТНАЯ ПСИХОЛОГИЯ ЦЕЛЬ
Яндекс.Директ
Сегодня заработай, завтра выведи!
opera-app.ru →
18+
4 часа работы - заработок 33,500 рублей. Узнай как, смотри видеокурс сейчас!

Как избавиться от депрессии?
yburlan.ru →
Системно-векторная психология. Более 1400 отзывов! Читайте на

Финансовые услуги оказывает: АО КБ «Модульбанк»
Модульбанк - банк для бизнеса!
rko.modulbank.ru →
Модульбанк - 1-е место в рейтинге MarksWebb для розничных магазинов
Смотреть что такое "ЦЕЛОСТНОСТЬ" в других словарях:
целостность — Конгруэнтность и честность. Личная целостность и этичность необходимы для высокого развития навыков НЛП. Краткий толковый психолого психиатрический словарь. Под ред. igisheva. 2008. целостность … Большая психологическая энциклопедия

целостность — единство, цельность, неделимость, нераздельность; неиспорченность, полнота, общность, невредимость, нерасчленимость, неразделимость, неразрывность, всеобщность, целость, слитность, организм, унитарность, монолитность, синтез. Ant. частичность,… … Словарь синонимов

ЦЕЛОСТНОСТЬ — [сн], целостности, мн. нет, жен. (книжн.). отвлеч. сущ. к целостный. Целостность мировоззрения. Национальная целостность. Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935 1940 … Толковый словарь Ушакова

Целостность — обобщённая характеристика объектов, обладающих сложной внутренней структурой (например, общество, личность, политическая система и т. д.). интегрированность, самодостаточность, автономность этих объектов, их противопоставленность окружению,… … Политология. Словарь.

целостность — сохранность защищенность Состояние, в котором данные используются только установленным образом. Показатель того, что данные не были изменены несанкционированным образом. Рекомендация МСЭ Т H.235. [http://www.rfcmd.ru/glossword/1.8/index.php?a=inde… … Справочник технического переводчика

Целостность — Целостность ♦ Totalité Все элементы какого либо множества, рассматриваемого как некое единство. У Канта целостность является одной из трех категорий количества, определяемой посредством двух других, ею же объединяемых: целостность есть… … Философский словарь Спонвиля

ЦЕЛОСТНОСТЬ — внутреннее единство объекта, его относительная автономность, независимость от окружающей среды. См. Часть и целое … Большой Энциклопедический словарь

ЦЕЛОСТНОСТЬ — ЦЕЛОСТНОСТЬ, и, жен. 1. см. целостный. 2. Нераздельность, единство. Территориальная ц. государства. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 … Толковый словарь Ожегова

ЦЕЛОСТНОСТЬ — англ. integrity; нем. Ganzheit. Обобщенная характеристика объектов, обладающих сложной внутренней структурой (напр., общество, личность, биол. популяция, клетка и т. п.). Ц. выражает интегрированность, самодостаточность, автономность этих… … Энциклопедия социологии

целостность — 2.15 целостность (integrity): Свойство сохранения правильности и полноты активов. Источник … Словарь-справочник терминов нормативно-технической документации
https://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_phi ... 0%A2%D0%AC
Свернуть


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 132 ]  Пред.  1 ... 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 7


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
POWERED_BY
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.072s | 17 Queries | GZIP : On ]